Final Fantasy-VIII

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Final Fantasy-VIII » Библиотека для участников » FF-VIII - Ирвин Пульс


FF-VIII - Ирвин Пульс

Сообщений 1 страница 30 из 52

1

Здесь находится наиболее полное изложение сюжета ФФ8

"FINAL FANTASY STORY"
Автор романа: Pulse Irvine
(2 - 26 сообщение данной темы)

а также продолжение, дописанное уже другими людьми:

FINAL FANTASY STORY: Alternative
Автор (главы 26-42) - Сергей "Demilich" Сенюк
(28 - 44 сообщение данной темы)

Автор (главы 43-48) - Equilibrium Keeper
(45 - 50 сообщение данной темы)

приятного прочтения)))

+1

2

"FINAL FANTASY STORY"

ПРЕДИСЛОВИЕ ОТ АВТОРА:
Предлагаемый роман пишется на основании сюжета игры фирмы SQUARESOFT - Final Fantasy VIII. По сути, он является художественным пересказом игры, поэтому произведение максимально приближено к игровому процессу. Некоторые изменения имеют место, но только в тех случаях, когда они оказались необходимы для новелизации, ведь изложить игру порой весьма не просто. Убедительная к Вам просьба не придираться к некоторым мелочам, как по сюжету, так и в отношении понятности тех или иных вещей. Просто примите историю такой, какая она есть, и помните, что мир Final Fantasy далек от реальности и, временами, от рациональности. Конечно же, это относится, в основном, к тем, кто не знаком с игровой серией. Образы всех персонажей, их мысли, внутренние монологи, объяснения происходящих событий строились на личном представлении и понимании автора, потому не стоит удивляться, если кто-то или что-то в романе предстанет не таким, как Вы привыкли.

Автор романа: Pulse Irvine
2003-2005 (с) FINAL FANTASY FOREVER
Полное или частичное использование материалов романа без разрешения автора и администратора сайта ЗАПРЕЩАЕТСЯ.

ЧАСТЬ ПЕРВАЯ
  - Я буду здесь…
- Почему?..
- Я буду ждать… здесь…
- Зачем?
- Я буду ждать… тебя…
  Если ты придёшь, я буду здесь.
  Обещаю.

ГЛАВА 1
УЧЕНИК И НАСТАВНИЦА
            Уединение с тьмой, которое заменяло ему сон вот уже несколько лет, прервалось. Он вышел из черного одиночества сна, что бы войти в одиночество жизненное, неизменное, вечное…
            Скволл очнулся в прохладной комнате лазарета военной академии Баламб. Из распахнутого окна, тихо шелестя тончайшими шторами, дул легкий ветерок, и доносилось радостное щебетание недавно проснувшихся после зимней спячки птиц. В этом году весна наступила рано. Ещё только начинался апрель, а снега уже нигде не было. По существу, вся зима на континенте длилась около месяца. Этому способствовало обширное озеро лавы, лежащее под материком. Оно подогревало землю и не давало залеживаться снегу надолго.
            Было очень приятно лежать на мягкой кровати, но ноющая боль во лбу вперемешку с дурными воспоминаниями о тренировке моментально ринулись в сознание, перекрыли аромат весны и щебет птиц.
            "Что же сегодня произошло? – начал окончательно приходить в себя Скволл. – Ах да, Сейфер! Этот мерзавец совсем спятил. Ему никакие правила не писаны. Минутку, лоб! Проклятье, шрам со лба на нос. Этот гад меня полоснул! – Вспыхнула яркая картина опускающегося ему на голову меча. - Что ж, остаётся припомнить поговорку, что шрамы красят мужчину. Хотя, если память мне не изменяет, на его самодовольной физиономии тоже кое-что осталось...".
            - Скволл Леонхарт, если не ошибаюсь? - раздался суровый женский голос. Это была доктор Нира Кадоваки, работавшая в академии со дня ее основания. За последние пару месяцев доктору приходилось лечить только неподвластные магиии легкие порезы да ссадины кадетов, так как большая часть монстров, обитавших в округе, уходила в спячку в это время года. В её голосе чувствовалось лёгкое раздражение.
            - Молодой человек, вы меня слышите? - повторила она. Мысли Скволла были поглощены ненавистным Сейфером, и он не сразу отреагировал на вопрос.
            - Так точно, доктор, - по-военному ответил юноша.
            - Есть жалобы на тошноту или еще на что?
            Порез болел достаточно сильно, но Скволл старался не обращать на это внимания. Учёба в академии закалила его характер, и он, не задумываясь, ответил отрицательно.
            - Хорошо. Лежи пока, а я сообщу твоей наставнице, что ты в сознании.
            С этими словами она вышла в другую комнату, где, судя по звуку, подняла трубку телефона. Скволл услышал, как доктор сообщила его инструктору, что с пострадавшим на тренировке все в порядке и его можно забрать из лазарета.
            "Ничего, - вернулся к своим размышлениям Скволл, - Трип не станет на меня ворчать, а если что, так ведь это не моя вина, что у Сейфера не всё в порядке с мозгами. Его выстрел без Стража мог меня добить…"
            В этот момент, прерывая его мысли, из-за стеклянной стены лазарета раздался тихий, грустный голос:
            - Ну, вот мы и снова встретились, Скволл...
            Юноша лежал спиной к стеклу и не мог видеть говорящего. Когда же он обернулся, то увидел лишь удаляющийся женский силуэт. Скволл мог поклясться, что нигде раньше не слышал этого голоса. Хотя...
            В свои 17 лет, у него почти не было воспоминаний о прошлом, не считая отдельных обрывочных образов. Скволл не помнил своих родителей, почти ничего не знал о своей жизни до поступления в академию. Всё его прошлое было как будто размыто, застлано тяжелой пеленой, которая ждала часа развеяния. Но он не забивал себе этим голову, Скволл предпочитал жить сегодняшним днём.
            Он хотел было подняться и догнать незнакомку, но в этот момент раздвижная дверь лазарета с тихим шипением разошлась в стороны, и в комнату вошла очаровательная наставница Скволла - инструктор по боевой подготовке Квистис Трип.
            Инструктор Трип поступила в академию Баламб в 10 лет. Благодаря целеустремлённости и предельной требовательности к себе, Квистис, в свои 18, уже являлась весьма уважаемой сотрудницей академии, ценимой как со стороны начальства, так и большинства кадетов. К тому же, она обладала уникальными способностями к голубой магии, которой владела в академии только она одна. Все существа в мире, люди и монстры, обладали магией, большая часть которой являлась стандартной, и её могли использовать все. Как то: устроить локальное землетрясение, вызвать молнию, огненное заклинание или что-то незамысловатое в этом роде. Но различные виды монстров - существа с низкоорганизованным сознанием - обладали также и особой магией. К примеру, гигантские, размером с корову, гусеницы катерчипеллары, могли испускать ультраволны, заставляя колебаться пространство вокруг себя. И никто кроме них этого делать не мог. Квистис обладала способностью изучать и самостоятельно использовать подобные редкие заклинания.
            С грустной улыбкой, Квистис окинула взглядом лежащего Скволла. Сколько не пыталась она понять своего ученика, он по-прежнему оставался для неё неразрешимой загадкой.
            - Я ожидала увидеть нечто подобное. Учитывая ваши отношения с Сейфером, можно было предположить, что кто-то из вас здесь, рано или поздно, окажется. Вы как два куска радиоактивного элемента: соедини, и будет взрыв, - укоризненно произнесла Квистис.
            - Ничего не поделаешь. Сейфер меня всегда недолюбливал, - ответил Скволл, а затем тихо добавил: - Впрочем, как и я его.
            - Если так, то вам противопоказано тренироваться друг с другом. В тренировочном центре для этого специально держат монстров. Тренируйся лучше на них.
            - У нас с Сейфером похожие виды оружия, да и к тому же, большинство монстров из тренинг-центра слишком слабы и глупы для меня, ты ведь прекрасно знаешь об этом, - возразил Скволл.
            Не смотря на то, что Скволл был кадетом, а Квистис, по существу, его преподавателем, они всегда обращались друг к другу на "ты". Трип всегда испытывала по отношению к Скволлу особую привязанность, хотя и не могла себе объяснить причину этого явления.
            Скволл продолжил:
            - Сейфер нарушил правила академии и применил в тренировочном поединке с человеком магию. Предполагался обычный бой на ганблэйдах, и я не был готов к такому повороту событий.
            Последнее предложение кадет произнёс, сильно приглушив голос. Он внутренне осуждал себя за непростительную невнимательность, за то, что дал волю гневу. Будь то настоящая битва, всё могло закончиться куда более плачевно.
            Личное оружие Скволла, называемое "ганблэйд", представляло собой довольно интересное приспособление. Грубо говоря, это был меч, но его сильно удлинённая рукоятка одновременно служила внушительного размера револьвером, ствол которого сливался с длинным и широким лезвием. Такая конструкция предавала оружию особую убойную силу: при выстреле, совершённом точно в момент удара, лезвие мгновенно наполнялось высвобождающейся губительной энергией. Ганблэйд Сейфера имел несколько иную конструкцию, но основывался на той же самой концепции.
            Увидев, что её подопечный заметно приуныл, Квистис сказала:
            - Сейфер сделал это потому, что боится проиграть. А цепляется он к тебе из-за того, что считает первым соперником, что для него автоматически означает - главным врагом, - и, не дав Скволлу возразить, добавила: - Не забудь, сегодня у тебя полевой экзамен. Мне нужно сообщить об этом остальным. Идём.
            Скволл не стал упрямиться. Эта беседа, и начавшее медленный, но верный рост волнение перед грядущим испытанием, вытеснили из памяти юноши незнакомку с отдалённо знакомым голосом, которая обратилась к нему в лазарете. В его голове вертелся образ ухмыляющегося Сейфера, выпускающего в него недозволенный огонь, магию, ставшую переломным моментом в ходе тренировочного поединка-дуэли.
            Ученик и наставница вышли из больничного корпуса и, не спеша, двинулись по длинным широким коридорам военной академии. Внешне она больше напоминала огромную многоярусную голубую гору, вокруг вершины которой вертелся такой же гигантский, отливающий золотом и серебром, зубчатый обруч. Золотые канаты до самой земли, словно якоря удерживали эту изумительную корону. Обруч парил прямо в воздухе на высоте более ста метров, и его назначение почти никому не было известно.
            Далеко на севере от академии непреступной стеной высились скалы. На их вершинах всегда белел снег, не таявший даже благодаря мягкому, тёплому климату континента. Здесь обитали не опасные, но враждебные твари гухейсуаисы - парящие над землей медузоподобные существа с длинным, шипастым хвостом. К востоку располагался могучий лес. И хотя мощь его была ничем по сравнению с во истину зеленым царством далекой страны Тимбер, не смотря на это, подвластная деревьям территория расширялась. Она, в основном, являлась царством гусениц катерчипелларов. Здесь же изредка встречались сородичи драконов кровожадные ти-рекзавры. Ростом достигающие 4-6 метров, они регулярно сокращали свою численность стараниями академии. Большинство кадетов, не в полной мере овладевших боевым искусством и магией, предпочитали с ними не встречаться. За восточным лесом находилась легендарная Огненная пещера, в которой озеро лавы, залегавшее под землёй, выходило на поверхность. Где-то глубоко в её недрах, по весьма убедительным слухам, обитал могучий бессмертный Страж огненной стихии Ифрит. На запад от академии Баламб тянулись более скромные по размерам леса и поля, а на юге виднелась ленточка песчаного пляжа, омываемого единым Мировым океаном. На дальнем от академии конце этого небольшого материка, на побережье, располагалась столица континента – Баламб-Сити, в которой жили родители большинства кадетов.
            Скволл ещё никогда не был за границами этих земель и даже не подозревал, что его поджидает в этом фантастически-прекрасном, но таящим множество опасностей, мире.

+1

3

ГЛАВА 2
ШАНС ПРОЯВИТЬ СЕБЯ
            Учебная аудитория располагалась на втором этаже, куда Скволл и Квистис поднялись на скоростном лифте, шахта которого находилась в самой сердцевине академии. В коридоре Скволл обогнал своего учителя и первым вошёл в класс.
            В аудитории уже собрались почти все кадеты высшего ранга из его группы. Скволл, не обращая ни на кого внимания, прошёл к своему месту в самом конце класса. Он не видел, но прекрасно чувствовал, как более десятка пар глаз внимательно следят за каждым его движением. Известие о его злополучной стычке с Сейфером Алмази быстро разнеслось по всей академии.
            "И чего они на меня уставились? - внутренне отреагировал Скволл. - Можно подумать, что мы учимся в консерватории, а не в военной академии". Но, как оказалось, кадеты наблюдали вовсе не за ним. Они ждали, что должно произойти, ведь рядом с партой Скволла, сидел собственной персоной второй участник минувшего инцидента. Ожидания аудитории не оправдались: Сейфер даже не думал что-либо предпринимать. Он глядел в потолок, изображая подчёркнутое безразличие, и насвистывал незамысловатый военный марш. Скволл не ошибся, на лице его недавнего противника в том же месте красовался шрам не хуже, чем у него самого. Затруднительную ситуацию разрядил голос Квистис:
            - Добрый день, класс. Будьте любезны, займите свои места.
            Раздался тихий гул. Через несколько секунд, все расселись по местам и были готовы слушать, хотя кое-кто всё ещё оглядывался на последние парты, где сидели виновники всех последних разговоров.
            Квистис начала рассказывать о сегодняшних испытаниях и о большой ответственности. Скволлу же было не до её речей. Он медленно повернул голову в сторону Алмази. Тот же, с издевательской улыбкой на лице, уже смотрел в его сторону.
            - Полагаю, в твоих же интересах не возвращаться к этому маленькому недоразумению, - первым начал Сейфер. - В конце концов, не мне же сегодня сдавать экзамен...
            Скволл только было открыл рот, чтобы ответить, как вся аудитория зашумела, поднялась и стала продвигаться к выходу. Трип уже закончила свою речь и устремила взор на кадета и Сейфера, выполняющего в академии функции координатора. Сейфер не был членом СииД - элитного подразделения выпускников академии, он лишь помогал кадетам в процессе подготовки к экзаменам и делал отчёты об их успехах. Собственное высокомерие и чрезмерная гордость не позволяли ему подчинить себя каким бы то ни было правилам. Он раз за разом проваливал экзамен, нисколько не беспокоясь по этому поводу. Происшествие со Скволлом также не сыграло ему на руку, ведь он нарушил правила в тренировочном бою против одного из новичков. Впрочем, руководство академии давно привыкло к подобным его выходкам.
            Квистис не хотелось снова поднимать вопрос о случившемся, и она сразу перешла к делу:
            - Хочу тебе напомнить, Скволл, что ты один из всей группы ещё не прошёл пред-экзаменационного испытания. Ты относишься к числу самых перспективных кадетов, поэтому, как мне кажется, Огненная пещера будет тебе в самый раз.
            Тут же аудитория наполнилась звучными раскатами смеха Алмази:
            - Ха-ха-ха! Ой, не смешите меня. Ха-ха! Клянусь тремя дырками на своём мече, этот герой не дойдёт и до середины пути. Заблудится где-нибудь и зажарится. А если даже случайно и дойдёт до конца, то Ифрит ему здорово подпалит бока!
            И, продолжая заливаться смехом, он вышел из аудитории. Трип было подумала, что Скволл кинется ему вдогонку, однако тот даже не взглянул в его сторону, сохраняя видимое безразличие. Сообщение наставницы озадачило кадета. Он нисколько не испугался трудной задачи, напротив, его наполнил боевой дух и желание показать себя.
            "Огненная пещера! Наконец-то! Теперь я покажу, на что способен. Я справлюсь, ведь Трип не решила бы так, если бы не была во мне уверена. А раз уж она во мне не сомневается, то бояться нечего".
            - Не забудь забрать из своего терминала переданных по моей просьбе Хранителей. Они тебе пригодятся. Приготовься и выходи к главным воротам, я буду там.
            - Минутку, Квистис, не хочешь ли ты сказать, что пойдёшь на это испытание вместе со мной? Да неужели я один не справлюсь?! - возмутился Скволл.
            - Не только пойду, но и буду помогать. Не хотелось бы недооценивать твои способности, но Ифрит слишком силён для тебя одного. Вдвоём мы сможем с ним справиться. Не забывай, что Ифрит - Хранитель, и у тебя есть реальный шанс его заполучить. Если ты проиграешь, он никогда больше не станет твоим. Немало смельчаков пытались добыть его, а Ифрит по-прежнему находится в пещере.
            - Да, но ведь они все пытались сделать это в одиночку. Так почему же в этот раз потребовалась подмога?
            - Ладно, я скажу. Глава Баламба не доволен, что такой ценный Хранитель до сих пор не используется нами. Ведь он силён и может стать хорошим помощником для своего обладателя. Так вот, раз уж тебе всё равно необходимо пройти предэкзаменационное испытание, то я подумала: "Почему бы не совместить необходимое с полезным?".
            Скволлу всё это было не по душе, но в академии его научили многому и, среди этого: во-первых - не перечить наставникам; и во-вторых - никогда не недооценивать своего врага. Он прекрасно усвоил урок и поэтому ответил:
            - Раз такие дела, конечно. Я скоро буду готов.
            Квистис кивнула и вышла в коридор, а Скволл остался наедине со своими мыслями. Теперь он был даже рад, что его наставница пойдёт с ним. Если верить слухам, витавшим вокруг Ифрита, помощь ему явно не помешает. Юноша вспомнил про Хранителей. Подойдя к терминалу, встроенному в его парту, Скволл включил компьютер и сконцентрировал разум на связи с Шивой и Куизакотлом, выставив вперёд руку. Раздался тихий свист, яркие переливающиеся дуги света устремились из терминала парты в раскрытую ладонь юноши. Спустя секунду, свист прекратился, и кадет сжал кулак. Тут же он почувствовал, как Хранители стали с ним одним целым, наполняя дополнительной силой и расширяя способности.
            Хранители, Призываемые монстры, или как их ещё называли - Стражи, являлись неотъемлемой частью военной науки этого мира. Они давали своему хозяину возможность использовать магию с большим эффектом, а также наделяли различными способностями, которыми обладали сами. И, что самое главное - хозяин Хранителя мог в любой момент вызвать его на подмогу во время тяжёлой битвы. Многие Стражи принадлежали к определённой стихии: огня, земли, воды, воздуха или другим. Они были бессмертны, хотя и могли подвергнуться атаке тот в момент, когда враг атаковал человека, усилиями разума вызывающего их. В этом случае, Хранитель прикрывал хозяина, получая вместо него повреждения, а если причинённый урон был слишком силён, человек терял на время способность призывать Хранителя.
            Скволл забрал своих новых стражей, способности которых были ему хорошо знакомы по лекциям: Шиву - ледяное существо, по виду очень схожее с женщиной-человеком, и Куизакотла - создание, напоминающее огромную змею с крыльями, которое было способно создавать сильный электрический взрыв, вызывая удар молнии. Это были не самые сильные Хранители, но Скволлу пока и не требовалось большего. Он вздохнул и вышел из аудитории, погружённый в свои мысли.
            "Не понимаю я этого Сейфера. Что он хочет доказать окружающим? И почему я? Что во мне такого, что он не может просто пройти мимо. Надеюсь, Сейфер не помешает мне...".
            В этот момент размышления Скволла прервал резкий толчок в левый бок. На полу, у его ног, полулежала симпатичная девушка небольшого роста. Похоже, столкновение прошло для неё благополучно и она тут же поднялась на ноги.
            - С вами всё в порядке? - вежливо поинтересовался Скволл. Не то, чтобы он был особо галантным и обходительным, но сейчас ему захотелось быть вежливым с неосторожной незнакомкой.
            - Ага, без проблем! Ты случайно не из той аудитории? - весёлым голоском ответила девушка.
            - Из неё, собрание только что закончилось.
            - О, нет! Это уже второе место, куда я опаздываю в этой академии. Она такая большая! - горестно пожаловалась незнакомка - Вообще-то, меня сюда перевели совсем недавно из Трабии. Ты ведь, наверное, здесь уже давно учишься, не покажешь где здесь что? - Скволл вспомнил, что трабийская военная академия находится где-то далеко на севере, среди заснеженных лесов и гор. Обмены студентами между академиями были обычным делом.
            "Вот только экскурсий мне ещё не хватало устраивать", - раздражённо подумал Скволл, а в слух сказал:
            - Пойдём на первый этаж, там полно народа, и есть подробная карта академии. Я думаю - разберёшься.
            Они прошли в лифт и через пару секунд уже были в главном холле. Скволл подвёл свою спутницу к большой карте и, ни слова не говоря, направился к центральным воротам, где его, наверное, уже заждалась Квистис. Ему не было дела до того, кто эта девушка, как её имя и какие у неё дела в академии. Скволл не мог знать, что с этой опоздавшей девушкой его многое свяжет в будущем.

0

4

ГЛАВА 3

БИТВА В ОГНЕННОЙ ПЕЩЕРЕ
            Квистис, задумавшись, стояла возле ворот академии. Она уже успела переодеться, и красный обтягивающий костюм выглядел на ней просто замечательно, а боевой хлыст, который она держала в руках, давал понять, что эта красота не столь безобидна, как может показаться на первый взгляд.
            - Скволл, передай мне, пожалуйста, Куизакотла. Так я смогу оказать тебе заметно большую помощь, - ещё издалека начала Квистис.
            Чёрная куртка кадета с белым пушистым воротником заколыхалась, реагируя на невидимый поток ветра, и из его тела с тихим свистом отделился светящийся сгусток энергии, который тут же вошёл в Квистис. Её глаза блеснули, а вокруг тела на мгновение возникло радужное сияние.
            - Отлично! Пойдём, Скволл. И не волнуйся, всё будет в порядке, - приободрила кадета Трип.
            - И что ты этим хочешь сказать? - с подозрением произнёс молодой человек. Уж очень ему не хотелось чем-то выдать своё волнение - Ты ведь хотела сказать, что я...
            - Я хотела сказать, что надо по пути запастись магией льда. Хватит болтать, отправляемся.
            С этими словами Квистис быстро зашагала в направлении северных гор, где водились гухейсуаисы. Из них-то она и планировала вытянуть ледяную магию, которую называли Снежная Буря.
            Дорога до скал заняла около двух часов, на протяжении которых ученик с наставницей не один раз подверглись налётам Байт Багов - назойливых насекомых размером с небольшую собаку. Они были почти не опасны, и пары взмахов ганблейда Скволла хватало для отражения очередного налёта. Впрочем, иногда приходилось вмешиваться и Квистис. Она использовала иную тактику - вытягивала из насекомых магию огня и тут же применяла её против прежних владельцев.
            До подножия скал оставалось около 300 метров, когда из ближайших кустов вынырнуло и плавно поплыло над землёй голубоватое существо, походившее на кобру с очень сильно раздувшимся капюшоном. Оно было местами прозрачным и переливалось на свету - явные признаки принадлежности к стихии льда.
            - За дело, - скомандовала Трип, - пока он нас не заметил.
            Скволл взялся двумя руками за рукоятку ганблейда и выставил его вперёд, закрыв глаза и сконцентрировав мысли на существе. Сила Хранителя позволяла почувствовать, какой магией оно обладает, и вскоре Скволла обдало прохладой. Вот оно! Снежная Буря! Из гухейсуаиса с тихим шипением и свистом вырвались переливающиеся сгустки света с длинными и яркими как у кометы хвостами. Описав небольшой полукруг, они вошли в меч Скволла. Квистис проделала подобную операцию и также получила небольшой запас ледяной магии. Для концентрации, она, подобно Скволлу, использовала свой кнут и Хранителя. Тем временем, монстр заметил чужаков, и, проворно развернувшись, быстро начал сближение, покачивая острым шипастым хвостом.
            - Внимание, Скволл! Я его отвлеку, а ты продолжай выкачивать магию.
            Двумя грациозными прыжками Квистис приблизилась к существу и тут же была вынуждена отпрянуть в сторону, уворачиваясь от острого хвоста. Гухейсуаис забыл про Скволла и яростно пытался ткнуть Квистис острым шипом. Куда там! Она, как кузнечик, прыгала вокруг монстра, не давая даже приблизиться к себе. Скволл молча стоял в стороне и методично вытягивал из затравленного монстра магию. Если гухейсуаис поворачивал в его сторону, Квистис немедленно пускала в дело кнут, привлекая к себе внимание.
            Спустя какое-то время, кадет почувствовал, что получил практически полный запас Снежной Бури. Процедура отбора магии подходила к концу. Он начал в последний раз проделывать операцию, как вдруг гухейсуаис, забыв про Квистис, яростно метнулся к нему.
            - Скволл, осторожно! - крикнула Трип, но острый хвост твари уже полоснул парня по груди, оставив след на белой майке и теле.
             Это, впрочем, причинило совсем небольшой урон жизненной энергии Скволла. Дело в том, что было не столь важно, чем наносится повреждение, и как это выглядит внешне. Суть в том, сколько жизненной энергии потеряет при этом подвергшееся нападению существо. Опасность возникала только при снижении энергии жизни до критического уровня, а смерть наступала при полном её истечении. За жизнестойкость существа непосредственно отвечала его внутренняя магия, а также индивидуальный способ её комбинирования. Природное отсутствие внутренней магии люди компенсировали, используя в своих целях Хранителей. Кадетов учили этому с раннего детства, ведь не имея защиты Хранителя, человек становился совершенно беспомощным, и полученные в таком состоянии ранения не подлежали излечению магией. Об этом красноречиво свидетельствовали оставшиеся на всю жизнь шрамы на лбах у Скволла и Сейфера.
            - Ах, ты, гадость летающая! - с негодованием крикнул застигнутый врасплох кадет. - Кусаться вздумала!?
            Скволл присел, уворачиваясь от очередного удара, отвёл ганблейд назад и молниеносным рывком снизу вверх нанёс сокрушающий удар по гухейсуаису, прорыв на земле глубокую борозду. Именно так он закончил "тренировку" с Сейфером, после чего на лице последнего появился неизлечимый порез. Существо бесшумно опустилось на землю и, с коротким шипением, похожим по звуку на удар, растаяло. Так выглядела смерть в этом мире. Когда она настигала жертву, та просто медленно исчезала, не оставляя после себя никаких следов.
            - Внимания, Скволл, внимания тебе не достаёт, - отреагировала на случившееся Квистис. - Был бы на его месте Ти-рекс (она ткнула пальцем на место, где растаяло острохвостое существо), всё могло закончиться с куда более плачевными последствиями.
            - Моя ошибка. Задумался, - коротко ответил кадет, - но это поправимо.
            Скволл одной рукой воткнул меч в землю, а другую вытянул вперёд. Затем он, сгибая руку в локте и сжимая пальцы в кулак, прижал её к себе и закрыл глаза. Вокруг него появилось зеленоватое свечение с исходящими лучами, послышался звук, напоминающий журчание ручья, и след на груди быстро исчез.
            - Вот и все дела, инструктор!
            Квистис сделала странный жест: как будто что-то покрутила в руке, а затем махнула кистью. Она сделала его не осознанно и не придала значения. Впереди их ждало испытание, важное для обоих. В случае провала, Трип на этот раз наверняка достанется от начальства, ведь впервые инструктору было дано прямое указание заполучить Хранителя Огненной Пещеры. А для Скволла? Мало того, что неудача обернётся для него не допуском к экзамену, так ещё и этот Алмази. Уж тот точно не упустит случая вставить по этому поводу словечко-другое, чтобы поиздеваться над своим недругом.
            За выступом леса показалась небольшая скала, с достаточно широким входом у основания, который и вёл в глубины Огненной Пещеры. Внутри она представляла собой сплошное озеро бурлящей лавы, по которому в глубь уходила извилистая тропа. Такая среда обитания была характерна для существ огненной стихии, поэтому неудивительно, что Ифрит поселился именно здесь. Это было тихое место. Покой нарушали только периодические попытки незадачливых студентов "пройти Огненную Пещеру", вызванные зачастую собственной глупостью. Из-за этого, с недавних пор, перед входом в пещеру стали постоянно дежурить представители академии, которых называли "деканами".
            Скволл достаточно часто имел сомнительное удовольствие общаться с деканами и был совсем не обрадован, увидев их у входа. Охраняющие, как всегда, были одеты в широкие рясы до самой земли, на головах покоились почти плоские широкополые шляпы, всегда скрывающие верхнюю половину лица. Даже кисти рук их были спрятаны под длинные рукава. Деканы всегда пользовались дурной славой, в основном, из-за своего грубого поведения и чрезмерной строгости в отношении кадетов. Ходили слухи, что даже сам Сид Крамер, директор военной академии Баламб, не всегда решался вступать с ними в конфликты.
            Когда Трип со студентом приблизились, один из деканов поднял голову:
            - Назовите себя, - потребовал он.
            - Инструктор по боевой подготовке Квистис Трип и кадет высшего ранга Скволл Леонхарт, - ответила Квистис. Уже не в первый раз она произносила подобное.
            - Цель?
            - Предэкзаменационное испытание.
            - Можете пройти, - в той же резкой, неприветливой манере, проскрипел декан.
            Мрачные типы отошли с прохода, и пришедшим открылся тёмный вход в пещеру, из мрака которого мерцали красные всполохи, и слышался постоянный гул. Однако, очутившись внутри, Скволл обратил внимание на то, что с видимостью в пещере всё в полном порядке: лава давала вполне сносное освещение.
            - Прошу! - произнесла Трип, и протянула руку по направлению дороги. Теперь она становилась только помощником.
            Не смотря на жару, по Скволлу пробежал холодок. Мысленно, он погасил только проявляющееся из глубин сознания чувство страха. Это был полезный психологический приём, позволявший не испытывать ни малейшего страха даже в самых, казалось бы, безысходных и ужасных ситуациях. Но такой приём, называемый "Берсерк", имел свой существенный недостаток: при его применении человек частично терял способность здраво оценивать ситуацию и прибегать к различным магическим хитростям, требующим повышенной концентрации. По этой причине кадет использовал только первую, самую лёгкую фазу Берсерка.
            Мимо путников проносились летучие мыши, какие-то причудливые создания, у которых вместо тела было три крыла, вертящихся вокруг головы. Реже из лавы выныривали и атаковали круглые огненные существа, называемые бомбами за их неприятную особенность взрывать себя, причинаяя вред врагам. С шипением, они отлетали обратно в расплавленную магму или испарялись прямо на дороге от метких ударов Скволла. Квистис шла в паре шагов позади и пристально наблюдала за своим подопечным, изредка помогая точным ударом своего хлыста расправиться с особо живучим монстром.
            Наконец, впереди показалась небольшая площадка с круглым отверстием посередине. Как только Скволл и Квистис приблизились к площадке, земля вокруг них начала трястись, а с невидимых сводов пещеры посыпались мелкие камни. Спустя мгновение, из дыры, на несколько метров вверх, с рёвом, вырвались языки пламени. В огне проявились смутные очертания, схожие с человеческими, и всё пространство вокруг заполнил рокочущий, неестественно низкий голос, отдающийся многократным эхо в сводах пещеры:
            - Как посмели жалкие смертные снова вторгнуться в мои владения! Неужели вам всё ещё не ясно, что ваши попытки бесполезны!? Что ж, видимо придётся ещё раз преподать людям урок!
            Пламя вокруг силуэта разлетелось в стороны и изумлённому взору кадета предстал сам Ифрит - Хранитель Огненной Пещеры. От этого зрелища непроизвольно мелькнула мысль: "Что я тут делаю!?". Но Скволл успел овладеть собой и не дрогнул. А зрелище было действительно незаурядным. Ифрит по телосложению напоминал человека, ростом около трёх метров, но только отдалённо. Голова и ноги носили все признаки льва, за исключением двух внушительных рогов, которые полукругом загибались назад. Из полуоткрытой пасти, засеянной ужасными клыками, било пламя, всполохи которого отражались, переливаясь, в его серьгах. Верхняя часть туловища монстра была закрыта красноватой искрящейся гривой, а мощные лапы с острыми когтями, сковывали золотые браслеты. В довершении всего зрелища, в Скволла впился острый взгляд глаз Ифрита, поразительно схожих с человеческими.
            - Юноша! - прогремел Ифрит. - Даю тебе последний шанс в целости убраться, откуда пришёл!
            Нет! Теперь отступать поздно. В ответ на предупреждение Ифрита, Скволл без промедления выхватил ганблейд и, отведя его в сторону, со всех ног помчался к монстру. Ифрит, один вид которого обычно заставлял горемычных охотников за Хранителями пуститься в паническое бегство, был застигнут врасплох и неприятно удивлён сильным ударом меча, пришедшемуся по его правому боку. Хуже того, в нападавшем человеке он отчётливо почувствовал какую-то необычную силу, которой до сих пор не было ни в одном из людей.
            Скволл отступил, готовясь к новой атаке. В здоровенных ладонях Ифрита вспыхнул огонь, и тут же жаркое пламя, сформировавшееся вокруг кадета, обожгло и отбросило его на несколько метров назад. Хранитель немедленно издал звук, похожий на смех, предвкушая очередную лёгкую победу. Но Скволл быстро пришёл в себя, он уже был знаком с этим огненным фокусом: совсем недавно ему пришлось выдержать такую же атаку от Сейфера. "Не сгорю!" - подумал он, вскакивая и снова кидаясь к цели. В этот момент над Ифритом закрутился маленький смерч из кристаллов льда, образуя довольно внушительный искрящийся кусок, который и грохнулся, рассыпавшись, прямо ему на голову. Огненному существу этот сюрприз явно не понравился, о чём возвестил низкий рёв, громогласно пронёсшийся по пещере.
            "Молодец, Квистис! - мелькнуло у кадета в голове - Получи!". На ошарашенного ледяной магией Ифрита посыпались круговые удары. Из тех мест, куда попадал меч, тут же выхлёстывало пламя, обжигая атакующего, после чего на этом месте не оставалось и следа. "Лёд! Нужен лёд" - сообразил Скволл. Он увернулся от атаки Хранителя, быстро настроил мозг на нужную волну, вызывая Снежную Бурю. Только успев вызвать заклинание, Скволл изогнуться от боли из-за очередного огненного смерча, пронёсшегося сквозь него. Однако, сумев устоять на ногах, он нанёс длинный режущий удар по правому боку существа. Из раны вырвался поток кипящего пламени, и в этот самый миг, глыба льда разбилась о дымящуюся голову Ифрита, осыпав всё его тело дождём мелких ледышек. От раздавшегося рыка боли Ифрита снова затряслась земля. Он размахнулся своей огромной лапой и тыльной стороной ладони отбросил надоедливого человека на внушительное расстояние. Во время короткого полёта у Скволла потемнело в глазах. Он упал, и ещё пару раз перекувырнулся через себя. Всё тело ныло от многочисленных ожогов, а оплеуха Ифрита наверняка стоила кадету пары сломанных рёбер. Сознание било тревогу, вызывая жёлтые мерцающие образы: ещё что-то подобное, и Скволл может уже не подняться без посторонней помощи, а значит, испытание будет провалено. Вставая на ноги, он поймал взгляд инструктора и по губам прочитал: "Ши-ва". Ну конечно! Только бы успеть.
            Скволл развернулся лицом к Ифриту, закрыл глаза, и начал мысленно читать заклинание призыва ледяного Хранителя. На его счастье, Ифрит не торопился, решив напоследок вдоволь поглумиться над наглым человечишкой:
            - Что ж, совсем не плохо для простого смертного. Достаточно, чтобы я позволил тебе убраться отсюда, но этого мало для того, чтобы я встал на твою сторону.
            С этими словами Ифрит взмыл в воздух, сделал двойное сальто и всем своим весом приземлился на призывающего кадета, чем вызвал очередное сотрясание пещеры. После чего, уверенный в своей победе, отпрыгнул назад. Во время удара Скволлу показалось, что его просто сплющило и вдавило в землю. На самом же деле, он даже не пострадал: весь урон взяла на себя пробуждающаяся Шива, а она, как и положено Хранителю, была намного выносливее людей.
            Кадет завершил необходимое для призыва заклинание, открыл глаза и метнул вперёд руку с расставленными пальцами. Вокруг резко потемнело, а на земле, на некотором расстоянии от озадаченного Ифрита, образовался яркий смерч из снега и кусочков льда. Из-под него, с глухим эхом, взметнулась вверх большая прямоугольная глыба прозрачного льда, в которой, скрестив руки на груди и закрыв глаза, покоилась прекрасная Хранительница Шива - давний враг Ифрита. Глаза Шивы широко распахнулись и она развела руки в стороны, вдребезги разбив свою хрупкую темницу. Повиснув в воздухе, она отвела за голову соединённые руки, изогнувшись всем телом, и за короткое мгновение, со звуком нарастающей метели, накопила сгусток белого отлепляющего света. Ифрит, отойдя от оцепенения, со звериным рыком и горящими от внезапного осознания ситуации глазами, попытался что-то предпринять, но Шива уже обрушила на него накопленную мощную волну холода. Вся поверхность вокруг огненного Хранителя, включая его самого, покрылась слоем искрящегося льда, обволакивающего Ифрита полностью, запирая в холодную темницу. Не произнося ни звука, Шива повернулась на месте и исчезла, перенесясь обратно в сознание Скволла.
            После короткого мгновения тишины, раздался пронзительный звук разбивающегося стекла - в пыль разлеталась заледеневшая поверхность вокруг Ифрита. Для него, огненного существа, это был сокрушительный удар. Пламя вокруг Хранителя заметно поугасло, он припал на одно колено и всем корпусом наклонился вперёд, уперевшись лапой в землю. В изменившемся голосе послышалась грусть и разочарование:
            - Шива! Как я мог не почувствовать её присутствия? Этот юнец был слишком дерзок...
            В этот момент Ифрит услышал чей-то топот и в ярости вскинул голову. Всё, что он успел увидеть, это горящие глаза приближающегося человека, с занесённым для удара мечом в руках. После чего он почувствовал удар такой силы, что в воздух взлетели валяющиеся вокруг него камни, и потрескалась земля. Вокруг Хранителя вспыхнуло защитное пламя, сквозь которое проглядывал только его поникший силуэт. Голос Ифрита загремел в пещере с прежней силой:
            - Смертный, ты можешь гордиться собой! Все те, что приходили до тебя, были недостойны. Хоть ты и использовал Шиву, ты первый смог победить. Я чувствую в тебе необычайные силы. То, что ожидает тебя впереди, потребует их до последней капли. Я не смогу существовать в одном сознании с Шивой, но буду помогать тебе через твоих самых близких друзей. Помни, в них заключается твоя сила!
            Силуэт приобрёл форму вытянутого шара и, описав огненный круг по пещере, с шипением вошёл в Квистис. Еле передвигая ногами, и сжимая зубы от нестерпимого жжения по всему телу, Скволл медленно подошёл к Трип и молча уставился на её улыбающееся лицо. Машинально Скволл проделал все необходимые движения, и знакомое зеленоватое свечение прекратило его мучения: срастило сломанные рёбра, заживило многочисленные ожоги и ссадины, убрало следы с его дымящейся чёрной куртки. Магия Лечения делала своё дело.

0

5

ГЛАВА 4
ПУТЬ ОТКРЫТ
            Спустя три часа, инструктор и кадет уже прошли через главные ворота академии. Внутри было непривычно тихо и безлюдно для этого времени суток. Ощущалась была близость экзамена, который должен был вот вот осуществить заоблачные мечты одних кадетов, и отдалить их на неопределённый срок для других, которых постигнет неудача.
            Квистис обратилась к юноше:
            - Скволл, переоденься, и встретимся в главном холле через полчаса. Рекомендую воспользоваться случаем и перекусить, тебе вскоре понадобятся силы.
            Она вошла в лифт, и сквозь прозрачную шахту Скволл проследил, как он доставил её на третий, административный этаж, где размещалась резиденция директора академии. Только члены СииД и деканы имели туда постоянный доступ.
            Скволл проследовал по круговому холлу к крылу общежитий. В своей небольшой комнате он переоделся в тёмно-фиолетовую, с серебристыми узорами, форму кадетов академии, и, не торопясь, прошёл в столовую, не встретив по пути ни единой живой души. За время обучения, Скволлу не раз доводилось наблюдать за тем, как проходит заключительная подготовка к экзамену, и никогда до этого дня он не понимал, почему кадеты ведут себя в эти дни так тихо, замыкаясь в себе. "Уж я-то точно буду только радоваться, когда от вступления в СииД меня будет отделять один-единственный экзамен", - думал тогда Скволл. Теперь, повзрослев, он, сам не понимая причины, тоже чувствовал какое-то непонятное напряжение и грусть. Это не давало ему покоя, и, уж тем более, ему было не до радости.
            В столовой, тем не менее, всё же оказалось несколько человек. За одним из столиков сидела пара незнакомых кадетов, активно обсуждавщих внешние достоинства инструктора Трип, а у бара, спиной ко входу, стоял Сейфер, собственной персоной. Как ни странно, Скволл был даже рад его присутствию. Он прошёл мимо и стал с отстранённым видом разглядывать меню у стойки. Сейфер, в свою очередь сделал вид, что не заметил кадета, и продолжил бы успешно это делать, если бы со Скволлом весело не заговорил стоящий рядом с Алмази парень:
            - Ну, надо признать, что ты не малого стоишь, раз смог одалеть самого Ифрита! Скажу честно - не ожидал от тебя такой прыти, - добродушно произнёс он. Его поддержала стоящая рядом девушка:
            - Конечно, я подозревала, что этого зарвавшегося Хранителя скоро приберут к рукам, но никак не думала, что это будешь ты. Впечатляюще. Ты согласен, Сейфер? - поинтересовалась она.
            Это были Райджин и Фуджин. Они состояли вместе с Сейфером в Дисциплинарном Комитете академии и выполняли различные поручения, как его самого, так и высшего руководства. Райджин был здоровым парнем с очень редким для здешних мест смуглым цветом кожи. Он часто хохотал и вообще создавал много шума, а в качестве личного оружия носил за спиной лёгкий резной шест. Фуджин же, напротив, была чрезвычайно тихой и немногословной. Чёрная повязка на левом глазу и не длинные, чуть ниже ушей, белые волосы, придавали её и без того серьёзному лицу ещё более мужественный вид. Нельзя сказать, что она не была симпатичной девушкой, но её тяжёлый характер, вкупе с выглядывающим из-за пояса сюрикеном, уверенно держали на дистанции всех желающих добиться её расположения. Фуджин не стеснялась постоянно отвешивать Райджину оплеухи или дать хорошего пинка, по случаю или даже без оного. Все удивлялись, как они вообще могли уживаться вместе, но, вопреки всякой логике, их практически невозможно было увидеть по-раздельности. А Скволлу, к тому же, было совершенно не понятно, как такие славные ребята уживались с Сейфером, являясь его лучшими друзьями вот уже пять лет. Точнее говоря - единственными друзьями, которые у него были.
            С демонстративным недовольством Сейфер повернул голову в сторону Скволла:
            - А-а, вот и наш вояка вернулся. Ждёшь от меня похвалы?
            Скволл ничего другого и не ожидал:
            - Куда уж мне до твоих похвал. Просто было бы интересно узнать, что ты теперь скажешь о моих "подпаленных боках".
            - Скажи ещё, что это было не так? - с коварной улыбкой произнёс Сейфер, и повернулся прямо к собеседнику.
            Кадеты, сидящие за ближним столиком, с нескрываемым интересом наблюдали за баром и, скорее всего, им довелось бы стать свидетелями интересного зрелища, если бы в этот момент не вмешался Райджин:
            - Эй, ребята, поберегите свою злость для экзамена. Скволл, может быть, прогуляешься перед экзаменом? - быстро сказал он и освободил путь к выходу из столовой.
            Скволл, в общем-то, и не злился, но Сейфер определённо был ему неприятен, а повторить историю с тренировкой перед самым экзаменом было бы глупостью. К тому же Алмази, как координатор, вполне мог каким-нибудь образом помешать ему во время испытания, чего Скволлу никак не было нужно. Кадет вышел в круглый холл и побрёл к главному выходу. Народу вокруг заметно прибавилось, но вокруг всё также царило всеобщее напряжение. Кадеты разбивались на группы и покидали академию под руководством координаторов и инструкторов. У выхода разминался и делал замысловатые кульбиты какой-то незнакомый парень. При этом с его лица не сходила глуповатая улыбка. "Это ещё что за клоун", - подумал Скволл.
            Подойдя к большому стенду с картой академии, у которой он недавно оставил незнакомую девушку из северной академии, Скволл услышал голос Квистис:
            - Отлично выглядишь в форме. Всё нормально?
            Скволл кивнул.
            - Тут такое дело - начала Квистис, - пока ты отсутствовал, перед кадетами выступал директор. Ну, напутствующие высокие слова, пожелания успеха и всё такое. Директор Сид сказал мне, что хочет лично переговорить с тобой.
            - С чего это он? - подозрительно поинтересовался Скволл. Личная встреча с директором редко означала что-то кроме неприятностей.
            - Кто его знает. Сид - человек хороший, хоть и не без странностей. - Кстати, тут ещё один кадет пропустил выступление директора из-за собственного разгильдяйства. Но, не смотря на это, отзывы о нём исключительно хорошие.
            Она взглянула на список и громко сказала:
            - Зелл. Зелл Динч!
            К изумлению Скволла, "клоун", разминавшийся неподалёку, тут же обернулся к ним, подпрыгнул, сделав удар ногой с разворота, "колесом" прокатился пару метров и завершил это акробатическое выступление впечатляющим сальто, приземлившись в трёх метрах от него.
            - Зелл будет в твоей команде. Познакомьтесь, - кивнула в его сторону Квистис.
            Энергия из этого парня била не ключом, а бурным потоком. Он совершенно не мог спокойно стоять на месте и всё время подпрыгивал. Зелл был не высокого роста, крепко сложенным парнем. На голове у него выделялась замысловатостью дураковатая причёска: светлые волосы, стоящие дыбом, и образующие некоторое подобие конуса. На левом виске красовалась чёрная замысловатая татуировка. А на лице светилась дружелюбная улыбка.
            - Ты ведь Скволл, да? Рад познакомиться! Я Зелл, - весело представился он и протянул руку.
            "Проклятье! Мне явно не повезло. Квистис что, сделала это нарочно, чтобы усложнить мне задачу?" - с тоской подумал Скволл, отворачиваясь от протянутой руки.
            На Зелла, впрочем, такое явное неуважение не произвело ни малейшего эффекта. Он продолжил:
            - Я слышал о вашей потасовке с Сейфером. Что у тебя с ним за дела?
            "Ты последний, с кем я хотел бы поговорить об этом", - мрачно подумал Скволл, чувствуя, что парень начинает утомлять его своей чрезмерной активностью.
            Молчание Скволла тоже ничуть не смутило Зелла:
            - Это ведь он тебя так порезал, да? Ууу! Наверное, он на тебя сильно разозлился. Как бы то ни было, очень рад, что попал в одну команду с тобой. Надеюсь, что мы...
            Тут в монолог вмешалась Квистис:
            - Кстати, говоря о Сейфере. Вам обоим следует знать: Алмази будет вашим командиром на экзамене, и от его отчёта будет во многом зависить ваша итоговая оценка.
            Скволлу показалось, что пространство вокруг него поплыло назад. Что угодно, только не это! С таким командиром можно было даже не утруждать себя пустой тратой времени на экзамен. Скволл почувствовал внезапный прилив обречённости. На Зелла же, напротив, это сообщение произвело совершенно обратный эффект:
            - Ух ты! Это, наверное, будет очень интересно. Сам зловещий Сейфер Алмази! Я слышал, что тех кадетов, которые сдавали с ним экзамен в прошлый раз...
            - ...Больше никогда не видели в академии Баламб.., - закончила за него популярную местную легенду Квистис.
            - ...Да и ни в какой другой академии, должен заметить, - вдруг раздался знакомый голос. - Вам, ребятки, придётся выложиться на все сто на экзамене, чтобы не вылететь отсюда. - К ним, в развевающемся светло-сером плаще приближалась высокая фигура самого Сейфера, новоиспечённого командира отряда Скволла. Квистис, не глядя на внезапно посеревшее лицо Леонхарта, сказала:
            - Алмази, принимай свою новую команду. Удачи вам всем на экзамене!
            Сейфер поморщился и, махнув рукой, ответил:
            - Инструктор, сколько раз вам повторять? Она мне не нужна! Я прекрасно обхожусь без удачи, полагаясь только на себя самого.
            В этот момент Скволл и Зелл выпрямились, замерев, по стойке "смирно". Квистис обернулась: в нескольких шагах от неё стоял небольшого роста мужчина, в белой рубашке и бордовой безрукавке. И, хотя все уже и так стояли вытянувшись, Квистис всё же запоздало скомандовала по уставу:
            - Смирно! Директор академии Баламб Сид Крамер!
            Сколько Скволл помнил себя в академии, ей всегда руководил Крамер. Все знали, что именно он основал много лет назад элитные военные силы СииД, а также Академии, призванные готовить новое пополнение. На вид, ему можно было дать лет 45, хотя в действительности было только 38. Добродушное лицо и мягкий взгляд через маленькие очки располагали к этому человеку. Он обладал приятным характером, совершенно не свойственным военным, и тихим рассудительным голосом. Тем не менее, Крамер был известен, как прекрасный руководитель и мудрый стратег, а его мягкий характер не мешал периодически отчитывать провинившихся кадетов по всей строгости правил.
            - Добрый день, кадеты, - как всегда вежливо начал Сид. - Я хотел бы обратиться к вам лично, раз уж вы не соизволили появиться на общем собрании. Впрочем, это сейчас не так важно. Важно то, что впереди вас ждёт очень ответственное испытание. Вы давно к этому стремились, достойно преодолевали множество трудностей, возникающих на вашем пути, и всё же достигли финального рубежа. Покажите, что время, потраченное нами на вашу подготовку не прошло в пустую, что вы достойны стать новыми членами СииД.
Скволл почувствовал, что в голосе Крамера прозвучало нечто большее, чем дежурное напутствие. Сид, тем временем, продолжал:
            - Сейфер, я не зря поручил этих ребят именно тебе. Я прекрасно осведомлён о вашей взаимной неприязни с Леонхартом, но ты - один из лучших наших координаторов, и я посчитал, что они заслуживают именно твоего внимания. Будь внимателен и, что самое главное, справедлив. И ещё один совет, напоследок: не нужно изображать из себя героев и делать больше, чем от вас требуется. Успехов вам и удачи.
Крамер закончил, повернулся и неторопливо направился к лифту. Когда он отошёл на внушительное расстояние, Сейфер раздражённо махнул в его сторону рукой и проворчал:
            - А-а, снова эта дурацкая удача! - и, повысив голос, добавил: - Салаги, за мной!
            Скволл с отвращением поглядел на неспешно удаляющегося координатора. "Что случилось с Крамером? Как он мог так жестоко надо мной подшутить? Поставить меня под руководство этого… напыщенного кретина!" - подумал он, и тут же к своему удивлению услышал тихое ругательство Зелла:
            - Вот же кретин...
            "Ну надо же. Хоть в этом мы с ним похожи, - подумал Скволл. - Кто знает, может быть мы и сработаемся".
            Команда во главе с Квистис проследовала через холл и коридор к автостоянке, где располагались машины академии. Все заняли свои места в небольшом бронированном автомобиле, и Сейфер захлопнул дверь, дав водителю сигнал к отправке. Зарокотал мотор, и машина понеслась по подземному туннелю, ведущему к выходу из академии. Спустя минуту, она уже мчалась по залитым солнцем просторам материка в город Баламб Сити.
            Окон в пассажирском салоне машины не было, и сидящим ничего другого не оставалось, кроме как смотреть перед собой. Салон был рассчитан на четырёх человек, которые размещались на двух скамейках по парам. Перед посадкой Зелл обогнал Скволла и, пропустив вперёд Квистис, сел напротив неё. Таким образом, Скволлу ничего не оставалось, кроме как занять место напротив Сейфера. Избегая издевательского взгляда командира, он сидел, наклонив голову вниз и углубившись в свои мысли.
            "Денёк сегодня выдался просто сумасшедший: сперва весёлая тренировочка, затем испытание в Огненной пещере, постоянные стычки с Сейфером. Да ещё и в командиры он мне достался по какой-то дурной иронии. Жаль мне этого Зелла. Если Сейфер решит меня провалить, то и он наверняка окажется не у дел".
            Зелл, буквально ёрзавший на месте, в конце концов не выдержал гнетущего молчания и заговорил:
            - Слушай, Скволл, я слышал, у тебя такой крутой меч. Покажешь?
            Скволл никак не прореагировал на просьбу.
            - Да ладно тебе. Хоть мельком покажи. Ну, хоть одним глазком, - просящим голосом сказал Зелл, наклонился к Скволлу и показал пальцами расстояние в один сантиметр.
            "Вот же привязался!"
            - Не будь жадиной, чего тебе стоит?
            "Не отвяжется", - решил, наконец, Скволл, нащупал у пояса рукоятку револьвера и на секунду вынул ганблэйд из ножен как раз на один сантиметр.
            - Ух ты! Вот здорово! Крутая вещь! - загорелись глаза у Зелла. - А вот я предпочитаю при любых обстоятельствах оставаться со своим главным оружием, - сказал он с гордостью и потряс в воздухе кулаками, облачёнными в необычные, с металлическими пластинами, перчатки. - С детства люблю рукопашный бой, и достиг в этом неплохих результатов, должен заметить. Мой дед когда-то был известным генералом, и я решил пойти по его стопам. Здорово, да? Отец умер пару лет назад, а мама живёт в Баламбе. Постоянно жалуется, что я к ней редко захожу. Родители...
            Скволл по-прежнему пребывал в раздумьях о своей жестокой судьбе, не улавливая смысла тирады Зелла, но прозвучавшее слово "родители" заставило его мысли переключиться на другую тему:
"Родители. Кто они? Я только и помню, что своё обучение в академии. У Зелла есть родители, он помнит свою жизнь. А что я? Ведь я же был когда-то маленьким, и у меня тоже должны были быть родители, хоть я и не помню ничего о них".
            Тем временем, болтливый Зелл уже рассказывал байку о том, как он в одиночку наткнулся на Ти-Рекзавра и, из-за "слишком превосходящих сил противника", был вынужден отступить. Скволл перебил его и тихо спросил:
            - Зелл, что было с тобой до поступления в академию?
            - А, ну как же... Нуу… Что было? Наверное… Да что-то сейчас не припомню. Вроде как ничего интересного.
            Радостное настроение Зелла улетучилось в мгновение, и Скволл вдруг увидел "клоуна" совсем другим - помрачневшим и растерянным.
            Чтобы скрыть своё замешательство, Зелл поднялся и стал сосредоточенно отрабатывать удары руками. Скволл вернулся к своим мыслям:
            "Ну вот, и он тоже не помнит. Может быть, в моём детстве действительно не было ничего интересного? И почему я об этом только сейчас задумался? Всё это очень странно. Надо будет при случае поговорить об этом с Квистис".
            Зелл всё продолжал прыгать и наносить удары по воздуху. В конце концов, терпение Сейфера иссякло. Всё это время он сидел, развалившись на скамье рядом с Квистис, и молчал, но тут повернул голову и властно бросил:
            - Угомонись, придурок!
            Зелл застыл как вкопанный, уставился на Алмази и затрясся от злобы. Однако, вовремя овладев собой, сделал в сторону Сейфера неприличный жест и сел на место, что-то недовольно бормоча. Квистис про себя похвалила его и удивилась, что такой улыбчивый и, казалось бы, совершенно несерьёзный парень, вообще способен злиться. "Скволлу точно не хватает жизнерадостности Динча", - подумала она. "Держу пари, что Сейфер цепляется к нему именно из-за этого".
            До этого, Квистис тоже внутренне отреагировала на слово "родители", которое произнёс Зелл. Она точно так же попыталась вспомнить своих родителей, какими они были, какой была она в детстве, но с удивлением натолкнулась на непонятный барьер. В этот момент к ней обратился Скволл:
            - Слушай, Квистис, что за девушка была сегодня утром в лазарете? Как раз, когда ты пришла за мной.
            - Не знаю. Я никого там не видела.
            - Странно, кто-то там точно был…
            Сейфер хмыкнул и, с насмешкой, произнёс:
            - Замечательно! Ну и команда у меня в этот раз: первый - нервный, болтливый болван, а у второго начались проблемы на стадии полового созревания.
            Зелл снова вскипел и, уже было открыл рот, чтобы ответить обидчику, но в этот самый момент машина резко затормозила, заставив всех пассажиров дёрнуться в сторону, повинуясь инерции.
            - На выход, салаги! - скомандовал координатор, - Баламб Сити...

0

6

ГЛАВА 5
ЭКЗАМЕН
            Баламб Сити был небольшим, красивым прибрежным городом, родиной большинства студентов, обучавшихся в академии. Здесь находился вокзал, с которого жители могли ездить на другой континент, и корабельный порт, служивший исключительно интересам военных. Железная дорога пролегала в прозрачном туннеле по самому дну океана, благодаря чему во время путешествия пассажиры могли наслаждаться чудесными пейзажами морской флоры и фауны здешних мест.
            Машина остановилась у самого порта. Выйдя на причал, Скволл увидел, что все катера, задействованные в операции, уже отчалили, и только их катер терпеливо дожидался своих пассажиров. Налетел приятный морской бриз, развевая волосы Скволла. Он закрыл глаза, и в сознании на долю секунды мелькнула предательская мысль: "Зачем всё это мне нужно?". Но, Скволл быстро отмахнулся от неё, понимая, что выбор давно уже сделан и назад дороги нет.
            Курсант подошёл к трапу, вслед за Зеллом и Сейфером, пригнувшись, поднялся на борт катера, и прошёл по короткому коридору в инструктажную каюту. Помещение было просторнее, чем салон машины: посередине стоял стол, по двум стенкам каюты располагались кресла, а на дальней стене, под потолком, висел большой монитор, на котором светилась эмблема академии Баламб.
            Квистис слегка поотстала от основной группы, но уже через какое-то мгновение появилась в каюте, в компании девушки, одетой в форму СииД. Скволл сразу узнал её. Это была Ксу - инструктор по боевой подготовке и старший военный советник Сида Крамера.
            Ещё с порога, Квистис представила Ксу пассажиров катера:
            - Ну вот, полюбуйся на команду "Б".
            Зелл и Скволл поднялись и поприветствовали инструктора. Сейфер даже не подал виду, что заметил появление в каюте старшего по званию. Ксу такое наплевательское отношение нисколько не обидело, она уже привыкла к выходкам этого самовлюблённого кадета, давно махнув рукой на какие-либо попытки его исправить. Уже не первый год Сейфер выслушивал её предэкзаменационный инструктаж.
            - Сейфер, - обратилась к нему Ксу. - В который раз это уже происходит? Неужели за всё это время нельзя было стать полноправным членом СииД?
            На этот риторический вопрос Алмази только вяло махнул рукой. Если бы он хотел им стать, то это давно бы уже случилось.
            Ксу подошла к монитору и начала брифинг:
            - Я поясню ситуацию и ваше задание. Наша цель в этой миссии - Герцогский Парламент города Доллет. Запрос помощи поступил 18 часов назад, а сам Доллет отбивается от Галбадианской армии уже в общей сложности 72 часа. После 48 часов упорного противостояния, силы Доллета вынуждены были оставить свои позиции внутри города и отступить к ближайшим горам. Из расположенной там радарной башни им удалось связаться с нами и запросить помощи, хотя повторные попытки выйти с ними на связь ничего не дали. Скорее всего, радар был тоже захвачен сразу после передачи сообщения. Никто не знает, по какой причине гальбадианцы начали вторжение: их президент до сих пор не выходил на связь и не делал никаких объявлений. Таково общее положение на данный момент. Теперь, собственно, о задании. Десант гардена высадится на пляже Люпин, который постоянно подвергается интенсивному артиллерийскому обстрелу со стороны галбадианцев. Затем, экзаменуемым кадетам нужно будет уничтожить остатки вражеских солдат в прилегающей к пляжу части города. Тем временем, отряды СииД перехватят основные войска гальбадианской армии, которые, возможно, попытаются пробиться к административному району города.
            Сейфер, бесцеремонно закинув ноги на стол, недовольно поинтересовался:
            - Так что же именно мы должны делать?
            - Как я уже сказала, кандидаты в СииД, разбитые на группы, должны нейтрализовать оставшихся вражеских солдат внутри города. Границей области действия вашей команды "Б" будет доллетская площадь.
Зеллу это явно понравилось:
            - Здорово! Звучит круто!
            Сейфер же был иного мнения:
            - Звучит скучно. Похоже, нам снова достанется вся самая грязная работа. И никакого веселья, - мрачно резюмировал координатор. Ксу не обратила на это высказывание внимания и продолжила:
            - Я должна упомянуть об ещё одном обстоятельстве. Мне не приятно об этом говорить, но возможный приказ об отступлении следует выполнять немедленно. Не забудьте об этом. Академия не собирается неоправданно терять неопытных кадетов в ходе боевых действий. Ваша задача - показать себя с хорошей стороны и заработать высокую оценку, а основную битву выиграют отряды СииД. Сразу же после десантирования, миссия начнётся. На этом всё.
            Сейфер никак не отреагировал на последнее замечание относительно отступления. Квистис, прекрасно зная характер Алмази, насторожилась этому обстоятельству, прекрасно зная, что тот может выкинуть неприятный сюрприз.
            - Всё, что вы должны делать, парни, так это выполнять мои приказы, как командира, - уверенно сказал он, глядя в пространство перед собой, - и экзамен будет благополучно выдержан.
            Ксу вышла из каюты, и тут же наступила напряжённая тишина, нарушаемая только ровным рокотом моторов катера. Каждый погрузился в свои мысли, но все думали, так или иначе, об одном и том же. Даже Сейфер был необычно взволнован. Ему уже множество раз приходилось бывать в подобных ситуациях, но почему-то именно сейчас его охватило странное чувство, никогда не посещавшее его доселе. Это вызывало у него серьёзное беспокойство, но он умело сохранял видимое безразличие.
            - Это будет мой первый настоящий бой, - тихо сказал Зелл. - Я слегка волнуюсь.
            Сейфер пристально уставился на него и подумал:
            "Малыш Зелл... Ты всегда был не слишком отважен, хотя не раз вступался за Скволла. Ну надо же, эти парни ничуть не изменились за столько лет. Ха! Если бы вы только знали всю невероятность этой ситуации. Если бы вы только знали...". Алмази знал гораздо больше, чем говорил. В его голове крылась тайна, которую он пока не собирался раскрывать. Повернув голову к Скволлу, он властно скомандовал:
            - Посмотри, далеко ли там берег. Мне уже надоело сидеть без дела
            Первым порывом Скволла было послать Сейфера подальше, с его дурацкими приказами, но в конце концов разум взял верх над эмоциями. Он молча поднялся, захватил со стола карту Доллета, и вышел из каюты.
            Поднявшись на палубу, Скволл отметил, что наступали сумерки. Это было потрясающее время, когда всё вокруг наполнялось неповторимой атмосферой чего-то сказочного. На тёмно-голубом небе уже проглядывали мириады звёзд, беспорядочно разбросанных по всему небосводу до самого горизонта, вдоль которого величественно плыли облака, всё ещё слегка освещаемые зашедшим солнцем. Они то тускнели, то снова наливались нежным розовым оттенком. Океан тихо шелестел волнами и, казалось, испытывал безразмерное счастье только от того, что является неотъемлемой частью такого восхитительного мира. В воде отражался силуэт огромной Луны, которая своими размерами занимала немалую часть неба. Её отражение на водных просторах образовывало большой светящийся круг. Царящее повсюду затишье природы разрезал только низкий рокот моторов военных катеров, мчащихся к виднеющейся вдали незнакомой земле.
            Скволл поднял к глазам план, который он держал в руке. На нём было расчерчено изображение незнакомого города, с пометками у некоторых стратегически важных объектов. Он опустил листок и перевёл взгляд на приближающийся горизонт. Там уже отчётливо виднелись контуры того самого города, который он только что внимательно разглядывал на бумаге. Сволл подумал, что это, наверное, типичный, красивый и ухоженный курортный городок, с добрыми, приветливыми людьми. И в тот же миг очертания строений заслонила серия ярко-оранжевых вспышек, а до ушей кадета донёсся грохот, похожий на протяжный рёв, и звуки далёкой канонады. Скволл нахмурил брови и посмотрел на город уже совсем другими глазами. Лицо его преобрело ещё более суровое выражение, а рука непроизвольно потянулась к ганблэйду, висевшему на поясе. Если Доллет и был когда-то мирным и уютным городом, то теперь этому настал конец. Уже второй день его осаждали солдаты Гальбадии. Прибывшие раньше отряды СииД уже продвигались к центру города, теперь же пришла и очередь кадетов испытать себя в настоящем сражении.
            - Скволл! - раздался из люка голос Квистис. - Где ты там? Всем приготовиться!
            Он в мгновение очутился в катере.
            Прибрежный барьер, построенный для защиты от штормов, разлетался на куски под ударами таранящих его катеров. Пролетев по воздуху несколько метров, они приземлялись на водную поверхность небольшой бухты и, преодолев оставшееся расстояние, врезались, замедляя ход, в песчаный берег пляжа Люпин. Передняя часть катеров немедленно раскрывалась на две половины, и откуда выбегали отряды кадетов, ведомые своими командирами. Они сразу же углублялись в город, минуя пляж. У каждой группы была своя собственная задача и, по условиям экзамена, кадетам разных групп запрещалось не только объединять силы, но даже и просто общаться друг с другом.
            Скволл выпрыгнул на песок и замер. Перед ним был пляж, изуродованный воронками от взрывов, в лицо пахнуло удушливой копотью. От неё свело дыхание, так сильно она контрастировала с недавней морской свежестью. Зелл также стоял, неуверенно озираясь: для обоих это была первая встреча с реальным полем боя, где твоими врагами были не привычные предсказуемые монстры, а люди, такие же, как и ты сам. Скволл услышал позади себя шум и, обернувшись, увидел знакомый пронзительный взгляд и ухмылку Сейфера. Командир держал в вытянутой руке свой изящный ганблэйд, схожий с оружием Скволла, но чуть сильнее сужающийся к концу.
            - Ну что, салаги, может быть прямо сейчас вернёмся в академию и будем там любоваться пейзажами?
            Первым пришёл в себя Зелл:
            - Эй! Минутку, какое ещё возвращение!? Я здесь для того, чтобы сдать экзамен. А если вы вздумаете смыться, то поручите меня лучше другому командиру!
            Скволл молча вынул меч и этим дал понять, что полностью разделяет точку зрения Зелла.
            Из катера появилась Квистис:
            - Я останусь здесь и буду ждать вашего возвращения. Зелл, я передам тебе своих Хранителей.
            Вокруг неё возникло небольшое огненное свечение и поползли яркие трещинки разрядов электричества. Переплетённый поток огня и молниий, устремился в тело Динча, перенося с собой Ифрита и Куизакотла. У Зелла характерно засветились глаза, а обитые железом перчатки со скрипом сжались.
            - Класс! - с удовлетворением произнёс кадет.
            - За мной! - крикнул Сейфер и, слегка пригнувшись, побежал к городской стене.
            Квистис вдогонку успела крикнуть, что Алмази следует взять у Зелла одного из Хранителей, на что он только отмахнулся рукой, с зажатым в ней ганблэйдом. Квистис знала, что Сейфер никогда не прибегал к помощи Хранителей, и даже не брал их в своё сознание для улучшения боевых свойств. Способности к магии, которыми обладал Алмази, были его врождённым талантом и, во многом именно из-за этого редкого дара его выходки терпели в академии.
            Команда быстро углубилась в город. На улицах Доллета было безлюдно, хотя со всех сторон постоянно слышались взрывы и выстрелы. Сейфер шёл быстро и молча, поглядывая по сторонам. Выйдя на дворик, Скволл услышал позади неприятный голос:
            - Ребята, гляньте! Никак баламбцы пожаловали.
            И тут же Зелл дёрнулся из-за охватившей его вспышки пламени. Из узкого переулка показалось несколько гальбадианских солдат в синей защитной форме и шлемах. Кадеты замерли в боевой готовности, а через мгновение командир отряда отдал приказ:
            - Бой!
            Скволл кинулся на солдат, на ходу прикидывая, кого атаковать первым. Он уже было занёс меч над одним из них, как вдруг этот солдат отлетел назад получив мощный апперкот от Зелла. В итоге, удар пришёлся по солдату, находящемуся левее. Тот сдавленно вскрикнул и, перед тем, как упасть, успел вызвать удар молнии, от которого по телу кадета прошла крупная дрожь. Впрочем, слабая магия не произвела ожидаемого эффекта. Ганблэйд баламбца выбил вражеский клинок и завершил своё дело. Скволл ещё не успел осмыслить случившееся, как вдоль его левого бока что-то скользнуло, и последующая за этим резкая боль напомнила, что галбадианцы имеют явное численное преимущество. Круто развернувшись, кадет парировал последующий удар, но враг продолжал наступать с необычайной для обычного солдата скоростью. Скволл отступил на шаг назад и вдуг на что-то наступил. С громким шипением, это "что-то" стало быстро исчезать под его ногой. Скволл хорошо знал этот звук, внутри у него что-то сжалось и ему вдруг стало настолько не по себе, что вражеское оружие, соскользнув с ганблэйда и вызвав поток искр, достигло своей цели. Под ногой кадета исчезал убитый гальбадианский солдат...
            Удар Зелла отбросил ближнего солдата на небольшое расстояние, но этого хватило, чтобы переключиться на другого. Он в ярости нанёс серию ударов своими утяжелёнными перчатками и вдруг понял, что уже серьёзно ранен. Разгорячившись, Динч даже не заметил, как пропустил несколько опасных ударов врага. Лечиться было некогда, отброшенный первый солдат уже наверняка пришёл в себя. Зелл на всякий случай, в слепую, сделал круговой удар ногой себе за спину. И, надо сказать, очень удачно: только оправившийся враг снова получил сильнейший удар в район солнечного сплетения. Совершая этот удар, кадет одновременно сделал молниеностный выпад двумя руками, чем добил и другую свою цель. Солдат сначала опустился на колени, а затем и рухнул навзничь, раскинув руки, одна из которых всё ещё сжимала клинок. В этот момент Зелл увидел опустившегося на одно колено Скволла. Гальбадианец с рёвом пытался пробить его магический барьер, со всех сил колотя мечом по таящей на глазах защитной оболочке. Динч сразу же бросился на помощь, но был сбит с ног тяжёлым ледяным булыжником.
            Зелл всегда недолюбливал магию. Он не любил её использовать, и, уж тем более, не любил, когда её использовали на нём. У него просто-напросто не было способностей к запоминания заумных команд для разума. Сколько Зелл не бился над этим на магических занятиях, все его заклинания получались слабыми, а то и вообще попадали не туда, куда нужно.
            Солдату, сотворившему заклинание, было далеко в скорости до Динча. Гальбадианца окрылило зрелище поваленного на землю врага, поэтому он совсем не ожидал, что тот оттолкнётся руками от земли и окончательно вырубит его ударом двумя ногами. Жизненной энергии у Зелла было ещё вполне достаточно, чтобы спокойно продолжать бой. Он кинулся туда, где его напарник только что с трудом отражал удары. Но, к его удивлению, Скволл, вытянув двумя руками меч, уже стоял совершенно один, охваченный зеленоватым свечением магии исцеления. Зелл не увидел, как Сволл расправился с последним солдатом, но, как бы то ни было, они победили.
            В это момент, во взбудораженном мозгу Зелла появилась мысль: "Куда делся Сейфер?!". Скволл, по-видимому, задался тем же вопросом. Поймав взгляд Динча, он стал оглядываться в поисках командира. Оба кадета одновременно наткнулись взглядами на его фигуру в плаще, спокойно стоявшую в стороне. Вопрос "Почему ты нам не помогал?" отпал сам собой.
            - Можете считать, что заработали пару очков в свою пользу, - с ухмылкой произнёс командир, - Продолжим нашу прогулку.
            С этими словами, Алмази снова быстро зашагал по улице. Кадеты, переглянувшись, последовали за ним. Скволл медленно приходил в себя после случившегося. Впервые ему пришлось убить человека. Он прекрасно знал, и был готов к тому, что рано или поздно это случится, но не ожидал такого сильного психологического эффекта. Сейчас отвратительное чувство уже притуплялось, но Скволл не сомневался, что в душе этот след останется навсегда. Двое солдат, вырубленных Зеллом, так и остались лежать у поворота в переулок. Им повезло вовремя отключиться.
            "Интересно, что чувствует Зелл? По нему не скажешь, что он побывал в настоящей битве".
            Зелл шёл рядом и, недовольно бурча, пытался применить на себе магию лечения. Со стороны эта сцена выглядела комично, но ему было не до смеха. Магия никак не хотела нормально действовать.
            - Да что же это такое!? - раздражённо сказал он, - Ведь всё делаю по инструкции.
            - Зелл, - всё-таки решился спросить Скволл, - ты ничего не чувствуешь необычного после драки?
            - Необычного? Да что же такое!? Вот я тебя! - лечение упорно не хотело слушаться.
            - Да. Ну, мы вроде уже столько испытаний прошли. А тут… Даже не знаю.
            - Ну, меня тоже немного трясёт после этого. О! Готово! - наконец, сработала магия, вернув Зеллу потраченную жизненную энергию. Он заулыбался, довольный собой.
            - Вот что я скажу, дружище Скволл. Я думаю, тебя волнует не то, что это первое наше боевое задание, а то, что пришлось в этот раз завалить людей, а не монстров, как обычно.
            Скволла удивила такая проницательность со стороны напарника. Зелл явно был куда сложнее, чем казалось на первый взгляд.
            - В общем, да. Так заметно?
            - Заметно-незаметно, но мне самому уже приходилось пройти через это, и я знаю, как бывает после это паршиво. С тех пор я стараюсь не добивать врагов, если нет необходимости, - весело добавил Динч и похлопал по плечу напарника.
            Тем временем, команда вышла на небольшую городскую площадь, с фонтаном и памятником посередине.

0

7

ГЛАВА 6
КОМАНДИР ВСЕГДА ПРАВ
            Команды кадетов цепочкой прочёсывали Доллет в поисках гальбадианских солдат. По городу разносились звуки битв, крики и взрывы. Гальбадианцы не были готовы к тому, что Доллет попросит помощи у академии Баламб, и большей их части был отдан приказ к отступлению. Оставшиеся незначительные группы пытались сдержать освободителей, чтобы дать остальным возможность уйти.
            Выйдя на площадь, Сейфер небрежно приказал своей группе обыскать прилегающие переулки на "предмет наличия врагов". Он был явно чем-то недоволен. Скволл с Зеллом стали прочёсывать расходящиеся от площади улочки, и в одной из них столкнулись с парой солдат. Бедные гальбадианцы даже не успели сообразить, что произошло. Удары Зелла оказались такими сильными, что один из них мгновенно оказался на земле. Второй же оказался немногим проворнее и, получив удар мечом Скволла, пустился бежать по улице. Кадет хотел было пустить ему вдогонку магию, но вовремя остановился. Враг бежит, значит, победа за тобой. Больше возле площади кадеты никого не обнаружили и вернулись к командиру за новыми распоряжениями.
            Сейфер стоял, скрестив руки на груди, и помахивал мечом. Голова его была опущена, а во взгляде чувствовалась глубокая мысль.
            - Ну, командир? Что дальше? - поинтересовался Зелл.
            Алмази не проронил ни слова, а только начал притоптывать ногой в унисон раскачивающемуся мечу. Звуки канонады всё ещё были слышны, но уже с куда меньшей интенсивностью. Откуда-то из подворотни вышла небольшая облезлая собака, и стала тихонько обнюхивать Сейфера.
            - Так мы куда-нибудь ещё пойдём? - снова спросил Зелл, разведя руки в стороны.
            Молчание.
            Динч понял, что допытываться у Сейфера о дальнейших действиях сейчас совершенно бесполезно, и начал прохаживаться взад-вперёд. Скволл же стал обдумывать происходящее, поглядывая на командира.
            "Если я хоть немного понимаю этого типа, то всё идёт из рук вон плохо. Уж он бы точно не упустил возможности подчеркнуть своё недовольство нашими с Зеллом действиями. Сейфер явно что-то задумал. Почему мы ничего не делаем?".
            Скволл вздрогнул от раздавшегося вдруг протяжного воя собаки. Тут же кто-то с силой оттащил его в тень ближайшего дома. Это был Зелл. Он, приложив палец к губам, показывал в один из переулков площади. Оба кадета присели на корточки: из переулка трусцой выбегали один за другим гальбадианские солдаты. Их появилось около десятка человек, после чего следом выбежал командир в красной форме с защитными металлическими нарукавниками. Группа побежала по той же улице, по которой убежал от Скволла гальбадианский солдат. Враги двигались бесшумно, опасливо пригибаясь и поглядывая по сторонам. Было ясно, что они стараются как можно быстрее покинуть город. Вслед за первой группой, на площадь выбежало ещё человек 10 гальбадианцев, так же быстро удалившихся по улице. Скволл перевёл взгляд на Сейфера. Тот даже не присел, а наоборот, еле сдерживал себя, чтобы не броситься им вслед. Как только площадь опустела, Алмази не выдержал, и с крайним раздражением заговорил:
            - Да за кого они нас принимают!? Я не могу тут так просто стоять и присматривать за вами, когда где-то идёт настоящий бой! В этом проклятом городке уже никого не осталось.
            Скволл попытался напомнить ему об их цели:
            - Но ведь у нас есть задание…
            - К чёрту задание! К тому же мы его уже выполнили. Здесь я командир, и говорю, что мы сейчас пойдём и разберёмся с радарной башней. Должны же мы сделать хоть что-то значимое. Пшла вон! - прорычал Сейфер в сторону надоедливой собаки, которая уже нагло тёрлась мордой о его ногу.
            Зелл неуверенно произнёс:
            - Это же будет нарушением приказа...
            - Невыполнение приказа будет, если вы продолжите стоять на месте, - резко бросил Сейфер через плечо. Он уже зашагал в сторону радара.
            Зелл в замешательстве глянул на Скволла. Тот тоже посмотрел на него, и ответил на беззвучный вопрос:
            - Ничего другого не остаётся. Надо идти.
            Действительно, от Сейфера зависел результат экзамена. Невыполнение приказа командира, каким бы он не был, отдалит их вступление в СииД на неопределённый срок. Командир всегда прав, и кадеты двинулись следом за Алмази.
            Сумерки уже заканчивались, и небо вновь наполнялось множеством ярких красок. Ночь на этом континенте должна была наступить только через несколько дней, так как орбита Солнца не была круговой, а представляла собой сложную ломаную траекторию. Из-за горизонта, образуемого небом и океаном, ударили первые лучи, когда двое баламбских курсантов под руководством координатора вышли на мост. Он был всего метров в 50 длиной и пересекал узкий, но длинный залив, отделявший город от радарной башни. Её верхняя часть уже высилась над ближайшими холмами, а сами радары были развёрнуты и готовы к выполнению функций, хотя и было видно, что они обесточены.
            - Доллет никогда их не отключает, - Сейфер мотнул головой в сторону башни и улыбнулся своей коварной улыбкой. - Наверняка гальбадианцы постарались. Их, наверное, там полно. Полная башня врагов! Ну что, нанесём им дружественный визит, господа кадеты?
            Скволл с Зеллом уже не пытались протестовать. Они понимали, что раз уж так складывается ситуация, надо хотя бы постараться укрепить свои боевые навыки, а также продемонстрировать рвение, чтобы заработать побольше зачётных очков.
            Зелла явно заинтересовало замечание Сейфера о том, что радар всегда остаётся включенным:
            - Скволл, а чего это здешний народец без перерыва изматывает такое ценное оборудование? Я читал про устройство этой башни. Те три тарелки со шпилями и есть единый радар. Но чтобы он работал, должна быть подача электричества. Чего сейчас как раз нет. Радиус действия очень велик, а объекты улавливает самые различные. Даже движущийся хот-дог может уловить... - Зелл прикрыл глаза и представил объект своих мечтаний. - А ещё лучше не один...
            Скволл хорошо знал назначение этого радара и пояснил:
            - В прилегающей к Доллету местности водятся целые стаи Трустаэвисов - гигантских синих птиц, которые частенько пролетают через город. С тем, кто оказался в этот момент под открытым небом, можно смело попрощаться. Пара-тройка таких птиц не опасна, но вот целая стая... Радар фиксирует их приближение и передаёт сигнал тревоги в город. Без него, Доллет бы уже просто перестал существовать.
            Команда достигла середины моста, когда на противоположном его конце появилось четверо бегущих людей в синей униформе.
            - Ага! Сами пожаловали, - обрадовался координатор и прибавил шагу.
            Люди на другом конце, видимо, только заметили приближающихся, потому что остановились в явном замешательстве. Большинство гальбадианских солдат были совсем неопытными бойцами, а о мастерстве выпускников Баламба ходила слава. Тем не менее, отбросив последние сомнения, они направились навстречу трём незнакомцам.
            Скволл сильнее сжал ганблэйд, положив палец на курок. Зелл провернул кулаки, разминая кисти. Оба они уловили незримую волну магии, сопровождающую солдат, а Зелл уже даже различил гальбадианские эмблемы на их шлемах. Расстояние между группами сократилось до десяти метров, и кадеты с напряжением ожидали команду Сейфера. Но тот упорно молчал. Вдруг он неожиданно повернул голову в сторону Скволла и резко скомандовал:
            - Не двигаться!
            По лицу координатора пробежал светящийся энергетический поток. Вновь повернувшись в сторону солдат, Сейфер взметнул вверх свободную от ганблэйда руку. С глухим шумом всех четверых гальбадианцев охватило пламя, отчего они отпрянули назад, потеряв на мгновение ориентацию в пространстве. Зелл уже хотел было броситься на врагов, но в этот момент изящный меч в руке Алмази начал с потрясающей быстротой описывать круги, тем самым образовывая цельную светящуюся окружность. Сделав шаг вперёд, командир с силой махнул вращающимся ганблэйдом и высвободил накопившуюся энергию. Из меча со свистом вылетели четыре полупрозрачных зеленоватых диска и, пронёсшись сквозь солдат, растворились в небе. Трое гальбадианцев, зашатавшись, полетели вниз с моста, а последний опрокинулся на спину и исчез вместе с расплывающимися следами от пролетевших дисков.
            Повернувшись к кадетам, Алмази произнёс:
            - Безжалостность. Беспощадность к врагам. Враг - тот, кто встаёт на пути, кто мешает тебе достигнуть цели.
            У Зелла похолодело внутри от слов и пронзающего взгляда их командира. Курсант подумал о том, что он бы не хотел иметь такого врага.
            Мост остался позади. Солнце полностью поднялось из-за океана, канонада стихла, а вокруг, казалось, не осталось ни души. До радарной башни Доллета оставалось только преодолеть частично разрушенную дорогу, проложенную через небольшие прибрежные скалы.

0

8

ГЛАВА 7
ДЕВУШКА ИЗ ТРАБИИ
            Сразу за мостом дорога слегка сворачивала в сторону и начинала подниматься почти параллельно берегу. Местность здесь была совсем неприветливая: голые острые камни, трещины, грозящие обвалом, и лишь редкие кустики немного скрашивали печальную атмосферу округи.
            Вскоре на обочине дороги показались солдаты Доллета в блёклой серой униформе. Их было только несколько человек, и их подавленный вид вызывал только чувство жалости. Они просто сидели, опустив головы, и даже не взглянули на подошедших баламбцев. Сейфер на секунду задержался возле них, презрительно фыркнул, и пошёл дальше. Чего разговаривать с солдатами, которые даже не могут защитить свой город? Но что самое унизительное - они попросили помощи, что уж совсем никак не укладывалось в голове командира.
            Скволл придерживался другого мнения и заговорил, обращаясь сразу ко всем:
            - Мы прибыли из академии Баламб по запросу вашего правительства. Что вы можете сказать о ситуации?
            Реакция последовала только через 5 секунд. Ближайший солдат медленно поднял голову, и на Скволла посмотрели печальные, усталые глаза с долей горечи. Затем голова снова опустилась. Солдат издал слабый звук, как будто хотел что-то сказать, но передумал.
            - Да скажите хоть что-нибудь, - не выдержал Зель. - Что с радаром?
            Ответ пришёл от другого доллетца, сидящего на камне в стороне. Голос у него был такой же, как глаза у первого солдата, но лицо почему-то с лёгкой улыбкой.
            - Это не правильно. Чего им от нас нужно? У нас никогда не было конфликтов с гальбадианцами. А тут... Мы ничем толком не смогли им ответить.
            Действительно, иначе и не могло быть. Доллет имел почти символическую армию, которая никак не была рассчитана на вторжение подготовленного врага.
            - Ладно, - сказал Скволл. - Внутренне устройство города - не наше дело. Почему выключен радар?
            Солдат помолчал, убрал с лица тень улыбки и ответил:
            - А вы у них спросите. Думаешь, парень, что мы сами его отключили? Этим гадам нужно было обеспечить незаметное нападение, а радар бы раскрыл их задолго до подхода к городу. Короче, как-то случилось, что мы не получили сигнал тревоги. Я уверен, что кто-то из наших продался. Что им сейчас там нужно, я не знаю. Почти все гальбадианские солдаты ушли, а эти остались. Там, в башне.
            - А как же Элворет? - почти выкрикнул Зелл.
            Солдат усмехнулся и опустил голову.
            - Эта тупая... Кто её знает почему? Не было Элворета и всё. Да и зачем все эти вопросы? Вы такие важные персоны, чтобы расспрашивать нас? Хоти поболтать, болтайте с гальбадианцами.
            Слова предполагали злость, но ничего кроме отчаяния в них не было. Отчаяние и даже тщательно скрытая просьба. Скволл понял, что здесь больше нечего делать и хотел уже идти, но Зелла задели слова доллетца.
            - Нет, ты глянь только на него! Важные персоны!? Мы помогаем чужому городу, в то время как его собственные...
            Скволл схватил напарника за рукав и потащил прочь. На ходу он тихо сказал ему:
            - Посмотри на этих бедняг. Зачем говорить людям то, что они и сами прекрасно знают.
            - Да они трусы! - возмутился Зелл. - Им бы с нами пойти да...
            - Могли бы пойти. По идее, обязаны, но давай оставим всё как есть. Уж кто сейчас точно обязан, так это мы. Поэтому пошли.
            В подтверждение этому из далека раздался недовольный голос Сейфера:
            - Ну, вы меня тут подождёте или вернётесь на берег?
            Зелл последний раз обернулся на деллингийских солдат и увидел, что все без исключения смотрят им в след. "Злятся, но, небось, надеются на нас", - решил он. И был прав.
            "Если предатель или диверсант отключил радар, - думал Сквалл, - и дал возможность гальбадианцам в тихую напасть на город, то как они связались с Баламбом? Почему бы ему было просто ни взорвать всю башню? Значит он нужен гальбадианцам целым. Или нужно что-то другое в башне. А вот и она".
            За ближайшим поворотом открылось целиндрообразное сооружение около 30 метров в диаметре с раздвигающимися дверьми у основания. На высоте 40-ка метров от земли строение приобретало более сложную сужающуюся форму с различными ответвлениями, механизмами, кабелями и сигнальными огнями. И уже где-то за 60 метров башня резко раздавалась в диаметре, образуя площадку. На ней и располагались три радара, развёрнутые в разные стороны. По середине площадки было какое-то мощное возвышение из перекрытий, как у строящегося дома. Её назначение не знал даже Зелл. Скволл впервые находился так близко к башне и, только опустив глаза, заметил, что она стояла в низине. Чтобы подойти к башне, надо было сделать крюк: обогнуть небольшой каменный утёс и спуститься по дороге.
            Сейфер лежал на краю низины и внимательно следил за парой гальбадианских солдат, переговаривающихся у дверей в башню. Ветер доносил только отдельные слова, и понять их смысл было невозможно. Кадеты только последовали примеру командира и легли на землю, как солдаты скрылись за дверью.
            - Что за чертовщина здесь происходит? - заговорил Алмази. - Эти в шлемах неспроста не убираются отсюда вместе с остальными.
            Баламбцы поднялись с земли.
            - Мне, в общем, всё равно, - высказал мнение Сквалл.
            Сейфер не обратил на это внимание и продолжил:
            - Это должно быть твоя первая настоящая битва. Ты боишься?
            Он сказал это, отвернувшись в сторону, но оба кадета поняли, к кому обращается Сейфер. Зелл скрестил руки на груди и сделал вид, что он случайный прохожий. "Пусть поговорят. Может, когда-нибудь они наладят отношения между собой", - подумал он.
            После небольшой паузы Скволл ответил:
            - Не знаю. Я пытаюсь не думать об этом. Сейчас не тот момент.
            Но командир думал о чём-то своём, на него нахлынули воспоминания. Подняв голову к небу и закрыв глаза, Сейфер начал говорить почти шёпотом, постепенно повышая голос:
            - Я люблю битвы. Я ничего и никого не боюсь. Если ты выходишь живым из боя, то ты делаешь ещё один шаг на пути к осуществлению своей мечты!
            Последнее слово он буквально выкрикнул.
            - Мечты? - Скволл не мог понять, к чему клонит их командир.
            - Ну а ты, у тебя есть мечта? - Сейфер повернул голову и смотрел прямо на кадета.
            Какие-то одиннадцать сантиметров лишнего роста у командира сейчас показались кадету значительно длиннее. Сейфер возвышался над ним так, что пришлось задрать голову.
            - Будет лучше, если мы сменим тему и займёмся делом.
            Тут Зелл не выдержал и, разведя руки, недовольно сказал:
            - Эй! Дайте и мне поучаствовать, раз уж вы разболтались!
            Оказалось, Алмази не был настроен "болтать". Мгновенно ткнув указательным пальцем в сторону Зелла, не поворачивая головы, он произнёс слова, от которых на кадета накатилась злость:
            - А ты занимайся лучше своими делами. Не встревай, когда не просят.
            - Ты... Да пошёл ты! Чёртов отморозок! - Динч забыл, что разговаривает с их командиром. Временным командиром.
            - Что такое? - Сейфер вдруг как-то дико улыбнулся и сделал резкий шаг к Зелу. Тот, однако, ничуть не испугался и даже добавил:
            - В гробу я тебя видал!
            Но Сейфер больше ничего не ответил. Он развернулся и, рассмеявшись, побежал по дороге, ведущей к башне. На бегу, он выкрикнул:
            - Нет, Зелл, не видал. И не увидишь в ближайшее время. А иначе, как же тогда моя мечта?
Как только командир скрылся за скалой, Зелл задумчиво и без всякой злости сказал:
            - Да он просто спятил.
            - Нет, - отрезал Скволл. - Просто это Сейфер.
            Скволл, как ему казалось, слишком хорошо знал Алмази. Тот был кем угодно, но только не безумцем.             "Что хотел сказать Сейфер? Какая мечта? Он вообще помнит о нашем задании!? Надо идти".
            - Зелл..., - начал говорить Скволл, но сзади послышался звонкий женский голос. Знакомый голос:
            - Ну, вот и вы. Нашла я вас!
            Оба кадета быстро обернулись. Из-за ближайшего бугра показалась девушка с русыми, почти до плеч волосами, сильно загнутыми к верху на концах. Её форма выдавала курсантку академии Баламб. Она сделала пару шагов, но споткнулась и, перекувыркнувшись раз через голову, скатилась по пологому склону. У неё это вышло как-то на редкость мягко. Курсантка весело подмигнула и поднялась с земли, как ни в чём не бывало.
            - Вы кто, команда "Б"? - раздался её звонкий голосок. Тут она внимательно глянула на Скволла и, улыбнувшись, добавила:
            - Погоди-ка. Ведь ты тот парень из коридора. Спасибо за помощь! Теперь я, наверное, больше не потеряюсь, - и она снова подмигнула. - О да! Я ведь ещё не представилась. Я из Трабии, но ты это уже знаешь, - посмотрела она на Скволла. - Сельфи Тильмит. Команда "А". Где ваш командир?
            Всё это девушка выдала одним залпом, делая паузы между предложениями лишь на долю секунды больше, чем между словами. Скволл её узнал. Именно она не так давно натолкнулась на него в коридоре академии. "Мир тесен", - лишь кивнул кадет. Зелл уже хотел высказать какое-нибудь бурное приветствие, но откуда-то снизу раздался взбудораженный голос Сейфера.
            - Когда-нибудь я поведаю вам о моей большой мечте!
            Алмази был уже возле дверей в башню. Он оббежал скалу и спустился в низину. Скволл молча кивнул подбородком в его сторону: "Наш командир". Увидев его, Сельфи прокричала:
            - Командир! Подождите!
            Но тот уже скрылся в башне. Курсантка просто взяла и спрыгнула с края откоса. Пролетев пару метров, она коснулась земли и съехала по ней до горизонтальной поверхности, затем развернулась и прокричала:
            - Чего вы ждёте? Прыгайте!
            Глядя в пространство, Зелл медленно произнёс:
            - Мне начинает казаться, что мы случайные зрители… Прыгать что ли?
            Но Скволл не ответил. Он повернулся и быстро пошёл тем путём, которым убежал Сейфер. "Эта девчонка такая... Говорит без перерыва", - думал курсант. "Почему я не удивлён её появлению?"
            "Так. Старина Скво не хочет общаться", - заключил Зелл. "Что ж, мы не надоедливые. Может, эта Тильмит на него так подействовала? Странная она. Что-то в ней есть такое... А-а, обычная прилежная ученица".
            Сельфи ждала их у дверей башни, недовольно скрестив руки на груди. Когда курсанты подошли ближе, она сказала с лёгким недовольством:
            - Было бы гораздо быстрее, если бы вы спрыгнули.
            Скволл не стал возвращаться к этой теме:
            - Я - Скволл. Это - Зелл. Тот в плаще - наш командир. Да, мы команда "Б". Можно узнать цель твоего визита?
            - Ну... Вообще-то, мне нужно сказать это именно командиру, - неуверенно ответила Сельфи.
            В этот момент дверь в башню распахнулась, и оттуда выбежали трое гальбадианцев. Не обращая внимания на курсантов, они сломя голову побежали прочь. Через мгновение в дверях возник пресловутый командир.
            - Стоять, трусы! Вернитесь и деритесь! - проорал он, и кинулся им вдогонку, размахивая мечом. Через несколько шагов он полуобернулся и на бегу прокричал:
            - Скволл, берите с собой Тильмит и поднимайтесь наверх! Это мой приказ! Взять башню под контроль!
            - Оп-па, - в голосе Зелла прозвучало наигранное удивление. - Не нравится мне всё это.
            - А мне не нравится этот, - указал Скволл в сторону скрывшегося Алмази. - Выполняем.
            - Нельзя! - возразила Тильмит. - Мой приказ...
            Скволл не дал ей закончить:
            - Не знаю, как у тебя, Сельфи, но у нас с Зеллом командир - Сейфер. Ты не обязана подчиняться, но мы идём наверх.
            "Что мне делать?" - вертелось в голове молодой курсантки. "Почему я всегда попадаю в такие ситуации? Если подумать, то их командир - вроде как и мой, раз другого нет. Значит его приказ..."
            Тут Сельфи заметила, что оба курсанта уже подходят к дверям, и решительно сказала:
            - Стойте. Я иду. В конце концов, должна же я сделать что-нибудь стоящее в этой вылазке! У вас есть лишний Хранитель?
            Зелл просиял и ответил:
            - Хранитель никогда не бывает лишним. Но одного могу дать. Принимай.
            Курсант вскинул голову и расставил руки. Послышались звуки электрических разрядов, из его груди в курсантку ударила молния. "Показуха", - с мрачным видом подумал Скволл. Действительно, для передачи Хранителя достаточно было просто закрыть глаза и произвести необходимые мысленные манипуляции.
            - Хмм... Довольно неплохая совместимость, - не открывая глаз, сказала Сельфи. - Теперь пошли, посмотрим, кто там внутри.

0

9

ГЛАВА 8
ЖЕЛЕЗНЫЕ РУКИ И КРАСНЫЕ КРЫЛЬЯ
            Двери башни автоматически распахнулись. Команда вошла внутрь, и первые секунды их окружала непроглядная темнота и безмолвие. В нескольких метрах показался неяркий свет от источника какой-то магии. "Ослепление, - почувствовала Сельфи, - Может и пригодиться". Она пошла на свет и забрала оттуда небольшой запас магии. Постепенно вокруг стал виден круглый зал, посередине которого уходила ввысь шахта лифта. Она вела на площадку с радарами. Мрак рассеялся, но абсолютная тишина всё так же плотно окружала курсантов.
            - Полагаю нам наверх, - тихо сказал Зелл.
            - Выбор не богат, - согласился Скволл.
            Все трое встали на широкую платформу, и Скволл нажал на верхнюю из двух имеющихся кнопок. Тут же платформа с гудением пошла вверх сквозь раздвигающиеся люки между ярусами башни. Вокруг проплывали различные механизмы и конструкции, покрытые паутиной. Скволл, не отрываясь, следил за открывающимся проходом, а в его голове вертелось: "Всё не правильно. Этого не должно быть. Сейфер полный придурок".
            И вот сверху ударил свет, показалось розовое небо с обрывками облаков, лифт выехал на широкую площадку. С земли этого не было видно, но помимо огромных радаров здесь находилось множество железных будок, между которыми тянулись кабеля, и вообще стояла масса каких-то непонятных нагромождений. Сразу было видно, что в них старательно копались. Более того, у основания ближайшего радара спиной к кадетам стоял гальбадианский командир в бордовой униформе и, изрыгая проклятия, что-то делал. По его металлическим доспехам на руках то и дело пробегали электрические разряды, которые и являлись причиной ругательств.
            - Дряные инструменты, дряные провода, - произнёс он неожиданно приятным баритоном. - "Эта работа слишком важна, чтобы поручать её случайным людям", - солдат сильно повысил голос, кого-то изображая.
            Зелл уже сделал шаг в его сторону и хотел окликнуть, но тут солдат дико заорал: "Только попробуй не включиться!" - и чем-то щёлкнул.
            Пол под ногами стал наполняться быстро нарастающим гулом и гудением, вся башня заскрежетала и затряслась. Внутри неё что-то двигалось и переключалось. Лежащий возле гальбадианца гаечный ключ от дрожания сорвался в щель в полу и, звякнув обо что-то, улетел вниз. Сзади послышался звук, напоминающий приглушённый выстрел из пушки. Скволл мгновенно обернулся. Оказалось, что из круглого возвышения в центре площадки, похожего на фундамент недостроенного дома, вверх выехала огромная пятнадцатиметровая цилиндрическая конструкция. Верхняя более узкая её часть, торчавшая теперь над фундаментообразным возвышением, наклонилась на 45 градусов и раскрылась на три части, оставив, тем не менее, центральную ось. Тут же между частями развернулась тарелка ещё одного радара, а из оси выдвинулась масса мелких ответвлений. Все они начали мерцать и пощёлкивать. В довершение всего, в небо ударил столб приглушённого света.
            Баламбцы оглянулись вокруг: оказалось, что развернувшийся радар в радиусе не уступает площадке, на которой они стояли. Трое других теперь казались совсем небольшими по сравнению с этим гигантом. Что бы ни запустил гальбадианец, оно являлось чем-то очень важным.
            - Разорвись мои суставы! - только и смог сказать Зелл.
            - И чего это ты делаешь? - Скволл обратился к вражескому солдату.
            Тот резко обернулся и, не двигаясь, уставился на курсантов. Командирский шлем не отличался от обычного солдатского: открытой оставалась только нижняя часть лица. Рот слегка приоткрылся от удивления. Лицо гальбадианца выглядело весьма комично, но миг удивления был очень недолгим. Солдат выпрямился, принял решительный вид и сказал, не обращаясь к кому-то конкретно:
            - Что ж, то же самое могу спросить и я. Что вы тут делаете!?
            Зелл взглянул на Скволла: тот молчал. "Ладно, я тоже помолчу", - подумал он и перевёл взгляд на Сельфи. К его удивлению, у неё в руках откуда-то оказались здоровые нунчаки с железными наконечниками на каждой половине. Гальбадианский командир не обратил внимания на это и продолжил:
            - Я не понял: куда делись все солдаты? Их же было... Ведж! - крикнул он.
            Скволл обернулся по сторонам, но вокруг никого не было, лишь слышилось гудение башни и пощёлкивание радара.
            - Проклятье! Сержант!?
            - Боюсь, здесь только мы, - протянула Сельфи.
            - А, понятно. Силы подкрепления, - улыбнулся гальбадианец, - Вот что ребята, вам ведь не нужны неприятности? А мне тут больше нечего делать. У вас наверняка приказ освободить Доллет от... От нас. Так я сам покидаю город и прошу мне не мешать, - всё тот же приятный, добродушный голос.
            С этими словами солдат уверенно направился мимо курсантов к лифту. Поравнявшись с баламбцами, он вынужден был остановиться. Из шахты поднялась голова с коротко стриженными, зачёсанными назад светлыми волосами, слабой улыбкой, и пронзительным взглядом из под бровей, больший эффект которому предавал свежий шрам на лбу и переносице. На шее блеснула короткая цепочка с какой-то металлической пластиной. Показался светло-серый плащ с красными крестами в форме кинжалов на предплечьях и чёрные перчатки, сжимающие изящный ганблэйд в форме сильно вытянутого треугольника.
            - Куда собрался? - произнёс Алмази.
            Одного взгляда в глаза этого человека было достаточно, чтобы гальбадианец понял, что уйти с миром не удастся. Он мгновенно отпрыгнул на несколько шагов и остановился, приготовившись к схватке.
            Сейфер вышел из лифта. Трое кандидатов в СииД неуверенно повернулись к нему. В их глазах был вопрос, который вслух высказал Зелл:
            - Втроём?
            - Это не входит в мои правила, - поддержала Сельфи.
            Их командир только улыбнулся и быстро ткнул пальцем за спины кадетов.
            Скволл и Зелл одновременно покатились вперёд от удара чем-то очень твёрдым. Скволл быстро поднял взгляд и увидел, что его напарник уже на ногах и стремительно уходит вбок. Сельфи оказалась в стороне, она быстро проделывала нунчаками какие-то движения. "Медленно. Слишком медленно", - вскакивая на ноги, подумал Скволл. Гальбадианец невероятно быстро пронёсся мимо Зелла, стараясь зацепить его выставленной рукой в здоровом металлическом доспехе. Но тот нагнулся, и рука задела только стоящие дыбом волосы. Скволл с отставленным в сторону ганблейдом уже летел на врага, но наткнулся на поток жалящих невидимых ударов: враг вскинул правую руку, конец её озаряли быстрые вспышки. Это продлилось не дольше секунды, поскольку гальбадианца остановила брошенная Сельфи молния, а подоспевший Зелл успел выполнить серию прямых ударов в центр корпуса. Каждое движение его рук сопровождалось всполохами оранжевого света. Со свистом по спине врага заплясали нунчаки с железными утяжелителями. Они мелькали в обеих руках Сельфи, сливаясь в замысловатую фигуру. "Ненавижу электричество", - прорычал солдат, и его расставленные в стороны, почти квадратные руки, несколько раз описали вспыхнувший белый круг.             Послышался глухой звенящий удар, и оба кадета отлетели в разные стороны. Скволлу показалось, что сам гальбадианец остаётся на месте, а вращаются только его руки. Ганблэйд проскользнул мимо них: кадет наотмашь рубанул врага, пронёс оружие над головой и ударом в бок остановил "крутящийся" приём. Однако успел-таки пропустить огромную, сжавшуюся в кулак кисть, испытав знакомое прикосновение "чего-то очень твёрдого". Не медля, Леонхарт выкинул вперёд меч, но тот только пырнул пустоту, так как гальбадианец оказался в трёх метрах от него. Вскинув железные руки, он пускал заклинание. Скволл уже стремительно приближался к врагу и приготовился принять магический удар, когда неожиданно ему в спину хлынула волна жгучей резкой боли: такого от магии не бывает. Он забросил меч за голову, защищаясь, и развернулся. Прочь от него в сторону Сельфи бежал гальбадианский солдат в синей униформе с клинком. Перед тем, как пустить в ход лезвие, он прокричал:
            - Майор, Биггс! Присоединяюсь!
            - Давно пора! - зло ответил громила.
            Биггс видел, что от баламбца со здоровым ганблейдом его прикроет наконец-то появившийся подчинённый. А ведь Ведж сказал, что только проверит ситуацию вокруг. Сам майор направил воздушное заклинание в буквально летевшего на него парня, здорово орудующего кулаками. Зелл почувствовал, как ветер обволакивает его со всех сторон, разрывая на части, белые вспышки застилают глаза, жизненная энергия хлынула потоком, покидая тело. Он понял, что начинает заваливаться вперёд, и предпринял единственно правильное, на его взгляд, решение: резко усилив падение, Зелл кувырнулся в воздухе, разгруппировался и одной ногой, словно дубиной, угодил по верху гальбадианского шлема. Нога соскользнула с него и по инерции прошла вдоль туловища. Биггс охнул и пригнулся к земле, он никогда не недооценивал способности выходцев из академии Баламб. "Нельзя разделяться!" - решил он и, поливая Зелла из встроенного в наручный доспех автомата, спиной вперёд стал отступать к Веджу. Тот, прогнувшись назад, пятился под натиском Скволла и Сельфи. Защиту баламбцев было трудно преодолеть. Был бы он один-на-один с кем-нибудь из них... Сержант окатил огнём баламбца, не смотря на прямой удар ганблэйда в грудь, отступил ещё на шаг и упёрся в кого-то спиной.
            - Ведж! - раздался сзади знакомый голос командира.
            - Майор!
            - Уходим направо. Давай!
            Оба гальбадианца откатились в сторону, и Скволл увидел прямо перед собой Зелла с отнесённым назад светящимся кулаком. Динч тяжело дышал и неважно выглядел - "разговор" с Биггсом не был гладким. Увидев взгляды товарищей по оружию, он улыбнулся и спросил:
            - Неужели всё так плохо?
            - Надо тебя подлечить, - тут же с сочувствием ответила Тильмит.
            - Нет. Рано, - отрезал он и повернулся к гальбадианцам. - Солдатики сдаваться не собираются, мне нужна критическая сила.
            Солдаты оказались на безопасном расстоянии и развернулись. Позади них кончалась площадка радарной башни, но места для манёвра все равно было предостаточно.
            - Сэр... - неуверенно сказал Ведж. - Не стоит ли...
            - Сделаем вид, что вы этого не говорили, сержант. Если сконцентрироваться на том с татуировкой на щеке, он долго не протянет. Но старайся сильно с ним не сближаться.
            - Да, сэр! За Гальбадию! За Делинг! - выкрикнул он изменившимся голосом, и оба солдата бросились на баламбцев.
            Кадеты приготовились столкнуться с атакующими. Сверху раздался звериный, но довольно высокий рык, немного напоминающий крик птицы. Тут же с неба ударил извивающийся голубой смерч. В отличие от обычного, этот образовывался где-то наверху, а к низу расширялся. Гальбадианцы не добежали до кадетов нескольких метров, как смерч обрушился на них, поднял в воздух и закружил. С леденящей болью он высасывал энергию, и солдаты ничего не могли поделать.
            - Это сейчас прекратится, Ведж! - сквозь свист прокричал гальбадианский майор. - Держись! Он не может дуть долго!
            Но Ведж не дослушал слов командира. Они затихли, крутящийся мир вокруг расплылся, и только мягкий белый свет сомкнулся со всех сторон. Ещё находясь в сознании, майор Биггс увидел, как внизу мелькнул развёрнутый им самим огромный радар, потом тарелка оказалась вдруг наверху, и столкновение с поверхностью заменило неприятную окружающую действительность успокаивающим белым туманом.
            С неба медленно спускалось фиолетовое существо с тёмно-красными крыльями как у летучей мыши. Вот только размах этих крыльев был метров в восемь. Ноги ему заменял отвратительный хвост, треугольный, жёсткий и короткий. Хвост больше напоминал обрубок туловища. Тонкие длинные руки заканчивались непропорционально большими красными лапами с длинными когтистыми пальцами. Маленькая голова была вжата в туловище, сверху торчали оранжевые то ли уши, то ли рога. Подстать им вниз до пояса выдавалась такая же оранжевая нижняя челюсть. По краям от торчащего вниз подобия носа горели белые, маленькие, злые глаза. У кадетов не было времени обдумать появление Элворета, охранника доллетского радара, поскольку существо распахнуло небольшой зубастый рот, и оттуда их накрыл голубой смерч. На этот раз он стал заметно слабее и даже не сбил команду с ног, но ощущения были не из приятных.
            Скволл почувствовал, что вихрь, как ни странно, наполняет его силой. Это могло значить только одно: жизненные силы опасно снизились, предвещая в лучшем случае скорую потерю сознания. Ганблэйд вздрогнул и засветился красным светом, получая высвобождающуюся энергию хозяина. Нагнувшись под ослабевающим напором смерча, кадет рванулся на Элворета, который сотрясал воздух мерзким звуком. "Только бы никто не оказался рядом с ним", - было последнее, что подумал Скволл, как перед глазами и в голове осталось только покачивающее на крыльях существо. Элворет встрепенулся от взрывоподобного удара по его хвостообразному низу туловища, но это было только начало. Кадет прыгнул вверх, в полёте продолжая справа и слева рубить по фиолетовому существу. Оказавшись перед злыми белыми глазами, он отвёл меч назад и двумя руками что было силы опустил его между рогов. Элворет попытался поймать врага лапой, но вцепился в собственную морду, так как парень уже на потоке собственной силы опустился ниже. Льющаяся энергия не давала упасть на землю. Скволл крутанул меч восьмёркой на уровне живота монстра, отчего тот прогнулся и отпрянул назад. За ганблэйдом пошёл мерцающий голубой след. Сконцентрировавшись на последнем ударе, кадет отодвинулся левее Элворета, выставил лезвие в противоположную сторону и тут же оказался на земле за спиной у охранника башни. Движение было таким стремительным, что со стороны оно представлялось мгновенным перемещением. Со вспышкой ганблэйд прошёл сквозь пояс потерявшего цель монстра. Разумеется, тот не распался пополам. Этого просто не могло произойти из-за действующих особых законов мира. Но Элворет впал в бешенство от сильной потери жизненной энергии, и первым, кого он заметил, прозрев от боли, был Зелл.
            Увидев, как Скволл в ореоле света понёсся на монстра, Сельфи поняла, что нельзя приближаться. И она решила попытаться использовать всплеск силы, хотя критического состояния ещё не было. У разных людей такой всплеск носил разный эффект. Скволлу он давал резкое увеличение физической силы и скорости, у Сельфи он был магическим.
            В воронке ледяного ветра Зелл начал терять сознание. Сцепив руки и закрыв глаза, он обратился к Ифриту. Призыв потёк так, как следует, без всевозможных непредвиденных ситуаций, как в случаях с магией. С магией Зелл не дружил, но призыв Хранителей освоил прекрасно. Из темноты перед закрытыми глазами доносились рубящие звуки и рычание монстра. "Скорее, скорее!" Через несколько секунд звуки прекратились, и кадет услышал крик Скволла:
            - Динкт, двигай! Он идёт!
            Но Зелл знал, что бы там не происходило, сейчас ему это не грозит. Элворет в ярости полоснул когтями по кадету, на что парень только покачнулся. Монстр, не обращая внимания на отсутствие эффекта, продолжал кромсать человека метровыми лапами.
             "Отвлеките его. Скволл, Сельфи, отвлеките его от меня", - в мыслях обратился он к ним. Зелл непроизвольно начал сбиваться. Сельфи понимала, что необходимо помочь, но это бы означало тоже отвлечься и упустить шанс нанести существенный урон монстру. Ганблэйд вовремя ударил в спину монстра, между перепончатых крыльев. Скволл не пожалел и во время удара нажал на курок револьверной рукояти, чем добавил убойной силы лезвию. Не часто он так поступал, но сейчас был именно тот случай. Крупная гильза зазвенела по решётчатой площадке башни, а монстр развернулся и пырнул нападающего острым хвостом. Скволл откатился, но тут же поднял оружие, готовясь отразить атаку. Случайно кадет взглянул в короткий просвет от опустившегося красного крыла и увидел, как Зелл только и смог выдохнуть, глядя прямо на него: "С дороги...".
            Всё было ясно. Леонхарт живо кувырнулся в сторону, и тут же на его старое место опустилась рука Элворета. Монстр пустил в спину назойливому шустрому человеку огонь. Всего-навсего не усиленная единица магии огня, но Скволлу этого было достаточно, чтобы вспомнить памятную встречу с Ифритом. Внезапно монстр бросил преследование и обернулся в сторону Зелла. Между ними образовался цилиндрический огненный вихрь двухметрового радиуса, посыпались искры, и в центре этого представления из огненного шара "спрыгнул" на землю Ифрит. От его львиных лап вздрогнул пол. Хранитель издал громовой рык, глядя на Элворета, затем скрестил когтистые лапы на груди и стремительно полетел вертикально вверх. Скволл не знал, чего ожидать, но понял, что лучше быть подальше. Вслед за Ифритом из земли отделился и полетел огромный полу-расплавленный шар. В полёте от него отваливались небольшие, около метра в диаметре куски. Зрелище напоминало падение метеорита, только в обратном направлении. Шар не разломал поверхность платформы при взлёте, а именно выделился из неё. "Энергетический образ", - верно понял Скволл. "Но что будет дальше?" На всякий случай он нашёл взглядом Сельфи: она стояла на безопасном расстоянии и что-то шептала. Элворет заворожённо поднимал глаза за Хранителем, не соображая, что происходит. Впрочем, Хранители имеют обыкновение наводить гипноз на цель при появлении, так что, возможно, охранник башни просто не мог ничего сделать. Взлетев на 30 метров, Ифрит взревел и, соединив кулаки в один, буквально вмазал по метеору. При этом даже образовались не понятно откуда взявшиеся молнии. В расходящихся огненных кругах метеор полетел вниз, на Элворета. Он с грохотом врезался в платформу, на половину погрузившись в неё, испустил круговую волну огня и исчез. Всех стоящих обдало жаром. Скволл посмотрел на то место в воздухе, где был Ифрит: огненный страж исчез. Элворет, завалившись на бок, лежал на земле без движения.
            - Скво! Вытяни из него эту штуку! - прокричал Зелл. Он пригнулся к земле, одна рука безвольно висела вдоль тела.
            Скволл не сразу понял, про что говорит напарник, но через миг всё стало ясно. Действительно, как он раньше этого не заметил: в сознании Элворета находился какой-то Хранитель. Но теоретически этого не могло быть. Хранителей могли удерживать только высоко-развитые существа, коими являлись только люди. В обычной ситуации нельзя украсть Хранителя-стража из чьего-либо сознания, но сейчас Элворет практически убрал защитный барьер из-за сильнейших ранений. Скволл взялся второй рукой за лезвие ганблэйда, выставив его вперёд, и вызвал из тела монстра потоки свистящего света. Когда они через меч входили в него, кадет на секунду услышал прямо в голове звонкий женский смех. От него по телу побежала дрожь и резко закружилась голова. Но разбираться было некогда, так как Элворет встрепенулся, почувствовав неладное, и взлетел. Со знакомым высоким ревом, отдалённо похожим на крик чайки, он открыл пасть, собираясь нанести удар.
            В последний момент, Скволл успел вырвать из Элворета заклинание, защищающее от магии. Розоватый полупрозрачный шар сомкнулся вокруг него, и тут же налетел смерч, пущенный монстром. Кадет почувствовал, что съезжает назад под его чудовищным натиском. Защита действовала, но эффект был не на 100%. Жизненная энергия снова понемногу пошла на убыль. Зелл с криком бросился в атаку, но увидел кое-что странное над головой монстра и остановился. Там вроде как сгустились тучи, и с трёх сторон в Элворета ударили молнии. Тот затрясся и, казалось, захлебнулся собственным смертоносным дыханием. Но из небольшого образования туч снова ударили три молнии и тут же ещё раз. Сельфи улыбнулась: её бездействие не прошло даром, ей удалось вызвать строенную усиленную магию молнии.
            Монстр перестал махать одним крылом и от этого опустился вниз. Замерло второе крыло. Приподнялись и упали огромные когтистые лапы. С трёх сторон от Элворета стояли кадеты и молча взирали на поверженного врага. От него стали откалываться и взлетать вверх угловатые кусочки, как от разбитого стекла. Они поднимались на небольшую высоту и бесследно исчезали в воздухе. Сейфер, медленно апплодируя, продолжал стоять на месте. Внезапно опустевшее и помрачневшее место оглашали только его глухие хлопки через перчатки. Свой ганблэйд Алмази убрал под плащ: острый конец его торчал из-под полы.

0

10

ГЛАВА 9
ДЕРИСЬ И БЕГИ
            Сельфи подошла к ухмыляющемуся Сейферу и заговорила:
            - Извините, вы командир команды "Б"?
            Алмази опустил на неё глаза. По лицу командира расплылась улыбка. Это следовало понимать, как положительный ответ.
            - Меня послали передать вам приказ к отступлению, - Улыбка разом сошла с лица Сейфера, - Всем членам и кандидатам в СииД в 19.00 собраться на пляже.
            - Проклятье! В округе наверняка ещё есть враги! - Алмази сказал это, обращаясь к Сельфи, будто она лично отдала приказ.
            - Я только связной. Я тут ни при чём, - непроизвольно начала защищаться Тильмит.
            - Сейфер, ты же слышал на инструктаже, что приказ об отступлении выполняется немедленно, - сказал Скволл. - Я не хочу пропустить отплытие катера.
            Алмази напряг скулы и скривил губы.
            - Стоит отметить, что я не кандидат в СииД и не являюсь его членом. Следовательно, - он снова просиял, - приказ ко мне не относится. Ладно, мне надоело с вами возиться. В 19.00 говоришь, - он взглянул на наручные часы. - У нас осталось только... У вас осталось 30 минут, чтобы спуститься к тому месту, куда мы прибыли на катерах. И мой вам совет: бегите сломя голову.
            Сказав последнее слово, он под возникшее гудение начал быстро опускаться вниз и со смехом исчез в шахте лифта. Эхо от него гулко раздавалось из темноты. Кадеты не заметили, как Сейфер как бы между прочим зашёл на платформу лифта и сейчас уехал без них.
            - Вот гад! - выразительно сказал Зелл.
            - Да что же это за командир такой! - возмутилась Сельфи.
            - А он и не командир, - пояснил Скволл. Выходки старины Сейфера давно престали его удивлять. - Получил временную власть над нами и решил, что так и должно быть. Он знает, что это скоро кончится и хочет не упустить шанс повеселиться.
            И, посмотрев на Тильмит, добавил:
            - Не плохо ты добила Элворета.
            Зелл тут же забыл про злость, хотя продолжал раздражённо долбить по кнопке вызова лифта.
            - Да-а! - обрадовался он. - Как ты это сделала? Так здорово бабахнуло три раза подряд!
            - Бросьте, ребята, - Сельфи отвернулась в сторону. - Может, я его и добила, но всё остальное сделали вы. Меня он даже не тронул. А вот вас...
            - Не-е! - улыбнулся Зелл. - Разборки на сегодня кончились.
            - Я тоже в порядке, - Скволл первым шагнул в подъехавший лифт. Кадеты быстро поехали к земле.

            Вокруг клубилась белая мгла. Тишина. Но сквозь туман начинают проступать очертания. Они всё темнее и чётче. Это большой радар. "Задание, приказ, враги", - первое, что пронеслось в голове. "Баламбцы!" - собственный голос был еле слышен. Биггс медленно повернул голову: на другом конце площадки радарной башни стояли те трое. Элворета, чьё появление вывело их с Веджом из боя, не было видно. "Не уйдёте... так легко", - язык плохо слушался, но голова уже соображала. Он протянул руку к поясу и отцепил небольшой прибор. Наведя его на балабцев, майор нажал кнопку. Раздался щелчок, и на небольшом экранчике на приборе высветилось изображение стоящих у лифта людей. Только это произошло, как они вошли в лифт и исчезли. "Ещё немного...", - мир перед глазами снова стал расплываться, Биггс быстро нажал несколько кнопок. "Цель зафиксирована". Прибор выпал из рук, и солдат снова потерял сознание...

            В полумраке заблестел источник магии: пол приближался. Платформа лифта стукнула и замерла.
            - Скволл, так что за Хранитель был в Элворете? - спросил Зелл. Они направлялись к дверям башни.
            - Ещё не разобрался. Что-то довольно слабое. Посмотрим.
            Двери пред ними разъехались. Из-за ближайшей к башне кучи больших булыжников, поросших кустами и даже маленькими деревцами, послышался шум. Звуки были механическими в сопровождении металлического лязганья по тем же булыжникам. Оттуда же прозвучал очень низкий звенящий голос: "Цель обнаружена. Задача - уничтожить". Никто с органическими голосовыми связками не мог это произнести. Из зарослей поднялся металлический каркас на четырёх мощных, изогнутых как у паука лапах. Спереди горизонтально удлинённого туловища был сужающийся выступ с двумя тонкими щелями, по которым слева направо ходил красный сканирующий луч, который уверенно уткнулся в троицу кадетов.
            Зелл ткнул в робота рукой и вскрикнул:
            - А! Это этот... Как же его? X-ATM! Ребята, готовьте молнии. Роботы не любят электричество. Придётся вас расстроить: у меня молний нет, а против другой магии роботы очень устойчивы.
            Ноги паука качнулись, и он выпрыгнул из кустов. На концах конечностей оказалось по одному изогнутому когтю. Поочерёдно переставляя их, робот со скрежетом двинулся на курсантов. Только теперь стало видно его настоящий размер. Лапы выходили из каркаса в стороны и вверх под углом. Через полтора метра они сгибались в суставах и упирались в землю, прибавив ещё около двух метров длины. Толщина каждой лапы была не менее 80-ти сантиметров. Прямоугольное обтекаемое туловище примерно 2 на 3 метра казалось даже слишком массивным. Вцелом для конструкции по типу "паук" робот выглядел явно излишне утолщённо.
            Не смотря на размеры, двигался он на скорости человеческого бега. Но и времени на раздумья не было. На ходу у паука из-под туловища выдвинулась ещё пара лап, более тонких и подвижных. Он держал их навесу, приготовясь атаковать. В робота почти одновременно ударили две молнии, посланные Скволлом и Сельфи. Паук слегка заискрил и замедлился. В этот момент на него налетел Зель, вызвавший у себя всплеск силы. "Не подлечился", - подумал он набегу. Скволл взглянул на Сельфи и хотел сказать об её электрическом Хранителе, но она и сама знала что делать. Теперь главное - не подпустить робота, он может помешать. Кадет подумал было о Шиве, но решил не медлить.
            С яростными криками Зелл выполнял быструю и сложную комбинацию атак прямо по тому месту, где "ходил" сканирующий луч. Робот был оглушён электричеством, но не надолго. Не встречая сопротивления, Динкт обрушивал одну атаку за другой. Сейчас его сила была на пике, железные утяжелители перчаток гнули "голову" паука. Каждое его сокрушающее прикосновение вспыхивало оранжево-белым светом. Не имело значение, что поверхность была металлической.
Скволл тем временем оббежал паука сбоку и запрыгнул прямо на его корпус. Это не составило труда, поскольку критическая сила снова мобилизовывалась. Подняв меч над головой, Леонхарт со скрипом ударил по похожим на бочки крутящимся механизмам на спине робота. Кадет подпрыгивал и в такт с этим то сверхну, то снизу наносил удары со слепящим красным свечением. Механизмы гнулись, от них летели куски. В отличие от живых существ, роботы запросто могли развалиться на части. Вдруг на сгибах ног паука открылись круглые люки. Раздался свист. Робот резко подался вперёд и корпусом на несколько метров отбросил Зела. Скволл зашатался, но устоял, развернулся и, увидев, что Зела нет возле "головы" робота, сам принялся за неё.
            При ударе Зелл откатился, но поднялся на ноги. Вокруг него вспыхнула и загорелась бело-оранжевым огнём сфера. Через секунду она сомкнулась и вошла в тело. И тут же правый кулак Зеля окружила похожая, но уменьшенная оболочка. Изогнувшись всем телом и присев на одно колено, он по запястье вбил кулак в землю. Земля вздрогнула, и в сторону паука по ней пошла, расширяясь, кривая трещина. Чем сильнее она раскрывалась, тем сильнее и выше из неё вырывалось пламя.
            Паук неестественно поднял вверх переднюю лапу и без особых усилий зацепил когтём стоящего на нём кадета. Удар пришёлся криво сверху вниз, поэтому парня не отшвырнуло, а просто кинуло на землю рядом с пауком. Робот развернулся к Скволлу, поднял лапу и... переворачиваясь вверх ногами, подлетел в воздух на несколько метров. Трещина в земле прошла прямо под ним, а пламя из неё и подбросило паука. Пару секунд спустя, X-ATM092 "Чёрная вдова", как было его полное название, грохнулся на спину. Трещина успела уже закрыться. Лязгая лапами по земле, робот пытался перевернуться.
            Сельфи мысленно дала Куизакотлу цель и вертикально растянула нунчаки. Резко над местом событий сгустились грозовые тучи, казалось, наступили сумерки. Облака разорвали грозовые разряды, и в землю возле барахтающегося паука ударило несколько переплетающихся молний. В том месте в воздухе возникло странное существо, которое, немного покрутившись, распахнуло длинные, узкие крылья, вскинуло птичью голову на изящной шее, а вниз откинулся разделённый натрое хвост, больше напоминающий полы плаща. Куизакотл отличался тем, что его тело было лишено каких-либо зацепок, то есть не было ни глаз, ни рта или клюва, ни перьев или чего-то в этом духе. Светло-зелёный с тёмно-зелёными и белыми разводами, он был похож на вырезанный фрагмент замысловатого орнамента. Концы крыльев и хвост различных оттенков жёлтого цвета.
            Вокруг тела Хранителя трепетала паутина тончайших электрических разрядов. Он наклонил вперёд голову, и разряды сконцентрировались у клювоподобного её заострения. Затем они начали разрастаться в густую сеть, которая полусферой накрыла переворачивающегося на ноги робота-паука. Тот судорожно задёргался, пронизываемый нитями электричества. Из головы Куизакотла в паука ударил яркий столб света, после чего стал увеличиваться в диаметре, пока не заполнил всю полусферу. Паук скрылся с глаз. Внезапно сфера, заполненная светом, с треском тоже начала расти и поглотила самого Хранителя. Скволл еле успел отбежать от её границ, как раздался оглушительный взрыв, белая волна пронеслась во все стороны. Паук лежал на брюхе, вытянув вперёд пару боевых конечностей, и вздрагивал от разрядов.
            - Он.., - неуверенно начала было Сельфи, но Зелл быстро перебил её.
            - Потом. Всё потом. Надо быстро уходить! Робот может производить автоматический саморемонт. Его так просто не уничтожить. Двигаем отсюда, пока он не оклемался!
            Никто возражать не стал, и все побежали по дороге, ведущей к Доллету, к пляжу, к своем будущему, которое, наконец, должно решиться.
            - Робот неспроста на нас напал, - быстро сказал Зелл. - Ему дали программу именно на нас, причём совсем недавно. Иначе он бы атаковал ещё на подходе к башне. Догадываетесь, кто это мог сделать?
Ответила Сельфи:
            - Двое гальбадианцев. По-моему, больше некому. Значит, тот крылатый их не добил.
            "Нашли время болтать", - недовольно подумал Скволл.
            Кадеты забежали за скалу и начали подъём по пологому склону, ведущему к тому месту, где их догнала Сельфи, как сзади раздались знакомые лязгающие звуки. Кадеты обернулись: из-за скалы, переставляя мощные лапы, шагал робот-паук. Он снова был на четырёх конечностях, передняя пара боевых сложилась, чтобы не мешать движению. "Цель найдена", - прохрипел звенящий голос, и паук начал преследование.
            - Я же говорил! - прокричал Зелл, - Он не остановится, пока не выполнит задание!
            И кадеты побежали. Паук громыхал сзади, не отставая. Казалось, что он просто упивается охотой и хочет растянуть удовольствие. Скволл старался ни о чём не думать. О том, что будет, если паук окажется впереди них в узком ущелье? Что будет на мосту? Что делать, когда они добегут до пляжа? Если они добегут. Нет, похоже, он всё-таки думал. Отогнав мысли Скволл осознал, что шум сзади уже не доносится. Парень мельком обернулся: паука не было. В этот миг Зель с силой притянул его вплотную к скале слева от дороги. Другой рукой он держал Сельфи. Приложив палец к губам, он показал наверх. Оттуда посыпались мелкие камни. На высоте 10 метров каменная стена кончалась. На её краю стоял робот-паук и, поворачиваясь, водил красным лучом.
            - Нас, железяка, ищет, - прошептала Сельфи.
            Кадеты находились слишком близко к скале, паук не мог их засечь. Они молча прокрались вдоль неё и, скрывшись за поворотом, снова побежали. Вскоре показалась лужайка у обочины, на которой раньше сидели доллетские солдаты. Сейчас их уже не было. Впереди уже светился фонарями мост, когда по скале сзади с ужасным шумом скатился неутомимый преследователь. Он начал попарно переставлять левые и правые ноги, отчего значительно увеличил скорость. Обычно шедшее от него беспорядочное лязганье шагов сменилось строгими чередующимися звуками, словно у него было только две ноги. На его "морде" загорелись два небольших прожектора. Казалось, недавно полученные им повреждения не сказались вовсе.
            - Быстрее! - крикнул Скволл. Но паук их быстро настигал. Дорога под ногами изменилась: начался мост. Скволл снова не услышал звуки паука и сразу понял, в чём дело.
            - Ложитесь! Быстро! - он повалил обоих кадетов на дорогу. Над ними просвистело что-то очень большое. Все вскочили, но бежать было некуда. Впереди на мосту в 10-ти метрах разворачивался паук, загораживая собой весь проход.
            - Назад! - теперь уже кричал Зелл. Была уже середина моста, когда кадеты бросились обратно. Мост вздрагивал от поступи железных ног, звук снова начал приближаться. Внезапно послышалось другое: нарастающий гудящий свист. Позади вспыхнуло что-то жёлтое, и покрытие моста под ногами бегущих разлетелось на куски. Все трое покатились по земле. Скволл поднял голову и увидел, как робот снова пролетает над ними. "Чтоб у тебя рессоры треснули!" - пробежало в голове. Но путь снова был свободен. Паук же, как ни странно, теперь поворачивался очень медленно. Выстрел потребовал у него много энергии, и сейчас требовалась подзарядка. Однако цели ждать не будут. На чёрно-белом экране зрительного сенсора робота-паука вспыхивали красные удаляющиеся силуэты. Искусственный "мозг" принял решение задействовать резервный запас энергии, после исчерпания которого наступит полное отключение без возможности самостоятельного восстановления. Потускневшие прожектора вспыхнули, мост буквально заходил ходуном под шквалом ударов. Теперь паук по-настоящему бежал. Датчики показывали расстояние до целей: 20 метров, 10 метров, 5 метров. Робот выпустил вперёд спрятанные передние щупальца, готовясь прижать к земле первого попавшегося. Но внезапная преграда снова начала отдалять мигающие красные силуэты. Кадеты вбежали в город, и улица оказалась слишком узкой для огромного преследователя. Он стал прорываться, и дома поддались, прогибаясь и крошась под натиском металла. "Мозг" паука прощитал, что до конца узкого места слишком долго, цели успеют скрыться. И тогда он наклонился на бок и, пробивая когтями четырёх лап стену дома, пополз в таком положении.
            Из под ног кадетов с визгом шарахнулась собака, сбоку промелькнул фонтан. Площадь. Только бы не ошибиться с нужным переулком! Кадеты на пару секунд замешкались. Из переулка сзади уже вываливалась на площадь куча двигающегося и ревущего железа. Движение по стене оказалось очень эффективным.
            - Да я даже здесь не проходила! - чуть громче, чем обычно сказала Сельфи и посмотрела на Скволла.
Скволл никогда раньше не был в Доллете, но эту старую легковую машину в переулке он запомнил. Они проходили мимо неё, когда с Сейфером вышли на площадь.
            - Сюда, - бросил он. По бокам снова замелькали трёх-четырёх этажные дома, окна, двери. Двери? У Зелла мелькнула мысль: "А что если спрятаться за одну из них?" Но, представив, что паук в этом случае сделает с домом, в котором могут оказаться простые доллетцы, Динкт отбросил идею.
            На этот раз улица оказалась заметно шире. Паук даже не разнёс дома на ней, хотя ненароком просто вмял в землю старую машину, послужившую баламбцам ориентиром. Он снова почти догнал красные силуэты на экране и прыгнул с расчетом приземлиться прямо на них. Неожиданно в воздухе на высоте трёх метров перед ним возник переход между домами, сделанный каким-то местным энтузиастом. Робот налетел на переход, но не проломил, а повис на нём. Каждый прыжок требовал большой затраты энергии, из-за этого на экране пошли сильные помехи. Цели почему-то остановились, но и паук двигаться не мог.
            Скволл обернулся, готовясь крикнуть всем пригнуться, но увидел застывшего на мостике робота. Прожекторы слабо мигали, сканирующий луч совсем исчез. Сельфи и Зелл тоже остановились. На правой стороне улицы открылась дверь бара, и оттуда выбежало трое курсантов академии Баламб.
            - Команда "С", - сказал один из них, - Всем приказано отступать.
            - Чем мы и занимаемся последние минуты, - ответил Зелл. - Но вот этот, - он показал на застывшего робота, и в этот момент на его морде вспыхнул и забегал луч.
            - Вот дрянь! - вскрикнул всё тот же баламбец, и команда "С" вместе с Зеллом и Сельфи бросилась по улице.
            Скволл сам не понял, почему он замешкался. Он стоял и не мог оторваться от красного луча. Ему даже показалось, что из чёрной горизонтальной щели на голове паука на него смотрят светящиеся глаза. Живые глаза… И когда кадет нырнул в очередной поворот, впереди бегущие уже оторвались от него на порядочное расстояние. Робот-паук был не так манёвренен и с разгону боком влетел в дом, расположенный по направлению улицы. Поворачивать он начал заранее, так что теперь просто двинулся вперёд. Поступающие данные говорили, что вероятность перехвата двух целей 20%, а одной ближайшей - 97,8%. Расстояние: 20 метров, 15 метров, 11 метров, 7, 5, 3...
            Зелл и Сельфи кубарем скатились по лестнице, спускающейся на пляж. Члены команды "С" уже пересекли полосу песка и скрылись в единственном оставшемся катере академии. "Да, с драками им сегодня явно не повезло", - подумал тогда Зелл. "Эх, и несутся!" Непроизвольно оглянувшись, он увидел, как из арки предпляжной стены города вылетел какой-то человек и, не обратив внимания на лестницу, полетел с защитного вала на песок. Только воткнувшись руками в катер, Зелл осознал, что тот человек - Скволл. У кого же ещё на поясе болтается такой меч? Сельфи, обернулась и замерла в пяти метрах от катера. Было видно, что она вот-вот готова броситься на помощь. Зелл это понял и крикнул:
            - Не надо, Сельфи! Он успеет!
            Спустя пару секунд, вслед за Скволлом вылетел паук, разнеся в куски свод арки. Цель временно была потеряна, туловище задвигалось вместе с головой и поисковым лучом. Сигнал поступил снизу, и робот камнем кинулся с вала на песок. Скволл только успел откатиться, как возле него в песок врылась куча железа и замерла. Но кадет, не оглядываясь, пустился к катеру. Песок сильно мешал бежать, и вот уже сзади заскрежетал металл. Вероятность перехвата цели при неизменных условиях 99,6%. Острые когти робота втыкались в поверхность пляжа, не замедляя движения. На чёрно-белом экране приближалась человеческая фигура, цель с заданием "Уничтожить". Поступал сигнал опасности от военного катера у линии воды, но кибернетический "мозг" робота счёл возможным пренебречь этим. Перехват цели через 5 метров, 4, 3, 2...
            - Прыгай! - заорал Зелл из катера и махнул рукой. Сельфи уже стояла за его спиной.
            Скволл собрал последние силы и оттолкнулся от зыбкого песка. Мир вокруг замедлился, показалось, он уже летит несколько минут. На шее тихо звякнула крупная цепочка с кулоном в виде львиной головы и креста под ней. Вдруг в этой тишине раздался показавшийся оглушительным щелчок. Квистис взялась за рукояти стационарного крупнокалиберного пулемёта, расположенного на мостике катера, и навела белые скобки прицельной сетки на паука. Грянувший над головой рёв успел оглушить пролетающего в темноту катера Скволла. Тем не менее, он всё же услышал, словно из далека, голос Сейфера: "Поехали, поехали!".
            Квистис, оскалив зубы и крепко сжимая пулемёт, тряслась от сильной отдачи. Если бы оружие не было закреплено на корпусе, она бы никогда его не удержала. Большие гильзы сыпались по обтекаемым бортам катера. Паук издавал скрипящий звук, похожий на крик, и пытался прорваться сквозь плотный поток пуль. Калибр был достаточно мощен, чтобы пробивать корпус робота: он быстро покрывался отверстиями, диаметром в 6 сантиметров. Робот сделал последнее усилие сломать пулемёт и приподнялся на задних конечностях. Но тут же рухнул на песок, на экране мелькнули надписи "Задание не может быть выполнено", "Критическое падение энергии", "Уничтожение"...
            Сквозь закрывающийся двустворчатый шлюз кадетов окатило жаром от взрыва. В разные стороны полетели горящие обломки "Чёрной вдовы", из полыхающего пламени торчали изогнутые паучьи ноги. Над пожарищем повалил черный дым. Скволл последний раз окинул взглядом возвышающийся за предпляжной стеной Доллет, и двери шлюза закрылись.

0

11

ГЛАВА 10
С ВОЗВРАЩЕНИЕМ!
            Приглушённый гул мотора клонил в сон, а покачивание на волнах только усиливало этот эффект. Обратно катер плыл в одиночестве, рассекая всё то же огромное отражение Луны в океане, потускневший круг которой по-прежнему виднелся в небе. Другие группы уплыли 15-20-ю минутами раньше, а Квистис не могла этого сделать без своих подопечных. Тем более что злополучная команда «С» куда-то запропастилась. Квистис не стала выяснять, каким образом эти кадеты отбились от своего командира, а просто согласилась по возможности подобрать и их. Сейчас трое членов этой команды сидели в тёмном углу каюты и молчали, предчувствуя результат своего экзамена.
            «Как ты мог их бросить!?» - почти накричала инструктор Трип на предовольного собой Сейфера, когда тот вернулся один. «Это только ещё одно испытание», - улыбаясь, ответил он. «Проверим их память на обратную дорогу». Алмази не предполагал, что случится потом. Когда он увидел несущихся по пляжу членов команды «С», а вслед за ними Зелла с Сельфи, то решил захохотать и крикнуть что-нибудь обидное, к примеру, «Проваливайте! Мест больше нет!» Потом арку городской стены разнёс робот-паук. «Квистис! За пулемёт!» - сразу же крикнул Сейфер, забыв, что он никогда так не называл инструктора. Трип сразу же поднялась на мостик катера и стала готовить оружие. Алмази успел пожалеть, что сам не занялся этим делом.
            «Почему нельзя было просто спокойно вернуться?» - думал теперь командир. «Откуда было взяться этому пауку!? Ведь все гальбадианцы смылись из города. Проклятье на их шлемы! Кто-то мне сегодня об этом напомнит. Обязательно напомнит таким добрым тихим голосом…»
            Видимые повреждения и боль исчезли, а жизненная энергия была восполнена. Усталость же никуда не пропала. Магия этого не могла. Кадетам ещё не приходилось бегать в таком напряжении. Конечно, на тренировках они покрывали гораздо большие расстояния, но в это время за ними не гнался огромный паук-охотник. Квистис не стала ничего спрашивать у слегка ошарашенных кадетов и только окинула их взглядом. Затем, улыбнувшись, она поднялась в кабину управления.
            Скволл, Зелл и Сельфи с подавленным видом сидели в ряд на одном конце скамейки. На другом конце сидела команда «С», а Сейфер в углу на другой стороне каюты. Вид у него был на редкость хмурый, что создавало контраст с его обычным «гордо-весёло-задиристым» настроем. Казалось, Алмази хотел целиком завернуться в свой плащ.
            - Кто бы что ни говорил, - сказал тихо Зелл, - но мне это даже понравилось, - он с улыбкой посмотрел на сидящих рядом. Все молчали, и Зелл отвернулся. И снова тишину нарушал только шум мотора. Через минуту Скволл всё-таки ответил:
            - Признаться, таких событий со мной ещё не происходило. Пожалуй, эти испытания действительно к лучшему, - он посмотрел на Сейфера. «Интересно, примет ли он это к сведению при высказывании мнения о нас?»
            - Я тоже согласна, - грустно прошептала Сельфи. – Но будет ли мне от этого толк? Ведь мой командир ничего не видел. Приказ к отступлению быстро распространился среди команд, находившихся в городе. Не в курсе осталась только команда «Б». Кто-то видел, как вы переходили мост, и меня послали проинформировать вас. Солдаты уже отступили, мне сказали, что опасности нет. Ну а до того с нами почти ничего не приключилось. Значит, Сельфи Тильмит не показала свою готовность. Но у меня её просто не было!
            - Брось, Сельфи! – ободрил её Зелл. – Да неужели наш командир не замолвит за тебя словечко. – И трое кадетов посмотрели на Алмази. Тот краем глаза мельком взглянул на них, но промолчал. Скволлу это не понравилось: от командира в плохом расположении духа можно было ожидать всего.
- Ну ладно, - сменил тему Динч. – Вопрос номер один: почему Элворет на нас напал?
            - Спроси лучше, где он был до нашего появления, - не поворачиваясь, сказал Алмази. – Почему он напал – любому дураку ясно. Он охраняет эту башню, а мы туда пришли без приглашения. Монстр всего лишь выполнял работу. А вы же его так жестоко прикончили, - Сейфер сделал голос, как будто сейчас заплачет, но тут же расхохотался.
            - Эх! – Зелл ударил кулаком в ладонь другой руки. – Надо было поговорить с теми гальбадианцами.
            После очередной минуты молчания Сельфи сказала:
            - Его просто заперли, чтобы не мешал. А потом он вырвался. Наверное.
            - Ага! Точно! – улыбаясь, подхватил Динч. Он вообще много улыбался. – Пусть будет так.
            Скволл сохранял молчание. Кадет не любил говорить, слушать ему нравилось больше. У него тоже был один вопрос. Казалось куда как более обыденный вопрос. Протерев свой кулон на цепочке, он спросил, старясь говорить тише:
            - Сельфи, откуда тебя знает Сейфер? Она назвал твоё имя у башни.
            Немного помолчав, она вопросительно повернулась к Скволлу:
            - Ты что? Да я его первый раз вижу. Всего ведь пара дней, как я в вашей академии. Я думала... Действительно.
            Зелл в это время уже прыгал у стены и пытался ногой достать до потолка. Это у него уже почти получилось, но он услышал слова Сельфи. Трое кадетов посмотрели на Алмази. Наверняка бы последовал вопрос, но противоположная скамейка пустовала. «Ну, Скволл, при тебе прямо лишнего слова не скажи», - подумал командир, когда услышал последние слова Леонхарта. Затем Алмази одним бесшумным движением поднялся и исчез в дверном проёме прежде, чем это заметили кадеты. «Нет, раньше времени я не лишу себя возможности повеселиться над вами!»

Небо из розового стало нежно-голубым, облаков почти не осталось. Солнце светило во всю силу, но ни сейчас, никогда раньше не могло создать жару. В небольшом порту Баламб-Сити всегда дул освежающий приятный бриз. Сейчас он встречал кадетов академии Баламб. Большая их часть вяло выходила из катеров и тащилась к машинам, чтобы вернуться в академию и оттачивать боевое мастерство до следующего экзамена. До оглашения результатов сегодняшних испытаний было ещё далеко, но все и так знали, на что им расчитывать. Те немногие, которым, по их мнению, повезло, сразу выделялись радостным настроем. Они болтали что-то ободряющее своим товарищам, которым вряд ли это поможет.
            Пирс почти опустел. Кое-где ещё стояли горожане, обсуждая увиденное. Пара представителей академии, да пилоты катеров, которые готовились отводить пустые корабли к месту постоянной швартовки. Фуджин и Райджин встали в стороне, не привлекая к себе внимания. Одежда их не менялась никогда. Фуджин всегда в синем облегающем пиджаке, сужающемся в талии, с парой белых, похожих на погоны, полосок на плечах. И тёмно-синие почти обтягивающие штаны, уходящие в чёрные сапоги чуть выше середины икр. Никто не знал, как она потеряла левый глаз, и особо не горел желанием узнать. Хотя это было почти что невероятно. Улыбка не часто появлялась на её суровом, но женственном и достаточно красивом лице. Райджин был на голову её выше, атлетически сложенный парень со смуглой кожей и чёрными короткими волосами. Прямо на голое тело надета тёмно-синяя жилетка, не закрывающая талию. По её краям были пришиты белые тесёмки, а на плечах торчали похожие на вытянутые листья шипы из очень плотной материи. Широченные чёрные штаны подвязаны красной лентой, а ниже такие же, как у Фуджин, чёрные сапоги. Для красоты Райджин носил на шее ожерелье из коричневых редких камней, размером с грецкий орех каждый. От запястья и почти до локтей белые нарукавники из защитного материала. Фуджин и Райджин ждали возвращения команды их руководителя Сейфера. Из всей академии Алмази мог бесконфликтно общаться только с ними.
            - Кажется, едут, - сказал Райджин. Напарница кивнула: зачем что-то говорить, когда и так всё ясно.
            От горизонта быстро приближался чёрный катер академии. Пулемёт на корпусе торчал в сторону и вверх. Его двигали, а значит, использовали по назначению. Катер зарулил в бухту и, маневрируя между другими уже отплывающими катерами, боком причалил к пирсу. Открылся шлюз, и выдвинулся мостик. Первой на берег сошла Квистис в своей одежде для занятий в академии: сапоги, узкая юбка до колен, пиджак и галстук. Всё чёрное, кроме красного галстука и красных с двумя жёлтыми полосками манжетов. Спереди из-под воротника с обеих сторон выступало по одному большому стилизованному лоскуту материи, обшитому жёлтой лентой. Большая часть светлых волос была собрана в пучок на затылке, а по краям лица свисали длинные прямые пряди. Свободные волосы тут же начали развеваться на ветру. За ней вышли Сейфер, его команда вместе с Сельфи, а затем и члены команды «С».
            - Ну что? – подбежал Райджин, следом подошла и его напарница. – Вы задержались. Как всё прошло?
            Сейфер прошёл между ними, зацепив их обеими руками и увлекая за собой.
            - Пошли отсюда, потом расскажу, - буркнул он. – По-моему, не сильно ошибусь, если скажу, что они в основном мешались. Быть командиром не так-то просто.
- Чего-чего? – не расслышал Зелл.
            - Не обращай внимания, - отозвалась Квистис. – Думаю, вы проделали хорошую работу. Проблем возникнуть не должно. Через несколько часов будут объявлены результаты экзамена. Расслабьтесь, если получится. На сегодня вы отвоевались.
            С этими словами она повернулась и пошла к представителям академии, чтобы доложить о благополучном возвращении. Кадеты поглядели друг на друга и пошли к стоянке, откуда вырулила последняя машина академии и скрылась за поворотом. За рулём восседал Сейфер, который только весело подмигнул в окно. Зелл этого не вынес:
            - Нет, не надо снова! Он ещё не ответил нам за лифт, как опять отколол номер!
            Сельфи только махнула рукой, а Скволл добавил:
            - Мы можем обойтись и без машины. Инструктор сказала «несколько часов». У нас предостаточно времени.
            - Ну, командир! А ведь я хотел зайти к себе домой... - с сожалением сказал Динч. - Извини, мама, Сейфер устроил нам непредвиденную прогулку.
            Пройдя часть города, кадеты вышли через небольшие городские ворота и направились по дороге к академии Баламб. Монстры всегда не любили дорог и держались от них подальше. Это были абсолютно безопасные пути перемещения. Не вмешиваясь в оживлённую беседу товарищей, Скволл успел выяснить, что Сирена, полученный им в Доллете Хранитель, блокирует магические атаки цели. Слившись с сознанием кадета, Сирена невольно сообщила, что Элворета на самом деле усыпили какой-то магией. Это было очень странно, так как страж радарной башни не был восприимчив к магии сна. Солнце начало клониться к горизонту, позади остались баламбские леса, а далеко впереди на фоне заснеженных гор сверкающими сводами высилась академия. После сегодняшней пробежки от паука-робота идти было не особенно приятно, поэтому догнавший их фургон оказался очень кстати. «Инструктор, вы предотвратили наш обморок от переутомления!» - воскликнул Зелл, когда из-за затемнённого стекла дверцы показалась Квистис.

            Вскоре кадетов высадили у главных ворот, а машина с Квистис и ещё какими-то людьми поехала через подземный тоннель на стоянку академии. Здесь Скволл начал сегодняшний день, который оказался так насыщен боями и прочими событиями. Никто из кадетов не произнёс этого вслух, но у них появилось замечательное ощущение чего-то очень хорошего. От этого становилось удивительно тепло и спокойно внутри, но было так непривычно, что Зелл, крикнув «Увидимся!», быстро убежал через проходную внутрь здания, а Сельфи со словами «Удачи нам всем» затерялась среди деревьев густого цветущего сада. Ну а Скволл в одиночестве медленно побрёл ко входу. «Вот я и снова один», - подумал он. «Ха! Да сколько я себя помню, я всегда один. Отчего же сейчас так... Я даже не знаю, как это назвать. Но почему только сейчас, а не годом раньше? Или двумя, или лет пять назад. Мне было 12 лет. Наверное, я тогда даже не задумывался над этим. Может быть я всю жизнь один? Кто знает, если эта проклятая стена в башке не даёт ничего вспомнить! Да и важно ли это? Нет. Важно только настоящее. Ну что ж, Скволл, настал момент истины: станешь ли ты членом СииД? А интересно, куда пошла Сельфи?»
Кадет миновал аллею из молодых стройных деревьев с нежно-зелёной весенней листвой, а затем небольшую площадь перед входом в академию. Охранник, сидевший на проходной, только бросил быстрый взгляд на проходившего и снова углубился в книгу. Внутри помещения, как и перед отъездом Скволла, было тихо и безлюдно. Леонхарт направился к щиту с картой Баламба, увидив стоящего там Сида Крамера в компании Квистис и советника Ксу. Справа и слева от прохода, по всей окружности внутреннего огромного холла, устроили бассейн с несколькими фонтанами. Мирно журчала вода, и от этого становилось спокойнее.

            Как всегда на Сиде были коричневые брюки и белая рубашка с черным галстуком. И он выглядел бы по-деловому, если бы не бардовая, толстая жилетка, которая излучала домашний уют. Мастер, как его называли, с серьёзным видом в полголоса разговаривал с инструкторами. Скволл не стал подходить близко, а облокотился на ограждение бассейна и стал разглядывать фонтан. Конечно, было видно, что он не просто так стоит, но кадету очень хотелось услышать, о чём говорит директор.
            - Задание выполнено, - донёсся еле слышный голос Ксу. – Я думаю, мы хорошо с ним справились, хотя кадеты, к сожалению, показали себя не с лучшей стороны. Безусловно, это наша вина.
            Дальнейших слов было не разобрать, пока не заговорил Крамер:
            - В только что полученном послании герцогство Доллет выражает нам благодарность и подтверждает полный отход гальбадианских солдат.
            - Мы бы заработали больше, если бы гальбадианцы не согласились отойти и выкинули ещё что-нибудь, - добавила Ксу.
            Разумеется, академия Баламб была коммерческой организацией и получала хорошие деньги за свои услуги. Но и было за что платить: члены СииД давно обрели мировую популярность, как мастера в наёмническом ремесле. Руководство академии часто привлекалось для урегулирования различных конфликтов, как незаинтересованная сторона. Голоса затихли, и Скволл вдруг понял, что все трое смотрят на него.
            - А ты здорово умеешь бегать, - обратилась к нему Ксу. – Я в хорошем смысле.
            Скволл не видел её на катере, но, значит, она там всё-таки была. Квистис одобряюще кивнула и добавила:
            - Уверена, он и в бою себя показал с лучшей стороны.
            Директор молчал и смотрел на Скволла из-под очков. Взгляд не выражал ничего кроме симпатии. «Вот смотрит-то», - подумал Скволл.
            - Ну и как твои ощущения на поле боя, юноша? – спросил Сид Крамер.
            На языке завертелось множество версий ответа, каждая из которых на самом деле имела место. Кадет сказал наугад:
            - Настоящий бой... Приятное чувство, Мастер.
            И тут же понял, что это не так. Да, ему в чём-то было приятно, но в целом ощущение осталось тягостное. Но разве мог он сказать об этом Мастеру?
            - Так держать! Но не давай своему боевому духу затмить разум.
            - Результаты будут объявлены в ближайшее время. Не уходи далеко, - сказала Квистис.
            Инструкторы и Мастер замолчали, но продолжали смотреть на Скволла. Он понял это, как знак, что ему следует пойти прогуляться. Никто из знакомых так и не показывался, и Скволл пошёл по круговому коридору первого этажа. Не сознаваясь в этом себе, он хотел встретить тех, с кем сегодня проходил испытания. Под ногами плыл блестящий пол, в котором почти как в зеркале отражались своды холла, фонтаны, растения. Слева в отражении показался знакомый плащ с красными крестами. Выражение лица Алмази было почти как всегда, с небольшой улыбкой. Он уже отчитался перед комиссией и был явно доволен тем, что рассказал им. Не глядя на проходящего Скволла, он сказал:
            - Ты слышал, что говорят о доллетской башне связи? Хоть и не официально, но мы стали героями.
            «Сдалось мне это геройство», - подумал Леонхарт. В голове все ещё гремели шаги робота-паука. Сзади подошла Квистис, она слышала слова Сейфера:
            - А тебе бы только подраться, - отреагировала она.
            - А! Дорогой мой инструктор. Я задет. Это очень грубые слова по отношению к такому целеустремлённому человеку как я, - по нему совсем нельзя было сказать, что его что-то вообще могло задеть. – Но такой правильный инструктор, как ты, никогда этого не поймёт. – Слово «правильный» Алмази произнёс с явным отвращением.
            - Не знаю, что ты имеешь в виду под целеустремлённостью, - Ксу тоже подошла к собравшимся. Скволл оказался между двух инструкторов и предпочёл отойти в сторону. – Разве не членство в СииД твоя цель? А по тебе не скажешь. Чего же тебе здесь надо? И не думай, что оставление тобой указанного района останется без внимания.
            Улыбка исчезла, лицо помрачнело, взгляд, казалось, сейчас подожжёт одежду. Но Алмази держал себя в руках. В его голосе прозвучала злость, но злость бессильная, с намёком на грусть:
            - Но разве не обязанность командира выбирать наилучшие действия? Мы должны были отбить эту проклятую башню, иначе...
             - Командира? – Ксу говорила с нескрываемым смехом. – Сейфер, ты никогда не станешь членом СииД. Называть тебя командиром просто смешно. Ты так и будешь пугать кадетов и никогда не пойдёшь дальше.
            Она развернулась и пошла обратно, помахав кому-то рукой. Скволл ожидал острой реплики, пущенной её вдогонку, но посмотрел на Сейфера и понял, что реплики не будет. Тот опустил голову и закрыл глаза с неописуемым выражением на лице. Никогда прежде Скволл не видел его в таком состоянии.
            Когда Леонхарт отвел взгляд от Сейфера, на месте Ксу стоял Мастер Сид. Он наклонился к Квистис и что-то сказал. Инструктор поклонилась и пошла по коридору.
            - Сейфер, ты понесёшь наказание за своё безответственное поведение, - доброта в голосе пропала, но и строгости было лишь капля. – В бою ты должен точно выполнять приказы. Но... - Сид позволил себе лёгкую улыбку, - я не лишён симпатии к тебе. Я ведь не хочу, чтобы вы все превратились в машины. Я хочу, чтобы вы могли думать и действовать сами за себя. Я...
            - Мастер Сид, у вас срочные дела в вашем кабинете, - перебил Крамера неприятно-высокий мужской голос.
            Это был один из деканов, в своей бордовой рясе до самого пола и жёлтой шляпе, сдвинутой на глаза. Вмешательство было довольно бесцеремонным, но Скволл не обратил на это внимания. Сид сделал вид, что вспомнил о чём-то очень важном и, уходя, только и сказал:
            - Да-да... Так много дел.
            Декан остался стоять посередине коридора с явным намерением никого не пропускать дальше. Сейфер уже поднял голову, и теперь в его взгляде читалась решимость и дикая ненависть. Он проклинал эту академию и всех его работников, всех кадетов и деканов, всех, кто был с ним последние годы. Он не мог больше выносить их приказы и вечные осуждения. «Они не хотят меня воспринимать таким, какой я есть. Никто меня таким не хотел воспринимать. Но мне никто и не нужен. И когда-нибудь придёт моё время!»
            Меньше всего Скволл хотел сейчас разговаривать с Алмази, поэтому он решил вернуться обратно к лифту и засесть в какой-нибудь аудитории. Когда кадет поднимался по ступеням к лифту, по холлу с эхом поплыл голос: «Всем кадетам, участвовавшим в сегодняшнем экзамене, собраться в холле второго этажа». С гудением подъехала прозрачная кабина, звякнув, открылись двери, и Скволл Леонхарт, кадет высшего ранга, помчался наверх. Сейчас он узнает, что его ждёт в ближайшем будущем.
            Ещё через закрытые стеклянные двери Скволл увидел толпу кадетов в широком коридоре. Проход от кабины лифта как раз выходил в этот коридор. Человек 30 кадетов молча стояли и ждали оглашения результатов, которые должен объявить спустившийся на лифте из кабинета Мастера декан. По краям прохода лицом к кадетам стояли Фуджин и Райджин. Зелл сразу выделялся среди остальных. Он сунул руки в карманы и, опустив голову, вышагивал взад вперёд. Сельфи видно не было. Скволл хотел спросить про неё у Динча, но тот, опередив вопрос, бросил: «Она прошла». Значит, оглашение результатов уже началось. «Ну, командир, - подумал Скволл, - не ожидал я от тебя такой милости. Интересно, с нами ты тоже обошёлся так мягко?» Тут кадет понял, как ему повезло, что Сейфер не оказался в ужасном настроении до отчёта комиссии. Стоило вспомнить его лицо, как прогноз представлялся очень неутешительным. Минуты тянулись ужасно долго, как и всегда в таких случаях. Наконец кадеты разом повернулись в сторону лифта: приближался декан. Встав перед баламбцами, он несколько секунд глядел на листок и потом сказал ничего не выражающим голосом:
            - Динч. Зелл Динч.
            Зелл с поднятой рукой взлетел в воздух почти на два метра и разразился радостными возгласами.
            - Увидимся! – кивнул он Скволлу и легким бегом направился к лифту.
            В воздухе повисло напряжение, от которого могли разлететься стены. Декан молчал. «Он это специально делает», - решил Леонхарт. «Не может же быть, чтобы экзамен прошли всего два человека. И к тому же с ними обоими я был в команде». Декан черкнул что-то на листке и быстро выпалил:
            - Скволл Леонхарт, попрошу к лифту. Остальные могут быть свободны.
            Позади нарастал стон разочарования толпы, но кадет его не слышал. Мысли превратились в беспорядочный поток. «Всё, - сказал он про себя. - Вот и всё». И тут на него налетел Зелл...

0

12

ГЛАВА 11
СТАНЦУЕМ, СИИД?
            Лифт поднимался на этаж Мастера Сида Крамера. Сейчас кадетам предстояло получить свои дипломы об окончании академии Баламб и о зачислении их в члены СииД. Официально именно ради этого сюда поступали на обучение дети, но в действительности причины были самые разные, от «родители заставили» до «а что ещё делать?». Даже если бы Скволл задумался над своей причиной, он бы ни за что её не вспомнил.
            - Я знал, что у нас получится! – торжественно произнёс Зелл. – Сейфер оказывается не такой мерзавец, как кажется. Сегодня всего четверо прошли экзамен, и мы трое среди них! Представляешь, какое совпадение!
            Двери лифта раскрылись, и кадеты увидели короткий, мрачноватый коридор, заканчивающийся красивыми двойными дверями из красного дерева.
            - Вас там ждут. Так что поторопитесь, - сказал сопровождавший их декан.
            Скволл и Зелл молча проследовали к дверям, и сами распахнули их. Они оказались в ярко освещённой просторной зале. Освещение здесь было полностью естественным, поскольку весь потолок был сделан из стекла, как и большая часть стены, лишённой углов. В нескольких метрах от земли через комнату проходили причудливые перекрытия, на которых растягивались узорчатые паруса различных размеров. Справа и слева стояли столы с изогнутыми золотыми ножками. На столах располагались большие толстые свечи. Приглядевшись, Скволл понял, что это светильники, сделанные под вид свеч. От входа вглубь кабинета Мастера вела красная с золой бахромой ковровая дорожка, упирающаяся в огромное кресло с эмблемой академии на спинке. Сид Крамер сидел в кресле и смотрел на вошедших. Справа от него стоял декан, держа какие-то бумаги. Спиной к кадетам по стойке смирно стояли Сельфи и какой-то незнакомый парень в кадетской форме.
            - Займите свои места, - торжественно произнёс декан с документами в руках. Огласивший результаты экзамена декан остался стоять возле лифта.
            Теперь перед Мастером академии выстроились все четверо кадетов, можно было начинать. В этот момент Скволл осознал, как он рад, что это происходит не перед всем составом академии, и не надо испытывать на себе сотни взглядов и думать «Когда же кончится обязательная официальная часть?»
            - Ну, господа, - поднявшись с кресла начал Крамер, - прежде всего, примите мои поздравления! Как вы уже заметили, в этот прошедших экзамен всего четверо. Только прошу не думать, что вас выбрали просто как лучших из того, что было. Поверьте, так передо мной стоят только самые достойные! И я был бы совсем не против отменить сегодняшнее посвящение за неимением кандидатов, хотя, признаться, так люблю вечера в честь новых членов СииД.
            Затем директор немного помрачнел и продолжил:
            - Теперь, как полноправных членов СииД, вас могут разослать по всему свету. Вы – наша гордость! Наёмники Баламба! Мастера своего дела! Вашими врагами могут стать все, кто угодно в нашем часто жестоком мире. Не сомневаюсь, вы сможете дать им достойный ответ. Ответ выпускника академии Баламб. Но... Это лишь одна сторона СииД. Однажды, когда придёт время...
            - Мастер, у нас мало времени. Пожалуйста, покороче, - перебил его стоящий рядом декан. – С вашего разрешения, я закончу. Выпускники, вы – главная ценность академии. Её репутация зависит от каждого из вас лично. Выполняйте задания наилучшим образом, какими бы они ни были. И не забывайте, благодаря кому вы стали такими, какие есть. Вы ведь это хотели сказать, Мастер?
            Сид ничего не ответил, а только посмотрел на декана ничего не выражающим взглядом. Повисло неловкое молчание, которое прервал тот же декан. Он протянул Мастеру документы, поклонился и вежливо сказал: - Прошу.
            Скволл понял, что это и есть свидетельства об окончании академии. Неужели он все эти годы так старался, лишь чтобы увидеть своё имя на этом листке? «Глупое предположение, - мысленно заключил кадет. - Чтобы уметь всё, что сейчас умею. Чтобы делать то, что раньше не мог». Тем временем Крамер начал вручать документы. Сначала Сельфи, затем незнакомому кадету, Зеллу и, наконец, Скволлу. При этом он нагибался к уху и о чём-то коротко говорил каждому. Когда в руках Скволла оказался листок плотного материала в золотой узорной рамке, похожего на бумагу, Сид прошептал ему с улыбкой: «Ты наш первый выпускник, в совершенстве владеющий ганблэйдом. Это ещё один повод для гордости, разве нет?». Леонхарт медленно перевёл взгляд на свидетельство. Из всего текста в глаза бросилась одна, самая последняя фраза:
            «Поэтому подтверждаю, что Скволл Леонхарт имел честь закончить прославленную нашу академию Баламб, занять почетное место в рядах СииД, и отныне и навсегда он имеет право называться сиидом».
            - Отныне и навсегда, вы – члены СииД! Разойдитесь! – произнёс Мастер и хитро добавил: – Увидимся на вечере. Когда Скволл снова поднял глаза от бумаги, Крамер уже обсуждал что-то с деканами, а остальные сииды покинули кабинет. Леонхарт подождал, пока Мастер посмотрит на него, поклонился и пошёл к лифту. В ближайшие его планы входило забыть про все торжества и завалиться спать, подальше ото всех. Неожиданно лифт сам собой остановился на втором этаже. «Вот дрянь! – вспомнил что-то Скволл. - Про это я забыл. А они, похоже, всё предусмотрели. Теперь никуда не денешься». Дело было в том, что каждый новый сиид после получения свидетельства был обязан высказать свои мысли перед классом. Скволл даже не думал заранее, что скажет. Он надеялся, что удастся улизнуть.
Возле лифта его ждали те, с кем он стоял перед Мастером. Зелл просто трясся от избытка энергии и подбадривал незнакомого сиида, который оказался из его класса. Тот, совершенно не логично впал в депрессию, и почему-то твердил: «Всё. Кончились мои лучшие годы. Можно сказать, прожил я жизнь». Сельфи закрыла лицо руками и пискнула: «Ой! Что же мне сказать! Они же меня совсем не знают!» Ничего не сказав, Скволл пошёл к аудитории и услышал, что остальные тоже двинулись за ним. Повернув в круговой коридор второго этажа, сииды остановились, так как весь проход загораживали улыбающиеся кадеты, а во главе толпы стоял Сейфер. Несколько секунд ничто не нарушало повисшую гробовую тишину. Затем, Алмази медленно поднял руки и захлопал. Его примеру последовали стоящие по бокам Фуджин и Райджин, а за ними и все кадеты. Просторный коридор наполнился звонкими аплодисментами, разносящимися эхом по всей академии. Как ни странно, но Сейфер, судя по всему, снова был полон энергии, от его подавленности не осталось и следа. Однако Скволл хорошо знал этого человека, знал, что Сейфер ничего и никогда не забывает. А сейчас на нём лишь одета маска.
Вскоре, всё было кончено. Кадеты разошлись, обсуждая скорый праздничный вечер, который организовывался для всей академии. К собственному удивлению, Скволл уже не был так уверен, что не пойдёт на него. Зелл и Сельфи куда-то исчезли. «Пожалуй, немного развеяться не повредит, - решил наконец он. - Интересно, куда делась Квистис? Хм, странные вопросы…»
            Закат застал Леонхарта в саду возле академии. Праздник, наверное, уже начался, но сиид пошёл в свою комнату, гоня желание оказаться в зале для торжеств. Он шёл по опустевшим длинным коридорам, нарушая тишину своими гулкими шагами. Вскоре до ушей донеслась музыка и другие звуки: праздник действительно прекрасно проходил без него. Скволл жил в небольшой комнате, дверь которой выходила в общую с его соседом прихожую, одновременно служившую гостиной. Войдя в неё, сиид встретился взглядом с Сельфи, стоящей перед дверью в его комнату. Она была одета так, как он привык видеть Квистис – в одежде члена СииД. Тильмит подмигнула и весело сказала:
            - А я как раз тебя жду. Кое-кто, не буду называть имён, сказал мне, что ты непременно попытаешься исчезнуть и не придти на вечер. Поэтому, я тут. Кстати, как тебе моя новая форма? – Сельфи развела руки и покрутилась на месте. Не ожидая ответа, она закончила:
            - В комнате тебя наверняка ждёт новая форма. Отговорки не принимаются. Я жду.
Тильмит отошла от двери и, сделав серьёзный вид, упёрла руки в бока.
            «Ага, а то ты уже не видела мою форму», - про себя усмехнулся Скволл: купейные двери комнат кадетов, в основном, всегда оставались открыты. Вопрос был в том, заглядывать ли туда.
            Сиид вздохнул и ступил на знакомое клетчатое ковровое покрытие комнаты. Лампа в плоском круглом плафоне на стене давала приятное приглушённое освещение. Зацепленная за приподнятые горизонтальные жалюзи рядом с его будничной короткой чёрной курткой висела самая настоящая парадная одежда сиида: строгий черный пиджак с золотыми манжетами и серебряными узорчатыми «погонами», соединёнными на груди крупной цепочкой. К пиджаку прилагался широкий ремень, к которому на бляшке пристёгивался другой, идущий от левого плеча ремень из двух звеньев. Под пиджаком имелись соответствующие ему парадные брюки. «Почему было ремень ни повесить на брюки?» - рассеяно подумал сиид. Возникла безумная мысль тут же сорвать одежду и как можно быстрее нацепить её, но Скволл закрыл дверь и резко сел на кровать. Безо всякой надежды Леонхарт протянул руку к расположенному на тумбочке белому телефону с записывающим устройством. Ничего. «На что я надеюсь? Никогда там ничего не было… и не будет». В действительности в телефоне было одно сообщение от Сейфера, но последнее время Скволл их не слушал. Не трудно было догадаться о содержании всех посланий координатора. Ведь ещё с тех пор, когда Алмази являлся обычным кадетом, он посылал только очередную насмешку или что-то подобное. Поэтому сиид опустил палец на кнопку удаления и подтвердил выбор. Сообщение с тихим голосом «Теперь ты и они полноправные сииды, а значит, я снова буду один», так и не достигло своего получателя.
- Так ты идёшь? – послышалось из-за двери.
            - Да, - ответил хозяин комнаты.
            - Тогда я побежала. Но буду следить за твоим появлением, - крикнула Сельфи, и послышались её быстро удаляющиеся шаги.
            Одежда подошла идеально, что называется «словно сшита на заказ». Впрочем, так оно и было. Скволл до конца поднял жалюзи и посмотрел на своё отражение в стекле (мир за окном заполняла непроглядная тьма).
            - Теперь я сиид, - непроизвольно произнёс Скволл.

            Огромная зала буквально сверкала торжеством. По двум параллельным стенам стояли накрытые праздничные столы, до отказа забитые народом, центр залы окружали исполинские колонны, украшенные флагами от потолка до самого пола. Пол был покрыт большими мраморными плитами, отражающими всё, что на них находилось. Невысокая широкая лестница поднималась на сцену, где расположился оркестр. Ему следовало отдать должное: музыканты старались на славу. В обычные дни мрачное, пустынное и подавляющее своими размерами помещение, сейчас собрало большую часть персонала академии. На праздник, помимо сиидов и членов преподавательского состава, допускались все кадеты высшего ранга. С четвертой стороны в залу спускалась большая парадная лестница, по которой Скволл вошёл в такой чуждый ему мир шума, смеха, музыки и ярких красок.
            Его ожидания полностью подтвердились. Всё то, что он здесь увидел, и являлось причиной нежелания Скволла приходить на праздник. Кто-то не любит одиночество, Скволл же не любил многолюдные собрания и шум.
            Неторопливо пройдясь вдоль колонн, сиид подпёр спиной последнюю из них. Это оказалось тихое безлюдное место рядом с пышным висящим цветком. То, что надо.
            «А Крамера нет», - заметил Скволл. «Странно, ведь он известный любитель таких мероприятий. И Квистис не видно. Да и Сейфера с... Хотя нет, Райджин с напарницей здесь. И, похоже, он уже перебрал веселящего».
            Мимо прошла разносчица с подносом рагналы – напитка с небольшим содержанием расслабляющих и веселящих компонентов. Сиид взял бокал с твёрдым намерением покинуть зал, стоит только бокалу опустеть. Он пришёл к выводу, что в своих мыслях сейчас похож на старуху-сплетницу. Его никто не замечал, даже не смотря на то, что он являлся одним из «гвоздей» сегодняшнего торжества. Такое обстоятельство вполне устраивало, тем более что Зелла, Сельфи и того чётвертого нового сиида тоже не было видно.
            - Эй! Скволл! – раздался весёлый, бьющий энергией голос.
            «А вот и его величество «радость» пришёл», - вяло подумал Леонхарт.
            - Что такое, Скволл? – подбежавший Зелл был явно озадачен непраздничным настроением бывшего напарника.
            «Всё нормально. А у тебя?»
            - Хе-хе! А ведь мы теперь оба сииды, да?
            Зель принял важный вид, скрестив ноги и уперев правую руку в бок. Но его по-детски весёлое лицо никак не гармонировало с понятием «важность». Динч бодро протянул руку собеседнику и добавил:
            - Дай пять, коллега!
            «Я не в настроении общаться, коллега», - Скволл сделал глоток и вновь отвернулся от протянутой руки.
            - Ну конечно, - ничуть не обижаясь, заключил Зелл, - даже после вступления в СииД ты остаёшься прежним. Пойду поищу Сейфера, хочу с ним поболтать. Весело, правда? Увидимся!
            «Может быть. Может и увидимся».
            Динч побежал куда-то за колонны, и через пару секунд оттуда послышался голос Сельфи:
            - Зелл, хочешь присоединиться к нашему комитету по организации досуга академии? Будет весело.
            - Прости, я... это... - голос Зелла в миг потерял всю жизнерадостность. – Только что вспомнил! Мне же надо срочно бежать. Увидимся!
            Судя по всему, Зелл тут же поспешил скрыться с глаз, чем вызвал гнев Тильмит. Ей ещё не удалось «завербовать» ни одного добровольца. Услышав о чём речь, все кадеты и, тем более, сииды, в панике вспоминали о важных делах, после чего разговаривать с ними было бесполезно. Расстроенная Сельфи вышла из-за колонны и увидела Скволла. Тот наблюдал за ней краем глаза.
            «Даже и не думай», - твёрдо решил сиид. Он слышал её разговор с Зеллом. Но Сельфи, преисполненная надежд, весело начала ещё за пару шагов.
            - Скволл, хочешь присоединиться к комитету по организации досуга академии?
Сиид нехотя поднял голову, намереваясь высказать подготовлнную отговорку, но... На него жалобно смотрели два огромных зелёных глаза, полные надежды. Со всей возможной выразительностью Сельфи тихо добавила:
            - Поможешь, если будет время. Пожалуйста.
            «Конечно, помогу. Похоже, ты вкладываешь душу в это дело», - вырвалось у Скволла. Он тут же пожалел об этом, но в следующее мгновение понял, что слышал только свои мысли: Сельфи по-прежнему вопросительно на него смотрела. «Извини. Ты не понимаешь, кого просишь». Сиид еле заметно отрицательно мотнул головой и отвернулся, не в силах выносить её взгляд. Сельфи этого оказалось достаточно.
            - Ну ладно, - печально сказала она. – Пойду поищу ещё кого-нибудь. Хорошо, что ты хотя бы не стал придумывать несуществующие причины.
            Тильмит медленно побрела дальше, а Скволл сделал последний глоток рагналы и собрался было быстро уходить, но обратил внимание на большие окна в потолке. Не смотря на яркий свет помещения, было видно, как в абсолютной черноте неба горят и мерцают бесчисленные звёзды. Но даже виднеющийся край огромной Луны не мог рассеять темноты неба. Пронеслась комета, оставив тающий серебристый след. Сиида вдруг потянуло на воздух, он захотел посмотреть на звёзды в более подходящем месте. Случай – великая, одновременно прекрасная и ужасная, милосердная и беспощадная вещь. Но он – лишь орудие в руках всемогущей Судьбы. Позже или раньше, так или иначе, этому суждено было случиться. Опуская голову, Скволл увидел в нескольких шагах перед собой девушку, которая также смотрела на звёзды и одновременно с ним опустила голову. Пару секунд она хитро улыбалась, глядя на него, и слегка прищурив глаза. Длинные чёрные волосы, откинутые назад, несколько прядей закрывают лоб, светлое вечернее платье. Скволл не обратил бы на неё внимания. Что ему стоило в очередной раз отвернуться? Но она улыбалась. Никто, никто так прямо и открыто ему ещё не улыбался. А уж тем более совершенно неизвестная особа. И, хотя то обстоятельство, что Скволл не узнал незнакомку, совсем не обязательно означало, что она не принадлежала академии, сиид сразу понял – она чужая. Вдруг девушка согнула в локте правую руку и указательным пальцем показала на стеклянный потолок, через который Скволл смотрел на звёзды. В этом жесте прослеживался какой-то вопрос, известный только ей. «Ну и?..», - подумал Леонхарт. Черноволосая незнакомка простояла так ещё пару секунд, затем опустила руку и уверенно направилась к выпускнику.
            Остановившись на расстоянии шага, девушка неожиданно чуть присела и, по-прежнему необычно улыбаясь, посмотрела на Скволла снизу вверх.
            - По-моему, ты тут выглядишь круче всех, - её голос вполне соответствовал выражению лица: со смешком, даже слегка коварный, но далеко не такой высокий, как можно было ожидать. – Любишь образ одинокого мыслителя?
            «В точку!» - подумал Скволл.
            Девушка выпрямилась и бодро заявила:
            - Станцуем, сиид?
            «Вот только этого ещё не хватало», - тут Скволл не удержался и отвернулся в сторону, попытавшись сделать глоток рагналы, но бокал, как назло, опустел. Вдобавок оркестр предательски заиграл вальс, и на круглую центральную площадку залы тут же высыпало около десятка готовых к танцу пар.
            - Дай-ка подумать, - отреагировала незнакомка на жест Скволла. – Ты танцуешь только с теми, кто тебе нравится. Ладно, тогда посмотри на меня повнимательнее.
            С этими словами она взяла Скволла за подбородок и повернула к себе. Лицо её стало неожиданно серьёзным и строгим.
            - Я тебе начинаю нравиться, - проговорила она низким, завывающим голосом. – Я тебе начинаю нравиться.
            Тут девушка не выдержала и сдержанно хихикнула, вернув обычное выражение на лице.
            - Ну, как? Подействовало?
            «Она точно не из академии», - удивился сиид. На своём коротком веку ему не приходилось встречать никого похожего.
            - Я не умею танцевать, - наконец выдавил он.
            - Да ладно тебе! Идём! Ну, отдавишь мне ногу, ничего страшного.
            Она схватила Скволла за руку и резко потащила к центру светящейся залы, где уже во всю кружились люди. Разносчицы рядом не оказалось, и сииду в спешке пришлось поставить пустой бокал прямо на пол. Маневрируя между парами, незнакомка вывела Скволла на танцевальную площадку и развернулась к нему лицом. Взяла правую руку сиида и положила себе на талию, а свою левую руку – ему на плечо. Их свободные руки оказались соединёнными и отставленными в сторону. Ни слова не говоря, незнакомка шагнула в сторону, Скволл продвинулся за ней. Затем такое же плавно движение в противоположную сторону, снова вправо и снова влево под ритм музыки. Она двигалась плавно и почти бесшумно, Скволл же, сам себе удивляясь, почувствовал непонятно откуда взявшуюся слабость и неуклюжесть. «Вот влип! И дёрнуло же меня», - думал он, глядя на изящные белые туфли незнакомки и сравнивая их со своими отнюдь не элегантными, военными сапогами. «Только бы не наступить!» Но ноги так и норовили ослушаться. Шаг, поворот, шаг, поворот. «Неужели получится?», - понадеялся сиид и тут же чуть не повалился на девушку. «Да гори оно...», - решил уже было он, но незнакомка быстро поправила позицию, и они вновь поплыли по музыке вальса.
Начинало получаться, кончились мелкие спотыкания, движения стали точнее попадать в ритм оркестра. Шаг, поворот, шаг... Следуя танцу, пары раздвинулись в разные стороны, держась вытянутыми руками. Мельком глядя на окружающих, Скволл последовал их примеру, но далее всё произошло слишком быстро. Непонятно почему незнакомка сильно потянула его на себя, и он бы непременно сшиб её на пол, не смягчи она удар, развернувшись боком. «Довольно унижений!», - сиид отвернулся и уверенно двинулся прочь. Однако уже на третьем шагу незнакомка, оказавшаяся на редкость упрямой, поймала его за руку и потянула обратно. Скволл сам не понял почему, но вновь оказался в ритме танца. А ведь с такой уверенностью он мысленно произнёс последнюю фразу...
Неуверенность исчезала, слабость в ногах пропадала, как утренняя сонливость, и Скволлу даже начало это нравиться. «Кто бы мог подумать? А ведь ничего нет в этом особенного. Пожалуй, я даже не пожалею, что...» И надо было соседней паре оказаться слишком близко к Скволлу! Он с размаху угодил плечом в чью-то спину.
            - Кто это тут перепил веселящего? – послышался недовольный голос с долей иронии – какой-то сиид, немного постарше Скволла. Рядом недоумённо стоит его напарница в красном платье с черными рукавами и воротником. Леонхарт безразлично посмотрел на сиида, мелькнула мысль, что надо бы извиниться. Но мысль так и осталась в голове.
            - Ха! – вызывающе произнесла напарница Скволла, слегка подаваясь к незнакомому типу, но сразу же вновь повернулась к Леонхарту с добрейшей улыбкой на лице. Глаза не бывают чёрными, тёмно-коричневыми, но не чёрными. В этот миг Скволл понял, что это не так. У Неё они были именно чёрными, с непонятно как выделяющимися на таком фоне зрачками. «Они подходят к её волосам…», - рассеяно подумал сиид и начал стремительно погружаться туда, в манящую темноту, шум торжества пропал. В глазах отражался маленький кусочек праздничной залы, но это отражение стало стремительно увеличиваться, сливаясь в цельную картину. И вот Скволл уже смотрит будто в зеркало: собственное застывшее лицо, танцующие люди, огромные колонны с флагами, лестница, длинные балконы различной формы над залой, полускрытые густой тенью. Там, на тёмном балконе мелькнул силуэт, и в это же миг Скволл уже кружился вместе с незнакомкой во вновь зазвучавшей музыке. Странное наваждение пропало. И больше не случилось ни одной ошибки, ни одного даже самого маленького неловкого движения. Леонхарт не смотрел в эти чёрные глаза и старался ни о чём не думать. Он просто танцевал и тихо радовался своим успехам в этом нехитром, но совершенно новом для него деле. А в груди поднималась странная волна щекотящей... радости? Лёгкости, спокойствия. Все былые переживания и чувства уступали им место.
Он безразлично взирал на суетящихся разодетых людей. Не вслушиваясь, слышал их голоса и звуки, издаваемые оркестром. Отсюда, сверху, он видел их всех. Движения танца казались хаотичными и глупыми. «Зачем они это делают?» Буйство красок, световые блики, величественная архитектура. «Разве это красиво? Это... ведь было когда-то красиво». Его бесцельный взгляд наткнулся на одного из многочисленных суетящихся внизу людей. Даже со спины он узнал того человека. Глаза расширились, взгляд стал более целенаправленным. Руки нервно сжали перила балкона, накатилась необъяснимая злоба, но через мгновение она бесследно схлынула. Осталась только пустота и слабость.
            - Прощай, - непроизвольно произнёс он. – Может, когда-нибудь... Я так устал от всего. Исчезнуть, забыться, спрятаться от этой злобы и одиночества. Я устал.
            Он резко повернулся и пошёл по красному ковру длинного балкона, не выступая при этом из тени. Скрестив руки на груди и взяв себя за локти, он сдерживал края плаща, пытаясь унять холод, который, казалось, шёл из самой души.

            Движение танца, то, при котором Скволл чуть не сбил с ног черноглазую незнакомку, вновь, на этот раз плавно свело их вместе. Снова эти глаза... Сверху, за стеклянным потолком залы засвистело на разных тонах, раздались приглушённые музыкой взрывы: разнообразные, разноцветные салютные залпы ярко озарили ночное небо. Скволл подумал, что он ещё никогда не видел такого прекрасного салюта, хотя много раз за годы в академии наблюдал их. «Это обычный салют?», - восторженно подумал он. «Но почему такой завораживающий? Что здесь происходит? Я... я... так спокойно и хорошо».
            «Её ты встретил, глядя в небо. Теряешь, посмотрев опять...»
            Сиид был уверен, что это его собственные мысли. Всё бы ничего, но от мыслей по телу не проходит волной леденящая дрожь, а собственный внутренний голос не звучит так чуждо и отдалённо. Скволл медленно опустил голову: незнакомка смотрела куда-то за его плечо. В следующую секунду она последний раз улыбнулась сииду, подмигнула, и, легонько оттолкнувшись от его плеча, уверенно зашагала к небольшой группе людей в стороне. Скволл долго смотрел ей вслед сквозь нависшую на глаза прядь волос и не мог пошевелиться. Необъяснимая тяжесть снова уверенно выползала откуда-то изнутри и заполняла место, оставшееся от дрогнувших и рассыпавшихся в пыль спокойствия и мгновения незамутнённого счастья. Всё как прежде, будто ничего не было.
            «Теряешь, посмотрев опять», - леденящим эхом повторилось в голове.

0

13

ГЛАВА 12
НОЧЬ В ТРЕНИРОВОЧНОМ ЦЕНТРЕ
            Небольшой внешний балкон, обросший зеленью, выходил в сад. Дружно стрекотали сверчки. От ночного прохладного воздуха, смешанного с запахом цветущих деревьев, закружилась голова. Скволл снова убедился, что здесь чувствует себя гораздо лучше, чем в заполненной народом торжественной зале. Странно, ведь совсем недавно ему так не казалось. Несколько минут назад он был точно рад своему появлению на праздничном вечере. Этот танец... Сможет ли он его когда-нибудь забыть? Незнакомка...
            «Даже имя не спросил, - подумал Скволл. – Хотя, зачем мне оно? Какое мне дело до какой-то незнакомой девчонки? Скоро я уеду отсюда, не надо заводить лишних знакомств».
            Спустя ещё пару минут, исчезли последние сомнения и желание вернуться в музыку и праздник. Вернуться и найти Её.
            Очень тихо подошла Квистис. Она остановилась позади своего бывшего ученика и с минуту просто смотрела на него. Тот облокотился на край балкона и, не шевелясь, всматривался в ночь. Квистис знала, что Скволл её заметил, но не хотела нарушать тишины. Спустя мгновение, инструктор всё же заговорила:
            - Ты действительно хороший ученик, Скволл. Даже этот танец не стоил тебе больших усилий, и получился замечательным. Я рада, что мне пришлось обучать этот выпуск. Жаль, что это время прошло.
            «Квистис взялась откровенничать, - с опаской подумал сиид. – Надо бы уходить».
            - Спасибо. Ты тоже была нам хорошим наставником.
            Скволл надеялся, что Трип уйдёт, но у неё, похоже, были другие планы. Он чувствовал её взгляд, становилось немного не по себе.
            - Да? – нетерпеливо спросил сиид.
            - Ты готов танцевать даже с совершенно незнакомыми людьми, но только не со мной?
            «Что ей от меня нужно? Она же инструктор».
            Квистис имела в виду те несколько праздников, когда она безуспешно пыталась подбить своего замкнутого кадета на танец с ней, чтобы хоть как-то его расшевелить. Но единственное, что ей удалось тогда добиться, это заставить Скволла просто там присутствовать.
            - Ты инструктор, а я твой ученик. Ты понимаешь, что это неправильно. Инструкторы должны учить, отдавать приказы.
            Квистис тихо засмеялась. Скволл услышал печальные нотки в её смехе. Смех Квистис совершенно отличался от весёлого хихиканья чёрноглазой незнакомки. В нём слышался жизненный опыт и грусть.
            - Это правда, - улыбаясь, проговорила Трип. – Но ведь так хочется наплевать на формальности. О! Я совсем забыла. Не похоже это на меня. Я пришла, чтобы дать тебе распоряжение. Нам надо посетить секретное место кадетов в тренировочном центре. Ну, то место, где они встречаются после отбоя, думая, что никто об этом не знает.
            - Ну и что нам там делать? Хочешь застукать нарушителей с поличным? Если так, то забудь об этом. Такие дела для дисциплинарного комитета.
            Квистис с улыбкой подумала, что бы сделал Сейфер, ворвавшись в то секретное место. Помимо звания координатора, Алмази поручили возглавлять дисциплинарный комитет академии. Скволл был в шоке от такого решения руководства, а они обосновывали свой выбор высоким авторитетом Сейфера Алмази среди кадетов. Инструктор не стала ничего пояснять и только добавила:
            - Иди переоденься. Встретимся у входа в учебный центр. Это мой последний приказ тебе...
            - Что значит «последний приказ»? – недоумённо обернулся Скволл и посмотрел на собеседницу.
            Всем своим видом Квистис производила подавленное впечатление, а ведь голос совсем ничего не выдавал.
            - Встретимся там, - просто добавила инструктор.
            Расспрашивать не хотелось, и Скволл покинул балкон. Он даже не задумался, что она, Квистис, теперь не может ему приказывать в данной ситуации. В какой-то другой критический момент сиид должен был подчиняться инструктору, но ведь сейчас... Старые привычки слишком сильны, чтобы исчезнуть в один момент.
            «Встретимся у входа в учебный центр? Что это значит? Она явно не договаривает», - Скволл пробирался через гудящую толпу, праздник заканчиваться не собирался. Зелл, сидящий в компании кадетов за одним из столов, увидел его со спины и прокричал, чтобы Скволл шёл к ним, но Леонхарт даже не услышал этого. Динч только махнул рукой и продолжил свой эмоциональный, захватывающий рассказ.
В знакомой любимой одежде сиид сразу ощутил прилив сил. Неудобные сапоги прежнего наряда откровенно жали, а ботинки сейчас показались лёгкими, как никогда. Пушистый белый воротник успокоительно облегал шею, а ганблэйд привычно слегка оттягивал ремни на поясе. Не смотря на большие размеры, меч был на удивление лёгким. Конечно, для рук тренировавшегося с ним человека.
            Скволл покинул свою комнату и, выйдя в круговой холл, повернул налево к тренировочному центру. Возле ответвления, ведущего в библиотеку, стоял декан, который проводил сиида подозрительным взглядом, но ничего не сказал. Академия совершенно опустела, только с праздничного вечера, уже перешедшего в ночь, по-прежнему доносилась музыка. Парень чувствовал себя нарушителем порядка. В начале коридора с белыми стенами, ведущего в тренировочный центр, стояла Квистис. Как и недавно на балконе, она была одета с свою обычную одежду для миссий академии и просто для жизни: красный обтягивающий кожаный костюм без рукавов, которые с успехом заменяли тёмно-красные перчатки почти до самых плеч, а также чёрные сапоги, которые были наверняка поудобнее тех, что входили в парадную форму сиидов.
            - Пошли, - весело сказала Квистис, и дружески стукнула сиида по плечу.
            Коридор кончался довольно широкой земляной площадкой, местами поросшей травой. Площадку огораживала высокая решётка, за которой помимо прочей кустистой растительности высились пальмы. Местами из земли торчали небольшие скалы. За оградой начинался тренировочный центр. В нём создавалось окружение дикой природы, а также разводились некоторые виды монстров, которым изначально была уготовлена участь умереть в виде объектов для тренировок. Слева и справа от коридора ограда прерывалась мощными металлическими воротами. Секретное место кадетов находилось на другом конце центра. Квистис и Скволл прошли через левые ворота, которые с гулом раздвинулись при их приближении. Мир здесь представлял собой огромную пещеру, тонувшую в зарослях джунглей. Стены, очень высокий потолок отделаны грубым камнем, что только предавало сходство с настоящей пещерой. Лишь виднеющаяся местами ограда и фонари выдавали признаки цивилизации.
            Вокруг было тихо, только в буйной растительности по обе стороны от дороги что-то копошилось. Квистис настороженно поглядывала на кусты, но в остальном оставалась спокойной. Двум сиидам, тем более что один из них в звании инструктора, в тренировочном центре практически не грозит никакая опасность. К тому же в ночное время здешние обитатели теряли свою активность.
            С удивлением Скволл увидел, как ближайшие к нему ветки кустов изогнулись и с силой просвистели над самой его головой. Сиид ловко откатился в сторону, отчётливо слыша со стороны кустов отвратительное шипение. Пара из росших вдоль дороги кустов с толстыми, 60-ти сантиметровыми стволами задвигалась и, передвигаясь на собственных корнях, сейчас больше походивших на паучьи лапы, двинулась в атаку. На вершине полутораметрового ствола распахнулась пасть, верхнюю челюсть которой образовывали два больших красноватых листа с зубовидными наростами по краям. С многочисленных гибких веток исчезли все листы и мелкие веточки, осталось только по одному массивному листу на самом конце. Сбоку от Скволла засвистел хлыст инструктора, надо быстро покончить с этой задержкой. Опастность этот вид так называемых активных растений представлял только для начинающего кадета. Отбивая ганблэйдом ловко протянувшиеся к нему ветки-шупальца, сиид приблизился к мерзкой пасти растения и, зло смеясь про себя, «познакомил» её со своим оружием. Грунт, так называлось существо, обхватил сиида ветками и поглотил часть его жизненной силы. Но это не сильно помогло. Скволл без труда оттолкнулся ногой от шевелящего ствола и подбросил мечём хищное растение. То судорожно замахало ветками, раскинуло их в радиусе двух метров вокруг себя и затихло. Сиид не успел увидеть, как оно исчезнет. С шипением его окутал белый туман, неотразимой волной накатилась слабость. Опускаясь на колени, Скволл успел обернуться и увидеть, как Квистис улыбается, глядя в его сторону, и раскручивает над головой хлыст. Потом глаза закрылись сами собой, и тело потеряло чувствительность.
            Очнулся Леонхарт оттого, что кто-то сильно встряхнул его за плечи. Сам он спокойно сидел на корточках, опустив ганблэйд на землю. Присев на одно колено, рядом находилась Квистис.
            - Отоспался? – спросила с лёгкой иронией Трип. – Кошмары не снились?
            - Мерзкая зелень, - поднимаясь, проворчал Скволл.
            Вокруг никого уже не было. Квистис не стоило труда избавиться от второго растения, после того, как оно выпустило струи усыпляющего газа, а её спутник благополучно попал под них. Скволл не стал задавать вопросов, и они двинулись дальше.
            Шуршание в кустах вроде бы поутихло. Дорога стала забирать вправо, впереди показалось несколько булыжников, а за ними коридорчик, разрывающий изгородь, уходил в каменную стену. Он больше походил на мост с коричневыми перилами, просто лежащий на земле. Проход не преграждали двери, а вместо них из него бил яркий жёлтый свет, надёжно отпугивающий монстров. Сииды, зажмурились и прошли сквозь этот свет. В лицо пахнуло приятной ночной свежестью, свет исчез. Вскоре они оказались на просторной железной площадке, огороженной полутораметровым барьером. Позади над входом гудели механизмы жизнеобеспечения тренировочного центра. Скволл не знал официального назначения этой площадки. Скорее всего, про неё уже давным давно забыли. Сейчас она превратилась в место тайных свиданий кадетов и просто тихое уединённое место. Слева прямо на полу, облокотившись на барьер, сидели парень с девушкой и тихо над чем-то посмеивались. На другом конце площадки стяола такая же пара. На вошедших не обратили ни малейшего внимания.
            Скволл подошёл к барьеру и, облокотившись, стал разглядывать огромное здание академии, высившееся как раз впереди. «Как интересно, - подумал сиид, - Я и не заметил, что мы повернули к ней лицом». Оно так светилось, что, наверное, было заметно с самой линии горизонта. Земля находилась в 20 метрах ниже площадки. Там, среди кустов и редких деревьев сновали какие-то мелкие ночные существа, растревоженные ярким светом, лившимся от здания. Небо отсюда оказалось заметно светлее, чем с балкона академии, а звезды местами сливались в мерцающие области.
- Я давненько здесь не бывала, – Квистис встала рядом.
            «А меня вообще тут ни разу не было. Приятное место, только зачем она меня сюда притащила?»
            - Сколько времени? – спросила инструктор.
            Часов у Скволла не было, и он ответил по интуиции:
            - За полночь.
            - Ага, - Трип глубоко вздохнула. Она собралась с мыслями, снова вздохнула, и довольно бодро для содержания слов выложила:
            - Я, Квистис Трип, с этого момента больше не инструктор. Теперь я просто сиид, как и ты. Кто знает, может, теперь мы будем вместе работать.
            Для Скволла слова прозвучали, как любая другая ежедневная информация. Он понял, что сказала Квистис, но это не произвело на него впечатления. Квистис теперь не инструктор. И что изменилось? Хоть что-нибудь для него изменилось? Нет.
            - Правда? – задумчиво проронил сиид. Ему показалось, что в ночном небе что-то пролетело.
            - Это всё, что ты можешь сказать? – Квистис вопросительно, но не осуждающе посмотрела на него. Скволл на мгновение повернулся к ней. Уже в третий раз за сегодняшний день на него смотрели такие выразительные глаза. В этот раз они были нежно-голубыми и... очень беззащитными. Сииду было неловко от того, что он увидел такое выражение в глазах своего инструктора, и он отвернулся.
            - Если принято такое решение, ты должна ему подчиниться.
            Трип медленно кивнула, затем тоже облокотилась на барьер и опустила голову на руки.
            - Они сказали, что я не подхожу для роли инструктора. В основном из-за недостатка лидерских качеств.
            Девушка выпрямилась и, глядя в пространство перед собой, добавила:
            - К 15-ти годам я стала сиидом, лицензию инструктора получила в 17. Всего лишь год прошёл с тех пор. Всего один год.
            Ох как Скволл не любил подобные душевные излияния. «Ну, сейчас начнётся!» Надо было срочно прервать разговор, и сиид отвернулся в сторону, уставившись в небо. Квистис сразу этого не заметила.
            - Интересно, где же я ошиблась? Я так старалась... Ты слушаешь?
            Его план сработал, он показал своё полное безразличие. Леонхарт развернулся спиной к холодному барьеру и опёрся об него локтями. «Квистис, Квистис, да ты, пожалуй, больше всех подходишь к роли инструктора...»
            - Ты закончила? Я не хочу говорить об этом. Что я могу сказать?
            - Да я не прошу тебя ничего говорить. Я просто хочу, чтобы ты меня выслушал!
            Что-то накатилось на Скволла, вжало его в железный барьер площадки.
            - Тогда сходи поговори со стенкой, - вырвалось у него.
            Однако Квистис совсем не обиделась, по крайней мере, не подала виду, и только спросила:
            - Разве не бывает случаев, когда ты хотел бы поделиться с другими своими чувствами?
            Вот это Скволлу было абсолютно чуждо. Раскрывать окружающим свои слабости!? Нет уж.
            - Каждый должен держать свои проблемы при себе, - он оттолкнулся и пошёл к светящемуся выходу с площадки.
            - Я не хочу взвалить на себя чужие отрицательные эмоции.
            Потерянная Квистис смотрела вслед своему бывшему ученику, её гоавной гордости. Ну не захотел он её выслушивать. Может, это и к лучшему. И чего ей взбрело в голову тащить его сюда?
            - Нет лидерских качеств... Плохой инструктор... Наверное, они правы, - тихо сказала она исчезающему в жёлтом свете силуэту.
              Скволл не чувствовал себя бессердечным или хотя бы нетактичным, хотя что ему стоило помолчать и выслушать все её речи? Ему просто было отчего-то неприятно. Почему он сказал такую чушь: «поговори со стенкой»? Ведь не хотел же. «Всё, хватит с меня общения. Начинаю злиться», - решил он.
            Чувство опасности не подвело сиида. Где-то по близости таилась угроза, причём весьма крупная. Он обернулся: Квистис шла за ним в пяти метрах. Скволл сделал ей быстрый знак остановиться. Трип кивнула и замерла. Из-за замшелой скалы неподалёку показалась огромная морда Ти-Рекзавра. Страшные зубы просто не вмещались в закрытую пасть. На таком расстоянии слабый на зрение монстр не мог их заметить или просто не захотел связываться. Потёршись носом о скалу, Ти-Рекзавр вновь спрятался и, судя по звуку, ушёл вглубь тренировочного центра.
            Квистис догнала Скволла и сказала:
            - Что ему не спится? Ти-Рекзавр – дневной монстр. Я понимаю Грунты, но...
            Из густых кустов рядом с дорогой брызнул фонтан зелёно-фиолетовой жидкости, которая, попав на землю, стала шипеть и испаряться.
            - Зелёные снова шалят, - прокомментировала Трип. – Идём отсюда, пока они не попали в цель.
            Едва они двинулись дальше, как спереди из-за густых зарослей прозвучал приглушённый женский крик:
            - Кто-нибудь, помогите!
            - Ну же, Скволл! – поторопила его Трип и побежала на звук голоса, который снова повторился.
            Несколько мгновений сиид не двигался с места. Голос подействовал на него парализующе.
            «Голос... Лазарет... Ну, вот мы и снова встретились, Скволл! Это снова она!»
            Леонхарт рванулся за Квистис и быстро догнал её.
            - Квистис, Хранитель, - сиид набегу вскинул руки с зажатым ганблэйдом и мысленным толчком отправил Трип недавно приобретённую Сирену. Если это очередные растения, опасности нет, а если что-то посерьёзнее...
            Пробежав метров 10, они остановились, потеряв источник голоса.
«Куда? Куда!? - Скволл быстро озирался вокруг. – Где-то здесь. Приглушённый... Тут нет пещер, значит двери!»
            - Сюда! – хрипло крикнул сиид, даже не обратив внимания на свой изменившийся голос.
            Звуковой сигнал устройства распознания подтвердил, что выходящие – люди, и железные двери быстро разъехались. Заросшая травой площадка внешней части тренировочного центра. Здесь никогда нет монстров, но сейчас они были. Возле ограды, пригнувшись к земле, стояла девушка в белой юбке ниже колен и голубой блузке без рукавов. Зелёный шарф из лёгкой ткани проходит за спиной и намотан в пару витков на руках ниже локтей. Она безнадёжно отстранялась руками от насекомообразного существа, парившего возле неё в метре над землёй. Более всего монстр походил на двухметровую вертикально-летающую широкоплечую осу с сильно развитой третьей парой конечностей, превратившихся скорее в когтистые трехпалые лапы какого-то крупного животного. Две верхние пары лап были заметно мельче с поросшими шерстью острыми концами. Оранжевый с фиолетовыми разводами монстр, по монстрологии называемый Гранальдо, покачивался на паре гибких прозрачных крыльев, за его спину загибался извивающийся хвост.
            Девушка повернулась к выбежавшему из дверей сииду, в её взгляде не было страха, скорее, недоумение.
            - Скволл! – воскликнула она, и сиид убедился, что это именно тот незнакомый голос, что был в лазарете. И как прежде, девушка назвала его по имени, хотя лицо её было совершенно незнакомо.
            - Квистис? – с удивлением сказала она. Рядом со Скволлом встала его бывшая инструктор. Сиид не обратил внимания, что девушка знакома с Трип, поскольку в поле его зрения попали ещё трое монстров, выбравшихся из вторых дверей напротив. Эти были значительно менее поворотливыми по сравнению с огромной осой. Толстые передние лапы в два раза длиннее задних, маленькая вытянутая голова и спина покрыты защитной бронёй. Если бы эти твари встали на задние лапы, то вряд ли превысили рост человека. Последнего из них прищемило затворяющимися дверьми, но он вырвался и, злобно рыча, догнал остальных. Порывая когтями землю, они стали опасливо приближаться к сиидам.
            Крылатый гранальдо бросил свою жертву и полетел по окружности помещения. При этом оно оглашалось недовольным писком монстра и громким стрекотанием крыльев.
            - Гранальдо и троица Ральдо, - спокойно заключила Квистис.
            - Обитают на одной территории и отличаются симбиотическим образом жизни, - почти машинально ответил ученик.
            Боковым зрением Скволл увидел, что Трип смотрит на него. Обернувшись, он встретил её улыбку и недоумённо поднял брови.
            - Может быть, это последняя наша совместная работа, - ответила она на беззвучный вопрос и поднесла к Скволлу согнутую в локте правую руку. Так поступали кадеты перед совместным боем. Это был своего рода обычай. Сиид быстро взглянул на монстров: Гранальдо, описав круг, летел к ним, Ральдо выстроились в линию на расстоянии 7 метров. Левой рукой Скволл прижался к выставленной руке Квистис. При этом он испытал тихую радость и спокойствие оттого, что рядом с ним находился кто-то, кому он не безразличен. «Сколько нового за один день!» - восторженно пронеслось в голове.
            Две голубые скрещенные линии описали выпуклую окружность перед Леонхартом, которая, вспыхнув, растворилась в воздухе. Один из Ральдо издал хрипящий звук, потеряв заклинание защиты от физических атак. В этот момент гранальдо мощными нижними лапами подхватил его с земли и швырнул в Скволла. В полёте Ральдо скрючился в некое подобие приплюснутого с краёв шара. Покрытая бронёй спина монстра со свистом врезалась в грудь, магическая защита на мгновение вспыхнула, поглотив большую часть силы атаки. Сиид лишь немного отступил назад и присел, выдерживая секундную паузу. После удара Ральдо отскочил вверх и вновь раскрылся. Рывок и ганблэйд прошёлся по его незащищённому спереди туловищу, а ударившая молния Трип не дала монстру долететь до земли, с шипением рассеяв его неуклюжее тело. Крылатый Гранальдо уже швырнул следующего более мелкого монстра и подхватывал скачущего к сиидам третьего. Скволл частично успел увернуться от смертоносного шара, но тот же всё вызвал вспышку магического шита, а значит, угодил в цель. Ральдо над головой разгруппировался и, выставив когтистые лапы, кинулся вниз. Меч уже был отведён для встречи, когда сиид заметил летящего прямо в него последнего Ральдо. Рассекая воздух, монстра над головой Скволла опоясал гибкий кнут, и Квистис одним рывком отбросила тварь в сторону. Стразу же она петлями прокрутила кнут вокруг себя и прибила к земле поднимающегося Ральдо. Медленно наступая на него, Квистис стала раскручивать оружие над головой. На пятом витке кнут превратился в мерцающую чёрную окружность.
Получив помощь, Скволл просто выставил ганблэйд вперёд и, положившись на шит, принял удар последнего свернувшегося в приплюснутый шар Ральдо. Монстр стремительно налетел на широкое лезвие, даже его броня не оказала должного эффекта. Он ещё успел пару раз задеть когтями Скволла, прежде, чем сиид выбил из него последнюю жизненную силу. Посмотрев в закрывающиеся чёрные глазки зверюги, парень обернулся на страшный звук удар, от которого в его сторону полетели клочья земли. Квистис подтягивала к себе кнут, который оставил на земле широкую колею. На середине колеи расплывались очертания поверженного монстра. Оставалась гигантская стрекоза Гранальдо, и Скволл, не медля, повернулся на стрекотание тонких крыльев. Он также обратил внимание, что девушка с зелёным шарфом упала на колени возле ограды и склонила голову.
            «Почему же они напали на меня? – в отчаянии думала она. – Монстры... они никогда не причиняли мне вреда! Может ли неволя так на них действовать? Скволл...»
            Гранальдо круто спикировал и попытался схватить парня. Но едва его когти сомкнулись на плечах сиида, тот обеими руками взметнул вверх меч и расцепил хватку. Монстр пронёсся дальше и ударил по спине уворачивающейся Квистис. Пролетев ещё каких-то пару метров он был сбит на землю свистящим кнутом, а рядом уже оказался Скволл и молниеносным движением вспорол монстра со спины. Брызгая коричневой жидкостью во все стороны, Гранальдо яростно перевернулся и повалил парня. Перед лицом у Скволла оказалась овальная голова насекомообразного монстра с раскрытыми четырьмя челюстями. Рука с ганблэйдом оказалась свободной, удар пришёлся прямо по раскрытой пасти. Гранальдо с хриплым писком взмыл в воздух и замер, уставившись на девушку возле ограды. Та поднялась и тоже пристально смотрела на монстра.
            «Нет врагов, - мысленно повторяла она. – Безопасность. Тишина. Нет врагов».
            Монстр покачивался на крыльях и как зачарованный, не отрываясь, смотрел на девушку своими никогда не закрывающимися выпуклыми глазами насекомого. Скволл и Квистис одновременно метнули в застывшую цель магию огня и льда. Диким шипением, всполохами пламени, окружающими кристаллы льда, ослепительной вспышкой встретились две стихии в магическом воплощении и отшвырнули дымящегося монстра на землю. Резко вздохнув, девушка с зелёным шарфом снова опустилась на колени, коричневые волосы ниже ушей закрыли лицо. При скрещивании различных магий эффект ослабился, но Гранальдо уже не мог подняться. Он находился в том состоянии, когда сознание ещё удерживает тело от распада, но ни на что другое уже не остаётся жизненных сил. Многие люди, обладая несравнимо более мощным разумом, давно научились контролировать этот период, впадая в него при крайней необходимости. Например, получив урон выше имеющихся жизненных сил. Это помогает избежать немедленной смерти, и если кто-то вовремя сможет вернуть их из состояния «отключения», то опасность отступит. Ещё на самых ранних этапах обучения кадеты осваивают способность «отключения». Для так называемого «возвращения» существовала соответствующая магия, а также специальная алхимическая смесь на основе перьев птицы Феникса, известной своей способностью возрождаться после смерти.
            Сиид подошёл к замершему на земле монстру и, взмахнув мечём, прервал случайно возникшее состояние отключения. В душе остался неприятный осадок, но он быстро пройдёт, как проходят все чувства Скволла. Вот и от недавнего чувства радости, что рядом с ним кто-то есть, уже не осталось и следа. Не говоря уже о том, фантастическом вечере на празднике...
            Незнакомый мужской голос заставил Скволла обернуться. Рядом с девушкой, которую сииды только что защищали от вырвавшихся монстров, стояли не известно откуда взявшиеся трое людей в светло-серой форме и повязками на лбах.
            - Здесь не безопасно, - сказал тот, который помогал девушке подняться. – Пожалуйста, пойдёмте.
            Она неуверенно кивнула, и все четверо двинулись к выходу. Проходя мимо Скволла, незнакомка некоторое время смотрела на него. Замыкающий шествие парень предостерегающе вытянул в сторону сиидов руку с поднятой ладонью. Оба они находились в странном полусонном состоянии, делать ничего не хотелось.
            - Кто это? – спросила Квистис, когда люди покинули внешний участок тренировочного центра.
            Скволл промолчал и пошёл к выходу. Ему порядком надоели эти новые знакомства, загадочные встречи, откровенные разговоры и прочие события сегодняшнего затянувшегося дня. В холле, перед тем, как разойтись, Квистис обернулась и с улыбкой сказала:
            - И всё же я рада, что я больше не инструктор. И я рада, что нам удалось провести этот небольшой бой. Будем считать это окончанием твоего обучения и моей роли в качестве твоего наставника.
            «Скволл, оставайся всегда таким же, - с грустной радостью подумала Квистис, - Непробиваемым, бесчувственным эгоистом. Пусть это и плохо, но так ты остаёшься именно тем Скволлом, которого я знала все эти годы, и который был мне, как брат. Хм, эгоистом ли? Но с каким рвением он побежал на помощь этой... Кто она? Я определённо её не знаю».
            Слова Трип звучали у Скволла в голове до самого крыла академии, где жили кадеты и сииды. И только громкий и весёлый голос Зелла привёл его в чувства, выбил из головы крылатого монстра и ту, что так уверенно назвала его по имени. Сиид-новичок присел на подоконник в коридоре и ловко спрыгнул при виде своего недавнего напарника.
            - Наконец-то! Где ты был? Я тебя везде искал.
            «Что ему ещё нужно?» - устало подумал Леонхарт и, наклонив голову, упёр руку в лоб.
            - Мы ведь теперь сииды. А знаешь, что это означает? У нас теперь свои личные большие комнаты!
            Зелл даже поднял руки в знак своего ликования.
            - Твоя как раз напротив старой. Вот это меня и просили тебе сказать. И это отняло у меня целую вечность!
            Добавив последнее, Зелл убежал в недра крыла общежитий. Шум праздника окончательно стих, и академия погрузилась в полную тишину. Сиид прошёл к своей старой комнате, которая оказалась заперта, и вошёл в новую, отличающуюся почти только размерами. С непривычки тут было неуютно и пусто. И хотя все вещи уже перенесли, Скволлу показалось, что вместе с той комнатой он потерял что-то очень важное.
- Я просто хочу поспать, - услышал парень свой голос и направился к кровати. Он хотел только опробовать её и немного подумать, поэтому не стал раздеваться. Уткнувшись лицом в маленькую подушку, он вспомнил сегодняшние события, представившиеся ему в виде некой цельной картины. Мрачные своды пещеры, озаряемые всполохами лавы, рычащий Ифрит – огненный Хранитель, бескрайние просторы океана, местами горящий Доллет, бегущие солдаты в синих шлемах. Смерть... Башня... Паук. Огромный чёрный паук с красными глазами, неустанно преследующий его. Паук не железный, а живой. Скволл встрепенулся от этого зрелища, но картина не исчезла. Вот он уже возвращается вместе с Сельфи и Зеллом в академию. Сид Крамер, вручающий ему диплом. Сейфер стоит во главе толпы кадетов и неотрывно смотрит на него глазами, полными отчаяния... Картина стала меркнуть, расплываться, и Скволл так и не успел рассмотреть её до конца. Лишь только вспыхнул образ незнакомки с чёрными, как ночь волосами и глазами, затягивающими, как магия гравитации. Одинокий семнадцатилетний юноша погрузился в черноту и забвение сна без снов и, не ведая этого, закончил крупную, напряжённую главу своей жизни, длиною в обучение в академии. Но по-настоящему напряжённые события его ещё только ждали впереди...

0

14

ГЛАВА 13
ПОЕЗД В ТИМБЕР
            Скволлу редко снились сны. Во всяком случае, он их не помнил. Но эта потеря, на его взгляд, была не велика. Вот и сейчас он просто услышал леденящий далёкий голос из тьмы перед своими закрытыми глазами.
            - Пробуждайся ото сна. Пробуждайся, Дитя моё.
            Парень понял, что уже не спит. Его разбудили именно эти таинственные слова, а в голове остались только воспоминания о вчерашнем вечере, словно о другой жизни. Голос, уже хорошо знакомый и звонкий, продолжил:
            - Да вставай же! Скволл! У нас первая миссия! Похоже, мы собираемся в Тимбер! – прокричала Сельфи из-за закрытой двери. – Встречаемся на площади перед академией. Поспеши!
            Ганблэйд по-прежнему висел на поясе. Он даже не мешал спать вымотанному за вчерашний день Скволлу. Впрочем, как и одежда, хотя и удобная, но не созданная для сна. Из открытых жалюзи бил утренний свет. Солнце находилось правее окна, но и так было ясно, что оно довольно высоко над горизонтом. Утро, скорее всего, уже сменилось днём. И это был первый день, когда не надо бежать на тренировки, учить замысловатые мысленные манипуляции, видеть Сейфера. Что ни говори, а всё это уже порядком надоело. И, наконец, это первый день в роли сиида, полноправного, с дипломом. Скволл посмотрел на свой документ, подтверждающий вышесказанное.
            - Сиид Скволл Леонхарт, - медленно проговорил он. Затем бросил диплом на стол рядом с журналом об устройстве ганблэйдов и вышел.
            Солнечный день в шумной академии Баламб. Множество народа движется во всех направлениях, каждый занят своими делами, повсюду идут теоретические и практические занятия. Горячее всех приходится кадетам высшего ранга, которые накануне завалили экзамен в Доллете. Сейчас у них шёл подробный разбор ошибок на примере каждого кандидата. В целом, обычный день, но Скволл с удивлением взирал на совершенно изменившуюся в его восприятии академию. Изменения не поддавались точному описанию. Просто вокруг стало светлее, а свет – теплее, помещения – уютней, а люди – приветливее. Огромный холл, мрачноватый и завораживающий, воспринимался почти родным, успокаивающим местом. Фонтаны журчали как никогда приятно. Скволл остановился, привлечённый необычным зрелищем. Несколько кадетов предвыпускного ранга стояли возле кругового фонтана главного холла и опасливо поглядывали по сторонам. Один из них шёл в глубь небольшого искусственного пруда, держась в воздухе в 20-ти сантиметрах от воды. Кадет быстро схватил несколько плавающих в пруду карт и бегом по воздуху вернулся к остальным. Несколько секунд он, пригнувшись, продолжал висеть над полом в окружении друзей, а потом опустился. Кадеты засмеялись и, как ни в чём ни бывало, пошли прочь. Они боялись оказаться замеченными кем-нибудь из инструкторов или деканов, так как использование в здании академии магии, пусть даже не боевой, а вспомогательной, было строго запрещено. Им всего-то и надо было, что подобрать несколько игральных карт, неизвестно как попавших в воду. Магия левитации помогла сделать вышесказанное, не дав человеку промокнуть. От этой сцены Леонхарт ощутил прилив сил и, главное, бодрости и оптимизма, чего ему всегда не хватало.
            - Я тоже стану сиидом! – возле Скволла стояла девочка лет 10-ти с очень серьёзным выражением на лице. – Я видела тебя много раз. Видела, как ты тренируешься и теперь стал сиидом. Я тоже всегда старалась изо всех сил и буду продолжать обучение. Я хочу быть похожей на тебя!
            Скволл не успел удивиться этому, как девочка уже бежала по холлу. Может ли он быть для кого-то кумиром, примером для подражания?
            Мимо прошла Ксу и приветливо заметила:
            - Тебя уже ждёт твоё первое задание, Скволл. И на тебя возлагаются большие надежды.
            Парень только кивнул и быстро зашагал к проходной, вспомнив о словах Сельфи. Скволл не до конца осознавал значимость происходящего, сразу не задумавшись над этим. Но замечание Ксу всё изменило.
            "Первый день в роли сиида, и тут же задание, - восхитился Леонхарт. – Моё... первое задание. Теперь я могу принести пользу миру. Я в силах это сделать и не подведу тебя, Баламб, воспитавший меня!".
              Сельфи прыгала на одной ноге, вытаскивая застрявший в рубчатой подошве камушек. В каждом её коричневом сапоге с толстыми голенищами крепилось по половине нунчак. Стоило ударить их друг о друга, как части соединялись цепью, становясь грозным оружием в умелых руках. Скволл бы сказал, что её жёлтое платье, крепящееся ремнями за плечи, было излишне коротким и не подходило для данной ситуации. Разумеется, он этого не сказал, а только окинул взглядом, кивнул в знак приветствия и повернулся к Сиду Крамеру.
            - Подождём ещё секундочку, - сказал декан. – Динч должен подойти. Его только что проинформировали.
            Они стояли на площади в сорока метрах от академии. Крамер уже сказал, что в задании примут участие сииды Леонхарт, Тильмит и Динч, прошедшие экзамен, но ничего конкретного пока так и не сообщил. Скрестив руки на животе, Мастер задумчиво смотрел в небо, и даже приближающийся непонятный шум не заставил его обернуться. Из здания академии, стоя на антигравитационной доске, вылетел Зелл. Так называемая T-доска парила над землёй и производила шипение. Для передвижения на ней не было необходимости отталкиваться ногой, поскольку устройство поглощения силы притяжения планеты использовало эту силу для движения, а человек только регулировал скорость и выбирал направление. С абсолютно счастливым видом Зелл быстро нёсся к ждущим его людям. Широкие, тёмно-синие шорты ниже колен, затянутые чёрным поясом, лёгкая выше талии чёрная куртка с короткими рукавами, под которой виднелась такая же чёрная майка с большим вырезом на груди. Низ куртки был красным, а внешние стороны рукавов – синими. Чёрные кроссовки с тёмно-красными под цвет нижней части куртки изогнутыми полосами. Подобно перчаткам, кроссовки так же имели металлические (точнее, адамантиновые) утяжелители. Все детали этого невероятного костюма идеально дополняли друг друга. Зелл приобрёл одежду под заказ и давно хотел обновить её. Однако дал себе слово не одевать раньше первого задания в звании сиида. Получив сообщение о необходимости явиться для инструктажа, Динч чуть не выломал дверцы шкафа с одеждой и так боялся опоздать, что прихватил T-доску. Он пролетел между Сидом и Скволлом, спрыгнул с доски чуть в стороне и, топнув по ней, поднял вертикально.
            - А вот и я! Привет всем!
            Декан немедленно подошёл к нему, напомнил, раздражённо тряхнув головой:
            - T-доски в академии запрещены. Ты уже забыл?
            - Прошу прощения, но это так круто! – попытался оправдаться Зелл. – Они когда-нибудь могут пригодиться на заданиях сиидов.
            Но декан вырвал доску у него их рук и добавил:
            - Это нам судить. Все вы стали членами СииД, но, не смотря на это, вы всё ещё под руководством академии Баламб. Кроме того, как сииды, вы должны подавать положительный пример всем остальным, соблюдая наши правила. Понятно!?
            На это Зелл только сжал кулаки вслед отходящему в сторону Крамера декану. Окинув взглядом сиидов и мягко улыбнувшись, Мастер начал инструктаж.
            - Итак, сегодня начнётся ваше первое задание. Всё очень просто. Сначала, вам необходимо попасть в Тимбер. Там вы должны оказать поддержку одной из групп сопротивления. Как известно, в Тимбере давно хозяйничают гальбадианцы, но существуют люди, борющиеся с их режимом. Это и есть ваше задание. Представитель группы выйдет с вами на контакт на станции в Тимбере.
            - Этот человек заговорит с вами, - продолжил декан, - и произнесёт: "Леса Тимбера определённо изменились". На что вы должны ответить: "Но совы всё ещё здесь". Это пароль. Затем вы должны следовать приказам этой группы. Вот и всё.
            Зелл демонстративно огляделся вокруг:
            - Только мы трое?
            - Верно, - ответил декан. – Мы согласились на это задание за очень небольшую сумму. Как правило, мы отказываемся в таких случаях, но...
            - Думаю, достаточно об этом, - перебил его Крамер. – Вот что, Скволл. Ты назначаешься главным в вашей группе. Разумно используй новое для тебя положение лидера. Зелл и Сельфи, вы подчиняетесь Скволлу и отдаёте все силы на выполнение задач группы сопротивления. Это всё. Как всегда, желаю вам удачи, что бы ни произошло.
            Больше ни говоря ни слова, Мастер пошёл к академии, декан двинулся за ним.
            - И это всё? – тихо спросил Зелл.
            Словно среагировав на его слова, Сид Крамер обернулся и снова подошел к Скволлу.
            - Возьми это, - Сид протянул странный предмет: блестящий с ручной резьбой цилиндр, украшенный драгоценными камнями. – Эта вещица из хранилища магических предметов академии. Я слышал, что она опасна, но может принести удачу обладающему большой силой человеку. Может, пригодится.
            - Ещё раз повторяю пароль: "Но совы всё ещё здесь". Не забудьте, - напомнил декан.
            У главных ворот Скволл последний раз обернулся на громадное здание. Солнце освещало его, отражаясь от блестящих сводов и, казалось, придавало некое волшебное сияние. И тогда сиид вдруг понял причину произошедших с академией перемен. Скорее всего, так люди воспринимают свой дом. Значит, только теперь это величественное заведение стало для него настоящим домом, местом, которого он был лишён.
            - Сель, где платье надыбала? – ехидно сказал Зелл и захихикал.
            - Там же, где ты свои чудо-шорты, - ответила та. – Или это штаны?

             Окружённый лесами Тимбер находился довольно далеко, на другом континенте. Океан можно было пересечь по подводному железнодорожному пути со станции в Баламб-Сити. Весенним днём баламбскую академию покинули трое сиидов, недавно получивших своё звание. Первое задание всегда остаётся в юных умах каждого, каким бы оно ни было. Никто из этих молодых людей не знал, что их ждёт впереди, но внутри твёрдо верил в свои огромные силы, способность изменить мир как им заблагорассудится. А ещё каждый был рад видеть рядом с собой именно этих, а никаких других людей.
            По дороге команду не раз обгоняли группы тренирующихся кадетов. Они оглядывались на сиидов и восхищённо перешёптывались, поскольку знали, что эти трое выдержали экзамен.
            - Скволл, а помнишь нас на их месте? – весело сказал Динч. – Мне вот нравились эти ежедневные пробежки, особенно, если по дороге подвернётся какой-нибудь монстр.
            Ответила Сельфи:
- В Трабии почти всегда лежит снег, а бегать по нему значительно труднее. Иногда по колено навалит, вот и беги потом. У нас там и сейчас снег повсюду, и холодно. Но инструктора, в отличие от здешних, бегают вместе с кадетами.
            - Не надо! – возмутился Зелл. – Наши тоже часто это делают. Особенно Трип. И Сейф... Тьфу! Да какой же он инструктор! Что-то я после вчерашнего никак не отойду. Кстати о Сейфере. Откуда тебя знает наш прославленный командир, мы так и не выяснили.
            - Могу только сказать, что мы с ним до Доллета не беседовали. Я, считай, всю свою жизнь была в трабийской академии.
            - Значит, инструктора поведали. Или начальство. Они ведь тебя знают, принимали твои документы. Квистис, скорее всего.
            При её упоминании, Скволл вспомнил вечер накануне, секретное место кадетов в тренировочном центре. Не вслушиваясь в разговор, обдумывая задание, он чуть слышно проронил:
            - Квистис больше не инструктор...
            В этот момент Тильмит рассказывала о причинах своего недавнего перевода в академию Баламб, которые заключались в каком-то заговоре её начальства. Хотя слова Скволла не произвели на неё никакого впечатления, она замолчала, а Зелл остановился и прокричал:
            - Укуси меня Ти-рекзавр! Почему!?
            Леонхарт не стал рассказывать об инциденте с монстрами в тренировочном центре, а лишь вкратце передал слова Квистис. Зелла это очень расстроило, он хорошо знал инструктора Трип. По его мнению, академия лишилась одного из своих лучших сотрудников.
            - Нет лидерских качеств!? Какая чушь! Признаться, я был лучшего мнения о нашем Сиде, - возмущался Динч. – Когда-нибудь они назначат инструктором Сейфера и вот тогда узнают, что значит неподходящий человек. – Сиид закончил гневную речь и скрестил руки на груди.
            Солнце скрылось за горами, и последние его лучи освещали крыши домов всегда наполненного океанским запахом города Баламб. Этот город был на удивление тихим, почти пустынным. Преимущественно двух- трёх-этажные дома стояли вдоль нешироких улиц, по обочинам которых росли тонкие не вырастающие до большого размера деревья. Почти все насаждения обнесены аккуратными заборчиками, тенистые скверы манят своей прохладой и спокойствием. В одном из них, покуривая трубки, сидели старики и, одобрительно кивая, провожали долгими взглядами молодых людей, юных сиидов, по какой-то причине прибывших в город, который всегда испытывал недостаток в молодёжи.
            Команда свернула в переулок, впереди показался баламбский вокзал. Толстые голубые колонны снаружи подпирали изогнутую крышу, внутри все стены состояли из застёклённых цветным стеклом арок, вдоль потолка тянулись лампы, соединённые в три сплошные линии, дающие белый свет. Едва сииды зашли в здание, к ним подошёл человек в одежде работника вокзала и сказал, что ожидает их, а билет на трёх человек академии куплен. Сняв с электронной карты Скволла сумму в 3000 гиль, он протянул билет в виде похожей карточки и добавил:
            - Проходите к пирону. Поезд на Тимбер скоро отправляется.
            Под большим навесом вокзала стоял состав из 7-ми вагонов. К открытым дверям каждого из них были приставлены лестницы, немногочисленный народ неторопливо заходил внутрь. Для сиидов и других людей академии почти в каждом составе существовал вагон со специальным купе. Над входом в него на вагоне красовалась эмблема Баламба. Скволл молча показал билет проверяющему, и пропустил вперёд Зелла и Сельфи.
            - Обожаю поезда! – весело заявила Тильмит и подбежала к затонированному окну.
            Они находились в почти квадратном помещении с голубыми, отделанными деревом стенами. Леонхарт остановился в дверном проёме, облокотившись на косяк.
            - О да! – поддержал Зелл высказывание Тильмит. – Трансконтинентальный состав. Прямо под океаном в Тимбер! – и, повернувшись к Скволлу, добавил: - Круто, правда?
            - Конечно... - Скволл смотрел в окно двери, вокзал за которым дрогнул и поплыл в сторону.
            Зелл принял совершенно сокрушённый вид, прогнувшись вперёд и опустив руки. Равнодушие их главного нагоняло тоску.
            - По-моему, тебе совсем не интересно. Надо же получать удовольствие от происходящего!
            Но Скволл всё так же смотрел на пейзаж за окном. Позади исчез Баламб-Сити, совсем рядом плыли горы, вот-вот состав должен был въехать в тоннель, опускающийся на океанское дно. Зелл посмотрел на закрытую дверь справа от входа.
            - Между прочим, Скволл, открой нам дверь в купе.
            Тот оторвался, наконец, от косяка, и подошёл к электронной панели возле двери, указанной его шумным приятелем. Он нажал несколько кнопок и вставил в отверстие билет.
            - Проверка номера, - послышался из устройства приятный женский голос. – Подтверждение. Доступ открыт.
            - Теперь можно входить, - Скволл повернулся к остальным.
            Сельфи тут же подбежала к двери, и та отъехала в сторону. Над входом бегущей строкой бежала надпись: "Следующая остановка – Тимбер".
            - Наверное, там лучше вид из окон, - сказала она и забежала в коридорчик с рядом больших незатонированных окон по правой стене.
            Зелл важно проследовал за ней, Скволл зашёл последним. Тильмит уже, излучая счастье, глядела в окно. Поезд мчался по океанскому дну, отделяемый от воды прозрачным тоннелем. Такое зрелище крепко приковало её внимание. Подводные скалы, разноцветные кораллы самой причудливой формы, стаи всевозможных рыб и прочих уже просто невозможных существ, поднимающиеся со дна пузырьки воздуха и местами буйная подводная растительность. Проведя всю жизнь на севере, в трабийской академии с её вечными снегами, покрывающими леса, и скалами, Тильмит не приходилось воочию видеть подобной красоты. Зелл тут же подошёл к двери купе.
            - Это наше личное купе. Специально для сиидов! – прокомментировал он и заглянул в открывшуюся дверь. – Оп! Это мне нравиться!
            Леонхарт хотел было зайти в купе, но остановился, привлечённый послышавшейся вдруг какой-то песенкой Сельфи. Заворожено глядя на открывшиеся океанские глубины, девушка тихо пропела:

            Поезда, поезда, заберите нас туда,
            Где бескрайние просторы цветом счастья расцвели,
            Миллион цветов покрыли необъятные поля.
            Там, где мы когда-то были, но исчезли навсегда...

            К собственному удивлению Скволл необычайно ясно представил себе то место, о котором пропела Сельфи. Да, зелёные поля, покрытые миллионами волшебных цветов. Ветер срывает дивные лепестки и, наполненный ими, превращается в сказочной красоты смерчи. Ветер поднимает лепестки, и сам воздух как будто расцветает. В неизведанную даль ведут извилистые дороги. Спокойное лазурное море омывает песчаный берег...
            - Откуда эта песня? – спросил Скволл.
            Не поворачиваясь, Сельфи ответила:
            - Я давно её придумала. Она вспоминается, когда я вижу что-то прекрасное, что производит на меня сильное впечатление.
            - Такое же прекрасное, как то место?
            - Наверное...
            - Как-нибудь споешь её до конца? - попросил Скволл, и дверь в купе закрылась за ним.
            Всё купе было отделано деревом золотого цвета с вырезанными на нём узорами. Пол застилал красный с белыми разводами ковёр. Справа от входа, прикреплённая к стене, стояла двухъярусная кровать с лесенкой. В противоположном от двери углу располагался большой угловой диван, обтянутый белой кожей. Сидя на середине дивана, прыгал Зелл. Он выставил вперёд торчащие из шорт худые ноги и улыбался Скволлу во весь рот. Скволл с мрачным видом посмотрел на него и сказал:
            - Я рад, что тебе так весело.
            Динч перестал прыгать, но выражение радости не исчезло.
            - У них тут даже журналы есть! Жаль только, нет Короля Боя. Мой любимый. Ну, знаешь, там про приёмы разные рассказывают и тому подобное.
            Скволл сел рядом с Зеллем и взял первый попавшийся журнал из беспорядочной кучи в углу дивана.
            - Домашние Любимцы, - посмотрел он на название и, открыв где-то на середине, прочитал наугад: "В этом номере вы узнаете, как научить вашу собаку правильно атаковать врага..." – Журнал тут же был отправлен обратно в кучу.
            Зелл снова подпрыгнул на диване и с горячим энтузиазмом заговорил:
            - А ведь здорово! Такое роскошное купе и только для нас. Уже ради этого стоило становиться сиидом. Да, командир, ты знаешь что-нибудь о Тимбере? - обратился он к Скволлу.
            Леонхарт знал только то, что рассказывали на  уроках мировой географии, и поэтому ответил:
            - Совсем не много.
            - Я так и думал! Тогда слушай. – Зелл принял важный вид и сложил руки на груди. – Тимбер – это страна такая, окружённая глухими лесами. 18 лет назад туда вторглась Гальбадия. Не сдержав натиск интервентов, Тимбер вскоре сдался Гальбадии и теперь окупирован ею. Говорят, в одноимённой столице возникло множество подпольных повстанческих группировок. Вот в какую-то из них нас и засылают. Хе-хе! Похоже, нам снова предстоит противостоять гальбадианцам.
            - Ну и? – взглянул Скволл на рассказчика.
            - Вот и всё, что я знаю.
            Леонхарт всё это знал, Зелл не сказал ничего нового для него. Но ничего больше и не было нужно. Их задача – не разбираться в политической ситуации, а выполнять прямые задачи одного из движений сопротивления.
            - Спасибо, - Скволл склонил голову.
            - Эй! Да не проблема! Всегда пожалуйста!
            - Зелл, ещё одно: не называй меня командиром.
            Динч не ответил, потому что в купе, покачиваясь, зашла Сельфи. Вид у неё был неважный. Слабым голосом она проговорила:
            - Я не очень хорошо себя чувствую...
            - Это всё качка! – заявил Зелл. – Хорошо, что у меня нет с этим проблем.
            - Нет же, я люблю поезда. Меня никогда не укачивает.
            - Тогда приляг, ехать ещё долго, - ответил Скволл.
            Сельфи зевнула и покосилась на кровать.
            - Правда что-то спать захотелось, - очень тихо сказала она и пошатнулась.
            Леонхарт заметил это. Обычным такое трудно было назвать.
            - Ты точно просто хочешь спать или...
            Зелл, вскочив, перебил его громким возгласом:
            - Что за..! Со мной что-то..., - с этими словами он повалился обратно, в прежнее положение. Руки безвольно упали вдоль тела, голова откинулась на спинку.
            Через секунду рядом с Динчем повалилась и Сельфи. Скволл быстро поднялся и только сейчас услышал очень высокий писк, обрушившийся со всех сторон. Пол поплыл под ногами. Обхватив голову руками, сиид упал на колени, не  в силах держаться на ногах. Тело не слушалось. Ещё мгновение, и он растянулся на ковре посередине купе.
            - Да что такое происходит? – было последнее, что он сказал прежде, чем темнота глубокого сна сомкнулась вокруг него...

0

15

ГЛАВА 14
ЗАГАДОЧНЫЙ СОН: НЕЗАБЫВАЕМАЯ ВСТРЕЧА
            Лагуна Лоир откинул со лба волосы, уже ставшие влажными от нескольких часов блуждания по душному лесу, наполненному запахом гари. Длинная чёрная шевелюра, зачёсанная целиком направо, рассыпалась по железному плечу нагрудного доспеха гальбадианской военной формы. Жарко. Хорошо хоть, что ни он, ни его друзья Кирос и Вард, никогда не носили положенных уставом шлемов.
            "Надеюсь, я не ошибся с дорогой", - подумал Лагуна.
            Война с Тимбером подходила к концу. Война совершенно глупая и несправедливая, но ведь им, гальбадианским солдатам, положено воевать, а не следить за соблюдением справедливости. Что с того, что Гальбадия без видимых причин напала на Тимбер? Сейчас солдаты разбивали последние силы обороны, оттеснив их в зелёное царство лесов. От недавнего последнего наступления лес сильно пострадал. То тут, то там скривились сломанные или сожженные деревья, с полей впереди валил дым. Атака была хорошо подготовленной, сильной и, наверняка, последней. Сегодня-завтра Тимбер капитулирует.
            - Лагуна, - позвал подбежавший Кирос Сигал, - ты уверен, что это правильный путь?
            Набегу три его длинные, толщиной с палец, чёрные косички подпрыгивали и перелетали на грудь. Кирос гордился ими, как и своей редкой тёмной кожей, а ещё потрясающим мастерством владения каталами – пятидесятисантиметровыми мечами с перпендикулярными лезвию рукоятками.             Рядом возник великан Вард Зарбак, чей рост заметно переваливал за два метра, а о весе его и совсем предпочитали не спрашивать. Он затянул потуже синию, под цвет формы, бандану на голове и взвалил на плечо чудовищного вида гарпун.
            На вопрос друга, Лагуна только рассеяно улыбнулся и, закинув за спину автомат, побежал дальше, к дымящемуся полю...

            Скволл видел происходящее словно в тумане, но, в то же время, голос темнокожего человека звучал так реально, и от дыма, казалось, начинают слезиться глаза. Поэтому сиид не мог сообразить, находится ли он в том лесу, или всего лишь видит сон. Несущийся по океанскому дну поезд, задание академии стёрлись из памяти, остались только эти трое незнакомых людей...

            Гальбадианские солдаты пересекли горящее местами поле с очень высокой травой и снова углубились в лес. Команда, безусловно, заблудилась, но Лагуна очень не хотел расстраивать друзей. Ярым оптимизмом среди них отличался только он один.
            Слева от тропинки зажурчал ручей, не широкий, но крайне неудобный для переправы, слегка заболотившийся по краям. Лагуна чувствовал, что им надо на другой берег, и если дорога вместе с ручьём не свернёт в нужную сторону, придётся промочить ноги. Но вот впереди показалось отличное бревно, перекинутое через воду. За кустами на той стороне виднелась неплохая дорога.
            Справа из-за толстых деревьев послышались странные, похожие на детский смех звуки, и в плечо шедшего позади всех Варда ударил красный луч. От этого солдат круто развернулся и с диким криком кинулся в густую, зелёную листву. Ещё пара таких же лучей устремились в Кироса и Лагуну. Первый выгнулся, пропуская луч за спиной и, петляя, метнулся вперёд. Лоир пригнулся, приняв лазерный удар, и пустил град пуль по ближайшему мерзкому фангуару - извивающемуся толстому грибу чуть менее метра в диаметре. Кирос, следуя своему особому стилю боя, изгибался, как прут и кромсал грибоподобное существо своими каталами. Вертикальный с острыми зубами рот монстра раскрылся, испустив громкий писк, тело его согнулось, уменьшилось и растворилось на лестной тропинке.
            Лагуна вернул чёрный автомат за плечо и невольно улыбнулся, вслушиваясь в доносившийся из зарослей рёв Варда. Звуки прерывались мощными ударами. Иногда, испытывав на себе прикосновение гарпуна, с сотрясающихся деревьев сыпались листья. Оба приятеля знали, что в данный момент помощь Варду не требовалась. На тропинку вылетел дёргающийся фангуар и исчез, следом ещё один, а потом, ломая кусты, выпрыгнул и сам здоровенный солдат. Он продолжал вбивать в тропинку ещё живое существо, пока гарпун не взрыл пустую землю.
            - Отвратительные ошибки природы! – это были первые слова Варда за последние часы. – Разве мы здесь не для того, чтобы драться против всей могучей армии Тимбера?
            - Действительно, - спокойно согласился Кирос, - что же мы тратим время на этих монстриков?
            Лагуна заложил руки за голову и виновато произнёс:
            - Ну, видите ли. Просто...
            - Только не говори, что мы опять заблудились, - перебил его Кирос.
            - Да что вы ребята! Вот сейчас перейдём по тому брёвнышку, и всё станет на свои места. Что плохого в немного затянувшейся прогулке? Вы ведь видели сигнальный залп к окончанию операции, враги разбиты. Наш броневик наверняка где-то рядом. Скоро будем дома!
            Вард тяжело сопел, а Кирос безнадёжно закатил глаза. Но к большому удивлению их обоих, вскоре Лагуна действительно вывел команду к броневику, высокой темно-серой машине на больших колёсах. Вокруг раскинулась та самая пальмово-папоротниковая роща, в которой они высадились в начале атаки на остатки тимберской армии.
            - В Делинг! – торжествующе прокричал Лагуна и влез на место водителя.
            Мотор глухо зарокотал, броневик развернулся и покатил по дороге к уже виднеющемуся впереди просвету между деревьями. Путь до столицы Гальбадии был не близкий...

            Зелл и Сельфи тоже наблюдали за происходящим, совершенно не понимая смысла всего этого. Динч обратил внимание на интересную модель броневика, давно вышедшего из производства, а Сельфи отметила очень располагающую внешность и поведение Лагуны... Необычное "кино" с лёгким ощущением присутствия продолжалось.

            Гальбадианский броневик въехал на площадь Делинга и неуклюже припарковался почти на самой её середине, возле роскошного фонтана. Он изящно освещался изнутри, благодаря скрытым под водой небольшим прожекторам.
            - Нельзя парковаться на середине площади, - проворчал Вард.
            - Но это же так круто! – только и ответил Лагуна, с удовольствием рассматривая результат своего манёвра. – Кстати, ребята, как на счёт выпивки? Посидим, поболтаем. В конце концов, мы это заслужили.
            - Выпить говоришь... - задумался Кирос.
            - Конечно. Кирос, Вард, сейчас же всё равно нет приказа. – Лагуна подтолкнул медлящих друзей в сторону своего любимого кафе при отеле.
            Гальбадианские солдаты разбрелись по кабакам и пивным различного класса. Но это кафе не пользовалось спросом среди военных. Тихое, уютное место, где не орут напившиеся гуляки, и не ищут приключений любящие подраться лиходеи. А ещё там часто играют на рояле. С тех пор, как Лагуна увидел ту пианистку, исполняющую чудесные композиции, его посещения кафе заметно участились. Конечно, он старался скрыть свою причину, но друзья уже давно обо всём догадывались. Да и не только друзья...
            Пройдя квартал по широкой, ярко освещённой ночной улице Делинга, Лоир со всё учащаемся сердцебиением вошёл в отель "Гальбадия", Кирос и Вард следовали за ним.
            - Лагуна, пришёл снова на неё посмотреть? – послышался весёлый голос с другой стороны улицы. Но спрашивавший не получил ответа.
            Просторный, великолепно выглядящий холл с мраморным полом, и вот она - лестница в подземное помещение кафе со всегда чуть приглушённым освещением.
            - Люблю я это место! – с чувством сказал Лагуна, окидывая взглядом зал с круглыми столиками.
            Кафе находилось ниже уровня первого этажа отеля и имело общий с холлом потолок. Помещение казалось очень большим из-за стен, в два раза выше обычных. С далёкого потолка свисали прозрачные занавески, покачивающиеся на лёгком сквозняке. Слева от лестницы, на маленькой сцене одиноко стоял приготовленный рояль. Народу, как всегда, оказалось мало. В основном - постояльцы и несколько случайно забредших сюда солдат, которые спокойно беседовали, смеялись и поглядывали на вошедших посетителей.
            - Добро пожаловать! – поприветствовала друзей работница кафе, уже давно знающая Лагуну в лицо, – Ваш столик свободен.
            - Спасибо! – улыбнулся Лоир и прошёл с друзьями к их постоянному месту у стены, ближе всего к сцене. Расположившись на полукруглом диванчике, Лагуна радостно заявил:
            - Мы ведь сюда на всю ночь, парни?
            - Точнее будет сказать - до следующего приказа. Вряд ли у нас много времени, - уныло заметил Кирос.
Подошла официантка и осведомилась о заказе.
            - Как обычно, - тут же ответил Лоир. Он заметно нервничал и притоптывал ногой, хотя внешне излучал обычную жизнерадостность.
            И вот, наконец, по лестнице в зал грациозно спустилась девушка в красном вечернем платье. Лагуна даже на несколько секунд закрыл глаза и глубоко вздохнул. Вард пихнул его в плечо и довольно пробасил:
            - Ну, Лагуна. Джулия скоро должна начать выступление. Надеюсь, сегодня-то ты к ней, наконец, подойдёшь?
            - Давай! – поддержал друга Кирос. – Сколько можно тянуть?
            Лагуна заёрзал на диванчике, судорожно потёр стол.
            - Что вы! Она, наверное, так занята. Что ей до меня? Я всего лишь очередное лицо в толпе...
            Первые звуки мелодии разнеслись по залу, прервав все разговоры и приковав внимание к сцене. О, что это была за музыка! Со страдальческим видом Лагуна замер, не в силах ничего больше сказать. Теперь в его воображении образ Джулии всегда будет ассоциироваться именно с этой композицией. Утончённая, такая нежная и трагичная, она как будто была создана, чтобы исполнять подобные композиции, наполненные и печалью, как глаза Джулии, и оптимизмом, как Лагуна. Она стала первой, кто покорил романтичную душу солдата. Немного придя в себя, Лоир расслышал голос Кироса:
            - ...ты же давно хочешь с ней познакомиться, так хотя бы обрати на себя внимание. Помаши ей что ли.
            - Я верю в тебя, дружище - отозвался Вард.
            И Лагуна сам не заметил, как встал и медленно побрёл поближе к сцене, к роялю. "Убежать что ли по лестнице? - мелькнула спасительная мысль, но ноги предательски продолжали двигаться к сцене. - Если я уйду, ребята всегда будут считать меня размазнёй".
            Он подошёл к короткой лесенке на сцену и робко взглянул на Джулию, самозабвенно играющую на рояле. Печальные глаза распахнулись и посмотрели прямо на Лагуну поверх чёрного дерева музыкального инструмента. От этого взгляда ноги вторично подвели своего хозяина. Правую икру пронзила острая боль от судороги. Подавляя стон, солдат попытался размять ногу, но ничего не вышло, и боль только усилилась. Ничего не оставалось, как медленно, прихрамывая, ретироваться к столу. Его встретили улыбающиеся лица друзей.
            - Хорошая работа, - сказал Кирос, - Задание выполнено, рядовой Лоир!
            - Но ты представлял собой довольно жалкое зрелище, - добавил Вард.
            - А, считайте, что хотите, – вытягивая под столом ногу, отрезал Лагуна, – Джулия просто прелесть. И одного этого уже достаточно. – Солдат сокрушённо опустил голову.
            Кирос и Вард повернулись в сторону уже затихшего рояля и перекинулись между собой взглядами.
            - Сваливаем, - понимающе проговорил Кирос и быстро вытолкал Варда из-за стола.
            - Эй! Да куда вы собрались, – разбито спросил Лоир. – Что за спешка? – Но оба его компаньона уже пристроились за соседним столиком, чем вызвали не малое удивление своего друга. Однако это удивление было ничем по сравнению с внутренним взрывом, который вызвал послышавшийся сбоку неуверенный голос. И хотя Лагуна никогда прежде не слышал голоса Джулии, ему сразу стало ясно, что это именно она.
            - Могу я?..
            - А-а..., - только и смог проговорить совершенно растерявшийся солдат и почувствовал, как судорога опять предательски сжимает мышцу.
            Девушка пригладила чёрные волосы, касающиеся открытых плеч, и вежливо осведомилась:
            - Я не помешала?
            - Нет, нисколько! – восторженно, но тихо произнёс Лагуна. – С-садитесь, то есть присаживайтесь. – И сам опустился на диван, не в силах смотреть на собеседницу.
            "Это она, правда она! – в голове творился хаос. – Что мне делать? Кирос, Вард, куда же вы сбежали! А что сказать ей? Её красота лишает голоса! Она так прекрасна..."
            Словно подслушав его мысли, Джулия тихо рассмеялась, прикрывая рот.
            - Как твоя нога? Ты сильно хромал.
            - Да вроде бы..., - начал было Лоир, но тут осмыслил сказанное девушкой. "Нога!? Она видела! Какой позор! Ладно, не буду врать..."
            - Такое всегда со мной происходит, когда я нервничаю... сильно.
            - Так ты нервничал.
            - О да! – почти воскликнул солдат, но вовремя опомнился. – Я и сейчас немного...
            С грустью в голосе Джулия спросила:
            - Но разве есть для этого причины? Не стоит нервничать или переживать из-за меня, ведь ты меня совсем не знаешь.
            Лагуна сказал бы ей, что только она одна в целом свете и стоит этого. И не важно, знает ли он её лично, не важно, знает ли она о его существовании. Она просто есть, есть её музыка и место, где он всегда мог увидеть Джулию.
            - Мы бы могли поговорить... наедине, - услышал Лоир и ошарашено вытаращился прямо на собеседницу. – Я живу в этом отеле.
            - Наедине? – голос солдата сорвался.
            - Ну... - Джулия смущённо отвернулась, - здесь трудно говорить свободно. Повсюду люди, большинство из которых наблюдает за мной.
            Лагуна молчал, не в силах адекватно воспринимать происходящее.
            - Ты не хочешь?
            - Нет! – наконец, вырвалось у солдата. – То есть, да! Конечно хочу! – Он даже вскочил с дивана.
            - Тогда я буду ждать. Спроси в холле где моя комната. Хорошо?
            С этими словами Джулия поднялась и направилась мимо сцены к лестнице. При виде её зал разразился аплодисментами, первый взрыв которых Лагуна пропустил.
            - Может, я сплю? – вслух спросил Лоир сам у себя. – Джулия? Джулия хочет поговорить со мной? Только я и она... Что же она хочет мне сказать? А ведь я совсем не умею слушать, всегда слишком много болтаю... Но только не сегодня! Я не пророню ни слова. Может быть, я смогу ей чем-нибудь помочь...
            - Это точно, уж постарайся не усыпить её болтовнёй про дальние страны, - как бы случайно заметил Кирос с соседнего столика.

            Портье подозрительно глянул из-под очков на гальбадианского солдата, но тут же улыбнулся, узнав в нём завсегдатого кафе.
            - Мистер Лоир, я ожидал вас. Позвольте показать вам комнату мисс Джулии. – Он явно был предупреждён.
            Комната девушки оказалась в дальнем конце коридора на втором этаже. Поблагодарив портье, Лагуна собрался с духом и осторожно постучал в дверь. Та мгновенно раскрылась, похоже, Джулия стояла совсем рядом. Только сейчас солдат прямо посмотрел на её улыбку, которая потрясающе подходила к печальным глазам.
            - Спасибо, что пришёл.
            - Да не за что! Спасибо за приглашение. Для меня это настоящий подарок. – Лагуна начал привыкать к её обществу, понимая, как многое он хочет сказать.
            - Садись, - указала Джулия на комнату.
            Лоир неуверенно прошёл вглубь просторного помещения, двухместного номера с огромным окном на всю ширину стены. Внимание привлекли занимающие всю левую стену полки, доверху заставленные самыми разными книгами – деталь интерьера, совсем не свойственная обычным гостиничным номерам. Джулия наверняка жила здесь постоянно. Вся обстановка создавала домашнюю атмосферу, очень уютную и спокойную.
            Заглядевшись на книги, Лагуна сел на краешек кровати, через секунду вскочил и прошёл к старинному мягкому стулу у окна. Но и на нём он долго не просидел, чувствуя, как Джулия смотрит на него. Наблюдая за действиями гостя, девушка снова засмеялась тем тихим смехом. Солдат немного смутился.
            - Я просто... Просто я твой большой поклонник, поэтому сейчас несколько не в себе. Понимаешь, несколько минут назад я мог только смотреть на тебя из зала и даже не надеялся на такую встречу.
            - Так вот почему ты так часто приходишь слушать мою игру!, - искренне обрадовалась девушка. – Я уже давно замечаю тебя среди посетителей.
            - Ты видела меня! – Лагуна нервно заходил вдоль окна. – Обратила внимание на лицо в толпе...
            - Но это лицо всегда улыбалось. Задумчиво, мечтательно. На это всегда обращаешь внимание. И у тебя красивые глаза. Даже со сцены я заметила это и захотела поговорить с тобой, глядя в эти глаза. Узнать кто ты, что ищешь в жизни. Я мало общаюсь с людьми, и посетила не так уж много мест в мире. Расскажешь о себе немного, если конечно это не слишком личное?
            - Я, должно быть, сплю, - пробормотал Лагуна.
            Кто бы его хоть когда-нибудь просил рассказать о себе? Лоир никогда не встречал людей, которым было бы интересно слушать про чужие судьбы, мечты, узнать их представления об окружающем мире. Возможно, он встречал не тех, кого нужно. И вот теперь, Джулия, недоступный идеал, стала именно тем долгожданным человеком...

            - Так я попал в гальбадианскую армию, - подвел итог Лагуна, спустя два часа после просьбы Джулии. Он поведал ей почти всю историю своей жизни, обо всех событиях, которые произвели на него впечатление и о мечтах, возникавших по мере взросления. С неизменным интересом девушка слушала эту историю, ни разу не перебивая рассказчика. Сколько прочитанных книг стоила история настоящего человека, рассказанная им самим? И сколько таких незаметных и однообразных жизней, как у неё, можно было бы отдать за одну жизнь, которую прожил Лагуна Лоир...
            - Да, я не люблю воевать, - продолжил солдат. – Все эти наполненные мучениями и болью битвы... Но я не могу сидеть на месте, в этом всё дело. Путешествия солдата открывают перед тобой целый мир со множеством тайн, причуд. Новые места, новые вещи, люди. Как можно прожить без всего этого!? Нельзя же иметь вокруг себя необъятные просторы планеты и не пользоваться ими, не знать, что там за лесом, за горой, за океаном, какие люди живут далеко-далеко. Я безмерно благодарен своим друзьям, Варду и Киросу, что они всегда со мной, путь даже не в полной мере разделяют мои взгляды. Вскоре я хочу уйти из армии и стать журналистом в каком-нибудь издании. Ведь так я смогу рассказать людям обо всём чудесном мире, об увиденном в своих путешествиях. Было бы здорово, если однажды мои заметки окажутся опубликованы в виде книги или напечатаны где-то. Хотя, не это важно! Главное – люди смогут прочитать. Ведь это здорово, правда?
            Джулия опустила голову и тихо ответила:
            - Я так рада за тебя.
            - И тогда, - хотел продолжить Лоир, но очнулся от непрерывного рассказа. – Ой, прости! Я всегда так много говорю и уж если начну рассказывать... Я тебя утомил? Расскажи о себе, о своих планах на будущее.
            Джулия подошла к окну и взглянула на ночной светящийся Делинг. В окне отразилось её грустное лицо с поблескивающими глазами.
            - Я хочу петь. Не только играть, но и самой исполнять свои песни.
            - О! Я с удовольствием бы послушал!
            - Но я не могу. Я не умею писать стихи, а петь чужое, это всё равно, что воровать мысли сочинивших эти песни людей. Но теперь, - девушка взглянула на Лагуну, - благодаря тебе, этой ночи здесь, с тобой, благодаря твоему рассказу..., - она снова отвернулась, но чёрное окно раскрыло проступившие слёзы.
            - Благодаря мне? – растерялся Лагуна. - Но я всего лишь болтал без остановки.
            - Да... Благодаря тебе я теперь что-нибудь придумаю. Обязательно. Ты раскрыл всю свою жизнь, я узнала тебя. Время, когда ты страдал, когда грустил, но непременно всё преодолевал. Твоя улыбка заставила меня познакомиться с тобой. Этот потрясающий рассказ раскрыл передо мной мир, то, о чём я много думала. Твоя улыбка и глаза... Как же после этого мне не написать собственной песни?
            - Здорово! – воскликнул Лагуна. – Ну неужели это не сон? Ты сейчас мне представляешься слишком нереальной, именно, как видение из чудесного сна. И я боюсь проснуться.
            - Это не сон, правда, - улыбнулась Джулия. – Видишь? – И она взяла его за руку и легонько сжала кисть.
            У Лагуны ужасно защемило сердце, захотелось бросить всё и навсегда уйти с ней на край планеты на встречу восходящему Солнцу. Но стук в дверь вернул его к реальности. Послышался напряжённый голос Кироса:
            - Лагуна, быстрее! Нас вызывают к резиденции президента.
            Минуту никто не произносил ни слова. Затем Джулия отчаянно спросила:
            - Увидимся ли мы снова?
            - Конечно! Я приду послушать твою песню, где бы ни был! У тебя обязательно получится, Джулия...

            "Поезд подъезжает к Тимберу", - произнёс голос из динамика под потолком, и окончательно развеял странный сон.
            Подняв всё ещё тяжёлую голову с ковра, Скволл посмотрел на друзей. Зелл, вяло покачивая головой в унисон вагону, сидел на диване, уставившись на Леонхарта. Казалось, он ещё не проснулся, а только лишь открыл глаза. Но вот уже заморгал и огляделся. Тут же стояла Сельфи, разминая шею.
            - Мы все спали? – спросил Скволл и потряс головой. Ноги плохо слушались, но он встал. Стоило сииду наклонить голову, как купе качнулось. Понадобилось некоторое время, чтобы всё вокруг встало на место.
            - Может, это магия какая? Или пошутил кто-нибудь с усыпляющим газом, - вяло проговорил Динч.
            - Нет, не магия это. И не газ, - ответила Сельфи. – Кстати, как самочувствие? Нет симптомов отравления?
            На это Зелл рассмеялся:
            - Это было бы презабавно: команде сиидов отравиться, даже не взявшись за их первое задание! Нет, я чувствую себя прекрасно.
            Сельфи прошлась по купе и радостно воскликнула:
            - Оп-па! Мне снился такой чудесный сон!
            "У меня тоже был сон, - подумал Скволл. – Вот только не чудесный, скорее, чудной какой-то". Сон сильно подействовал на сиида. Он был слишком реален. Вдобавок, парень с совершенной ясностью вдруг понял, что Лагуна так никогда больше и не видел Джулию. Впрочем, какое ему дело до какого-то сна?
            "Поезд подъезжает к Тимберу. Станция через три минуты. Не забывайте вещи при выходе из вагона" - снова оповестил искусственный голос.
            Сельфи, продолжая размышлять о сне, задумчиво добавила:
            - Лагуна был такой замечательный...
            - Эй! – вдруг воскликнул Зелл. – Мне тоже снился Лагуна! Гальбадианский солдат без шлема, верно?
            - Лагуна, Кирос и Вард... - задумчиво добавил Скволл.
            - Они самые! – возликовал Зелл. Ему крайне понравилась идея общего сна, - Как же объяснить это повальное засыпание? Словно кто-то воздействовал на нас... Впрочем, что теперь гадать? Поезд уже прибывает.
            За окном мелькали зелёные привокзальные строения необычной архитектуры, множество каких-то замысловатых лестниц и перил.
            "Он прав, - подумал Скволл. – Надо это пока выкинуть из головы, но..."
            - Я расскажу об этом случае Мастеру, когда вернёмся в академию, - сообщил руководитель группы, – А сейчас главное - задание.

0

16

ГЛАВА 15
ЛЕСНЫЕ СОВЫ
            Вокзал Тимбера обступали небольшие зелёные дома с коричневыми черепичными или железными крышами, горело множество причудливо изогнутых фонарей. Казалось, весь город был выкрашен в зелёные тона под цвет окружающих густых лесов. После захвата власти гальбадианцы не стали изменять архитектуру на свой лад и даже не пытались внедрить что-то своё. Они лишь поставили здесь новое правительство. За прошедшие со времени капитуляции Тимбера 18 лет, в столице не раз вспыхивали антигальбадианские восстания, но все они быстро подавлялись и не успевали вырасти во что-то серьёзное.
            Когда группа Скволла вместе с другими пассажирами спускалась с пирона по широкой лестнице, сзади послышался молодой голос:
            - Добро пожаловать в наш зелёный край! Хотя, леса Тимбера определённо изменились.
            Приветливо улыбающийся парень 20-ти лет стоял, прислонившись к перилам. Он не обращался к кому-то конкретно, а как бы приветствовал толпу, многие из которой благодарственно кивали и даже что-нибудь отвечали ему. Закатанные рукава белой рубашки, надетой под низ толстой светло-коричневой жилетки, чёрные брюки и синяя бандана на голове – с виду парень напоминал работника вокзала, выделялся разве что необычный головной убор.
            - Но совы всё ещё здесь? – на всякий случай вопросительно сказал Скволл, ведь фраза человека могла быть просто совпадением.
            Парень в синей бандане несколько секунд рассматривал троицу сиидов, продолжая улыбаться, но потом лицо его быстро изменило выражение на глубоко серьёзное, даже напряжённое. Также изменившимся голосом он ответил:
            - Пойдёмте со мной.
            Немного отойдя от главного пирона, группа поднялась на более мелкий, предназначенный для поездов ближнего следования. Других пассажиров на нём не было. Встречающий поглядел в сторону и поправил бандану. Послышался звук приближающегося поезда, и из расположенного неподалёку ангара выехал блёкло-жёлтый, со стилизованным черепом на борте, электровоз, состоящий из одного только локомотива.
            - А это часом не западня? – тихо спросил Зелл, но Леонхарт промолчал.
            Громыхая по шпалам, подкатил внушительных размеров локомотив, единственная дверь в самом конце корпуса отъехала в сторону, предлагая войти внутрь. Встречающий оглянулся на сиидов и, мотнув головой, исчез в полумраке за дверью. Скволл положил руку на ганблэйд и вошёл следом. За ним последовали и остальные. Дверь туже задвинулась, а поезд быстро тронулся с места. Окружённая темнотой команда застыла в боевой готовности, но в следующий миг включился свет, осветив небольшое помещение, которое можно было бы назвать прихожей, находись сииды в доме. Две зелёные двери вели вглубь локомотива, а две других – напротив и сбоку – служили дополнительными выходами. Возле двери в помещение локомотива спиной к ней стоял встретивший их человек с вокзала, лицо вновь было приветливым. В полутора метрах от Скволла стоял ещё один человек. По взгляду парня можно было догадаться о его статусе лидера в этом месте. Немного колючие чёрные глаза внимательно изучали вошедших. Спортивная темно-синяя куртка с зелёными манжетами и почти чёрные длинные шорты. Улыбнувшись про себя, Зелл назвал его спортсменом. Строгая поза человека выдавала в нём военного, но возраст, едва ли подходивший к 25-ти, не создавал должной солидности. Наконец, взгляд его остановился на Скволле, а на лице появилось почти детское выражение радости.
            - Вы сииды? – спросил человек.
            - Да. Я - Скволл, руководитель группы. Это Зелл и Сельфи.
            - Очень приятно. Я Заун, лидер группы сопротивления "Лесные совы".
            Он протянул Скволлу руку, но тот только кивнул. Заун пожал плечами и поздоровался с Сельфи. Было видно, что лидер сильно волнуется, хотя и скрывает это. Быть может, поэтому Зелл снова не дождался рукопожатия, так как Заун отошёл в сторону.
            - В чём состоит наша задача? – перешёл к делу Леонхарт.
            Заун поднял к груди руки и весело произнёс:
            - Эге! Не гони чокобо, парень. Сначала познакомься с моими людьми.
            - Этого человека в бандане вы уже знаете, - продолжил Заун. – Это Уотс, мой заместитель. - Демонстрируя недовольство из-за пренебрежения им, Зелл отвернулся от говорящего и занялся своим любимым делом: отработкой ударов по воздуху. – А наша принцесса, как мы её называем...
            - Сейчас отдыхает, - закончил за лидера Уотс.
            - Действительно. Скволл, сходи за ней. Вторая дверь по коридору, - Заун указал на дальнюю дверь над небольшой лестницей.
            После паузы, Скволл презрительно сказал:
            - Мы здесь на побегушках, что ли?
            - Спокойно, - улыбнулся лидер. – Разве это так трудно?
            "К кому нас послали? – с досадой подумал Скволл, – Нас, специальные силы!"
            Он безнадёжно уткнул лицо в ладонь и сквозь перчатку проворчал:
            - Это первый и последний раз.
            - Понимаете, она нужна для общего совета, - виновато добавил Уотс. – Ну а вы заодно и познакомитесь.
            Поднимаясь по лестнице, Скволл обернулся к своим товарищам: Сельфи отрешённо смотрела в окно, а Зелл уныло присел на ступеньках. За дверью был коридор с двумя дверьми по левую сторону. Для разведки сиид заглянул в первую: несколько человек обернулись на звук открывшейся двери, кто-то помахал рукой в знак приветствия. Это была кабина управления. Заглянув в следующее купе, Скволл непроизвольно приподнял брови: всё оно было розовое, какое-то мягкое и вдобавок оформлено, как спальная комната. "Принцесса?" - подумал сиид, заметив лежащую на кровати девушку. Она, видимо, спала, и Скволл изучающе окинул её взглядом. Такой причудливой одежды ему ещё не приходилось видеть: Чёрные обтягивающие шорты до колен из тонкого материала, соединяющиеся с такой же майкой, поверх было надето что-то, похожее на очень короткую голубую юбку, а сверху – длинная голубая накидка без рукавов, соединяющаяся на поясе. Руки от локтя до запястья покрывали такие же голубые нарукавники, а на левом плече красовалась чёрная ленточка. На ногах чёрные полусапожки. Едва он вошёл в купе, как она повернулась на другой бок, лицом к нему, прижала колени к груди и вдруг резко открыла глаза, вопросительно уставившись прямо на Леонхарта. О том, кто она, Скволл понял в этот самый момент. Глубокие чёрные глаза с праздничного вечера снова изучающе смотрели на него.
            - Ты!? – девушка тоже его узнала, – Так значит, ты и есть сиид, присланный академией?
            - Я - Скволл, лидер отряда. - Он подошёл ближе. - Со мной ещё двое.
            - Ура! – радостно воскликнула "принцесса". – Сииды здесь! – И прямо с кровати кинулась Скволлу на шею. Сиид повернулся кругом и освободился от её объятий.
            - Я так рада! Мы давно просим академию о поддержке, но ответа до сих пор не было. И вот - вы здесь! – Девушка замолчала, радостно глядя на Скволла, и спросила: - Ты знаком с Сейфером?
            "Таак... Значит и здесь без него не обошлось", - сиид недовольно отвернулся в сторону.
            - Ну да...
            - Он попросил Сида Крамера обратить на нас внимание и даже устроил мне личную встречу с директором. Когда я всё ему объяснила, он пообещал рассмотреть на совете мою просьбу. Сид был очень мил, но я всё же не думала, что академия решит помочь такому маленькому отряду, как наш. – Девушка засмеялась и добавила: - С вашей помощью мы осуществим все наши мечты! У нас получится, ведь сииды непобедимы!
            С этими словами она отошла к окну и замолчала, с грустью глядя на пробегающие леса. Девушка в голубой накидке вспомнила о том, как сама хотела поступить в какую-нибудь академию и стать сиидом. Она даже самостоятельно тренировалась для этого, но...
            - Я возвращаюсь к остальным, - против воли вырвалось у Скволла, хотя он даже не думал про это.
            - Идём, - согласилась девушка и направилась к двери. Не дойдя пары шагов, она обернулась и спросила: - Скволл, а он здесь?
            - Он?
            - Сейфер, - пояснила та.
            - Нет. Он даже не сиид.
            - Вот как... - расстроилась девушка и прошла мимо всё ещё ошарашенного неожиданной встречей сиида в коридор, но в следующее мгновение вернулась и снова, улыбаясь, смотрела на Скволла.
            - Да! Меня зовут Ри-но-а, - по слогам произнесла она, – Риноа Хартилли. Приятно познакомиться, Скволл.
            Сиид с удивлением увидел, что пожимает её протянутую руку. Когда же он такое делал последний раз? И зачем же он пожал руку сейчас, а не просто кивнул, как обычно? Риноа тем временем наклонилась вперёд и посмотрела на Скволла снизу вверх, в точности, как тогда на празднике.
            - А сииды хорошо танцуют, - весело подмигнула она.
            - Они должны уметь всё. Вдруг понадобится незаметно подкрасться к танцующей цели.
            Скволл замер, не понимая, что сам сказал. "К танцующей цели? Что за чушь!? Откуда я это взял?"
            - Ясно, - понимающе ответила Риноа, и только тогда сиид с ужасом осознал, что это была непроизвольно отпущенная шутка. ЕГО шутка!
            "Наверное, я себя не совсем хорошо чувствую, - с досадой подумал он, но тут же опомнился: хотя, скорее наоборот, мне... отчего-то легче". Действительно, гнетущая внутренняя тяжесть отступала, озаряя душу необъяснимой надеждой, надеждой на что-то прекрасное в будущем...
            Риноа присела на корточки возле двери и трепала за густую гриву довольно миловидную собаку средних размеров, тихо вошедшую в купе.
            - Это мой напарник, - не поворачиваясь, сказал она. – Его зовут Анжело, он очень умный. И ещё он... - девушка замялась, - необычный пес. У меня важные дела, Анжело. Будь хорошим и не скучай, - Она поднялась и решительно двинулась по коридору к остальным пассажирам поезда.
            На Скволла смотрела чёрная собака с белой шерстью на груди и лапах. Смотрела с выражением огромной тоски. "Необычный пес?" - подумал парень. Та опустила морду, медленно подошла к кровати, где лежала Риноа, и села, ещё ниже склонив вытянутую голову. Послышалось тихое скуление. Большая привязанность к хозяйке была на лицо. Леонхарт уже выходил из розового купе и полу-обернулся на особенно печальный звук животного. Но Анжело в купе уже не было, собака с печальными глазами бесследно исчезла.
            - Необычный пес... – произнёс сиид.

            Скволл представил свою команду, и Риноа пригласила всех в специальное купе для инструктажа – мрачноватое железное помещение с закрытыми жалюзи. У правой стены находился стол с макетом лесной местности и парой полос железной дороги, на маленьких рельсах стояли миниатюрные вагоны. На щите, на противоположной от входа стене, висели газетные вырезки и фотография солидного немолодого человека в пиджаке.
            - Итак, - выразительно начал Заун, - впереди у нас беспрецедентная операция! После неё наше движение "Лесные совы" прогремит по всему Тимберу и, быть может, станет концом 18-тилетнего террора Гальбадии в нашей родине! Заманчиво? – лидер группы по-детски улыбнулся. – К нам в руки попала секретная информация, не использовать которую было бы верхом неорганизованности. Именно поэтому Риноа лично отправилась в академию Баламб с просьбой предоставить нам сиидов. – Заун сделал паузу, подчёркивая важность момента, и продолжил: - Из Гальбадии в Тимбер направляется важное лицо. Очень важное лицо. Его имя Винзер Делинг! Президент Гальбадии, а значит, наш главный враг, собственной персоной, – Заун указал взглядом на фотографию человека на щите. Зелл начал внимательно её разглядывать.
            - Он - кровожадный диктатор и не слишком популярен даже в Гальбадии, - эмоционально добавил Уотс. – Всех, кто осмеливается высказывать хоть какое-то недовольство режимом, отправляют в тюрьму, как политических преступников.
            - Делинг едет на личном охраняемом поезде из столицы Гальбадии, - сказала Риноа.
            - У нас есть план...
            - Разнести поезд ракетами!? – почти радостно воскликнула Сельфи.
            - Не совсем. Подойдём к макету.
            Все присутствующие собрались вокруг стола с макетами железной дороги и поездов. На одной линии дороги стоял жёлтый локомотив с прицепленным спереди вагоном, на параллельной линии – состав следующего вида: локомотив, зелёный вагон, особо выделяющийся красный и второй зелёный. Риноа начала комментировать:
            - Жёлтый поезд – это наша передвижная станция, в которой мы сейчас находимся. Он толкает пустой вагон, который сыграет роль вагона президента. Назовём его "имитацией". Состав президента такой: локомотив, зелёный – первый вагон охраны, красный – президентский, второй вагон охраны. Зелёные вагоны назовём эскорт 1 и 2. Наша задача: захватить вагон президента вместе с ним самим. Сделаем мы это, подменив его вагон нашей имитацией. Такая операция возможна на стрелке при подъезде к столице Тимбера. – Риноа показала на стрелку, переход с одной линии на другую. - Теперь план действий. Двигаясь по параллельному пути, мы перепрыгиваем на крышу эскорта 2. Далее перебираемся на вагон президента и двигаемся по нему до эскорта 1. Делинг любит уединение и держит охрану подальше от своего вагона. До первой стрелки необходимо отцепить от локомотива вагон президента и эскорт 2. Иначе план провалится, и второго шанса уже не будет. На счёт отцепления вагонов Заун расскажет позже. Эти два вагона должны быть отцеплены вблизи стрелки. Сразу после этого наш поезд на большой скорости по стрелке сворачивает на линию президента и вписывается в образовавшийся пролёт его поезда. Устройства сцепления на вагонах действуют так, что, отцепившись по любой причине, через короткое время вагон непременно догоняет состав и присоединяется на место. Это нам и нужно, так как отцепленный президентский вагон и эскорт 2 присоединятся сзади к нашему локомотиву. Таким образом, образуется единый состав, мчащийся к Тимберу.
            Риноа перевела дыхание. В этот момент Скволл обратил внимание, как изменилась эта весёлая и, казалось, несерьёзная особа, учившая его танцевать. Чёткая речь без капли лишней информации. Девушка продолжила:
            - Теперь мы перебираемся на крышу президентского вагона и вблизи от второй стрелки отцепляем эскорт 2, одновременно отцепившись от имитационного вагона. Когда президентский локомотив пройдёт стрелку, наши люди сразу же переключат её, и мы сворачиваем на боковую ветвь. Стрелка быстро возвращается в исходное положение, эскорт 2 догоняет президентский состав и цепляется к нашей имитации. В итоге мы выкрали красный вагон и его крайне ценное содержимое. На все действия у нас будет 5 минут.
            - Вот это трюк! – выдохнул Зелл. - 5 минут. Этого хватит?
            - Мы проводили тесты и укладывались даже в 3 минуты, - ответил Заун. – И это притом, что среди нас нет сиидов.
            - Значит и мы успеем! – бодро заключила Сельфи.
            "Так зачем мы тогда понадобились?" - мысленно отреагировал Скволл на последнее замечание лидера "Лесных сов". Заун словно понял его мысли и добавил:
            - Конечно же, условия были далеки от реальных, да и провалы случались...
            - Теперь Заун расскажет об отцеплении вагонов, - прервала возникшее молчание Риноа.
            - Это довольно просто. Всего-то и надо, что ввести несколько кодов. Единственная сложность состоит в следующем: на ввод есть пара секунд, а иначе комбинация изменится, ну, и кодов мы пока не знаем.
            - Будем взламывать замки на месте? – поинтересовался Зелл.
            - Точно. Риноа этим займётся с помощью устройства взлома. Скволл, ты опустишься к механизму сцепления и прикрепишь на него датчик. На крыше вагона Риноа подберёт коды и через микрофон сообщит тебе для ввода. Каждый код состоит из 4-х цифр от 1-го до 4-х. Когда будешь находиться возле механизма сцепления, расположенного справа от основания двери вагона, ты рискуешь быть замеченным охранниками. Они могут посмотреть в окно на двери, и тогда всё пропало. Твои друзья должны следить за их приближением. Вы получите устройства наблюдения за вагоном с крыши. Ну, вроде как всё. Вопросы?
            - При состыковке вагонов поезд не слабо встряхнёт, - сказал Зелл. – Это же заметит охрана.
            - Тот участок дороги, - пояснил Заун, -  на котором произойдёт операция, не отличается хорошим качеством рельсов и ровностью поверхности. Там всегда сильно трясёт, и это непременно сгладит толчки от состыковки-расстыковки.
            - А если кто-то из охраны всё же проверит вагон президента? – спросила Сельфи.
            Уотс радостно воскликнул и сказал:
            - Пройдёмте в кабину управления! Я кое-что покажу.
            Войдя в кабину, команда не увидела ничего особенного. Там сидели только пара машинистов и ещё несколько людей "Лесных сов". Но потом они обратили внимание на сидящего в углу пожилого человека, того самого, с фотографии в комнате инструктажа. Не было сомнений: перед ними Винзер Делинг. Президент уставился в пространство перед собой и покачивался.
            - Смотрите! – воскликнул Уотс и подошёл к президенту.
            - У меня плохое настроение! - сказал Делинг крайне раздражённым голосом. – Если нет ничего важного, немедленно уходите!
            - Настоящее произведение искусства! – сказал Уотс. – Правда, с бесцельным взглядом проблемка. Могут заподозрить. Думаю, надо дать ему в руки газету.
            Риноа посмотрела на часы в кабине и обратилась ко всем:
            - Времени уже мало. Имитирующий вагон прицеплен?
            - Да, всё проверено и готово, -  ответил один из людей движения.
            - Тогда пошли посмотрим на оборудование, с которым придётся иметь дело. И ещё одно. - Риноа подозрительно поглядела на ботинки Скволла. - Постарайтесь тише топать по крышам вагонов.

0

17

ГЛАВА 16
ПОХИЩЕНИЕ
            Холодный ветер с насыщенным запахом дождя яростно развивал волосы. Под ногами резко вздрагивал и громыхал по рельсам поезд "Лесных Сов". Крыша у него оказалась как будто специально подготовленной для ходьбы по ней при быстрой езде: ровная поверхность, испещрённая глубокими перекрещивающимися бороздами, исключающими любое скольжение. Поезд нёсся по зелёным просторам Тимбера, словно лавируя между небольшими, но многочисленными лесными массивами. С обеих сторон на горизонте виднелись сплошные зелёные стены, местами вспучившиеся от скрытых деревьями холмов. Последние кое-где переходили в низкие горы и большей частью своей поглощались низкими дождевыми тучами. Прогалины между лесами покрывала высокая светло-зеленая трава, борющаяся с великим множеством жёлтых цветов.
            Риноа напряжено смотрела вперёд, вглядывалась в железную дорогу, открывающуюся из-за леса. По расчётам у них было ещё около 3-х минут, прежде чем их поезд догонит состав президента Гальбадии. Однако тот уже показался на параллельных путях и начал медленно приближаться. Так и есть: локомотив плюс три вагона. В том красном, скорее даже бардовом, покрытом золотыми узорами, находится их цель. Для этого Риноа и выторговала команду сиидов из академии, не желая рисковать и использовать своих, не достаточно опытных людей. Потому как такой шанс предоставляется единожды. Конечно, всё это вызывало у Риноа вполне оправданную тревогу: всё было слишком просто, ведь не могли рядовые гальбадианские солдаты знать о маршруте передвижения их президента. А Уотс добыл информацию именно у них, не слишком яро исполняющих свой долг и обязанности. Или она переоценивает службу безопасности президента или... Так или иначе, не воспользоваться сведениями "Лесные Совы" не могут.
            - Мы догоняем президентский состав, - услышал Скволл из микро-наушника в ухе. Риноа обернулась к сиидам и добавила: - Приготовьтесь прыгать. – И хотя губы её двигались, звук, казалось, звучал в голове. Если бы не устройства связи, в окружающем грохоте утонули бы все её слова.
            Вслед за Риноа команда перебралась на имитирующий вагон и приготовилась. Президентский состав быстро приближался. Пожалуй, даже слишком быстро. Машинист сопротивления понял это и сбавил скорость, иначе, они бы попросту перегнали свою цель.
            - Быстрей! – крикнула Риноа и рывком бросилась на крышу второго вагона охраны президента. Приземлившись, она не устояла на блестящей, гладкой поверхности, и заскользила к краю. Скволл стиснул зубы и прыгнул следом, намереваясь удержать свою нанимательницу. Но та быстро восстановила равновесие, впившись в крышу остриём стального арбалета на правой руке: над сжатым кулаком выдавалось заряженное метальное приспособление, похожее на птицу. Рубчатые подошвы Леонхарта не создали достаточного трения, но сиид проделал несколько быстрых, почти что гимнастических движений, и остался на месте. С плохо скрываемым восхищением Риноа поглядела на него и, кажется, тяжело вздохнула.
            - Полировали они её что ли!? – из наушника прокричал срывающийся голос Зелла. Скволл быстро обернулся, но и Зелл, и Сельфи уже твёрдо стояли позади него, опустившись на одно колено, а поезд сопротивления быстро удалялся по соседним рельсам.
            - А теперь как можно тише, пожалуйста, - почему-то очень вежливо сказала Риноа. – Впереди два вагона, которые надо пройти.
            "Кто знал, что навык бесшумной ходьбы пригодится так скоро?" - подумал Скволл.

            Испытывая вполне объяснимую робость, гальбадианский солдат первого эскорта вошёл в обитый красной кожей вагон президента. Не каждый день приходится сопровождать таких персон. К тому же, солдат успел уяснить, что президент является весьма неприятным типом при личном общении. Как же в действительности он далёк от того вечно улыбающегося и ободряющего всех человека с трибуны.
            - Сэр, все в порядке! – доложил солдат.
            - Снова ты, - проворчал президент, даже не обернувшись. – Уже в который раз! Оставь свой доклад при себе и не беспокой больше меня по пустякам.
            - Извините, сэр! Но это мой долг, - оправдался гальбадианец, а про себя подумал: "Скажите это начальству, тем, кто приказал каждые пять минут докладывать..."
            - А мне плевать на твой долг. Меня это ни в малейшей степени не касается. Иди!
            - Вас понял, сэр! "Скорее бы Тимбер..."

            Команда сопротивления благополучно миновала президентский вагон и добралась до первого эскорта. Риноа что-то внимательно выслушала, закрыв рукой наушник, чтобы приглушить шум поезда, и обратилась к сиидам:
            - По времени укладываемся. Мы на месте, и сейчас нужно отцепить предыдущие два вагона. Зелл, Сельфи: займите свои места, как договаривались. И говорите заранее, если увидите приближение солдат.
            Зелл быстро перебрался на середину выпуклой крыши и прикрепил сканирующее устройство к гладкой поверхности, а затем опустил очки, на которых отображалось передвижение людей в вагоне. Каркас вагона предстал перед глазами Динча в виде сети, в которой отчётливо виднелись тёмные силуэты – органический материал, люди. Сканер давал возможность просматривать менее половины вагона, поэтому ближнюю к Риноа и Скволлу часть взяла на себя Сельфи. Она тоже присоединила своё устройство и ахнула, увидев, сколько под ними охраны.
            Скволл защёлкнул замок на конце троса на бортике вагона и прыгнул вниз к основанию двери. Другой конец крепился на поясе. Трос растянулся на необходимую длину и крепко держал тяжесть. Грохот искрящих колёс оглушал, но сиид сосредоточился на голосе в микро-наушнике.
            - Ты видишь устройство сцепления? Крепи взломщик, - не смотря на чудовищный шум, услышал Скволл.
            Так и есть: прямоугольная выпуклая панель с экраном и несколькими рядами кнопок. Не долго думая, сиид извлёк взломщик кодов и установил на панель, так, как ему рассказывал человек из "Лесных Сов".
            - Есть. Жду информации, - сообщил он Риноа. Тем не менее, своего голоса парень не услышал.
            Ветер бешено бил в спину, а вагон постоянно подпрыгивал, норовя сбросить с себя незваного гостя.
            - Тишина, - отозвался Зелл.
            - У меня тоже тихо, но что-то засуетились немного, - доложила Сельфи.
            Наконец послышался голос Хартилли:
            - Так, есть. Набирай: 2241.
            В тот же момент Динч взволновано сообщил:
            - Один идёт! Точно идёт, Скволл. – Но пальцы уверенно протянулись к кнопкам. "Успею".
            Набор, подтверждение, нажатие на одну из кнопок на поясе, и Скволла мгновенно подбросило в воздух и закинуло обратно на крышу вагона. Рывок оказался довольно ощутимым. Но пружинящий трос и не обещал мягкого подъёма, его достоинство – быстрота. Сельфи глядела в пол и предостерегающе держала поднятым палец. Чёрные очки делали её неожиданно взрослой и серьёзной.
            - Он стоит возле двери, - сказала она. – Так, так, давай!
            Ещё в полёте Скволл услышал следующую комбинацию и, опустившись, быстро ввёл её. На экране появилось сообщение, что два из трёх замков временно отключены.
            - Сейчас-сейчас! – отозвалась Риноа. – Ещё один остался...
            - Идёт! Быстро наверх!– просвистело в наушнике.
            Едва сиид взметнулся на крышу, как в окне двери показался гальбадианский шлем. Солдат посмотрел вниз и в стороны, на сколько это было возможно сквозь стекло, и удалился. "Отцепление вагона" - замигала надпись на экране после введённой третьей комбинации.
            - Все, отходим! – скомандовала Риноа и перепрыгнула на президентский вагон. Скволл прыгал последним и, оттолкнувшись, почувствовал, как крыша вагона быстро уходит из-под ног. Зелл уже приготовился ловить его при необходимости, но помощь не потребовалась.
            Мощные крепления сцепок, словно стальные руки нехотя разжались, и локомотив с первым вагоном охраны стал удаляться. Когда расстояние разрыва увеличилось до 30 метров, по параллельному пути просвистел поезд сопротивления и, обогнав два отцепленных вагона, свернул по стрелке на их линию. Удивительно, но расчёты "Лесных Сов" оказались абсолютно точны. Президентский вагон, на котором стояли сииды и Риноа, через пару секунд начал увеличивать скорость и догнал поезд сопротивления. Лязгнул автоматический механизм сцепления.
            - Догоняй, - крикнула Риноа в микрофон. Машинист прибавил скорости, и вагон-имитатор сцепился с первым вагоном охраны, образовав единый состав. Первая часть операции осталась позади.

            "Ох и не понравится ему это, - безнадёжно заключил гальбадианец, но всё же покинул вагон охраны и вошёл к президенту, - Долг есть долг".
            - Сэр, всё в порядке!
            К удивлению солдата, президент не закатил истерику и вообще ничего не ответил, уткнувшись в газету.
            "Ну надо же! Видно сам устал ворчать на меня", - заметил солдат и хотел было уже уходить, как вдруг вспомнил, что газеты в президентском вагоне вроде как не лежало. Неуверенно он обернулся к важной персоне, но не успел ничего сказать, поскольку в вагон быстро вошёл офицер и тихо спросил:
            - В чём проблема?
            - Да, понимаете, газета...
            - Что "газета"? – не дал договорить офицер и, подойдя к президенту, отчеканил: - Сэр, если вас что-то...
            - У меня плохое настроение! – тут же ответил Делинг. – Если нет ничего важного, немедленно уходите!
            - Слушаюсь! – в один голос выкрикнули солдаты и убрались из красного вагона, в панике даже не обратив внимания на некоторые перемены интерьера.

            - Осталось отцепить второй эскорт, и победа за нами, - подбодрила всех Риноа. – Скволл, у нас в запасе две минуты и пять кодов. Если будем опережать график, подождём немного перед последней комбинацией.
            Зелл с Сельфи заняли свои места на втором вагоне охраны, а Скволл в очередной раз прыгнул навстречу гремящим и искрящим железным колёсам. Риноа раскрыла декодировщик в ожидании сигнала, но вместо него услышала из наушника напряжённый голос Скволла:
            - Оттяни канат в сторону!
            Сельфи тоже безмолвно показывала пальцем в пол и махала рукой, словно опасаясь, что её услышит охрана. В ужасе Хартилли глянула вниз: Скволл почти скрылся под порогом двери вагона и отодвинул растягивающийся трос как только мог. Она тут же последовала его примеру, убрав от окна маячащий трос. Дело было в том, что охранник уже находился возле двери, когда сиид прыгнул к устройству управления сцепкой. К счастью, гальбадианец стоял спиной к окну, но подниматься обратно Скволл не решился. Сейчас он кое-как держался одной рукой за выступающий порог, а второй – за отведённый в сторону трос. Ноги пришлось засунуть в сплетение каких-то шлангов. В десяти сантиметров от его головы бешено вращались колёса вагона. Охраннику почудилась какая-то тень за окном, и он немедленно прижался к стеклу. Однако теперь трос не мог попасть в поле его зрения, как и Леонхарт. Подёргав ручку и убедившись, что дверь надёжно заперта, гальбадианец покинул тамбур.
            - Путь свободен, - сказала Сельфи, но её услышали все, кроме Скволла. Слишком силён был грохот поезда, особенно, когда находишься рядом с колёсами. Тогда Риноа снова посмотрела вниз и вернула трос на место, подав знак. Леонхарт чуть не сорвался, но всё же выкарабкался на порог двери и замотал головой, пытаясь отделать от всепоглощающего шума.
            "Видел бы меня сейчас Сейфер..." - подумал он и посмотрел наверх. Риноа что-то говорила, но из наушника не вырывалось ни звука. Точнее, Скволл просто не слышал, испытывая временное оглушение. В знак этого он замотал головой и показал Риноа кисть руки. "Покажи на пальцах", - говорили его губы. Девушка сразу оценила ситуацию и быстро, сжимая руку в кулак после каждой цифры, выдала комбинацию. Время уже поджимало. Если в ближайшую минуту вагон не будет отцеплен, то они не успеют свернуть на боковую ветвь. "Не надо думать о неудаче", - серьёзно ответил Заун на вопрос Зелла о действиях на случай провала. Ну что ж, тогда, как говорится, по обстоятельствам.
            - Отцепляйте имитатор! – в последние секунды прокричала Хартлайли в кабину локомотива "Лесных Сов", когда Скволл набрал последний код. Зелл с Сельфи тем временем перепрыгнули на крышу президентского вагона. Потом она переключила волну и сообщила кому-то другому: - Приготовьтесь быстро переключить стрелку.
            Второй эскорт медленно отделился от состава и поплыл назад. Локомотив сопротивления также лязгнул краноподобным сцепным механизмом и немного притормозил, доведя разрыв до 10 метров. И когда президентский состав с подмененным вагоном миновал стрелку, немедленно последовала команда от Риноа. Локомотив "Лесных Сов", брызнув потоком искр, свернул на боковую ветвь. Мгновенно стрелка вернулась в исходное состояние, и уже набирающий скорость отцепленный второй эскорт продолжил путь за президентским составом и скоре вновь с ним состыковался. Президент, конечно, почувствовал резкую смену направления движения, но было слишком поздно. Его вагон уносился прочь от охраны и основного железнодорожного пути. Риноа защёлкнула декодировщик и радостно окинула взглядом сиидов.
            - Не надоело на скользкой крыше? – с иронией спросила девушка.

            В поезде их встретил Уотс, жадно потирая руки, а улыбку его вполне можно было бы назвать кровожадной. Заун просто одобрительно кивнул и торжественно произнёс:
            - Мы так долго ждали этой встречи! Мы, простые повстанцы, захватили самого президента Гальбадии. У Тимбера теперь есть шанс!
            - Да что там шанс! – воскликнул Уотс. – Теперь мы сами диктуем правила...
            - Конечно, если президент пользуется достаточным авторитетом, - остудила его Риноа.
            - В каком смысле?
            - Всё просто. В правлении Гальбадии наверняка давно зреют недовольства Делингом. А тут такой шанс свергнуть его. Думаю, даже народ не будет против.
            - Вот всегда ты так, Риноа! – возмутился Уотс. – Не дашь насладиться победой.
            Заун похлопал своего заместителя по плечу.
            - Баламбская академия не зря загибает такие цены за свои услуги. Риноа, думаю, наши друзья заслужили честь получить первыми аудиенцию с Винзером Делингом. Мы с Уотсом скоро к вам присоединимся, – С этими словами лидер "Лесных Сов" и его заместитель направились в кабину управления.
            "Вот что бы мне сейчас не хотелось, так это видеть президента", - подумал Скволл, однако Сельфи уже заглядывала в щёлку двери, отделяющей их от похищенного ими вагона.
            - Он там. Сидит, не двигается, - прошептала она.
            Президент никак не отреагировал на появление своих похитителей, хотя Скволл рассчитывал на поток не слишком лестных слов и угроз, которые должны были ввергнуть в ужас любого. Видимо, Делинг пребывал в шоке или впал в прострацию от ужаса. Человек с поседевшими волосами, в чёрном строгом костюме сидел на широком сидении спиной к вошедшим. Леонхарт сразу отметил полную идентичность с куклой, которую они посадили в имитирующий вагон. По крайней мере, со спины. Но отчего-то сомнения не покидали сиида с самого момента завершения операции. Всё, действительно, оказалось слишком просто. А Скволл раз и навсегда уяснил для себя: если что-то сложное происходит слишком просто, оно никогда не оправдает ожиданий.
            Риноа вышла вперёд и остановилась в метре от Делинга, но тот по-прежнему на неё не реагировал. Девушка видела президента почти в профиль: глаза открыты, дыхание есть, но...
            - Господин президент, думаю, вам уже понятно, что теперь вы находитесь у нас в руках, - спокойно начала Риноа. – Нам много не надо, и если вы не будете оказывать сопротивления, всё произойдёт спокойно и быстро. Думаю, вам известна причина этого похищения?
            Дослушав девушку до конца, президент странно встряхнул головой и тоже очень спокойно, но немного со смешком произнёс:
            - А если буду?
            - Что? – Риноа никак не ожидала такого ответа.
            - А если я буду оказывать сопротивление? Что вы сделаете тогда, юная особа? – президент медленно повернул голову, но не до конца. Очень неприятно он скосил глаза на девушку, снова неестественно скривив шею, словно от резкой боли. И эти глаза, отвратительные щели с одними лишь покрытыми пеленой зрачками. Скволл обратил внимание, как Риноа слегка изменилась в лице и отступила на шаг.
            - Что-то не так.
            Президент медленно поднялся и склонил голову на бок. Руки его висели вдоль тела, будто неживые.
            - Что-то не так, - передразнил он девушку уже не своим голосом – хриплым с булькающими звуками. Но вдруг вздрогнул всем телом, и голос стал прежним. – Всё очень плохо. К сожалению, вам не удалось захватить президента. Все эти многочисленные слухи о всевозможных повстанческих группах в Тимбере... - Он не договорил и залился смехом, при этом глубоко прогнувшись назад. – Я всего лишь клон вашего драгоценного Винзера Делинга. А вы клюнули на ложную информацию самым постыдным образом. Как глупо! И вы ещё называете себя повстанцами!? Ха-ха-ха! Дети, да и только!
            Риноа медленно отступала назад. Делинг, наконец, повернулся к сиидам, и тут же задрожал и согнулся. Его голос снова изменился, его интонации стали варьироваться от низких до самых высоких.
            - Вам всегда чего-то не хватает, всегда хотите чего-то большего и не можете довольствоваться имеющимся! Вы - люди, не цените своей жизни, воспринимаете её, как нечто само собой разумеющееся. Юная особа, вы столь красивы, у вас есть жизнь, вы вольны делать что хотите, но нет же! Непременно надо большего! – Президент яростно махнул рукой, пытаясь дотянуться до Риноа. Скволл быстро схватил её за руку и оттолкнул к двери. А президент всё продолжал орать срывающимся голосом:
            - Вы не знаете, что значит быть созданным на пару дней для одной лишь короткой миссии. Не иметь ничего ни позади, ни впереди. Быть мерзким искусственным созданием, нежитью! Не дышать, не чувствовать! Они думают, я просто кукла, ни на что не способная. Но я-то всё знаю! – Человек сделал несколько нетвёрдых шагов к сиидам, конвульсивно дёргаясь и бесконтрольно размахивая руками. На лице застыло выражение сильнейшей боли, затуманенные глаза метались от одного к другому. Потом он упал на колени и, дико застонав, обхватил голову.
            - Несчастное создание, - тихо сказала Сельфи и сделала шаг к клону президента. Существо неожиданно вскинуло голову. Расширившиеся безумные глаза и широко распахнутый рот заставили сиидов встрепенуться. По лицу проходили судороги, от которых, казалось, лопнет кожа. В следующее мгновение с завидным проворством клон прыгнул на ближайшую к нему Сельфи. Но руки со скрюченными пальцами только обхватили воздух. Сииды рассыпались в стороны, и разъярённые глаза впились в Риноа, прижимающуюся к двери. Не думая, клон бросился на девушку. Его пальцы просвистели в нескольких сантиметрах от её лица, когда Зелл обхватил его сзади за горло правой рукой. Потом быстро изменил захват, развернувшись к клону спиной, резко наклонился и швырнул в другой конец вагона. Однако создание ловко схватилось за стол и остановилось на пол-пути.
            - Что с ним делать? – не оборачиваясь, спросил Скволл. Риноа не знала, что ответить. Славная победа рассеялась как пыль, принеся только неприятности. Клон тем временем в порыве гнева разнёс в щепки стол и швырнул в сиидов обитую бархатом скамейку, а сам кинулся ей вслед. Рычание заполнило все помещение. Блеснул ганблэйд, и скамейка с хрустом разлетелась надвое. За ней Скволл увидел лишившееся вдруг всякого выражения лицо президента. Тот прижал меч к телу сиида и впился зубами в его плёчо, при этом руки, словно клешни, сомкнулись за спиной. Горло клона обвила светящаяся цепь нунчак, Сельфи удалось оторвать его от Скволла, но челюсти "президента", с вдруг выросшими острыми клыками, продолжали лязгать перед самым лицом.
            - А ну отвали! – Зелл покраснел от натуги, но разжал цепкие руки, и существо снова полетело назад.
            - Ну так что? – уже громко спросил Скволл у Риноа. Взбесившийся клон начинал порядком раздражать.
            - Он нам не нужен, - с трудом выдавила из себя девушка.
            Существо барахталось в груде сломанной мебели и стонало. Оттуда начал подниматься странный дым, послышалось знакомое бульканье. Раскидав обломки, клон поднялся и затрясся всем телом от напряжения.
            - И кто вы такие, чтобы находиться в президентском вагоне!? – последнее, что прокричал он. Затем кожа на лице разорвалась и начала стекать, обнажая ухмыляющийся коричневый череп. Но и он начал быстро растекаться дымящейся и кипящей жижей. Из опустевших рукавов текли потоки той же непонятной субстанции. Прошло не более нескольких секунд, как на ковре остался лежать только грязный чёрный костюм президента, под которым растекалась крайне не приятная лужа.
            - Самоликвидация, - нервно усмехнулся Зелл.
            Никто не успел придти в себя, как из той лужи в потолок ударили столбы света, жидкость вскипела и взметнулась вверх. В стороны полетели клочки одежды. От послышавшегося чудовищного стона зазвенели стёкла, и заложило уши. То, что возникло в столбах света, превзошло бы самую больную фантазию. Ворвавшиеся в этот момент Заун и Уотс в ужасе шарахнулись в стороны. Корявое гуманоидное существо с крупным, обтянутым светло-коричневой кожей черепом вместо головы, извивалось и крушило остатки уцелевшей мебели. Левая часть туловища была отвратительно раздута, превратив ногу и руку в огромные когтистые лапы, в то время как другие конечности были просто увеличены в размерах без деформации. Всю кожу покрывали серые и розовые разводы. Распахнулась здоровая пасть, и оттуда фонтаном брызнула фиолетовая жидкость. К сиидам метнулась толстая лапа и пропахала глубокие борозды на ковре возле их ног. Казалось, существо само не осознаёт ситуацию и действует хаотично, давая выход переполнявшей его злобе. Вдруг оно заревело и снова метнуло вперёд лапу. Удар пришёлся в скрещенные руки Зелла, отчего тот едва устоял на ногах. Драться с тварью было не столь безнадёжно, сколько бесцельно. Проще просто выйти из вагона и отцепить его. Скволл уже хотел отдать соответствующий приказ, как Зелл с бравым криком начал сбоку оббегать мутировавший клон. Большая, но неуклюжая рука просвистела мимо, а новый поток брызг из пасти угодил точно в Динча.
            - Глаза! – закричал сиид и отпрянул назад, хватаясь за лицо. Скволл увернулся от когтей и рванул товарища на себя.
            - Я ничего не вижу! – продолжал кричать Зелл. – Эта жидкость ослепляет! – Вокруг его глаз образовался сгусток тьмы, похожий на очень густой чёрный дым. Скволл отбросил Динча к двери и развернулся к твари, когда та протянула свою пятнистую человеческую руку к сиидам, и в раздавшемся хрипении ясно послышалось:
            - Убей! Нежить!
            Сельфи жестом остановила Леонхарта и сделала несколько шагов к созданию, которое ко всеобщему удивлению даже не попыталось причинить ей вред. Тильмит медленно извлекла из кармана ярко-оранжевый шарик сантиметра три в диаметре и с треском раздавила его в кулаке. От этого из руки посыпались красные огненные искры, которые она метнула в ужасное существо. В мгновение искры покрыли все безобразное тело и, вспыхнув исходящими лучами, исчезли.
            - Это Дух Феникса, - прошептала Тильмит. – Тебе не будет больно.
            Мутировавший клон президента издал звук, похожий на стон и вздох одновременно, и растянулся на полу. В чёрных провалах глаз черепа не отразилось ничего. Всё его тело закипело и с шипением растеклось, на этот раз безвозвратно. Образовавшаяся жидкость быстро испарялась.
            За спиной у Скволла блеснул свет: Риноа окутала Зелла универсальным заклинанием исцеления ото всех магических проклятий, подобно слепоте. Динч непроизвольно тёр глаза руками и всё повторял:
            - Что там? Что случилось? Почему так тихо!? – И когда зрение вернулось, в недоумении уставился на остатки вещества на полу. Заун и Уотс стояли чернее ночи, потеряв свою столь ценную добычу.
            - Что это с ним? – спросил Динч.
            - Дух Феникса.
            - Понятно. Ну да, всё верно...
            Алхимический состав на основе перьев Феникса, выводящий живых существ из состояния близкого к смерти, приводит к обратному эффекту при контакте с существами не живыми, то есть имеющими не природное происхождение. Сельфи вспомнила про это, ещё когда клон в человеческом обличии сказал про свою искусственную сущность. Похоже, он понимал, во что превратился, и не хотел такого существования. "Клоны слишком неустойчивые организмы, поэтому опасны для общества..." - вспомнилась цитата из какой-то газеты. С тяжёлым сердцем Риноа захлопнула за всеми дверь в вагон президента. Через минуту он уже одиноко стоял на рельсах среди лесов Тимбера под медленно накрапывающим дождём.

0

18

ГЛАВА 17
СНОВА ТИМБЕР
            За день до описанных выше событий…

            Тихо. Только из-за стены доносится шорох и, кажется, смех. Взглянуть бы сейчас в глаза тому, кто его издаёт. Этот смех застрял бы в его глотке и перешёл в хрип. А толку? Ну сдох бы этот клоун, разве оно того стоит? Нет, наверное… Но это место просто бесило его, душило, вселяя ярость. Как же это так? Он здесь! Он, кто сам должен засовывать за железные двери зарвавшихся кадетов! И они знают, всё они знают об этом. Радуются, наверняка радуются. Неслыханное дело: руководитель Дисциплинарного комитета сидит за решёткой, смотрит на закрытую дверь не с той стороны, с какой привык. Крамер сдержал слово… Это толстый, омерзительно-вежливый джентльмен не просто пугал.
            "Может, я действительно перегнул палку? Я? Перегнул!? Нет, только не я. Это их проблемы, их правила, губящие инициативу на корню. Поддайся им, и ты превратишься в ничто. Но я не такой, я не поддамся, и какая-то жалкая камера меня не сломит! Никогда!"
            - Слышите?! Не сломит! - эхом пронеслось по тюремному коридору. Даже в соседней камере перестали ерзать. Титанических усилий стоило ему подчиниться приказу Сида Крамера, но выдержки хватило, гордость удалось временно унять. Сейчас бы он никогда не повторил этой ошибки, не позволил бы заточить себя в карцер. Да что теперь сетовать на судьбу? Поздно… А поздно ли?
            - Нет, - почти прошипел Алмази, - нет, нет, это моя академия. Нельзя.
            "Но почему же нельзя? Страшного ничего не случится, зато они узнают, кто такой Сейфер. Я один стою многих. Даже Скволла с его помощничками. Никто не посмеет упрекнуть меня в некомпетентности, когда всё будет кончено!"
            - Как же они посмели…, - набегающая злость мешала говорить. - Скволл ушёл, а меня сюда… Не имели права! Я всего лишь выполнял свой долг! - И не успел Сейфер до конца принять решение, как у него вырвалось: - Охранник! Мне необходимо немедленно поговорить с директором. Слышишь? Да тащись сюда!
            Спустя немного времени, когда затихло повторяющееся эхо в сумрачных сводах тюремного помещения, из дальнего конца коридора донеслись шаги.
            - Не ори, Алмази. Иду, - послышался голос.
            "Думай быстро! Время. Ещё больше двадцати часов до прибытия. Проклятье! Чего же я медлил?!"
            С лёгкой улыбкой охранник подошёл к камере Алмази и посмотрел в окошко, закрытое бронированным стеклом.
            - Ну, чего орешь? До истечения 150-ти часов твоего ареста ещё ох как долго. Сидел бы себе спокойно…
            - Так может поменяемся, если ты такого хорошего мнения об этом номере? - Сейфер неподвижно сидел на койке, низко склонив голову
            - Остришь?
            - Шучу, конечно. Мне надо немедленно поговорить с Крамером. Конвоируй меня.
            - Пожалуйста? Сейфер сказал "пожалуйста"?
            Охранник в нерешительности побарабанил по двери, косясь на электронный кодовый замок.
            - Хорошо бы сначала доложить Сиду о твоей просьбе…
            - Ну я же не преступник какой-то.
            - Хорошо, поднимайся, я открываю, - и рука смотрителя карцера протянулась к клавишам замка.
            Спустя час, его обнаружили в дальнем от выхода конце тюремного коридора в бессознательном, близком к смерти состоянии.
***
            Дрожащие капли, оставляя за собой длинные следы, медленно перечёркивали отражение молодого лица на стекле. Их извилистые треки делали это и без того нечёткое отражение ещё более размытым. На фоне проплывающих лесов на Скволла смотрел незнакомый человек с глазами, умудрёнными казалось целой жизнью. Хладнокровные, почти жестокие… Неотрывно следят за ним и не дают отвести взгляд. Колючие, скрывающие несломимую силу. Неужели это его глаза? Скволл медленно зажмурился. Конечно же, ему показалось, но отражение запоздало и успело взглянуть на своего закрывшего глаза хозяина. И темнота, и ничего, и пустота, ставшая уже такой привычной. Кто он? Юный убийца, не имеющий ничего и никого. Хранители делают его почти неуязвимым, спасают от верной гибели и словно в отплату за защиту требуют жертв. "Я сам себе Хранитель!" - вспомнились слова Сейфера. Тогда Алмази стоял под проливным дождём, широко разведя руки, и с восхищением смотрел на залечивающиеся раны на собственном теле. "Вы слышите!? Я нечто большее!" Когда же это было? Когда Сейфер осознал свою силу, возможность обходиться без Стражей в сознании? Но среди тьмы в голове горела только эта картина. Кажется, он тогда сорвался со скалы и упал на голые камни. Наверное, во время тренировки или… когда-то раньше? Как холодно в этой пустоте… Поэтому Скволл не любил спать, вынужденный оставаться наедине с ничем.
            Что-то с силой вырвало Скволла из мрачных мыслей, которые всё чаще отказывались подчиняться. Подобно тёплому дыханию на закоченевшие зимой руки, вечной зимой одиночества. Он не понял, что произошло, пока не увидел на стекле второе слабое отражение, лицо черноволосой девушки. "Риноа", - неохотно подсказало сознание. Риноа пошевелила губами, потом ещё и вопросительно приподняла бровь.
            - …как личный проигрыш, - вдруг обрушился её голос. Только тогда Скволл осознал, в какой тишине пребывал до последнего момента. Организм, скорее всего, ещё не до конца восстановился после оглушения гремящими колёсами. Парень размял шею и списал странный случай именно на последние события со злосчастным поездом.
            Заун, словно гранитовая статуя, замер в углу вагона. Мрачный взгляд сверлил пол, и ни один мускул не выдавал жизнь в этом человеке. О да, это было слишком просто! А он купился, уж такой заманчивой казалась возможность, удачно использовав которую, можно было раз и навсегда покончить с необходимостью скрываться и ждать ночь напролёт, что дверь разлетится, и в дыму возникнут синие силуэты. Гальбадианцы - проклятие Тимбера. Стоило отдавать все деньги группы на вербовку сиидов, чтобы вот так вот проколоться…
            Как ни старался Скволл проникнуться ситуацией, все его мысли уносились прочь из вагона сопротивления и беспорядочно пытались пробиться в прошлое, но вот она… Эта девушка в голубом заставляла… Он снова мотнул головой и обернулся. Странно, Скволлу показалось, что возле двери сидела собака, он видел её отражение. Риноа перехватила взгляд парня и почему-то улыбнулась.
            - Я говорю, не стоит воспринимать эту неудачу, как личный проигрыш, - повторила она ранее не расслышанную Скволлом фразу. Выражение его лица наводило именно на такую мысль. В ответ Скволл только хмыкнул и снова повернулся к окну.
            "Называть чью-то некомпетентность личным проигрышем? - почти что усмехнулся про себя Скволл. - Плохо же ты меня знаешь, Риноа. Первое задание по найму повстанцев-неудачников… И сколько же ещё нам на них работать?"
            - Не верится, что президент был клоном, - еле слышно проговорил Заун и тут же разразился криком: - И мы клюнули на дезинформацию! Уотсу надо лучше проверять добытые сведения, иначе не долго мы протянем! Что же делать, что же…
            Лидер Сов не договорил, прерванный ворвавшимся в помещение своим заместителем. На лице Уотса горела знакомая злобная улыбка, ещё совсем недавно стёртая провалом операции.
            - Я знаю причину приезда Делинга в Тимбер! - выкрикнул он, словно в этой фразе содержалось решение всех проблем. Не получив ожидаемой реакции присутствующих, Уотс продолжил: - Он едет на телевизионную станцию в столице Тимбера.
            - Но зачем же для этого ехать в Тимбер, если станций хватает и в Гальбадии? - глядя в сторону, спросила Риноа.
            Зелл легонько стукнул Леонхарта по плечу и вопросительно заявил:
            - Скволл, мне кажется, или гальбадианцы в последнее время чрезмерно интересуются системами телекоммуникаций?
            - Да. Думаю, башня в Доллете как-то связана с президентским посещением теле-станции.
            - Ого! Похоже, вы знаете больше нас, - заметил Заун. - Просветите?
            Скволл бросил быстрый взгляд на лидера. Могут ли они не знать о нападении гальбадианцев на Доллет? Но Заун продолжал улыбаться, изображая полно неведение.
            - В Доллете есть башня связи, - осторожно начал Скволл. - Войска Гальбадии напали на город и захватили её…
            - На какое-то время, - довольно подчеркнул Зелл.
            - Ну конечно! - Заун прищёлкнул пальцами. - Это единственная телебашня, способная принимать и передавать сигнал по воздуху, не по средствам кабеля! Гальбадианцы хотят вещать за пределами Тимбера, используя доллетскую башню, а Гальбадия слишком далеко для этого.
            "Так и есть. Они знают о новом вторжении Гальбадии, - мысленно заключил Леонхарт. - Никто из них не отреагировал на эту новость. Ребятки себе на уме".
            - Хотела бы я знать, - отозвалась притихшая Риноа, - что они собираются передавать? Президент… Он должен сказать что-то такое, о чём обязан знать весь мир… Скволл, - Риноа посмотрела прямо сииду в глаза, - мы знаем об этом нападении и о действиях академии Баламб. Ведь вы выдворили интервентов из Доллета, так?
            Прежде, чем Скволл кивнул, он успел перехватить недовольный взгляд Зауна в сторону Хартилли.
            - Тогда в чём же дело? - спросила девушка. - Ведь телебашня отбита.
            - Вот дрянь! - воскликнул Зелл.
            - Значит, те двое гальбадианцев на верху башни успели закончить своё дело, - расшифровала Сельфи возглас Динча.
            Скволл склонил голову. Факт остаётся фактом: гальбадианцы проиграли битву, но добились цели.
            - Мы можем связаться с Доллетом или Баламбом?
            - Нет, - ответил Заун. - Со связью в Тимбере…
            - Значит, башня будет служить интересам Гальбадии, и никто об этом не узнает, - подвёл итог Скволл.
            - Или узнают, когда будет поздно, - добавил Динч. - Гальбадианский инженер что-то подправил в механизме доллетского радара. Теперь он примет сигнал из Тимбера и не только будет транслировать его по Доллету, но и передаст по всему миру.
            Лидер "Лесных сов" о чём-то зашептался со своим заместителем и внимательно посмотрел на каждого из команды сиидов. После чего обратился к Риноа:
            - Надо посоветоваться.
            - Дайте нам минутку, - сказал Хартилли, после чего все трое повстанцев отошли в сторону и по очереди принялись что-то высказывать.
            Леонхарт обернулся к своим подчинённым, те уже с готовностью смотрели на него.
            "Что же вы так смотрите? Чего ждёте от меня? - думал Скволл. - Ведь я совсем не лидер и не хочу никем командовать. Если бы кто-то из вас мог занять моё место, всё было бы куда как проще. Но я же почти вас не знаю".
            Сельфи поглядела в пол и шёпотом произнесла:
            - Скволл, если мы официально наняты "Лесными совами", то должен существовать некий документ, подтверждающий это. Возможно, мы уже…
            Леонхарт прервал её, вытянув руку. После первых слов Тильмит он понял, к чему она клонит. И действительно, как же это не пришло в голову ему самому. Возможно, они, сииды, уже выполнили свои обязательства и должны возвращаться в академию. "Ничего подобного! - оборвал себя Скволл. - Я ни на йоту не сомневаюсь, что конец миссии далёк. Очень далёк…"
            Судя по возгласам, члены "Лесных сов" пришли к единому мнению, и Риноа обратилась к сиидам:
            - Мы не должны останавливаться, и у нас есть план. Не слишком…
            - Отлично, - громко, но без всякого энтузиазма перебил девушку Леонхарт. - Но сначала я бы хотел взглянуть на ваш контракт с академией.
            Никто кроме командира команды сиидов этого не заметил, но в это самый миг по лицу Зауна скользнула довольная, злорадная улыбка. Не к добру…
            - О, конечно, - ни грамма не смутившись, ответила Риноа и достала из ящика железного стола листок бумаги.
            Довольно бесцеремонным движением, как показалось Сельфи, Скволл вырвал документ, и команда занялась его изучением. Ко всеобщему удивлению, договор не был стандартным. На белом листе с эмблемой и печатью академии Баламб красовался своеобразный, но понятный почерк Сида Крамера.
            "Действие этого контракта не ограничено конкретными сроками, - подытоживал директор после стандартной части. - Он имеет силу до дня провозглашения независимости Тимбера. Пожалуйста, с толком используйте каждого из предоставленных сиидов. Я желаю успеха в достижении ваших целей. И помните, что этот договор является исключением и, следовательно, никто из наших людей не может быть заменён. Директор академии Баламб, Сид Крамер".
            - До независимости Тимбера!? - вскрикнул Зелл высоким голосом, но тут же осёкся.
            - Это же неизвестно на какой срок, - растерялась Тильмит. - Скволл… - Но Скволл промолчал, борясь с желанием смять этот проклятый листок. Воображение подсунуло образ директора, извиняющимся тоном, произносящего прочитанные слова.
            Заун уже не мог скрывать улыбку и потому отвернулся, делая вид, что роется в карманах. На Риноа же такая реакция сиидов оказала обратное действие.
            - Мы наняли вас не для того, чтобы выслушивать жалобы. В письме ясно сказано относительно вашего задания. Или у вас есть возражения?
            Зелл попытался что-то сказать, но Скволл вовремя остановил его жестом.
            - Отлично, - продолжила Риноа, улыбнувшись. - Итак, мы идём на телевизионную станцию в Тимбере. Это всё, что нам остаётся делать. Кто знает, может, повезёт.
            - Но не стоит сильно рассчитывать на удачу, вряд ли у вас получится подойти близко, - подхватил Заун. - Скорее, это разведывательная операция.
Лидер "Лесных сов" обратил внимание, как сжались кулаки Скволла, и в недоумении поднял бровь. Но следующие слова Хартилли заставили сиида вновь расслабить кисти.
            - Я иду с вами, поэтому вам придётся разделиться. Дело в том, что в городе сейчас особый режим из-за приезда важной персоны, да и про попытку похищения наверняка оповестили солдат. Подобные случаи уже имели место, из-за этого многие люди на улицах подвергаются проверке, не говоря уже о группах более чем из трёх человек. Своего рода комендантский час. Мы значительно снизим риск, если разделимся.
            - Так, - значительно произнёс Динч и перевёл взгляд на Скволла. - И кто же…
            - Скволл, раз Риноа должна идти, то пусть идёт вместо меня, - неожиданно вызвалась Сельфи. - Ведь ясно, что я меньше всех вызову подозрений.
            Скволл внутренне облегчённо вздохнул и поблагодарил Тильмит за то, что она избавила лидера сиидов от столь неприятной процедуры. Но вот присутствие в его команде Риноа по-прежнему вызывало беспокойство и даже протест. Ведь она…
            - Не волнуйся, - поняла его мысли девушка. - Я не буду обузой.
            - Но ведь ты можешь погибнуть в первой же стычке! - Зелл развёл руками.
            - Да брось! Ведь справлялись же мы раньше. К тому же, у меня свой собственный страж, или Хранитель, как вы их называете.
            - У тебя? Хранитель? - удивилась Тильмит.
            - Ага. Анжело, ко мне!
            Из-за спин сиидов с лаем выскочила знакомая Скволлу собака из розового купе. Зелл и Сельфи поглядели на глухую стену, откуда появился Анжело, и переглянулись.
            - Интересное дело…, - начал Динч, но Риноа оборвала его.
            - И к магии у меня неплохие способности с детства.
            "Значит, Сейфер не один такой, - отметил Скволл. - Может, поэтому он и помог ей. Родственная душа".
            - Тем не менее, - сказал Заун, - следите за ней. У Риноа нет настоящей защиты настоящих Хранителей, она вполне уязвима.
            Скволл только покачал головой и обернулся к Тильмит.
            - Командир, я справлюсь, - весело ответила та и подмигнула. Больно кольнуло в груди, но парень не подал виду. - Встретимся у теле-станции. У них там такой большой экран есть. Вот прямо под ним.
            "Да что она ещё придумала!? Сиидам нельзя разделяться. Командир не может бросить…"
            - Риноа, - не поворачиваясь, спросил Скволл, - я хочу услышать от тебя, что это твой приказ - идти с нами. Я против, но не могу не подчиниться. А если это всего лишь прихоть…
            - Вот как? Так ты пойдёшь на всё ради своего нанимателя? Хорошо, если тебе так проще, то это приказ.
            Скволл кивнул, всё так же стоя спиной к девушке. Тема исчерпала себя. Академия сплавила новичков на потеху кучке повстанцев, но они, сииды останутся верны уставам Баламба. Кто знает, сколько продлится эта миссия, но выбора нет, и за окном уже снова мелькают дома окраин Тимбера. Из глубины локомотива донёсся приглушённый лай Анжело. Зелл поглядел на запертую дверь, но решил промолчать и подождать с вопросами до времён, более подходящих.

            В городе не наблюдалось каких-то особенных перемен, и если ты не ждёшь их, то можешь даже не заметить. Скволл заметил, хотя всего несколько раз бывал в Тимбере. И дело было даже не в повышенном числе гальбадианских солдат и не в молчаливости горожан. Всё те же узкие, мощённые крупным морским камнем улицы, старинные зелёные дома с причудливыми украшениями на крышах, старинные решётки и заборы из чёрного железа. Всё, как и прежде, кроме витающего повсюду духа чьего-то подавляющего присутствия. Парень тяжело вздохнул, и перед глазами на миг мелькнула картина интерьера ветхого деревянного дома. А потом очень захотелось… Скволл стиснул зубы, поскольку просто не мог объяснить, чего же он хочет. С приездом президента в Тимбере определённо произошли перемены, притом более чем странные.
            - Холодно что-то, - поёжился Зелл. Его всегда весёлые, но сейчас усталые глаза словно безрезультатно искали что-то. - Где эта станция? А, вижу. Вон купол светится. - Но глаза продолжили беспорядочное блуждание по округе.
            Над коричневыми крышами домов солидно возвышалось пестрое строение, никак не вписывающееся в атмосферу Тимбера. Теле-станция единственная подверглась изменениям со стороны гальбадианцев по настоянию президента, которому пришёлся не по душе её прежний слишком мрачный вид.
            - Пойдём окольными путями, - первое, что произнесла Риноа с моменты высадки сиидов с поезда. Она злилась, злилась, что этот парень, Скволл, сам того не ведая, угадал её замысел. Да, это всего лишь её личное желание, прихоть - отправиться на задание с сиидами, то есть теми, кем она так хотела стать. Прыжки по крышам вагонов только раззадорили, хотелось большего. Риноа знала, как это глупо, но мечта детства оказалась неукротима.
            Следуя за Риноа, молодые люди практически не выходили на крупные улицы, путь лежал по довольно неопрятным узким переулкам, про существование которых знает далеко не каждый коренной тимберец. Благо и станция находилась не далеко от места высадки. Избегать гальбадианские патрули оказалось на много проще, чем это представлялось первоначально. Скволл уже заподозрил какой-то подвох, когда его команда всё-таки вызвала интерес у офицера в бардовой униформе. Краем глаза парень следил, как за ними поворачиваются несколько металлических шлемов, и не выдержал: глянул в их сторону. Это было ошибкой, поскольку ответом явилось незамедлительно последовавшее:
            - Молодые люди! Вернитесь, пожалуйста.
            "Ну, поздравляю, командир! - мысленно проклял себя Леонхарт. - И как раз в людном месте!"
            - А набегут-то, набегут сейчас! - прошептал Зелл и сунул руки в карманы, дабы скрыть железные утяжелители перчаток. Скволлу же было нереально спрятать ганблэйд, да и скорее придётся его доставать, чем скрывать. Рука осторожно обхватила крупную рукоять револьвера, плёчо двинулось в сторону приближающегося патруля, но неожиданно уткнулось в спину Риноа.
            - Да вы задумали весь город на уши поднять, господа сииды? - послышался её голос. - Всем улыбаться и не делать резких движений.
            Хартилли приветливо подняла руку и необычно тонким голосом пропела:
            - Добрый день, офицер!
            Тот кивнул в ответ и оглядел подозрительных субъектов возле девушки. Двое солдат за его спиной уныло оглядывались по сторонам. Не дожидаясь вопросов, Риноа продолжила:
            - Это мои старые друзья. Приехали в отпуск, и я показываю им наш чудный город.
            - Да? - офицер склонил голову на бок, кажется, косясь на меч Скволла. - А что это они такие странные, твои друзья? - идентификационная карта Хартилли тем временем подвергалась тщательной проверке со стороны солдат.
            - Так ведь из академии они, из Баламба. - Риноа обернулась на сиидов. Зелл с видом дурачка перекатывался с пяток на носки, вот только улыбка его была не очень удачная. Глядя на Скволла, можно было подумать, что парень только что лицезрел конец света. Один знак, и широкое лезвие ганблэйда ринется вперёд.
            Офицер припоминал список указаний начальства и к собственному облегчению не нашёл среди них пункта "задерживать баламбцев". С конце концов, академия Баламб не на столько смела, точнее, глупа, чтобы в открытую устраивать покушения на президента Гальбадии. К тому же, никто не знает о его прибытии в Тимбер. Не должен знать…
            - Можете идти, мисс Райлини, - офицер протянул Риноа её карту. Кивок в сторону, и патруль двинулся к своему посту.
            Когда команда отошла на порядочное расстояние, Зелл, наконец, вытащил руки из карманов и заметил:
            - Не надо было на улицу вываливаться. Там, в подворотнях очень даже сносно. Ещё чуть-чуть бы, и мисс Райлини…
            - У нас не было другого выхода, - прервала его Риноа. - Мы уже почти на месте. Видите большое здание? Это редакция газеты "Тимберские маньяки". Удивляюсь, как их до сих пор не прикрыли… Ребята толковые, но уж слишком остры на язык. Впереди "Доллетский" вокзал, а нам налево. Есть там бар один… А Райлини - это моя местная фамилия.
            - Так что с баром? - отозвался Скволл, не обращая внимания на другую фамилию Хартилли.
            - Его чёрный ход ведёт к теле-станции в обход людных мест. Надеюсь, мы сможем там пройти.
            Не дойдя до здания вокзала 50-ти метров, Риноа, как и говорила, свернула на узкую лестницу, спускающуюся к притаившемуся между крупными домами бару.
            - Гальбадианцы сюда не заходят, - объявила девушка. - Для них есть специальные заведения. Не очень-то приятно сидеть в месте, где на тебя пялятся со всех сторон взгляды с крайне малой долей симпатии…
            На маленькой, скрытой от широкой улицы площадке перед дверьми бара стояли двое гальбадианских солдат. Появление гостей прервало их беседу и приковало внимание к молодым людям облика, никак не сочетающегося с рядовыми тимберцами. Вдобавок к этому, солдаты прекрасно слышали слова Риноа. Все пятеро замерли, оценивая ситуацию. Скволлу сразу стало ясно, что на сей раз дипломатия Хартилли не поможет. Возможно, удержись она от последних комментариев, но теперь уже нет.
            Всё так же не двигаясь, один из солдат медленно спросил:
            - А почему это вас так интересует отсутствие в этом баре гальбадианцев?
            Синхронно воздух рассекли тонкие клинки, и снова никакой реакции со стороны тройки подозрительных личностей. Риноа попыталась о чём-то заговорить, но тут солдаты не выдержали. Быстро перемещаясь из стороны в сторону, они бросились к сиидам. Далее девушку рвануло назад с такой силой, что в спину упёрлись холодные ступени лестницы. Двое сиидов, обезопасив свою нанимательницу, сделали шаг вперёд. Это должно быть быстро и тихо. Скволл "восьмёркой" ганблэйда отразил быстрый натиск солдата и рывком снизу опрокинул его на спину. Искры и стон окатили тинистое место. Зелл не двигался до самого последнего момента. Меч находился над его головой, когда лезвие, словно тиски, со звоном сжали железные пластины перчаток. Оружие гальбадианца намертво застряло между дрожащих от напряжения кулаков Динча. А он, не отводя взгляда от шлема врага, медленно поднял ногу и с хриплым выдохом распрямил её. С глухим стуком солдат ударился о каменную стену в нескольких метрах за своей спиной, меч его так и остался в руках сиида. Из раскрывшегося рта брызнула кровь. Динч с отвращением отвернулся и припал на колено, мир вокруг на мгновение расплылся. Такая концентрация для одного единственного фатального удара требовала очень больших усилий, и наступающее после неё ослабление являлось неотвратимым последствием.
            - Да пустяки, - пробормотал на всякий случай Зелл, одновременно вытирая сбежавшую из носа красную полоску. - Уже в норме.
            Скволл быстро огляделся - никого, тишина. И только из-за близ расположенного торгового прилавка с ужасом смотрела девушка-продавец. Риноа быстро подошла к ней и что-то тихо сказала, та ответила и несколько раз кивнула. После все втрое захлопнули за собой дверь бара.
            - Они будет молчать. Она местная, - объяснила Хартилли, хотя сииды ничего не спрашивали.
            Внутри бар оказался самым обычным питейным заведением с крепкими деревянными столами, полагающейся широкой стойкой и приятным седым барменом - держателем заведения, помахавшим Риноа.
            - Он меня знает. Но не будем задерживаться.
            - Есть проблемы? - басом осведомился бармен, когда они проходили рядом.
            - Нет, - улыбнулась Риноа. - Но если спросят…
            - За последние два часа никого не было, - закончил хозяин.
            Седой мужчина поймал взгляд Скволла и дружелюбно поднял кружку с каким-то напитком в знак приветствия. Однако взаимную реакцию он получил только от Динча, быстро пришедшего в себя. Дверь заднего выхода закрылась за молодыми людьми, и голоса посетителей, как и прежде, наполнили уютное помещение. Скволл, Зелл и Риноа очутились на заставленном коробками и заваленном мелким мусором узком тротуарчике. Слева шла стена бара, а справа - высокий трубчаты забор, из-за которого торчали кривые арматуры, и шёл пар. Метров через десять тротуар упирался в бок высокого здания, по стене его к крыше уходила многопролётная металлическая лестница. А у самой крыши висел огромный экран с соответствующими ему динамиками. По поверхности пять на три метра на красном фоне плыли закодированные символы.
            - Это здесь, - кивнула Риноа на экран. И словно от её слов в миг пропало чьё-то подавляющее присутствие, мучившее Скволла с самого возвращения в Тимбер.
            - Фух! - вздохнул Зелл. - Не думал, что испытаю такое облегчение, когда прибудем на место. Надеюсь, Сель не заблудилась.

0

19

ГЛАВА 18
УХОД СЕЙФЕРА АЛМАЗИ
            Их шаги гулко отдавались по всем пролётам лестницы и в воцарившейся тишине казались неприятно громкими. Высоко над головой зашипели динамики, по экрану прошла серия помех. Зелл присвистнул, а Скволл быстро сказал:
            - Они вот-вот начнут трансляцию. Надо живее двигаться, если хотим…
            Но Риноа остановилась и замахала рукой, плотнее прижимая маленький наушник.
            - Ясно, - после небольшой паузы проговорила девушка и обернулась к сиидам: - Президент начинает выступление, и… нам не пройти. Уотс подслушал радио-разговор охраны, даже этот подход к станции перекрыт. Боюсь, что спешить нам уже не надо.
            В её голосе не было печали, а, скорее, примирение с фактом, и это вызвало у Скволла вспышку злости. Последнюю, однако, быстро удалось погасить. Но вот копящиеся с первого визита в поезд "Лесных сов" мысли грозили не удержаться в голове и вылиться через слова.
            - Вёрнёмся на базу и подумаем, что предпринять дальше, - продолжила Хартилли. - К примеру, когда президент уедет, и охрану снимут, мы сможем пробраться на станцию и пустить в эфир своё послание. Конечно, это не очень-то действенно, но ведь лучше, чем ничего. Да, Скволл?
            Она взглянула на Леонхарта большими чёрными глазами, сейчас очень печальными и даже слегка поблёскивающими. Зеллу искренне стало её жаль, но Скволл круто развернулся и очень холодно, тихо сказал:
            - Не надо о нас беспокоиться, ведь мы - всего лишь наёмники. Мы уничтожим наших врагов, ведь для этого нас наняли. Мы сломим сопротивление, раз это план нанимателей. Это наш долг.
            - Риноа, - отозвался Зелл, - он прав. Если надо, мы пойдём и сделаем всё, что нужно. Что бы там ни ждало нас. Даже если идём на верную смерть.
            Девушка перевела взгляд на Динча, она не могла поверить таким словам. Ей это показалось более чем глупым.
            - Даже на смерть? И это ваш долг? Идти на смерть по указанию другого? Это же… Это…
            - Называй это как хочешь, - в прежней манере ответил Скволл. - Мы просто хотим, чтобы "Лесные совы" добились своей цели. С нашей помощью. Тем самым мы исполним свой долг. Трудно поверит, что за столько лет вы…
            Сиид снова отвернулся, но смысл последней фразы успел достичь цели. Риноа мотнула головой, тихий, спокойный тон её разом исчез, сменившись довольно резкой манерой речи.
            - Что? Что ты сказал? Что ты сказал в самом конце!? Договаривай!
            "Значит, договаривать? Что ж, Риноа, ты сама этого захотела".
            Скволл обернулся к ней и, собравшись с силами, неотрывно стал смотреть в чёрные глаза.
            - Патриоты, "Лесные совы", несколько лет воюющие за независимость Тимбера, наняли сиидов академии, дабы похитить президента ненавистной Гальбадии. Потратили все деньги и на основании чего? На основании слов пьяного солдата. Вы, повстанцы, собрались кучкой в вагоне и за минуту придумали план. Но разве можно назвать планом эту выдумку? Какой же это, в бездну, план? Вы знали, что нас продали вам до скончания времён. Каково, думаешь, это знать? Думаешь, мы горды, что работаем на горстку патриотов? А теперь ты ещё отказываешься от вашего так называемого плана!
            Зелла охватило чувство неловкости за своего коллегу, он потупил глаза и подумал, что надо бы извиниться или как-то исправить положение. А Скволл… Скволл словно провалился в бездонную пропасть, а сердце его пронзили тысячи ледяных копий. Куда делась его злость, вырвавшаяся несколько секунд назад? И откуда эта боль? Её губы дрожат, а по гладкой щеке, кажется, вот-вот скатится слеза. Кому стало лучше от его слов? Холод заполняет сердце, а Скволл не может ничего сделать. Ничего, только отвернуться. Её губы дрожат! Великие Хранители, она сейчас заплачет! И если это случиться…
            Но этого не случилось. Риноа нашла силы запихнуть обиду подальше и перевести её в беспристрастный тон голоса.
            - Знаешь, это была большая ошибка. Я думала, всё пойдёт, как по маслу с появлением сиидов. Но, как видно, это не так. Да, мы патриоты, а вы - наёмники. Мы простые патриоты - и это всё, что у нас есть. Думаешь, для нас всё это - игра? Нет! Это наша жизнь. А игрой, похоже, наша миссия кажется только вам.
            Не замечая тихо подошедшую Сельфи, Хартилли бросилась вниз по лестнице. Скволл слышал звуки удаляющихся шагов, слышал вопрос Сельфи о том, что же тут произошло? Слышал вялые объяснения Зелла, но из оцепенения его вывел только громкий голос диктора, возникшего на экране над их головами. Незаметно от друзей, Скволл стёр проступивший холодный пот и прогнал остатки душащих мыслей, невесть откуда взявшихся.
            "И накатит же иногда…", - растерянно подумал он.
            Человек на экране сильно волновался. Видимо, приезд в студию президента стал неожиданностью даже для дирекции. Последний раз взглянув на листок, он нервно отложил его в сторону и поднял глаза в камеру.
            - Люди всего мира! - торжественно начал он, довольно плохо превознемогая волнение. - Это не новый канал вашего телевидения. Это прямая трансляция из столицы Тимбера. Мы хотим донести до вас послание президента Гальбадии. Итак, дамы и господа, Винзер Делинг!
            Заиграл гальбадианский гимн, и диктор осторожно отошёл за кадр. На стене, позади деревянной кафедры крест на крест висели два флага той же страны. Едва работник студии исчез, за кафедру величественно вступил знакомы сиидам пожилой человек в строгом чёрном костюме. Да, у него, несомненно, было то же лицо, что и у сгинувшего клона в вагоне. Но вот глаза оказались совсем другими. Эти были настоящими, живыми, скрывающими множество тайн. Глаза человека, который не остановится ни перед чем. И что-то было в его взгляде ещё. Очень, очень необычное. По спине пробежал необъяснимый холодок. Скволл готов был поклясться, что когда он последний раз видел Делинга, тот был иным.
            - Приветствую вас, уважаемы! - почти ласковым тоном произнёс президент и распростёр руки. - Я Винзер Делинг, бессменный президент Гальбадии. Цель моего обращения - предложение. У нас, населения этой чудной планеты, теперь появилась возможность покончить раз и навсегда со всеми бедами, воинами и нашествиями всякой неразумной твари.
            - Не может быть! - прошептала Сельфи. - Делинг выступает за мир!?
            - К моему величайшему сожалению, - продолжал Винзер, - на данный момент существуют тупиковые проблемы между Гальбадией и другими странами, конфликты, если хотите. Но эти проблемы решать надо. Я хочу встретиться с представителями всех стран и обсудить все эти проблемы. - Президент сделал значительную паузу, с легкой улыбкой вглядываясь в камеру, при этом Скволл невольно обернулся, ощущая невидимую слежку. Близилось что-то важное.
            - А сейчас, - наконец заявил Делинг, - позвольте представить вам моего посла, который будет выступать на предстоящей конференции со стороны Гальбадии. Мой представитель, колдунья…
            Президент замер, уставившись куда-то мимо объектива. Оттуда донеслись крики и грохот ломающейся мебели. В следующий миг камера свалилась на бок, и президента заслонил светло-серый плащ.
            - Не может…, - только и сумел вымолвить Зелл.
            Со свистом рассекая воздух, замелькал меч, в котором без труда узнавался ганблэйд Сейфера. Снова крики, звон стали и непонятное мелькание синей униформы. Прямо перед камерой свалился солдат, и окончательно заслонил обзор, но тело быстро распалось. Ошарашенным сиидам предстала картина, от которой даже Скволл издал возглас удивления. Прямо перед кафедрой Сейфер с озлобленно-безумным выражением лица расшвырнул в разные стороны пару солдат, и в следующий миг лезвие его меча прижалось к горлу Винзера Делинга. Тот даже не успел вскрикнуть или оказать какое бы то ни было сопротивление. Справа от Алмази выросла стройная фигура Квистис.
            - Стоять! - полоснул слух резкий голос бывшего инструктора. Фраза была адресована новой партии охраны, кинувшейся к кафедре. Солдаты замерли, так как по виду человека, захватившего президента, было видно о твёрдости намерений лишить державу своего правителя.
            - Назад! Не надо его провоцировать! - на всякий случай добавила Квистис.
            - Да что же это такое!? - прокричал Зелл. - Чей это план? Скволл, что будем делать?
            - За нас начали нашу же работу, - процедил Леонхарт, - но они действуют автономно, поэтому это не наше дело. У них свой план, своя задача и цели. Но, Великие Хранители, хотел бы я знать…
            Квистис тем временем встала прямо перед камерой и быстро сказала:
            - Тимбер, если вы слышите, нам нужна ваша помощь. Немедленно! Всё остальное вторично.
            Быстрый взмах руки с чёрным хлыстом, и изображение сменилось сплошной чередой помех. Скволл словно ждал этих слов. Конечно же, не возникло сомнений, кому они адресовались. "Всё остальное вторично", и сииды бросились вверх по лестнице, ведущей к теле-станции, не сильно беспокоясь об охране, про которую сообщил Уотс. "Прорвёмся! Сомнём!" - повторял мысленно Динч.
            Чуть ниже уровня крыши дома, на котором висел экран, лестница кончилась и перешла в узкий пешеходный мост, идущий над крышами большинства домов прямо к светящемуся куполу станции. Возле неё Скволл уже различил суетящихся людей и приготовился пробивать дорогу.
            - Зелл, Сельфи, - на бегу выкрикнул парень, - главное - прорваться внутрь.
            Однако случилось ещё одно неожиданное событие. При виде приближающихся молодых людей, охрана теле-станции разом развернулась к ним лицом и расступилась в стороны, освобождая вход. Скволл всё равно выхватил ганблэйд и приостановился: суровые взгляды охранников впились в сиидов, но сами солдаты всё так же ничего не предпринимали.
            - Ловушка? - тихо спросила Сельфи.
            - Нет, - ответил Леонхарт, - так и должно быть. Им нельзя рисковать жизнью президента. Идём внутрь, преград не будет.
            "Как удачно, что Риноа вовремя исчезла", - решил Скволл, раскрывая большие стеклянные двери здания.

            - И куда дальше? - спросила Сельфи, когда сииды остановились в длинном пустом коридоре, ведущем вглубь станции. Почти все работники уже покинули здание.
            - Сейчас узнаем, - бодро отозвался Зелл и повернулся в сторону появившегося из-за угла запоздалого работника.
            - Послушайте, любезный, - вежливо начал Динч, но человек отчего-то вскрикнул и бросился обратно за угол. Через несколько секунд Зелл выволок его обратно.
            - Ну зачем же так? - говорил он. - Нам всего-то надо узнать, как пройти в студию, откуда в эфир выходил президент Гальбадии.
            Разобравшись в ситуации, работник, оказавшийся оператором, рассказал о пути в студию и добавил:
            - Этот, со шрамом на лице совершенно не в себе. Сомневаюсь, что Делинг переживёт сегодняшний день. Что же тогда будет с Тимбером…
            Команда Скволла пробежала несколько поворотов по извилистым коридорам и поднялась на второй этаж. Потолок на этом этаже находился на высоте 5 метров, что придавало всем помещениям необходимое для съёмок чувство простора. Нужную студию искать не пришлось: возле её дверей стояли пятеро солдат и несколько странно одетых людей.
            - Никак личная охрана Делинга? - заключил Динч. - Надо поосторожнее, как бы не попытались повязать на входе.
            Но если охрана и замышляла что-то, осуществить это она не решилась. Зелл понадёжнее закрыл двери в студию и задвинул столом. Конечно, если будет штурм, то никакой стол не поможет, но…
            - Так спокойнее, - объяснил он.
            Прижавшись спиной к флагам на стене, за кафедрой всё так же стоял Сейфер. Его меч, прижатый к горлу Делинга, надёжно удерживал президента от лишних движений.
            - А! Вот и подкрепление! - дико выкрикнул Алмази.
            Скволл проигнорировал координатора и тут же обратился к Квистис, которая подошла к сиидам.
            - Что здесь происходит? Всё это мне напоминает плохо согласованный план переворота.
            Сейфер не дал ответить девушке и всё также резко и громко сказал:
            - Ну это же так очевидно! Что же мы ещё можем тут делать!?
            - Значит, это план академии? - тихо спросил Скволл, чтобы слышала только Квистис.
            - Нет, - ответила она. - Алмази сбежал из карцера вскоре после вашего уезда в Тимбер. Чуть не убил смотрителя и сбежал. Сид Крамер подозревал, куда он направится, ведь Сейфер был посредником между "Лесными совами" и академией и знал, что замышляют повстанцы. Я вызвалась следовать за ним и постараться вернуть… Но сейчас это не важно. Я рада, что вы услышали мои слова, хотя теперь мы все в большой опасности. Вас не остановили на входе? Мы позаботилась об этом. - Квистис перевела взгляд на Сейфера.
            - Сииды, сииды, - издевательски произнёс он, - плохо вы выполняете свою работу! Не ваша ли цель у меня в руках?
            - Сииды? - воскликнул президент. - Значит, вы все из академии Бал…
            Сейфер сильнее нажал на меч и заставил Делинга замолчать, но совсем не на долго.
            - Если со мной что-то случиться, вся армия Гальбадии обрушит свой гнев на Баламб.
            Сейфер с дикой ухмылкой заглянул через плечо Делинга ему в лицо. Лезвие при этом снова прижало горло: Винзер, стараясь не дёргаться, закашлял и побледнел.
            - Как страшно! - прошипел Алмази. - Молчи, старый! Впрочем, может поговорить. Напоследок. Инструктор, постойте тут с этими щенками, пока я, НЕ сиид, сделаю за них их дело. Риноа будет довольна! Не сомневаюсь, она хотела этого.
            Ударом ноги Сейфер опрокинул кафедру и вместе с президентом метнулся в боковой коридор.
            - И не вздумайте идти следом! - раздалось оттуда.

            Гнев застилал глаза, разум с трудом оценивал ситуацию, жажда действия требовала совершить роковое движение ганблэйдом. Да что президент! Ему бы сейчас всю гальбадианскую армию! Он смог захватить Делинга, он лучше каких-то сиидов. Да и кому нужно это глупое название!? Никто в академии не замечал его достоинств, его возможностей, но теперь Крамер сожрёт свои осуждения!
            - Одумайся, парень, - прошептал Винзер Делинг. - Тебе не осуществить своих замыслов, ведь ты даже не представляешь, кто стоит за…
            - Кто стоит? Где стоит? Очнись! Тут только мы! - заглушил его Алмази и задался безудержным невесёлым смехом.
            Коридор, поворот, коридор, тупик, разворот, снова коридор. Сейфер не знал, чего он сейчас хочет, почему просто не убивает Делинга. Ему вдруг стало так тоскливо и одиноко, что мелькнула мысль сесть в углу и опустить руки. Как тяжело жить в мире, где тебя никто не понимает и даже не пытается понять и признать. Раньше эти мысли гнало от него ожидание минут, когда он будет самим собой, когда будет безудержно нестись сквозь толпы врагов, сметая любые преграды, подобно ангелу смерти. Смерти для ЕЁ врагов! Ради этих минут он стерпел бы всё… Но сейчас Сейфер понял: этому не бывать, ничего никогда не изменится, и ОНА никогда не придёт. Только вечное, холодное и неотвратимое одиночество всегда будет с ним. Так стоит ли продолжать борьбу? Теперь, когда он связался с президентом Гальбадии, его мечта стала ещё более отдалённой и… И очень вероятно, что Сейфер просто не доживёт до её осуществления. А что касается ЕЁ, то - нет, ОНА не придёт, его старания канули в лету.
            Откуда-то сбоку донёсся голос Квистис и звуки множества шагов. Они пошли за ним, они ищут его. Алмази плёчом открыл первую подвернувшуюся дверь и, затащив за собой президента, захлопнул её. Раз он начал дело, то, пожалуй, доведёт его до конца.
            - Господин президент, примите это, как кару непокорного народа, но не как мою личную месть.
            Ганблэйд отодвинулся в сторону для последнего удара в карьере, а быть может жизни несостоявшегося сиида, и в этот момент рука Сейфера дрогнула, застыла от голоса, пронёсшегося через всё пространство комнаты, подобно незримой волне. Всего два слова:
            - Бедный мальчик.
            Сейфер яростно обернулся по сторонам в поисках третьего человека. Он стоял в давно опустевшей студии с закрытым чехлами оборудованием. Впереди возвышалась небольшая сцена с полусорванным голубым занавесом. Вся студия оказалась заполнена лёгким мерцающим туманом. У голоса же не было конкретного источника, он прошёлся по помещению со всех сторон и, кроме этого, не ясно было, кому он принадлежит - мужчине, женщине или, возможно, Хранителю. Алмази метал взгляд от одного угла к другому и вдруг заметил на сцене, возле края занавеса странное движение. Ещё мгновение, и в том месте пространство в диаметре двух метров заколебалось, искажая предметы, и превратилось в подобие сильной водной ряби.
            - Ну вот и всё, - выдохнул Делинг, но Сейфер не обратил внимания на эти слова и продолжал безотрывно вглядывался в таинственную воронку на сцене.
            - Бедный, растерянный мальчик, - вкрадчиво повторил страшный голос, и вслед за ним из воронки шагнуло существо. Оно медленно повернуло похожую на птичью голову в сторону Алмази и мгновенно приблизилось к краю сцены.
            - Держись от меня подальше! - выкрикнул Сейфер и сильнее стиснул президента. В мерцающем тумане парень разглядел создание и понял, что это женщина. Но, все проклятья мирские, что это была за женщина! Тёмно-фиолетовое облегающее платье, словно кожа, закрывало всё её тело и блестело в полумраке, голову скрывала красная маска, схожая с клювом птицы, слева на голове оказалось некое подобие рогов, а на шее от неощутимого ветра развевался тёмный пушистый воротник. Сейфер несколько раз передумывал, пока убедился, что её неестественно длинные заострённые пальцы - не обман зрения и не перчатки. Другие детали её диковинного облика скрывали туман и слабая освещённость комнаты, но и этого оказалось предостаточно, что бы неконтролируемая дрожь несколько раз прокатилась по телу.
            - Не надо так, мой мальчик, - теперь это был реальный женский голос, обволакивающий со всех сторон и проникающий в самую душу. - Ты стоишь на распутье. Идти вперёд, идти назад - тебе решать.
            - Не подходи! - только и смог ответить Алмази, отступая на шаг. Комнату заполнил гул ритмичных ударов, от которых вздрагивало тело. Сейфер с ужасом осознал, что это звуки его сердца, бьющегося не столько быстро, сколько громко. Но отчего!? Кто она такая, это создание!? Парень даже не заметил, как в открывшуюся дверь вбежала Квистис. Женщина на сцене плавно вскинула руку, и студия на пару секунд озарилась объёмной многолучевой звездой, вспыхнувшей зелёным светом в самом центре помещения. Квистис охватили зеленоватые всполохи, она пошатнулась и парализованная припала на колено.
            - Мальчик внутри тебя рвётся вперёд. - Казалось, появление Трип совершенно не привлекло внимания таинственной персоны. - Мужчина внутри тебя хочет отступить. - Она приблизилась ещё на шаг, не отрываясь от пола. - Не можешь решить? Разрываешься, и твоя душа в смятении? Хочешь, я избавлю тебя от этого выбора?
            - Замолчи, - слабо проговорил Сейфер. Её голос сводил с ума, но ему хотелось слышать его снова и снова.
            - Не стесняйся просить помощи, ведь ты всего лишь мальчик.
            Дети перестают быть детьми после поступления в любую академию. Их детство навсегда остаётся за порогом, хотя внутренне они продолжают мечтать о прекрасных несбыточных вещах. И только когда дети перестают мечтать, они становятся по-настоящему взрослыми.
            Её голос эхом повторялся в голове, и от этого в мыслях пронеслись все 18-ть лет жизни, отчётливо, в каждой мелочи. Сейфер застонал и пошатнулся, не выпуская однако президента.
            - За… Заткнись! Перестань называть меня мальчиком!
            - Вот как? Ты больше не хочешь им быть?
            - Я не мальчик! - умоляюще прокричал Алмази.
            На звук его голоса ворвались все трое сиидов и замерли при виде странного мистического создания. Скволл потянулся было за ганблэйдом, но новая яркая вспышка и хлынувший в лицо поток чуждой энергии отнял все силы, ноги подкосились.
            - Но если ты уже не мальчик, то почему продолжаешь мечтать?
            Женщина протянула острые пальцы в сторону Сейфера, и его руки в тот же миг опустились. Президент Делинг шустро метнулся в сторону и бросился из студии, в обход сцены. Пространство вокруг померкло в глазах Алмази, только её фигура возвышалась впереди, только она сейчас существовала в этом мире. Но кто, КТО она!? Почему говорит про его мечты?
            - Пойдём же туда, откуда нет возврата, - прогремел голос. - Я не лишу тебя возможности сделать выбор самостоятельно, ты сам сделаешь его. Мужчина внутри тебя зовёт назад, но ведь ты этого не хочешь. Простись же со своим детством, но иди вперёд, как детская душа!
            Кадры снова и снова мелькали перед глазами, показывая всю его жизнь шаг за шагом, словно желая что-то донести до сбившегося с пути парня. Красная, обтекаемая маска-клюв смотрела ему в глаза. Ещё секунды, и сознание не выдержит нагрузки, поддастся безумию. Тело тряслось, как в лихорадке, ганблэйд еле удерживался в ослабевших пальцах, тяжёлые удары сердца, казалось, сотрясали стены. Сейфер услышал свой крик, словно со стороны, и всё разом исчезло. Стихло сердце, унялась дрожь, исчезли картины прошлого, и только две горячие струйки побежали по щекам. Если человек бывает предельно счастлив, счастлив до такой степени, что ничего более прекрасного и желанного просто не может существовать, то Сейфер Алмази, кадет высшего ранга, координатор и глава Дисциплинарного комитета был счастлив именно так и ни на частицу меньше.
            - Я почти сломался, - прошептал он, а слёзы всё бежали из блестящих глаз. - Я готов был проиграть, я пал духом, но до последнего продолжал надеяться и верить в тебя. - И он двумя широкими шагами поднялся на сцену.
            Скволлу удалось приподнять голову и взглянуть вперёд, на странное создание. Возможно, оно уже атаковало Сейфера и вскоре примется за них. Но всё, что он успел увидеть, это медленно поворачивающееся к нему лицо Алмази, стоящего на сцене. Краем глаза заметил и существо, от которого исходили подавляющие тяжёлые волны. Именно это, но в десятки раз слабее Скволл чувствовал в Тимбере. Более же всего Леонхарта поразило именно лицо Алмази, его взгляд. Бледное, осунувшееся лицо с блестящими от слёз глазами становилось, как прежде. Кроме того, брови изгибались, приподнимаясь у висков, слишком расширенные глаза вновь сужались в привычный прищур, а губы медленно растягивались, преображаясь в холодную улыбку. Никогда прежде Скволл не видел Сейфера таким, случилось что-то, из ряда вон выходящее. Казалось, тот нашёл всё, что искал в жизни, и нет предела его счастью. А ещё глаза его смеялись и говорили: "Ну что, Скволл, как я вас всех обставил! Вы остались ни с чем, я же получил всё".
            Алмази помахал со сцены своим мечом и уверенно шагнул в воздушную воронку. Странная женщина на несколько секунд задержала на присутствующих взгляд, вернее, повёрнутую в их сторону маску. Она будто раздумывала. "Скволл…", - послышался в голове бесполый, пугающий голос. Рука начала было подниматься, по длинные пальцы сжались, и женщина исчезла в воронке. Пространство возле занавеса всколыхнулось в последний раз и замерло, сохранив тайну мистической персоны и необъяснимого ухода Сейфера.

0

20

ГЛАВА 19
ВСЁ ДАЛЬШЕ ОТ ДОМА
            Силы вернулись так же внезапно, как и покинули, туман рассеялся на удивление быстро. Тем не менее, никто из присутствующих до конца не мог вспомнить о произошедшем. Сельфи включила свет в студии и озадаченно огляделась. Квистис медленно подошла к сцене и задумалась.
            - Ой, ребятки, не хорошо мне, - простонал Зелл. - У меня были галлюцинации, или тут действительно стояло странное существо, похожее на женщину в длинном платье?
            Скволл переглянулся с Квистис, и та отрицательно покачала головой: возле сорванного занавеса не осталось никаких следов.
            "Видела ли ты это? - мысленно спросил Леонхарт. - Сейфер был абсолютно не похож на себя. Скорее, его искажённая копия".
            - Он…, - неуверенно заговорила Сельфи, - он ушёл с ней? Ведь мне это не показалось?
            - Вот значит, кого президент назначил в свои представители, - мрачно произнесла Трип и поёжилась.
            Скволл кивнул:
            - Это и была колдунья.
            - Я не понимаю, - возмутился Динч, - ведь их, колдуний, больше не существует! После войны с ними не осталось ни одной. Последнюю и ту отослали в космос, как последнего представителя.
            - Что бы там ни было, а эта женщина далека от обычных людей. - Квистис подошла к двери и прислушалась. - Вы не забыли, где мы находимся? Теперь у нас нет президента, и мы превратились в…
            Из прохода за сценой, куда убежал президент, донеслись громкие звуки шагов. Кто-то очень быстро бежал. Но не успели сииды приготовится к отражению возможной опасности, как из прохода выскочил Анжелло и, громко дыша, весело уставился на присутствующих. Следом вылетела запыхавшаяся Риноа.
            - Молодец, пес! - потрепала она собаку. - Быстро справился. Ребята, не знаю, что тут случилось, но бежать надо без оглядки. Делинг вырвался из здания и принялся орать, что враги Гальбадии и Тимбера находятся студии на втором этаже. К счастью, он не смог сказать, где точно она находится.
            Девушка растеряно замолчала, не обнаружив среди сиидов Алмази, хотя совершенно ясно видела его на экране.
            - Где же Сейфер?
            Скволл мотнул головой и добавил:
            - Он ушёл. Будет лучше оставить рассказы на потом.
            - Ла.. ладно. Бегите за мной. С этой стороны здания выход блокирован тимберскими солдатами, нас пропустят, ведь они сами рады произошедшему. - От былой обиды не осталось и следа, что ни преминул отметить Скволл. Хотя сейчас его уже абсолютно не волновало это, а минувшие мгновения слабости поспешили забыться, как позорное пятно, невесть как вылезшее на хладнокровной совести сиида.
            За дверью в пустых помещениях и коридорах нарастал гул от топота военных сапог. Двери с хрустом срывались с петель, и после каждого такого звука раздавалось чёткое:
            - Никого!

            Сииды вылетели из маленькой боковой двери теле-станции и сбежали по лестнице. На заднем дворике, огороженном забором, оказалось тесно от солдат, тимберских, как и говорила Риноа. Их командующий, высокий суровый человек, махнул рукой и выкрикнул приостановившимся беглецам:
            - Живей!
            Солдаты расступились: в заборе оказалась калинка, со скрипом захлопнувшаяся за Зеллем.
            - И не приведи судьба попасться вам гальбадианцам! - посоветовал вслед тимберец. - Нам всем тогда придётся крайне плохо. Риноа, не забудь, что я тебя не знаю, не видел, и официально я против этих мутящих мирную жизнь сообществ и буду бороться с ними по мере сил! Солдаты, по двое вперёд! - уже своим подчинённым проревел командир, и они пошли на штурм здания, найти кого-либо в котором уже было не суждено.
            Когда сииды пробирались по задним дворам Тимбера, Риноа сообщила, что гальбадианцы накрыли поезд "Лесных сов", теперь их группа лишилась своей передвижной базы. К счастью, всем людям удалось скрыться вовремя, и сейчас они рассеялись по городу.
            - И что теперь будем предпринимать? - поинтересовалась Тильмит.
            - Теперь нам бы держаться подальше от Тимбера, - ответила Риноа. - В особенности мне. Надо, чтобы вы отвезли меня куда-нибудь в безопасное место.
            "Она что, решила пожизненно повиснуть на наших шеях?" - раздражённо подумал Скволл.
            - Кстати, это приказ. Ведь лидеру сиидов так проще.
            "Помнит, всё помнит, принцесса…"
            - Хорошо. И куда мы сейчас идём? - Выбора у Леонхарта не было.
            - А в тот самый бар. Мне надо встретиться с одной женщиной.
            Зелл, всё это время старательно осматривающийся, наконец, не выдержал:
            - Риноа, я больше не могу так! Анжело бежал впереди нас, но где он сейчас?
            Хартилли обернулась и весело бросила:
            - Да тут, неподалёку. Мы пришли.
            Завернув в совсем уж неблаговидный проём между домами, девушка быстро разгребла кучу рванного картона, и под ней обнаружился люк. Туда-то и спустились беглецы и как могли засыпали мусором секретный проход. Под землёй оказалось довольно светло от ламп на каменных стенах. По тёмным углам стояло множество деревянных бочек, в воздухе парил приятный аромат вина.
            - Мы в погребе бара, - объяснила Риноа. - Постойте здесь, я проверю обстановку.
            Она тихо поднялась по старым ступеням и скрылась за дверью, к удивлению оказавшейся не скрипучей. Воспользовавшись моментом, Скволл окинул взглядом свою команду и поневоле оказавшуюся среди них Квистис. Бывшая инструктор глубоко задумалась. Световые блики играли на её застывшем белом лице. Словно прекрасная мраморная статуя стояла перед Леонхартом та, которая сделала из него сиида и стала почти что сестрой. Как же так случилось, что именно она последовала за Сефером? Сельфи Тильмит тонкими изящными пальцами ощупывала стену, выложенную из крупного камня и, наверное, думала о своей заснеженной академии. Думала о том, как круто изменилась её судьба после перевода в Баламб, и как сложилась бы всё, выбери руководство трабийской академии другого кадета для обмена. Очень хрупким и беззащитным был её облик в полумраке подвала. Зелл, кажется, пребывал в подавленном состоянии духа. Присев в углу, он опустил голову и щёлкал суставами пальцев. Что угнетало весёлого парня - оставалось загадкой. Может быть, встреча с колдуньей или исчезновение Сейфера так подействовали на него? Впрочем, стоило приглядеться получше, как на всех читался отпечаток произошедших событий, после встречи в старой студии изменились все.
            К моменту, когда вернулась Риноа, никто из сиидов так ничего и не произнёс вслух. Бодрые слова девушки прервали течение беспокойных мыслей и смутных догадок. Её там не было, она не испытала на себе влияние могущественного создания…
            - Нам предоставят временное убежище. Сейчас в городе начнётся облава, ведь в теле-станции они никого не найдут, и нам нужно где-то переждать. Пошли наверх.
            Возле выхода из бара их ждала солидная женщина 45 лет, с виду очень походившая на обычную тихую горожанку. Глаза её пристально прошлись по сиидам, и Скволл сразу же ощутил лёгкий холок, пробежавший по телу. Эта женщина не просто смотрела, она буквально сканировала взглядом.
            - Переждёте у меня, - сообщила она. - Гальбадианцы скоро начнут прочёску, но долго обычно это не длится.
            На улице пока что оказалось тихо, видимо, все силы были переброшены на теле-станцию, где всё ещё продолжали искать государственных преступников. Миновав несколько зданий вверх по улице, женщина провела их в дом, вплотную примыкающий к редакции газеты "Тимберские маньяки". В небольшой уютной гостиной, наконец, можно было вздохнуть спокойно.
            - Когда всё уляжется, я сообщу, - сурово проинформировала женщина из бара. - До тех пор сидите тихо и не вздумайте выходить из дома. Не хватало ещё, чтобы меня застукали тут с вами.
            С этими словами она вышла на улицу и заперла дверь снаружи.
            - Кто она? - спросил Скволл у Риноа.
            - Лидер "Лесных лис", наших коллег. Мы всегда помогаем друг другу при необходимости. - Девушка круто обернулась к сииду и неожиданно спросила: - Так что произошло с Сейфером?
            Скволл не отвернулся, а наоборот пристально посмотрел на Хартилли. Поневоле тон его сделался вновь не слишком любезным:
            - Для начала, я бы хотел услышать твою версию его появления на теле-станции.
            Зелл что-то недовольно пробормотал из угла комнаты, где устроился на корточках.
            - Всё просто: он пришёл помочь нам, "Лесным совам". Ведь я с ним много говорила об этом. Возможно, вам это покажется странным, но Сейфер совсем не такой, каким кажется.
            Динч опять начал бормотать не слишком лестные слова в адрес их бывшего командира, но во входную дверь посыпались бесцеремонные удары, и голос прокричал:
            - Тут что? Здесь есть кто-нибудь? Вы тут живёте?
            - Конечно-конечно, - тихо и вежливо ответила хозяйка дома, стоявшая неподалёку. - Но, поверьте, там только двое моих детей.
            - Дети значит? А давайте-ка проведаем детишек, - не унимался гальбадианец.
            - Быстрей! Наверх! - прошептала Риноа, кидаясь к лестнице на второй этаж. - За неё не волнуйтесь.
            - Но ведь я же сказала вам, что там только дети, только дети. - Голос женщины приобрёл довольно странные нотки. - Откуда в моём доме посторонние?
            На несколько секунд наступила тишина, затем послышалось неуверенное:
            - Сэр, пойдёмте дальше, нет тут никого…
            - Сам вижу, что нет. Давайте быстрее в редакцию! Я давно наблюдаю за этими писаками. Как бы чего… - Голоса стихли.
            Все пятеро обосновались на втором этаже в спальной комнате с окнами, выходящими на тот узкий проход, по которому они подходили к ведущей на станцию лестнице. Квистис плотно зашторила оба окна и облокотилась на подоконник.
            Скволл не смотрел на часы, поэтому не знал точно, сколько минуло времени с момента прибытия сюда. Отчего-то никто не решался заговорить, пока неожиданная мысль не вырвалась у Зелла, хотя он казался заснувшим:
            - А! Гипноз! Вот как она не пустила солдат в дом. - Хотя никто об этом даже не задумывался.
            Молчание было нарушено, и послышался тихий голос Квистис:
            - Он так разозлился, когда узнал, что только вас троих послали в Тимбер. - К собственному удивлению все присутствующие обратили внимание на идентичность предмета их с Квистис мыслей: у всех, кроме Риноа, перед глазами стояла картина исчезающего в портале Алмази. - "Да разве могут они совершить что-либо стоящее!" - кричал он, когда мне удалось нагнать его в поезде по дороге сюда. "Не смешите меня! Я сам еду в Тимбер, и вам меня не остановить".
            Квистис помолчала, будто припоминая что-то, и продолжила:
            - Я и не думала, что Сейфер говорит серьёзно…
            "Пора бы уже знать, - заметил про себя Скволл, - что Сейфер всегда более чем серьёзен".
            - Я не смогла его убедить вернуться, и теперь не известно, что с ним будет, - мрачно заключила Трип.
            Наконец, Риноа не выдержала и встрепенулась:
            - Ну теперь-то можете рассказать о случившемся на теле-станции?
            Скволл медленно поднял голову и взглянул в лицо Риноа, пытаясь представить рядом Сейфера, и её разговор с ним.
            - Риноа, возможно, Сейфер уже мёртв, - словно тысячу раз повторённая безликая фраза.
            - И… ты так спокойно об этом говоришь? Что же это такое! Ведь он из твоей академии! Где твоё сочувствие, жалось… Что там случилось!?
            - Знала бы ты, как отнёсся бы Алмази к твоей жалости, - чуть ли не с насмешкой вырвалось у Леонхарта.
            - Какое ужасно равнодушие…, - еле сдерживаясь, произнесла Риноа.
            На вопрос девушки, наконец, обратила внимание Квистис и попыталась объяснить случившееся:
            - Видишь ли, Риноа, может сложиться впечатление, что мы специально умалчиваем о минувших событиях.
            - Уж куда более яркое впечатление…
            - Но мы просто не совсем понимаем это. Более того, видели мы тоже не слишком многое.
            Сельфи, присевшую на кровать, как и Хартилли, покоробила такая манера их лидера:
            - Но почему ты сразу подумал, что он мёртв?
            - Ладно, восстановим события, - решился Скволл. - В студии была женщина. Вы все почувствовали, что назвать её обычной никак нельзя.
            - Да и странной её назвать - ничего не сказать, - мрачно заметил Зелл.
            - Сомнений нет, что именно про неё говорил президент, как про своего представителя. Следовательно, она колдунья, каким бы странным это не казалось. Между ней и Сейфером что-то произошло, какой-то разговор, в результате которого он добровольно ушёл вместе с этой женщиной. Не знаю, заметил ли кто-нибудь из вас, но Сейфер в тот миг преобразился почти до неузнаваемости. - Никто не ответил. Леонхарт хотел было добавить про прозвучавшее в голове его имя, но промолчал. Равно как и про "говорящие глаза" Алмази.
            - Ну, насчёт добровольности, конечно, имеются сомнения…, - начал говорить Квистис, но Скволл резко её оборвал:
            - Никаких сомнений здесь нет! Квистис, я видел его, смотрел ему в лицо. Что бы там ни было, Сейфер напал на президента, и можно легко догадаться, чем ему это грозит.
            Риноа резко обернулась:
            - Всё равно! Даже если колдунья захватила его, нельзя терять надежду!
            Скволлу не хотелось рушить надежды Хартилли, он был почти уверен в том, что Сейфера Алмази им больше не увидеть никогда.
            - Надежда, - тихо и очень серьёзно произнёс Скволл, - это хорошо. Пока она у тебя есть, у тебя есть и силы, мотив не останавливаться и идти вперёд. - Потом повернулся к Риноа и довольно резко выдал: - Глупо, но, как ни странно, помогает.
            Девушка промолчала и отошла прочь, бросив через плечо:
            - Ты злой.
            - Я не злой, я реалист, - парировал Леонхарт и отвернулся.
            И снова неловкая тишина окутала комнату, постепенно стихли изредка доносившиеся с улицы крики. Когда на Тимбер стала спускаться ночь, Солнце медленно потонуло в океане, а на краю неба показалась видимая часть Луны, словно невиданная сфера, выплывшая из-за дальних гальбадианских гор, хозяйка дома позвала своих гостей вниз.
            - Итак, - сказала она, когда все собрались в гостинной, - основные силы Гальбадии выведены из Тимбера. Остались только постоянно расквартированные здесь, а это не проблема. Если хотите выбраться из Тимбера, сейчас самое время. - Женщина вздохнула. - Мне кое-как удалось отвести солдат от дома. Что-то уж больно настырные они в этот раз. И… если вас, молодёжь интересует моё мнение, то гальбадианцы подозрительно быстро успокоились.
            Никто не реагировал на её слова, поэтому она спросила:
            - Так что собираетесь предпринять?
            Скволл не знал, что ответить, хотя вопрос относился именно к нему. Как же так случилось? Ведь он никогда не хотел этого, никогда не стремился к лидерству, к ответственности. Никогда Скволл не лез с инициативой куда бы то ни было, не был душой компании да и не был в них, компаниях вообще. Так почему сейчас он ощущает на себе эти мысленные взгляды? Он должен решать…
            Память подсказывала что-то, что-то из академических лекций, но ответ никак не хотел даваться. Кроме того, молчание товарищей действовало угнетающе.
            - Устав академии, - вдруг проговорила Квистис, - статья 8, пункт 7.
            "Ну естественно. Именно там и находится ответ, - мысленно согласился Скволл. - "В случае если возвращение в академию Баламб невозможно по каким-либо причинам, сиид… должен следовать в ближайшую к его местоположению академию". Почему так сложно вспоминать?.."
            - А для несведущих можно? - поинтересовалась Риноа.
            Скволл не обратил на неё внимания и задумчиво сказал:
            - Значит, в ближайшую академию…
            - Как все понимают, - объявила Квистис, - это Гальбадианская твердыня. Между академиями свои законы, поэтому нам ничего там не грозит.
            Очень тихо Зелл заметил:
            - Это довольно далеко… На северо-запад, через Гальбадианскую красную пустыню.
            При этих словах хозяйка дома покачала головой.
            - Не выйдет. Не сомневаюсь, они временно перекрыли путь в Гальбадию, если вообще поезда ходят хоть куда-то.
            - Потому надо выступать немедленно. Чем раньше выйдем, тем лучше, - сказал Скволл. - Если путь в Гальбадию закрыт, следуем в Доллет. На полпути, не доезжая северных оконечностей Гальбадианских гор, сходим с поезда и через лесное ущелье направляемся к их академии. - Скволл посмотрел на каждого из присутствующих и на пару секунд задержал взгляд на Риноа.
            - Я с вами, - ответила она на беззвучный вопрос. Сиид вздохнул и шагнул к двери, оставив прощание с хозяйкой своей нанимательнице.
            Но едва они покинули своё убежище, как в их сторону уже быстро шагал гальбадинский солдат. Однако солдат вдруг помахал им рукой, а Риноа быстро сказала:
            - Спокойно. Это Уотс. У него какая-то срочная информация для нас. Он связался со мной несколько минут назад.
            Тот подошёл и довольно бесцеремонно и громко потребовал:
            - Живо покажите идентификационные карты! - Потом чуть слышно добавил: - Центральный вокзал отключён, но с "Доллетского" через несколько минут отходит последний поезд, после чего Тимбер на какое-то время окажется отрезан от железнодорожных путей сообщения. Гальбадианцы совсем озверели, когда накрыли нашу базу.
            - Мы должны попасть на этот поезд. - В голосе Скволла слышалась почти что угроза.
            - Тогда вам туда. - Уотс взглядом указал в сторону, делая вид, что изучает удостоверение. - Риноа, ты значит с ними?
            - Да, Уотс… Мы с Зауном уже говорили об этом и…
            - Просто поторопитесь, - прервал её парень.
            - Спасибо, что отпускаете меня. Я… обязательно вернусь, как только смогу.
            - Конечно. Скволл, теперь Риноа на твоей ответственности. Прошу, сделай так, чтобы она… чтобы с ней ничего не случилось.
            Скволл не ответил, но, видимо, Уотс что-то увидел в его взгляде. Что-то такое, что заставило поверить в безопасность принцессы "Лесных Сов". Вернув карточку Риноа, и забрав миниатюрное переговорное устройство, он прошептал:
            - Идите. У вас примерно 10 минут на беспрепятственный проход. И ничему не удивляйтесь. - После чего живо развернулся и пошёл прочь.
            Уже возле здания вокзала, на удивление безлюдного, молодых людей окликнул скрипучий старческий голос:
            - Ребятки! Разрешите минуточку вашего внимания. - Приближался не слишком благообразный старик с почти полностью седой взлохмаченной бородой и усами. А когда реакции со стороны Скволла не последовало - сиид продолжал быстро шагать к вокзалу - старик прошипел совершенно другим голосом:
            - Скволл, Риноа, бежать мне что ли за вами?
            - Великие силы! Заун, - воскликнула Риноа. - Даже я бы тебя не узнала.
            - Некогда болтать, ведь вам надо катить из города? Ну и как вы собрались уезжать, если билетов давно уже нет?
            - Их отсутствие нас не остановит, - спокойно отрезал Леонхарт. - Уж как-нибудь прорвёмся.
            - Ага, прорвётесь… И поднимите тем самым все остатки гальбадов.
            Скволл бросил на Зауна такой взгляд, что тот вдруг почувствовал себя подсудимым еретиком пред взорами Святой Инквизиции.
            - Вам не придётся наводить шум. Билеты я купил заранее. - "Старик" склонил голову и почти злорадно добавил: - На всякий, так сказать, случай. Вот, как видно, пригодились. - Заун живо сунул руку за пазуху и извлёк несколько билетов с эмблемой Тимбера. - Риноа, это тебе. Три штуки для наших сиидов. Скволл, возьми… - Лидер "Лесных сов" покосился на Квистис и задумчиво произнёс: - И последний билет для меня… Вроде как. Но… вы ведь та леди, что наделала шуму в студии. С вами был ещё такой высокий грозный тип. Эх, какой парень! Поговорить бы, да… Думаю, вам билет нужнее.
            Квистис попыталась что-то сказать против, но Заун уверенно сунул билет ей в руку и, ссутулившись, заковылял по направлению к бару.
            - До встречи, Риноа, - донеслись его последние слова.
            - Однако! - значимо произнёс Зелл. - Мне начинают нравиться эти ребята.
            Риноа безотрывно глядела вслед уходящему Зауну, чувствуя себя предательницей, бросающей друзей в сложные времена ради каких-то наёмников, с которыми она знакома совсем ничего. Но ведь так надо, так лучше для общего дела, и пусть они, Скволл и его друзья считают её бесполезной обузой, взбалмошной девицей, ищущей приключения, но так надо. Заун и остальные понимают, они знают её замыслы, и они поддерживают её. Возле ног Риноа тихо сидел Анжелло и тёрся носом о её руку, полностью разделяя чувства хозяйки.
            - Пошли, - бросил Скволл. - И, Риноа, впредь делись своими планами.
            - В самом деле, - спохватился Зелл, - не надо испытывать удачу. И так нам несказанно везёт. - И, косясь на странную собаку, чьё появление он опять пропустил, Динч открыл двери вокзала.
            "Я прекрасно обхожусь без удачи", - Скволл вспомнил знакомые слова и напоследок мрачно окинул взором прилегающие улицы Тимбера, меркнущие в сгущающихся сумерках. В тот момент он совершенно точно понял, что удача, о которой говорил Зелл, была ни при чём, просто… Так кому-то было нужно.

            Риноа спала. В полоске света Зелл безотрывно следил за Анжелло, что свернулся возле её койки. В полумраке просторного купе голубыми звездочками светились глаза собаки. Кажется, Динч даже не моргал.
            "Ребёнок", - мысленно назвал его Скволл, у которого Анжелло не вызывал никакого интереса.
            Сельфи вышла, а Квистис сидела где-то рядом, в метре правее от него, но слабый свет из коридора не проникал на нижнюю койку этой стороны шестиместного купе. Хотелось спать. Конечно, имея в сознании хранителя, необходимый сон можно было отсрочить, но не без существенных последствий для человека, да и необходимости в том сейчас не было. Скволлу нравился этот тихий, на удивление мирный на фоне минувших событий момент. Нравилось покачивание вагона и одолевающая дремота, наконец-то тревога оставила его. Она вернётся, но потом, а сейчас… сейчас просто хорошо.
            Неожиданно для себя Скволл тихо спросил:
            - Квистис, ты не спишь?
            - Нет, - послышалось из темноты.
            - Почему ты здесь? - Он понимал глупость своего вопроса, но полусонное состояние, стирающее здравые мысли и ясность мышления, сделало своё дело.
            Не задумываясь, Квистис ответила:
            - Потому, что я сиид.
            - А почему ты сиид?
            - Потому, что у меня не было выбора…
            Несколько минут Скволл молчал, вяло пытаясь осмыслить услышанное. Что-то было в этих словах… Но Квистис вдруг добавила:
            - И я рада этому.
            - Почему?
            С минуту она молчала, потом донеслось очень тихое и грустное:
            - Так я могу приглядывать за вами.
            И опять что-то привлекло Скволла в этих ничего не значащих словах.
            - Что? - переспросил он.
            - Ничего, а что? - ещё более тихо ответила Квистис.
            Парень не стал переспрашивать, всё казалось таким не важным, таким условным и почти нереальным. Медленно он терял ощущение своего тела. Как хорошо и спокойно… Голубые звёздочки погасли в темноте: может, Анжелло уснул, а может, его уже не было там. Динч, уронив голову на плёчо, спал. Интересно, кто победил в этой игре в "гляделки" с собакой?
            - Квистис, там, в академии…
            - Да? - с готовностью ответил голос.
            - Что мне делать? Я не знаю. Я просто не знаю, что мне там делать… Я не хочу туда. - Эту фразу парень растянул на 10 секунд.
            - Я что-нибудь придумаю, Скволл. Не волнуйся, я знаю… что делать.
            Он помолчал, ему стало ещё спокойнее в душе.
            - Это хорошо. Спасибо… Я знал, что на тебя всегда можно положиться.
            - Что? - на это раз не разобрала Квистис. Или разобрала, но смысл слов показался ей странным, от него что-то дернулось внутри.
            - Я рад, что ты с нами…
            Из коридора чуть слышно долетали слова, разобрать которые было невозможно. От них ещё больше клонило в сон, глаза всё реже приоткрывались. Может, стоило перебраться на свободную койку и лечь, но так сильно не хотелось двигаться, спугивать этот чудесный момент. Зелл медленно повалился на бок и закрыл рукой голову, но Скволл этого уже не видел, всё расставаясь с реальностью, высвобождая сознание.
            - Квистис, почему у тебя не было выбора?
            Но ответа уже не последовало, только плавное покачивание вагона и тихое постукивание колёс, совсем не такое, как оглушающий рев у самого уха на президентском поезде. Ощущение тела пропало окончательно, темнота поплыла перед закрытыми глазами, закружилась в невидимой воронке, затягивая в неведомый мир сна. На какое-то время Скволл непроизвольно остановился на самом краю этого провала, тело расслышало слова, голос Сельфи, и донесло их до сознания:

            …мы когда-то были, но исчезли навсегда.
            Заберите в даль, что края не имеет.
            Где-то там, быть может, встретимся опять.
            Возле моря, что лазурью берег омывает,
            Средь развалин храма, от которого в душе теплей.
            Вихри лепестки цветов срывают,
            Мчат, и воздух оживает на глазах.
            Сказка, явь - стираются границы…
            Как же жаль, что место то в мечтах.

            "Хорошо, - где-то на границе сознания подумал Скволл. - Они так красивы, когда летят по ветру, лепестки…"
            - Особенно ранней весной…, - сквозь глубокий сон отозвалась Квистис.
            На краю глаза проступила слеза. Несколько секунд она держалась на сжатых ресницах, а потом быстро скатилась по щеке, задержалась на подбородке и упала на толстую металлическую цепочку, на которой висел кулон. Скволл спал.

0

21

ГЛАВА 20
ЗАГАДОЧНЫЙ СОН: НА МЁРТВОЙ ЗЕМЛЕ
            Последний поезд из Тимбера ещё не отправился с вокзала, когда уже был отдан приказ прекратить всяческие поиски участников дерзкого покушения на президента и вернуться к обычному режиму, лишь только закрыв столицу для поездов, как входящих, так и покидающих её. Едва последний вагон состава покинул арку городской стены, как её блокировали запорные красные лучи. Спустя пару часов, поступило распоряжение перекрыть прочие пути выхода из города.
            Свернув на северо-запад у самого океана, мимо окраин величественного леса Рошфол, что покрывал собой четверть всей страны, мимо огромного призрачно-тихого озера Обель, пристанища духов и других бестелесных созданий всё дальше по ночному Тимберу уносил поезд спящих сиидов. Через пару часов, когда на востоке из-за океана польётся первый солнечный свет, когда поезд достигнет каньона Иолни и остановится в километре от моста через Безымянную реки, они проснутся. Но ничего из тех немногочисленных слов, сказанных накануне вечером, не останется ни в чьей памяти.
            На северо-западе от станции краснели в лучах раннего Солнца Гальбадианские горы. Огромным провалом в плотной их цепи зияло зелёное от леса ущелье, за которым фактически начиналась территория страны. Далее по движению поезда горы круто сворачивали на восток вплоть до самых океанских вод. Здесь многими годами ранее были прорублены проходы в скалах, дабы соединить независимый тогда Тимбер с красивой, древней, но постепенно чахнущей империей Доллет. Там, за скалами и бескрайними полями чужой страны на побережье и раскинулась столица, где Скволлу и остальным некогда пришлось приложить не мало усилий для последующего получения звания сиида.
            Путь к горам преграждала величавая извилистая Безымянная река, нёсшая тёплые свои воды из озера Обель в океан. Возле самой реки сииды вышли на широкое шоссе и пересекли мост. Местность заметно теряла растительность, а почва приобретала красноватый оттенок, свойственный большей части территории Гальбадии. Со стороны гор приближались несколько Трустаэвисов, оглашая окрест режущим слух клёкотом. Их четыре полутораметровых крыла двигались почти вразнобой и этим неприятно давили на глаз, хотя среди заполонивших планету монстров мало кто отличался хоть сколько-нибудь приятным видом. В том месте, откуда все они были родом, красота отсутствовала, как понятие.
            Зелл нехорошо потёр руки и посмотрел на Скволла.
            - Слушай, а можно я этих немного… Ну пока не долетели до нас. А? - Леонхарт молчал, тогда парень обернулся к Квистис. - Эм… инструктор, можно, а? - На это Квистис взглядом указала на Скволла и улыбнулась. Динч тут же понял свою ошибку и забормотал: - Ну да, конечно же… Скволл, так что? Не сунутся, знаю я их!
            - Давай, - бросил Леонхарт.
            Парень оживился и хрустнул пальцами, потом резко пододвинулся к Сельфи и спросил:
            - Поможешь?
            - Что?.. - не поняла та.
            - Ну Трустаэвисы. Лёд, левитация, воздух, иногда даже торнадо. Ты бы меня малость подбросила, а дальше я уж сам. Без тебя не успею ведь. Пока получится, долетят, заклюют, перьями засыплют…
            - Ну давай, - улыбнулась девушка. - Сейчас, ещё пару метров, не дотянуться пока.
            Птицеподобные монстры пересекли пятидесятиметровый рубеж, и Сельфи скомандовала:
            - Пошёл!
            Зелл с устрашающим воплем ринулся на птиц, оставляя за собой две пыльные полосы. Тильмит на пару секунд зажмурилась. "Холод… ветер… невесомость! Разрыв связи… Есть!" Правая рука взмыла вверх, а пальцы левой выпрямились в спину Зелла. Парня оторвало от земли на метр, два метра. Он продолжал уверенно бежать, наступая прямо на воздух.
            - Привет вам, птички, из Баламба! - прокричал Динч и с разгону локтем ударил в небольшую с сильно развитым клювом голову. Он попытался кинуться на следующего Трустаэвиса, но три птицы дёрнули крыльями и стремительно ушли высь. Первая же рухнула на землю, забилась, поднимая облако пыли, но рванула в воздух и понеслась прочь. Зелл победно просвистел ей вслед и с опаской посмотрел вниз.
            - Ребят, может, кто рассеет, а? - неуверенно спросил он.
            - А что тебе, плохо там? - весело прокричала Сельфи.
            - Да ничего, видно далеко. До леса минут через сорок доберёмся. Жарко только…
            - Ну раз жарко, рассей сам. Без заклинания я не могу. А ты, если постараешься, сможешь. Это ведь ассистирующая, а не из ряда проклятий. У тебя получится! - А потом тихо добавила: - Правда, скорее, закончится его действие…
            Зелл недовольно скрестил руки на груди и поглядел на сиидов с высоты двух с половиной метров.
            - Идите, идите, - посоветовал он. - Не хочу, что бы вы смотрели на моё невежество.
            - Догоняй, - буркнул Скволл.
            Динч потоптался по воздуху, потёр ладони и принялся медленно шевелить пальцами. Это вызвало голубое свечение по всему телу и привело к тому, что он снизился до высоты чуть менее двух метров, потом затрясся и бессильно выдохнул. В этот безнадёжный момент парень поймал взгляд Риноа, которая отбилась от группы. Девушка склонила голову на бок и нескладно несколько раз помахала перед собой руками, замелькали розовые лучи, и Зелл камнем рухнул вниз.
            - Благодарю, - сказал он с достоинством и нервно отряхнулся. Риноа поглядела на свои руки, на которых гасли последние розовые частицы света. Казалось, она сама была удивлена. Скволл же уловил довольно сильное магическое возмущение и обернулся.
            - Зелл, это ты так? - удивилась Тильмит. Динч сделал значительный жест в сторону Хартилли.
            - Неплохо, - сказала Квистис. - Рассеивание относится к сложным заклинаниям. Без подготовки, без Хранителей далеко не каждый может его освоить. Да и откуда оно у тебя?
            Но Риноа так и не смогла вразумительно объяснить, ссылаясь всё на те же врождённые способности.
            После полудня, когда палящее в спину Солнце стало уже невыносимым, под ногами наконец-то зашуршала буйная лесная растительность. Лес поражал своей дикостью. По нему едва ли можно было бы пройти, если бы не узкая тропа, уходящая в тёмную глубь. Старые, в два человеческих обхвата деревья поросли мхом и лианами, многие из них сильно наклонились, почти упали, но продолжали жить, сторожа это маленькое растительное царство, своего рода последний оплот Тимбера перед голыми степями Гальбадии. Тропа не разветвлялась, прошло не многим более часа, как впереди показались просветы.
            - А вот и лес кончается, - прокричал Зелл, идущий впереди всех.
            - Это не так, - заметила Квистис, - ещё около получаса. Просто в этой части леса такое расположение деревьев.
            Сельфи, молчавшая последнее время, погружённая вы мысли, сказала:
            - Я подумала… Что если нас всё же воспримут, как преступников? Гальбадианская академия - это ведь их оплот.
            Квистис отрицательно мотнула головой:
            - В том-то и дело, что никакой это не оплот. Так же, как Баламбская академия не состоит в подчинении у правительства Баламба, а в Трабии… Сельфи, ты же из Трабии. Разве у вас не так?
            Тильмит улыбнулась.
            - Я даже не задумывалась до настоящего времени. Как-то само собой. Но раз академии возникли в одно время и, по-видимому, от одного источника, значит и моя - некая замкнутая, обособленная территория.
            - Да что бы там ни было, - подбежал Зелл, - мы ведь решили идти? Ну так и пошли! - Он сжал кулаки и принял грозный вид. - Сель, да не волнуйся ты об их академии. Что меня действительно беспокоит, так это что Делинг знает: покушающиеся на него люди связаны с Баламбом.
            Динч быстро обернулся к Скволлу и схватил его за плечи:
            - Думаешь, он как-то отомстит нашей академии?
            - Может быть, - ответил Леонхарт. Панибратство Зелла ему было неприятно. "Я почти не сомневаюсь, что Делинг так это не оставит…"
            - Но у нас там столько народу! Скволл, они ведь никогда не сдадутся!? Сид наверняка что-то придумает! - Динч даже затряс его плечи.
            - Зелл, не питай неоправданных надежд. Всё зависит от того, кто нападёт, какие у него будут силы и ещё много от чего. И если уж ты хочешь знать моё мнение, то Сид не станет жертвовать академией, её людьми.
            Все разом остановились и посмотрели на Скволла. Динч же опустил руки и медленно отошёл в сторону, прямо в высокую толстую траву.
            - Ну да… Знаю, - пробормотал он.
            Риноа покосилась на Леонхарта и, усмехнувшись, сказала:
            - Да уж, из тебя просто великий лидер… - Она подошла ближе. - Тебе нравится такая манера общения с друзьями?
            "Опять началось", - с тоской подумал Скволл.
            - Зелл нуждался в поддержке. Нам всем нужна поддержка!
            "Понеслось…"
            - Сейчас любое воодушевление не будет лишним, а ты только всё усугубляешь.
            "Воодушевление… Глупые надежды для дураков. Все здесь думают так же, как и я, но молчат. Сейфер бы со мной согласился". - Скволла удивило это последнее предположение, Риноа же всё продолжала:
            - Ты хоть когда-нибудь волновался или хотя бы задумывался о своих друзьях?
            Скволл посмотрел на Квистис, та стояла в стороне и о чём-то думала, словно не слыша разговора.
            "Зачем? Зачем думать о тех, кто ничего не может для тебя сделать? Друзья… Надеяться можно только на себя самого, потому нечего думать о других…".
            В глубине мозга что-то зародилось и стремительно стало разрастаться. Шелест листвы стихал в приближающемся шуме, высоком писке, от которого хотелось оглохнуть, только бы не слышать этого. Лицо Риноа размылось и поплыло в сторону.
            - Опять… - то ли прошептал, то ли подумал сиид.
            - Скволл, ты меня слушаешь? - спросила Риноа. - Что ты…
            Её образ стремительно унесся в сторону и наверх, лицо уткнулось в ароматную траву. Писк заглушил всё, и темнота застала глаза.
            - Ты что!? - выкрикнул Зелл, бросаясь к падающей Тильмит, но не успел, поскольку она уже замерла в траве. Дико обернувшись, он заметил красную одежду Квистис, выглядывающую из кустов на другой стороне тропы, и Риноа, ошарашено озирающуюся. У её ног лежал Скволл.
            - Что… происходит? - робко спросила она.
            Дичн вздохнул и потёр шею. Сомнений на этот счёт у него не было.
            - Не думаю, что стоит особо беспокоиться и пытаться их разбудить. Мы уже сталкивались с этой штукой, когда ехали к вам в Тимбер. Тогда я сам пережил то, что случилось сейчас с ними, потому и не опасаюсь.
            - И что это?
            - Тогда присаживайся, - подмигнул ей Зелл. - Рассказик займёт минут десять, а вот их пробуждения придётся подождать. Значит, сидим мы в персональном купе сиидов в поезде "Баламб - Тимбер". Комфортно, уютно! А Сель и говорит…
            Риноа опустилась на траву и, поглядывая на Скволла, стала слушать оживлённый рассказ сиида. Сейчас, находясь без сознания, Леонхарт, наконец, потерял своё вечное выражение глубокой неудовлетворённости окружающим миром и тоски по ведомым только ему вещам. Брови и даже губы немного приподнялись. А Зелл всё говорил, рассказывал, как Лагуна заблудился в лесу, и как он с друзьями потом отправился в столицу Гальбадии. Голос Динча звучал словно издалека, но Риноа отчётливо его слышала, живое воображение быстро рисовало описываемые картины, пока на миг всё ни исчезло. Голова Скволла неожиданно оказалась у девушки на коленях, она гладила его волосы. Зелёный покров леса преобразился в потрескавшуюся коричневую землю, деревья исчезли, а небо заволокли низкие тёмно-серые тучи. Глаза парня оставались закрытыми…

            Тропа среди чахлого кустарника, которым поросло дно широкой трещины, вывела к обширной низине. В центре этого километрового кратера блестела грандиозная по своим размерам глыба цельной породы, переливающейся голубым и зелёным светом. Тропа переваливала через край низины и устремлялась к этому, казалось, бесценному сокровищу. До катастрофы здесь находился крупный центр по добыче энергетического минерала, сейчас же с гибелью цивилизации Сентра опустели и здешние места.
            - Кирос, ты уверен, что это место? - пробасил Вард, недоверчиво оглядывая исполинскую голубую глыбу. На это Кирос только пожал плечами, и они оба посмотрели на Лагуну. Их командир печально осматривал низину, и печаль эта не предвещала ничего хорошего.
            - Эх и не хочу же я опять патрулировать не ту территорию, - не унимался Вард. - Не могли нас заслать так далеко от лагеря.
            Прошло более шестидесяти лет с тех пор, как окончательно опустел континент Сентра. Когда с неба ударила небывало мощная роковая волна Лунного Крика, остаткам сентрийцев ничего не оставалось, как покинуть обжитые места. Не смотря на то, что человечество начало своё развитие именно отсюда ещё 4000 лет назад, распространяясь по другим землям, ко времени гибели материк насчитывал едва ли одну десятую часть населения периода Великих Эмиграций. Монстров, из которых состояла гибельная волна с Луны, не возможно было сдержать. Они сыпались со ставшего красным неба, уничтожали всё, созданное людьми, пока было, что уничтожать. Год за годом, десятилетие за десятилетием Сентра превращался в мёртвенно-коричневую пустынную землю - кольцо огромных островов в южном полушарии. Фактически, всю его территорию давно разделили между собой Гальбадия и изолированная цивилизация Эстар, что находилась на востоке. Именно Эстар и Доллет стали первыми странами, образованными выходцами из Сентра. Однако ни воинственные гальбадианцы, ни скрытные эстарцы особенно не следили за своей территорией на мёртвой земле, ограничиваясь редкими пограничными патрулями. Один из таких патрулей и подошёл сейчас к бывшему месту добычи минерала - основного источника энергии в большинстве городов мира.
            - Простите… - закончил свои раздумья Лагуна. - Это не то место.
            Кирос шагнул к командиру и настоял:
            - А я говорю, что оно самое! И даже если не то самое… Командир, пойдём, а?
            Лагуна постучал по карте пальцем.
            - Ну? - не понял Кирос. - Вот же оно, помечено красным.
            - То-то и оно, что это вообще не та карта. - Хотя Лагуна чувствовал себя виноватым, его лицо не могло скрыть извечного оптимизма, смешанного с иронией. Тёмно-зелёные глаза из-под прямых чёрных бровей всегда блестели задорными искорками, немного грустная улыбка действовала на людей умиротворяюще. Он часто размышлял над своей ветреной жизнью, жизнью без места и дома. Вечным странником Лагуна скитался по миру в надежде, что вот-вот найдёт, наконец, свою судьбу. Но она, Судьба пока не думала прекращать его странствия. Ведь он хотел остаться тогда в Делинге. В ту памятную ночь в отеле "Гальбадия", когда Джулия заговорила с ним, в сознании что-то всколыхнулось. Лагуна так хотел поверить, что это и есть знак, что теперь он может остановиться и изменить свою жизнь. 27 лет - подходящий возраст, что бы задуматься о будущем. Но нет, Делинг далеко, вокруг безжизненные равнины, ещё не время. "Джулия, как бы я хотел сейчас услышать твою игру…"
            Известие Лагуны было воспринято громким вздохом обоих друзей.
            - Знаешь, а я не удивлён, - спокойно сказал Вард.
            - А мне, если честно, так и вовсе всё равно, - замет Кирос, который всегда старался погашать любые конфликты и ценил друзей больше всего на свете. - У нас есть задание провести патрулирование территории, и тот факт, что это не та территория, не меняет ничего.
            - Вот и я думаю, надо идти. Не нравятся мне эти раскопки. - Лагуна засовывал карту в карман. - Слышите гудение? Похоже на механизм. А откуда работающий механизм в покинутом месте? Команда, за мной!
            Вард, что-то бормоча про жизнь, закинул гарпун за спину и пропустил Кироса вперёд. Тройка гальбадианцев быстро спускалась по крутой стропе.
            На сей раз сон был на много туманнее. Образы, окружение плыли в своих очертаниях, из разговоров долетали только отдельные слова, понять что-то из которых было совершенно невозможно. Кроме того, Скволл очень странно себя чувствовал. Он вроде бы лежал на чём-то твёрдом, но в то же время парил в воздухе. Мозг вяло и неохотно воспринимал сон, а сзади будто бы кто-то неотрывно смотрел. Хотелось обернуться, проснуться, понять, но размытое изображение не давало возможности оторваться, лишало способности мыслить.
            Скволл видел, как гальбадианцы спустились к голубой глыбе, пронизанной несколькими тоннелями. Местность здесь была оборудована металлическими платформами, подвесными мостами через расселины, различными креплениями, подпорками и огромным количеством труб. Едва Лагуна подошёл к работающему конвейеру, по которому откуда-то снизу поднималась земля и камни, на противоположном конце широкого моста, уходящего прямо в цельную породу минерала, показались человеческие силуэты. Цепляясь за перила, прямо возле гальбадианцев из-под моста ловко выбрались ещё трое людей в странных костюмах. По этой фиолетово-жёлтой форме, похожей на узкий скафандр, и шлемам, будто головы гигантских насекомых с огромными красными глазами, легко узнавались солдаты Эстара. Не долго думая, они бросились на команду Лагуны, отведя в сторону причудливые поблёскивающие приспособления, по всей видимости, какое-то оружие, схожее с горной киркой.
            - …обычного патрулирования…, - эхом донеслась пара слов Кироса. Разобрать большее Скволл не смог.
            Завязалась неразборчивая драка. Вспыхивали треки лезвий, сыпались искры от удара по защитной броне, пару раз что-то гулко громыхнуло, в ответ раздалось несколько автоматных очередей. Один из эстарцев повис на перила моста, другого неожиданно подбросило и унесло в пропасть, когда подоспели ещё трое человек. Перекрывающие друг друга плывущие силуэты, смазанность движений не позволяли различить действий каждого из солдат, пока в самом центре этой бойни не взвился показавшийся ослепительным огненный смерч. Взорвалась и заполонила всё непроглядной пеленой дымовая граната.
            - …поторопиться! …там ещё… не известно, сколько их здесь! - прокричал Лагуна.
            Они побежали по мосту вглубь огромной глыбы, свернули на разветвлении и буквально скатились по лестнице на нижний уровень копий, а позади из-за дыма слышались голоса эстарцев. Кто-то из них яростно орал о необходимости взять место добычи в кольцо, на что ему ответили о недостаточности людей, после чего по железу загромыхали многочисленные шаги, означающие погоню.
            Скволл совсем перестал что-то разбирать в белёсых всполохах и обрывках мест, пока из всего это не проступали хоть сколько-нибудь отчётливые очертания просторных тоннелей внутри голубой породы. По этим лабиринтам продвигались трое гальбадианцев, неожиданно вторгшихся в какой-то план Эстара и столкнувшихся с довольно крупным скоплением вражеских солдат. В этих прорубленных коридорах эхом разносились голоса, топот и крики, сопровождаемые лязгом железа, гудением и вспышками редких заклинаний. Лагуне посчастливилось ни разу не столкнуться с многочисленными солдатами, ведь эстарские патрули прочёсывали это место, разбившись на пары. Однако каждая такая встреча привлекала внимание всех остальных. Приходилось быстро перемещаться в надежде найти выход из голубых катакомб.
            Постепенно стены сменили цвет на розовый, а пол пошёл под углом вверх. Вскоре отряд вышел в огромную пещеру, полость внутри цельного камня, и когда они пересекли длинный мост, соединяющий края пещеры, из-за поворота впереди донёсся шум океана.
            - Всё! Выхода у вас нет! - прокричал командир эстарского корпуса на Сентре. Вместе с отрядом из двадцати солдат он вышел на мост позади гальбадианцев.
            Лагуна быстро толкнул друзей в коридор. За поворотом направо уходила наверх широкая лестница, а прямо по тоннелю в их сторону повернулись с десяток красноглазых шлемов. Выбора не было, все трое бросились по лестнице. Блеснул дневной свет, остро ударил свежий морской воздух. Ход вывел на площадку, круто обрывающуюся в океан. Справа и слева от тоннеля поднимались неприступные скалы. На краю обрыва в лучах проглянувшего из-за серых облаков Солнца стояли солдаты, молча, выставив вперёд блестящие дугообразные лезвия.
            - Прибежали, - сквозь зубы прорычал Вард. - Но раздери меня драконы, если я сдамся им!
            - Ну погоди произносить высокие речи, - прошептал Лагуна, копошась на поясе, где висели несколько гранат. Он отстегнул всю связку и швырнул её обратно в тоннель, прямо в лица наступающим эстарцам. Крики потонули в серии взрывов, из прохода рванул огонь и волна камней вперемешку с землёй, едва не задев отпрянувших Кироса и Варда.
            - А теперь, друзья мои, - прокашливаясь, весело сказал Лагуна, - у нас один путь. - Он повернулся к солдатам, не сдвинувшимся с места: пятеро широкоплечих эстарцев, наверняка из специального отряда на такие вот непредвиденные случаи.
            - Да провались они все! - проревел Вард, выставляя вперёд чудовищный гарпун.
             Лагуна на всякий случай окинул взглядом заваленный проход: подняться наверх не представлялось возможным, а из-под завала уже слышался тяжёлый стук. Преследователи начали пробиваться. За секунду до того, как молнии ударили по маленькому гальбадианскому отряду, командир вдруг увидел что-то или…
            Скволл совершенно точно поймал его взгляд. Зелёные глаза смотри прямо в лицо Леонхарту. Видимость стала на удивление чёткой, и в повисшей давящей тишине Лагуна произнёс:
            - Что за?…
            Солдаты Эстара пошли в атаку.

            Пробуждение стало резким, словно выныриваешь из глубины, испытывая сильную нехватку воздуха. Вокруг тихо шелестел лес, на закрывших небо высоких ветвях копошились его обитатели. К лицу склонились несколько травинок. Спокойно, мирно. На фоне листвы возникло улыбающееся женское лицо, очень подходящее к создавшейся атмосфере. Скволл поневоле приподнял руку и потянул было её вверх, но тут осознал, где находится. Кисть сжалась в кулак, и рука упёрлась в землю, он быстро поднялся.
            Сельфи и Квистис тоже зашевелились, а Зелл, деловито вышагивающий по тропе, заметив пробуждение, заметался между участниками сна и воскликнул:
            - Ну что, это оно самое? Лагуна, да?
            - Да, - подтвердила Тильмит, - они самые, все трое. И у них проблемы с солдатами Эстара. Вот что ещё: под конец Лагуна выглядел таким растерянным, кажется, что-то увидел… Как бы для них всё плохо не закончилось.
            - Эстарцы! - воскликнул Динч. - Так они добрались до Эстара?
            - Не, что-то другое, кажется…
            - Сентра, - ответила Квистис. - Помните ту голубую глыбу? Только на Сентре встречаются такие крупные залежи энергетического минерала.
            - Но ведь Сентра погибла лет 80 назад. Что же им там понадобилось?
            - Начать с того, - заметила Квистис, - что я, например, не уверена по поводу времени происходящих событий. Вы, как я поняла, не впервые сталкиваетесь с этим. Может, я что-то не знаю? - Она посмотрела на Скволла.
            "О чём они все говорят!? Какая разница, Сентра это или нет! По мне, так просто идиотский сон, навеянный невесть какой дрянью…"
            - Мы не знаем, что это, - холодно отрезал Скволл, - и пока не будем ничего выяснять. Давайте двигаться.
            Несколько секунд все молча смотрели на Леонхарта. В их взглядах читалось недоумение по поводу такой реакции на казалось бы безобидную вещь. Потом Зелл медленно закивал и осторожно проговорил:
            - Действительно. Проспали тут почти два часа, понимаешь… Ведь там уже просветы. - Затем, улыбнувшись до ушей, прокричал: - Гальбадия ждёт! - И понёсся по тропинке на запад. - Сель, догоняй! - донеслось из-за густых зарослей.
            Сельфи, ловко перемахнув через кусты, побежала следом. Ушла, не проронив ни слова, Квистис. Риноа же, не сказавшая ни слова с момента пробуждения, осталась. Топчась на месте, она, наконец, заговорила:
            - Скволл, если я сказала слишком много… Ну про твоих друзей и манеру общения, ты… Мне жаль. В конце концов, у каждого свои взгляды на всё. А я… Кто я, что бы упрекать тебя в чём-то?
            Неожиданно для себя Риноа поняла немного больше, чуточку больше она узнала этого человека. Ровно на столько, чтобы осознать, что Скволл не в полной мере такой, каким кажется. Хочет ли он сам создавать подобное мнение у людей, или что-то иное повинно в этом, девушка не знала, но это было не важно. Совсем немножко, но она заглянула в его сознание, она заглянула в его спящее лицо и то, что она увидела там, ей понравилось.
            "Что это она? - подумал Скволл. - Вежливость? Со мной? Какая глупость…"
            Он махнул рукой и пошёл прочь. Риноа всё стояла, глядя ему в след, всё ждала чего-то.
            - Пошли, - не оглядываясь, бросил сиид.
            Мимо него с лаем стрелой промчался Анжелло, позади послышались лёгкие шаги Хартилли, значит, всё хорошо. Она идёт, идут они, что впереди, движутся к цели. Так надо и так есть, значит, всё хорошо.
            Цепь Гальбадианских гор отбрасывала многокилометровую тень, покрывающую почти всё плато Монтероза. Вплоть до самых пляжей на западе сейчас раскинулась тень гор, которые окружали долину со всех сторон. Только сквозь ущелье падал сюда прямой солнечный свет. Суровыми и неприветливыми показались сиидам здешние красные земли после цветущих зелёных царств Тимбера. Сухой колючий ветер играл в скудеющей траве, что на несколько сотен метров распространялась от границы леса. Далее не было даже её. Слева за спиной горы уходили на юг и у самого горизонта сворачивали за запад к океану, справа они уже закруглялись и в нескольких километрах вертикальной стеной уходили в воды Мирового океана. Эта тенистая долина от западных вод до восточных гор именовалась плато Монтероза. Ближе к его центру, в самом низком месте, отделённая от мира, возносила в голубое небо острые свои шпили Гальбадианская академия, как и родственные ей учреждения в Баламбе и Трабии, торжественно именуемая Гарденом.

0

22

ГЛАВА 21
СУДЬБА ОДИНОЧКИ
             Чем ближе сииды подходили к академии Гальбадии, тем сильнее она воздействовала на них. Эта красная титаническая корона, словно сама, надвигалась на них, закрывая скалы позади. Неприступный, могучий Колизей с парой башенных шпилей по бокам и еще четырьмя, поменьше позади академии охраняли две каменные статуи сгорбившихся горгулий на колоннах слева и справа от ведущей ко входу дороги. Удерживаемый серебряными тросами диаметром не многим менее метра, над академией неподвижно парил узорчатый обруч, а над сиидами висели параллельно земле подобные обручу невообразимые две дуги; часть тросов крепилось на их поверхности. Высоко в небе, намного выше самого здания разворачивался отряд кадетов, оснащенных знаменитыми гальбадианскими реактивными каркасами, немного похожими на неповоротливые доспехи. Инструктор на зеленом каркасе делал знак остальным следовать за ним. Его отряд ушел в плавное пике и разминулся с еще одним эскадроном. С земли это выглядело захватывающе, и Зелл не преминул засмотреться на небо.
              - Ишь ты! Летят безо всякой магии! – радостно воскликнул парень.
              Земля вокруг академии на сотни метров скрывалась искусственным покрытием, прямо в котором расходились в разные стороны дороги, оборудовались площадки для тренировок, бассейны и скверы. Многочисленные отряды кадетов размеренно маршировали под четкий ритм, задаваемый на редкость суровыми инструкторами. Особого внимания на гостей никто не обращал.
              Откуда-то из центра Гальбадия-Гардена в небо, прямо в облака уходил поток медного света, а высоко над входом гордо блестела эмблема академии – красный крест поверх золотого узорчатого обода, в центре которого вертикально соединялись и как бы перемешивались подобия черной и белой капель.
              Если открывшаяся взорам прибывших твердыня была врагом баламбской академии, то Баламб-Гарден постоянно находился в серьезной опасности. Выходящие из этих суровых стен сииды определенно являли собой достойных соперников.

              - Ух! Совершенно другое устройство, совершенно, - восхищённо пробормотал Зелл. Все зачарованно обводили взглядами главный холл академии, что начинался сразу же за проходной. Квистис тем временем что-то наставительно твердила охраннику за толстым стеклом, но тот всё так же рассеяно пялился на гостей.
              - Совершенно…, - повторил Зелл.
              И Скволл понимал смысл этого слова. Вовсе не прямой смысл, так как, по сути, холлы всех крупных зданий во многом схожи, а кроящееся в самой атмосфере гальбадианской твердыни отличие. Не почувствовать этого было невозможно. Начиная от резьбы на сводах потолка до скамеек вдоль стен холла, от зелёных вьющихся растений, обвевающих второй уровень, и небольших декоративных деревьев до любого из проходящих мимо кадетов – другое, чужое, настораживающее, но, в то же время, не враждебное. Неприветливое, но не отталкивающее, грозное, но при этом спокойное… Нет, это не оплот врага. Права оказалась Квистис: Гальбадия вокруг, а здесь – свой обособленный мир со своими законами и правилами.
              - Теперь вы, ребята понимаете, - с улыбкой сказала Сельфи, - что я чувствовала по прибытии к вам в Баламб.
              Зелл ошарашено на неё уставился.
              - Ты хочешь сказать, что наша академия может вызывать нечто подобное? Наш светлый и сияющий Баламб! – В голосе даже отразилась обида.
              - Да уж поверь, - ответила девушка, - никак не меньшее… смятение, растерянность… или как это можно назвать?
              - Аура, Сельфи, это называется аура. – К ним подходила Квистис, охранник за стеклом, очевидно, переговаривался с начальством через панель связи на столе. – Объединённые чем-либо группы людей, находящихся на ограниченной территории, неизбежно создают единую специфическую ауру различной силы. В случае с академиями это явление заметно особенно. Здесь всё тому способствует…
              - Что дальше? – Вопрос Скволла поставил жирую точку в начавшейся лекции бывшего инструктора. Зелл конечно расстроится – вон он с каким интересом слушает – но…
              - Мы пришли, что дальше?
              - Дальше – моё дело, - невозмутимо ответила Квистис. – Я неоднократно бывала здесь и хорошо знаю Мастера. Сейчас… - Она прервалась из-за послышавшегося стука по стеклу: охранник привлёк их внимание и показал в сторону холла. – Нас пускают, подождите меня там, - пояснила она. – Я пойду объясню ситуацию.
              Никто не успел поинтересоваться, где же им ждать, как по холлу впереди проплыл женский голос, вежливо извещающий о том, что прибывшим сиидам из Баламб-Гардена следует дожидаться дальнейших инструкций в приёмной на втором этаже.
              - Это там, - на ходу указала Квистис на противоположную сторону холла. – И не беспокойтесь по поводу ауры. Очень скоро вы адаптируетесь. - Она скрылась из виду в расположенном там широком коридоре.
              И только Риноа было не понять, что чувствую сииды. Для девушки, выросшей в городах с их слабыми рассеянными аурами, Гальбадия-Гарден представляла собой красивое величественное строение, но ничего более, не смотря даже на давнюю несбывшуюся мечту поступить в одну из этих учреждений.
              «Интересно, этому тоже учат в академиях, - подумала она, - или… или просто это слишком высокий для меня уровень восприятия?»
              Риноа немного посмотрела в спины сиидам, проходящим через пропускные механизмы, и тяжело вздохнула.
              Главный холл навевал очевидный трепет своим строгим стилем и какой-то величественной тишиной. В отличие от Баламба, здесь не слышался смех, не журчали фонтаны, растительности оказалось куда меньше и, главное, почти совсем не было видно самих кадетов.
              - Экзамены у них что ли? Или снаружи все…, – мрачно поинтересовался Зелл.
              Все пространство заполнял едва уловимый гул, шедший из самых недр академии, а снаружи еще доносилась размеренная, монотонно повторяющаяся команда инструктора, различить которую уже не представлялось возможным. В центре пятидесятиметрового холла из пола под своды сужающегося потолка возносился ярко-желтый столб света. Подойдя ближе, можно был различить, то гул исходит именно от этой причуды. Сииды невольно задержались возле столба, оказавшимся ничем иным, как потоком энергии. Но энергии механической, искусственной, с которой человек, как и любое другое существо, несовместим по своей сути. Казалось, войди в этот свет, и силы твои никогда не иссякнут, хотя в действительности это никоим образом не повлияет на живой организм.
              - Сюда попрошу! – разнесся по обширному помещению холодный, но вежливый голос. Возле коридора, куда ушла Квистис, стоял инструктор, как и все ему подобные, одетый в белые просторные брюки и черную обтягивающую футболку с красно-белой полосой через плечо. Кроме того, здесь оказалось принятым носить черные кепы, низко надвинутые на лоб.
              - У какой…, - проворчал Зелл и с досадой ясно расслышал, как его шепот, усиленный во много раз, пронесся по холлу, - …высоченный потолок, - быстро добавил сиид.
              Под прямым углом сюда сходились три коридора, и у Сельфи сразу же родилась идея хотя бы частично потратить время ожидания на знакомство со столь примечательным воплощением фантазии неведомого архитектора, но она не решилась обмолвиться об этом. Не Скволлу, во всяком случае. Тот молча проследовал в указанный инструктором коридор, одним лишь кивком ответив на слова:
              - Прямо, первый поворот направо и по лестнице наверх. Ближайшая дверь.
              Зелл, широко улыбаясь, слегка поклонился, отметив при этом довольно-таки солидный возраст инструктора, что для его собственной академии являлось редкостью. Из холла позади донёсся предательски усиленный шёпот, и Динч различил на втором этаже пару силуэтов, который поспешили убраться с глаз на столько стремительно, что их можно было спутать с промелькнувшими тенями. Он подозрительно приподнял бровь и покосился на сурового гальбадианца.
              - Это ваша собака? – неожиданно спросил инструктор: по холлу медленно следовал Анжело, но не за сиидами, а куда-то в сторону. – Будьте добры… - Но Зелл уже нагонял своих.
              Коридор, очень просторный и светлый, выводил на виднеющуюся за стеклянными дверьми площадку, но Скволл резко свернул к лестнице и монотонно застучал каблуками по белым ступеням идеальной чистоты. Несколько кадетов в черной форме, усердно отжимающихся посреди коридора под надзором инструктора, как и сам инструктор, на секунду замерли, разглядывая чужаков.
              - Ну, хорош глазеть, не отвлекаемся, - беззлобно прозвучал голос.
              Приемной оказалась просторная комната, обставленная по принципу гостиной, но сохранившая при этом строгость стиля и холодность атмосферы. Похоже, таковой была вся академия. Посреди комнаты по обе стороны от невысокого стеклянного стола располагались элегантные диваны, обтянутые белой кожей, на один из которых не замедлил усесться Зелл. Он зевнул и, поглаживая обивку, вяло протянул:
              - Сколько же нам предстоит пировать на хлебах у гальбадианцев? Повязать нас не повязали, но и радости не видно. Кажется, за нами кто-то следил в холле…
              - Зелл, да что с тобой!? – неожиданно громко воскликнула Сельфи, отошедшая к окну во всю стену от пола до потолка. – Что за нытье, да еще от тебя?
              - А что с тобой? – вдруг тихо спросил Скволл. Всегда рассудительная и сдержанная, сейчас Сельфи словно сорвалась, словно она долгое время сдерживала терзающие душу эмоции. Сейчас она дала им волю, на одно мгновение, и сразу опомнилась, мотнула головой и отвернулась.
              - Знаете что, ребятки, - хлопнул по дивану Зелл, - а ведь мне тошно на душе, будто обманули меня. С самого Тимбера пытаюсь придти в норму, с самой проклятой это телестудии.
              - Тогда ты здорово можешь скрывать свои мысли, - обронила Риноа, которая внимательно изучала гальбадианское убранство и даже сняла пару книг с полок в дальнем конце приемной.
              - Ну… Я просто не люблю выплескивать на людей негативные эмоции, вот и все дела. – Он немного помедлил и импульсивно выпалил: - Но согласитесь, было ведь там что-то нечисто!
              - Было, - опять, словно сквозь сон проговорил Скволл. Он разогревал коченеющую руку и бродил по комнате – это означало, что Хранитель внутри него набирает силу, которая нуждалась в выходе. «Зеллу с Ифритом должно быть вовсе житья нет…», - подумал сиид.
              - Мне совсем не нравится, что с вами стало после Тимбера. – Риноа поставила книгу на место и обернулась к остальным. Конечно, меня там не было, не мне судить, но хотела бы я знать, что же могло так поразить сиидов?
              - Эта проклятая ведьма! – воскликнул Зелл. - Она смотрела на нас, смотрела в самую душу, прощупывала ледяными пальцами…
              - Ни отвернуться, ни закрыться, - перехватила его слова Сельфи. – Холод не дает шевельнуться, в голове только страх, отчаяние и…
              - И обида, - вставил Скволл, но тут же пожалел об этом: все трое с интересом посмотрели на него.
              - Да, - протянул Зелл. – Твоя правда…
              «Обида? И он это сказал? – мысленно поразилась Риноа. – Не могу поверить, чтобы сииды с их возможностями так реагировали на чье-то присутствие. Нет, Зелл прав, тут что-то совсем другое, но они сами не поймут что. И ведь ни словом не обмолвятся о свОем друге… ну пусть не друге, но ведь Сейфер с их родной академии, они же столько лет находились рядом, а теперь даже не думают о нем! Может, это входит в курс обучения сиидов? Или в человеке не может сочетаться великая сила и сочувствие? Нет, я бы никогда не стала такой даже в академии. Сейфер, зачем же ты туда пришел, что теперь с тобой?..»
              «Вот оно, - с досадой подумал Скволл, - только скажи что не то, сразу все в тебя впялятся. Считают, их командир может только рубить и раздражаться. Но это действительно была обида… Великие силы, откуда ей взяться!? Один враг, другой враг! Тут место расчету, ненависти, страху, но только не обиде! Да, он враг, Сейфер твой враг, и он проиграл, сломался… - Но словно в опровержение этих мыслей в голове вспыхнули глаза Алмази, полные торжества, гордости, энергии. – Это всего лишь траст, он ничего не соображал. Но…. Проклятье! Шива, уйми свою силу!.. Почему он именно!?»
              «Как же все это фантастически нелепо. – Сельфи Тильмит, рассуждая о своем, скользила взглядом по обширной площадке за огромным окном, на другом конце которой снова высилась стена академии со множеством окон. Непонятно было, откуда взяться такому большому открытому корту посреди здания? И, главное, зачем, когда за пределами стен на прилегающей оборудованной территории можно ставить небольшой город? – Да, именно так, фантастически нелепо. Как могла Судьба свести вместе таких людей, как мы? Мы такие разные во всех отношениях, из нас просто нельзя было сбивать команду, но… неужели Сиду Крамеру видней? И ведь чем дальше, тем сильнее ощущается тонкая связывающая нас нить. Срабатываемся ли мы, или неужели объединение противоположностей приводит к наилучшему результату? Какая глупость! Нет, просто мы не такие уж разные… наверное. – Она обернулась и поглядела на всех по очереди, вспомнила Квистис Трип, но уже через несколько секунд в необъяснимом ужасе отвернулась. Мысль своей дикой несуразностью вызвала холодок в спине. – Что со мной?.. Да откуда же ему взяться среди нас!? Еще один несовместимый элемент? Конечно, принять можно многое, но… но Сейфер!»
              «Прав старина Скволл, обидно вот так свалиться на колени перед колдуньей, нам бы встать, да наподдать! Но ведь я другое имел в виду. Не та это обида, да и… никогда не задумывался над подобными вещами. Эх, куда же утянуло нашего бравого экзаменатора?.. Дурень конечно, но нельзя не уважать его за подобные поступки, пусть и безрассудные. В конце концов, я сам из породы бесшабашных. Если бы только его поступок не обернулся войной с Баламбом, я, пожалуй, махнул рукой на отношение Алмази к нам. Было бы, на кого махать… Не нравится мне это, совсем не нравится».
              Квистис, не спеша, ступала по гладкому отражающему полу. Звук каждого шага уносился прочь в обе стороны коридора и затихал, заглушенный новым цоканьем каблуков. Она не просто не спешила. Ей вообще не хотелось входить в приемную. В душе девушка надеялась, что они воспримут новость куда более спокойно, чем она, их бывший инструктор. А кто-то, быть может… нет, Скволл не так плох.
              «Что если они обвинят меня? Я не выполнила задание, не остановила этого идиота, понадеялась на что-то... на себя, которую даже с должности инструктора вежливо попросили. Только бы не ослабить их дух! Сейчас мы все обязаны быть вдесятеро сильнее, чем когда-либо ранее. Грядут великие испытания… Ну как же… как же так?.. Такой потенциал, такие способности!»
              В раздумьях Квистис замерла у двери в приемную, но та не дала возможности помедлить и самостоятельно откатила в сторону. С дивана на девушку уже вопрошающе смотрел Зелл.
              - Ну что? – сразу же спросил Скволл. Все четверо приковали пристальное внимание к Квистис, она приложила максимум усилий, что бы выглядеть не так подавленно. Но куда там… Они уже почувствовали неладное. Но все же не надо так сразу…
              - Руководство академии поняло наше положение, - спокойно поведала она. – Кроме того, инцидент в Тимбере не повлечет на собой агрессии против академии Баламб, поскольку покушение было сочтено за личную акцию, за месть сумасшедшего одиночки. И хотя это звучит нелепо, ведь мы сами там были и слышали, что говорил президент, но правительство Гальбадии официально заявило, что Баламб никоим образом не причастен к случившемуся.
              Личная акция… Повисла тяжелая пауза. Квистис молчала, опустив голову.
              - Выходит, всё списали на Сейфера? – вопрос Зелла был риторическим. Квистис несколько раз шевельнула губами прежде, чем ответить:
              - Судебный процесс завершен, приговор вынесен.
              «Ну, вот и всё. Теперь всё. Его нет, а ты чист», - стремительно пронеслось в голове Скволла. Шрам на лбу на миг заколол, и боль эта ударила по сознанию, возродила угасающие воспоминания о тренировке-дуэли. Скалистая, голая местность в окрестностях Баламба, в трехстах метрах озаряются всполохами молний своды академии, скоро, очень скоро с неба хлынет теплый весенний ливень, и приугасшая на зиму жизнь этой благодатной земли возродится с новой силой. Честный поединок стали. Нет Хранителей, нет магии, нет боевой амуниции, но когда имеешь дело с таким соперником… Все атаки Скволла с легкостью парируются смертельно-опасным лезвием кросс-сворда. Вот он, Алмази, быстр, силен, изворотлив. Его тонкий изящный меч, словно сам, притягивается к самым уязвимым местам твоей защиты, искры со злым шипением обжигают лицо. В глазах соперника теряются последние признаки трезвости, только огонь, жажда победы, триумфа любой ценой. «Ну же, достать меня, если сможешь! Или умри!» - бешено кричат они. Не надо быть мастером в этом деле, что бы понять: оборона обречена на провал, и Скволл переходит в нападение, самое активное, на какое только способен. Ганблэйд в его руках массивнее, тяжелее, каждый удар заставляет Алмази все сильнее прогибаться и отступать. Шаг, еще шаг, и ухмылка сменяется гримасой злобы, смешанной с… да, да!.. это страх! Страх поражения! Враг чувствует всю опасность той стремительной и яростной атаки Скволла. Уже не противник, именно враг. Чувствует и… словно полу бесплотная медуза уходит с линии: парирующим изворотом в сторону и куда-то за спину. Смертельный момент, когда Сейфер у тебя за спиной; мелькает предательская мысль, что дуэль сейчас закончится резким тычком между лопаток, а то и хуже… Но нет, Алмази неожиданно далеко, на краю небольшого каменного утеса. «Иди же сюда! Вместе со своей гнусной…» - уже в его собственной, Скволла, голове вопит гнев; ганблэйд «мельницей» переходит в заднюю нижнюю позицию, левая рука непроизвольно тянется к застывшей в нескольких метрах фигуре… Ноги сами несут его к Алмази, и тому не отразить грядущего удара! Жжение в груди слишком поздно предупредило о намерениях горделиво задравшего голову врага. Он будто нарочно медленно протягивает к Скволлу руку, еще бы пара шагов… Огненная воротка бьет по выставленному в защиту ганблэйду, но вспышку жгучей боли это не сильно смягчает. Звон упавшего на камни меча опережает глухой удар собственного тела оземь; грудь разрывается, воздух едва-едва проскальзывает в легкие. «Магия, магия, магия…», - безумным потоком несется в голове. - Вставай!» Но слишком поздно: взнесенный в небо словно серебряный шпиль кросс-сворд начал свое движение. Но ведь он, Сейфер, не сделает этого, ведь он же… он… Выстрел слился с раскатом грома и рассек лицо, расколол голову, достал, кажется, до самого сознания дикой, затмевающей всё болью; рубиново-красная струя брызнула на камни, пол-лица обожгло нестерпимо-горячей… кровью? «Он ударил. Ударил! Ударил!!!» Каменеющие пальцы обеих рук уже намертво сжимали рукоять оружия и, дробя скалу, возносили ганблэйд вверх, к голове врага с одной лишь целью. Снова лязг металла, руки кое-как пытаются смягчить падение, и каменная поверхность утеса плотно прижимается к телу, из-под щеки выползает тонкий кровавый ручеёк. Он расплывается, отчасти из-за струй дождя, отчасти из-за тьмы, быстро заполняющей глаза. Только жжение в груди, раскалывающая боль в голове и слабеющая отчаянная злость в душе. «Он ударил…»
              «Щенок, зацепил-таки… сдохнуть как… весь вымок! Ну, ты мне… подергайся еще!.. Получите вашего клиента… сам виноват, не защищался… Да начхал я на…»
              «Ну вот мы и снова встретились, Скволл…», - совершенно иной голос прервал хлынувший поток картин прошлого.
              - …Приговор вынесен.
              Едва ли на воспоминания о тех неприятных событиях ушло много времени. Во всяком случае, в приемной ничего не изменилось. Скволл вот так все и помнил, за исключением непонятно откуда взявшихся сейчас обрывочных комментариев знакомого высокомерного голоса после того, как в то время еще кадет потерял сознание под проливным дождем на каменистой местности возле Баламба. Как же сильно Скволл жаждал победить, и какой безудержный гнев родился в нем, когда самый конец лезвия скользнул по лицу, хлестнув смертоносной энергией выстрела по всему телу. Похоже, он навсегда упустил свой шанс на победу. Дуэль с Сейфером оказалась последней с ним стычкой, проигрыш на мокрых камнях так и останется незакрытым. Сейфера Алмази, его врага уничтожили, при том безо всякого боя, что для самого Сейфера в разы хуже… Страшно подумать, сколько сил пришлось приложить гальбадианским палачам, что бы… Скволл невольно поморщился и провел рукой по лицу, неожиданно покрытому легкой испариной: черная перчатка осталась немного влажной.
              Лица присутствующих говорили сами за себя.
              - Он был казнен… - едва слышно прошептала Риноа. Не в силах стоять, она опустилась на корточки. Ее глубокие черные глаза замерли на одной невидимой точке. – Что еще может ожидать тебя за покушение на бессменного президента? Но как же так? Ведь он совсем тут ни при чем… его там не должно было быть, а теперь… казнь. – Каждая реплика давалась ей с видимыми усилиями, но каким-то чудом девушка удерживалась от слез. – Он пожертвовал собой ради нас, Лесных Сов, ради всего Тимбера. Высшая магия! С самого Тимбера я боялась этого...
              - Это не верно, что Сейфер тут ни при чем. – Квистис опустилась на диван напротив Зелла, упорно массирующего виски. – Он стал посредником между вами, повстанцами, и академией, он склонил Сида Крамера принять ваше предложение, и он счел своим долгом самому довести дело до конца. Риноа, ты не знаешь его на столько, что бы…, - она замолчала и неловко опустила взгляд. – Да что же я болтаю… Прости, но Сейфер никогда бы не заплатил такую плату ради такого случая. Если он и пожертвовал собой, то к независимости Тимбера это не относилось. «Молодец, отставной инструктор, винишь себя, а пытаешься повесить на других… Заткнись, пока не стало хуже», - с горьким упреком подумала Квистис.
              Но хуже не стало. Никто словно не обратил внимания на ее слова, потому что мысли их были поглощены всплывшей вдруг простой истиной. И тем печальней было, что понимание пришло только теперь, когда ничего не изменишь.
              - Я знала его совсем мало, - нарушила молчание Сельфи. – Поэтому мне, в общем-то, нечего сказать, кроме того, что всегда печально, когда уходит человек из… - Она немного замялась и добавила: - Из твоего окружения. И я не думаю, что та неприязнь, которую кто-то чувствовал к Сейферу…
              - А-а-а, - отмахнулся Зелл. – Проклятье! Как ни крути, но он был из нашей академии, был одним из нас, а мы валялись на коленях, когда… Если у меня будет возможность, клянусь, я отомщу. Да. Да! Согласен. Мне этот парень многим не нравился, но казнить…
              Зелл очень быстро и сильно привязывался к людям и даже мог считать друзьями тех, кого точно не помнил по имени. Так уж вышло, что в случае с Алмази получилось что-то подобное…
              - Сейчас я пытаюсь вспомнить хорошее, но в голову идут только проблемы, связанные с ним, - грустно сказала Квистис и отвернулась в сторону. – Я повидала многих сложных кадетов, он же – нечто из ряда вон выходящее. И не смотря на все это, Сейфер был неплохим парнем.
              Больше всего Квистис боялась показать слезы, но, как ни странно, слова полностью их заменяли, а внутри – холодная пустота, там что-то исчезло и никогда не вернется. Она потеряла ученика, но на деле вышло, что на много больше.
              - Мне он очень нравился, - неожиданно теплым, почти радостным голос отозвалась Риноа и села рядом с Квистис. – Он всегда был таким невероятно уверенным в себе, понимающим… От разговора с ним, да просто он того, что находишься рядом, тебе казалось, что можешь свернуть горы и зажечь звёзды на небе, достать Луну из-за горизонта. – Девушка очень по-детски обхватила колени руками и задумчиво улыбнулась. – Он так и говорил: «Если ты ставишь себе цель, то не надейся, а просто знай, что ты сможешь ее достичь, пусть целью этой будет хоть скрывшаяся за горизонтом Луна!»
              Сельфи Тильмит подошла поближе и осторожно неназойливо спросила:
              - Он был твоим парнем или?..
              - Не знаю точно, но это не столь важно. Я была влюблена, что чувствовал он – я могу только догадываться. Сейфер словно был над всем этим, выше!
              - И ты все еще любишь его?
              - Если бы нет, я бы не стала говорить этого. Тогда, прошлым летом, когда мне было 16… Наверное, это мои самый светлые воспоминания в жизни, и хотя продлились эти события…
              Но Скволл уже не слушал дальше, просто не мог расслышать из-за повторяющихся эхом фраз, от каждой из которых все сильнее стискивались зубы. «Он пожертвовал собой…», «…был одним из нас…», «Сейфер был неплохим парнем», «Я была влюблена… влюблена… влюблена…»
              «Сейфер, ты стал воспоминанием, - холодно сказал про себя Скволл. – Ты был гадом, Сейфер, но они говорят о тебе, говорят как о достойном, близком человеке, которым ты никогда не был ни для кого из них. А Риноа… Ты – её самые светлые воспоминания в жизни! Неужели, стоит человеку исчезнуть, как он сразу становится на порядок выше самого себя при жизни? Это не правильно! Будут ли они так говорить и обо мне, если я умру? «Скволл всегда был…», «Он никогда не…» Им бы только эпитафии писать… Болтают что хотят… Не правильно, все неправильно!»
              Сиид побрел по комнате, надеясь отвлечься, но растущий гнев уже прорвался...
              - Нет! – выкрикнул он. – Это не для меня! Я не хочу этого! Слышите!?
              - Что такое, Скволл? – начала привставать с дивана Квистис.
              - Я не хочу этого! – Стекло огромного окна жалобно задребезжало. Голубые глаза парня, казалось, стали жесткими кусочками льда, и Квистис явственно ощутила прокатившуюся по комнате волну холода, Сельфи поежилась. – Я не хочу, что бы кто-то нес подобное, когда придет мой черед!
              Дверь еле успела отскочить в сторону перед вырвавшимся наружу сиидом, даже не задумавшимся над смыслов вырвавшихся слов. Он стремительно шел по коридору и тяжело дышал через рот. Редкие встречные удивленно всматривались в него и спешили отклониться ближе к стене. На всякий случай. Ведь от человека, у которого изо рта в теплом помещении временами вырывается струя пара, можно ожидать самой неадекватной реакции. Через несколько шагов Скволл протрезвел на столько, что заметил, как на него реагируют кадеты и, облизнув с губ иней, остановился. Перед ним лежал смутно знакомый круглый холл со столбом света в самом центре, но…
              «Зачем я здесь?»
              Пришлось мотнуть головой прежде, чем гнев отступил окончательно, уступая место обстоятельствам нахождения его и других сиидов в Гальбадия-Гардене. Вспышка ярости ощутимо ослабила парня, но холод Хранителя отступал.
              «Никуда не годится… Что вообще со мной происходит? Всегда, да, именно всегда ты мог держаться себя в руках. Даже при куда как худших обстоятельствах, и что же теперь? Псих проклятый ты, вот кто. Недалеко уйдет твоя команда с таким лидером».
              Скволл закрыл глаза и медленно, глубоко вздохнул. Стало ли ему спокойнее теперь, когда злейший враг канул в лету? По всем правилам быть тому, но нет, если что и изменилось после исчезновения Сейфера из его, Скволла, жизни, то изменениями к лучшему назвать их можно с трудом.
              - Что тебе тогда вообще надо? – вслух проворчал сиид и вышел в холл. С одной стороны, его крайне возмущало, что все вдруг посчитали Алмази «неплохим парнем», с другой же – поражал тот факт, что столь желаемая отправка Сейфера в небытие не приносила удовлетворения. В конце концов… ведь теперь Скволл практически не имел бы с ним дело: сииды не засиживаются в академиях. Потому можно было бы только посочувствовать кадетам, вынужденным терпеть руководителя дисциплинарного комитета. В любом случае, никаким кадетам Скволл сочувствовать, конечно, не собирался, и потому, к своему величайшему разочарованию в себе самом, признал факт: смерть Алмази была совершенно ни к чему. Те мгновения ярости, когда он только и мечтал, что бы взглянуть в потухающие глаза с еще недавним высокомерием, нельзя принимать в расчет. Плюс к этому, недавно услышанные в воспоминаниях о дуэли слова Сейфера наводили на кажущуюся уж совсем фантастической мыль…
              - Эй, Скволл! Погоди-ка! – окликнул откуда-то сверху бьющий энергией голос.
              Сиид задрал голову ко второму этажу и мысленно усмехнулся, успев заметить там мгновенно исчезнувшего человека.
              «Ну, они-то что тут делают? Услышали трогательные разговоры о своем начальнике?»
              В выходящем в холл коридоре показалась крепкая фигура Райджина. Улыбаясь, он слетел с маленькой лесенки и едва не сшиб Скволла. Его широченные штаны делали и без того крупного парня вовсе не в меру раздавшимся. Не трудно было догадаться, что с минуты на минуту появится его вечная неразговорчивая спутница.
              - Что вы тут делаете? – безо всяких приветствий спросил Скволл. Именно «вы»: рядом с великаном уже возникла белокурая Фуджин. Сиид хорошо помнил, как эта изящная, хрупкая с виду девушка творила настоящий хаос своими черными от энергии торнадо. Не даром помощников начальника дисциплинарного комитета негласно именовали Гром и Буря.
              - Что я тут делаю!? – весело зарокотал Райджин. – Да мы, знаешь ли, посланники Баламба. Доставили сюда приказ от Мастера Сида, вот так-то!
              «Что его, интересно, так радует? Не знают они о Сейфере что ли?», - подумал Скволл, но, решив не затрагивать эту тему, спросил:
              - Что за приказ?
              - Не знаю, - пожал могучими плечами Райждин. – Я не имею обыкновения совать нос в приказы Сида, адресованные не мне. Нос мой мне как-то дорог. Ха! Доставил лично в руки местному директору. Этому…, - он громко пощелкал пальцами, - забыл в общем.
              - Объясни, - посоветовала Фуджин своему напарнику. Она просто стояла рядом и чуть улыбалась.
              - Значит так. Мы уже направлялись отсюда в Тимбер, но все поезда временно встали из-за вашей заварушки в столице. Ну, вы и даёте, ребята! Нам пришлось вернуться сюда. Знаешь, они, эти гальбадианцы такие… В общем, приятно увидеть тут своих! Мы видели вас, когда вы пришли. Женский коллектив растет, да? – Райджин прищурил один глаз и тут же поймал неодобрительный взгляд Фуджин. – Ну ладно, ладно, проехали…
              - Сейфер? Где он? – неожиданно спросила девушка.
              - О да! Разрази меня гром! Разве он не был с вами? Ведь наш коллега двинулся прямиком к вам в Тимбер.
              - Думаю, Сейфер мертв, - напарники в тот же миг застыли. – Сказали, что он был осужден за покушение на президента и казнен.
              У Райджина приподнялись брови, а девушка резко, но спокойно ответила:
              - Ложь.
              В тот же миг великан разразился хохотом, едва не сотрясавшим стены.
              - Нет-нет, Фудж, все верно, посягнувший на жизнь президента в Гальбадии не мог избежать суда, а это автоматически означает казнь, - весело заявил Райджин. – По законам этой страны он заслуживает даже больше, чем смерть! – Скволл переставал понимать происходящее. – Но весь ведь фокус в том, что к Сейферу это не относится. Понимаешь, Скволл? – Парень стал вдруг очень серьезен. - Я не знаю подробностей, но, уж поверь мне, Сейфер никогда бы не позволил этого сделать с собой.
              Он переглянулся с Фуджин и добавил:
              - Думаю, самое время самим все разузнать непосредственно из первых уст. Помяни мои слова, Скволл, что бы и как бы ни произошло в Тимбере, оно шло под контролем у нашего общего друга. Нам пора. Удачи в твоих делах, в чем бы они ни заключались! – Прокричал Райджин уже набегу к выходу.
              Нельзя сказать, что бы Скволл принял слова громилы слишком серьезно, но… отчего же тогда это маленькое, подлое сомнение, зародившееся в душе?
              «Когда-нибудь я поведаю вам о моей большой, романтической мечте!»
              «Так как же оно на самом деле?..» - Скволл провел рукой по шраму.

0

23

ГЛАВА 22
СНАЙПЕР
              - Что им здесь понадобилось? – послышался голос Квистис. Она с группой подошла к Скволлу, озадаченно глядящему вслед удаляющимся посланникам Баламб-Гардена.
              Скволл проигнорировал вопрос, но девушка не стала допытываться. Свежо в памяти недавнее его поведение, а потому лучше избегать совершенно ненужного сейчас раздражения.
              - Мастер желает встретиться с нами, - продолжила Квистис. – Он скоро выйдет наружу, так что пошли. Мастер упомянул Сида Крамера, и мне это кажется весьма интересным.
              - Что ты сказала? – Скволл внимательно посмотрел не девушку.
              - Ну, он сказал, что дело непосредственно связано с нашим директором. – Квистис не понимала, почему это так удивило парня.
              - Райджин с напарницей… Они доставили сюда приказ от Сида. Еще за долго до нашего прихода.
              Квистис посмотрела на выход, к которому уже подходил Зелл с остальными. По ней было видно, что смысл сказанного сразу же стал ей понятен.
              - Ты думаешь, они доставили именно то, о чем сказал местный директор? – тихо спросила Квистис.
              - Даже если принимать в расчет дальновидность Сида… Но ведь в таком случае он должен был выслать эту парочку…
              - Едва ли многим позже моего отбытия из академии следом за Сейфером, - закончила девушка.
              Некоторое время они оба молчали, прикидывая и взвешивая факты.
              - Давай пока не будем делать никаких выводов, - после паузы заключила Квистис. Про слова Райджина о Сейфере парень решил не говорить.

              Встреча с Мастером состоялась за сто метров от академии. Вся округа успела заметно опустеть: ни в небе, ни на земле не было заметно такого оживленного действа, как ранее. То ли тренировки действительно подходили к концу, то ли директор нарочно позаботился об этом. Послышался рокот мотора, и из-за здания вырулила желтая легковая машина наподобие тех, что использовались в Баламбе.
              - Не стоит говорить, что я не являюсь сиидом, - предусмотрительно заметила Риноа. – Так всё будет проще.
              Едва автомобильная дверца распахнулась, все присутствующие вытянулись по стойке смирно. Мастер гальбадианской академии оказался совсем не таким, каким представлял его Скволл, привыкший к образу Сида Крамера. Высокий, подтянутый, с зачесанными назад светлыми волосами, острыми четами лица он в своем длинном плотно застегнутом камзоле темно-синего цвета с желтым воротником неожиданно наполнил Сейфера. Конечно, постаревшего лет на 20, а то и больше. Суровый взгляд серых глаз оценивающе проскользил по шеренге сиидов. В тот же миг Скволл почувствовал пронизывающие тело и сознание потоки магии: директор не просто смотрел, он каким-то образом умудрился тайком бросить сканирующее заклинание. Такого мастерства Скволлу видеть не доводилось. Интересно, его целью стали все присутствующие или только Скволл? Судя по тому, что взгляд Мастера задержался на Риноа, остальные не избежали сканирования, и попытка скрыть тайну девушки ни к чему не привела. Не трудно представить, как она сейчас выделяется среди сиидов под измененным магией взором.
              «Сейчас начнутся вопросы…» - с досадой заключил Скволл.
              Мастер еще немного постоял, как бы раздумывая, но потом заложил руки за спину и, не спеша, зашагал вдоль строя.
              - Вольно! Добрый день. Я Мастер Гальбадия-Гардена, Мартин, - послышался низкий, уверенный голос, определенно напомнивший манеру речи Сида Крамера. – Предлагаю перейти непосредственно к делу. – Он достиг конца шеренги, четко развернулся и двинулся обратно. – У меня официальный приказ от Мастера Сида Крамера. Адресован он, разумеется, вам. Не так давно приказ доставили сюда посланники из академии Баламб, некие Райджин и Фуджин. Думаю, вы должны их знать.
              «Вот значит как! – поразился Скволл. – Хорошее же у Сида предчувствие…»
              «Но… но почему же он не предупредил хотя бы меня!? - едва не выкрикнула Квистис. – Он знал о предстоящем провале…»
              - Следуя пожеланию вашего директора, - продолжал Мартин, - я передаю приказ Скволлу Леонхарту, являющемуся командиром группы, как здесь указано. – Он шагнул к сииду и вручил вскрытый конверт с печатью Баламб-Гардена. – Да, как вы видите, конверт вскрыт, и я прекрасно осведомлен о содержащейся там информации. Дело в том, что при проведении сеанса… - Мартин внезапно замолчал и мельком взглянул на присутствующих, затем спокойно продолжил: - Обсудив сложившуюся ситуацию с Мастером Сидом, мы решили сотрудничать. Ведь в действительности наши позиции не так уж расходятся, в конце концов, у нас одна цель. Для начала, стоит ввести вас в курс дела.
              Мастер, наконец, перестал расхаживать взад-вперед и повернулся к группе. На Риноа он больше не обращал особого внимания. Немолодое, но совершенно не испортившееся от прожитых лет лицо заметно омрачила скрытая тоска, голос стал суровым.
              - Все вы, конечно, знаете о назначении колдуньи на пост посла Гальбадии на планируемых переговорах о мире. Однако совершенно ясно, что это назначение – всего лишь прикрытие, инсценировка благородных помыслов. Никаких разговоров о мире не будет, только угрозы и прямой диктат. Мы думали, что война с колдуньями навсегда осталась в прошлом вместе с этими самыми… - Мастер буквально впился взглядом в Риноа, - колдуньями.
              «Кто… кто… кто? – в самой глубине сознания услышала девушка. – Открой… открой… открой себя» - снова твердит это неприятный шепот. Он тончайшей иглой прокалывает мозг, стремится протиснуться в самые отдаленные уголки. Сердце сорвалось на бешеный перестук. Кажется, еще мгновение, и взывающий шепот беспрепятственно извлечет из головы все мелочи, мысли, всю информацию, все тайны, сокрытые даже от самой Риноа…
              «Исчезни!» - приказала девушка и встретила взгляд Мартина.
              «Открооооо…» - затихая, повиновался шепот.
              - Колдуньями, - повторил Мастер. – Они распространяют вокруг страх, вражду, безумие. О каких мирных переговорах может идти речь с таким послом? В планы Гальбадии входит использовать этот страх в своих интересах. Легко убедить человека в своей правоте, когда он трясется перед тобой, не в состоянии выдавить ни слова. Сомнений быть не может: цель Гальбадии – мировое господство. Наша задача – недопущение вышесказанного.
              Наступила пауза. Мастер повернул голову в сторону небольшого холмика неподалеку и добавил:
              - Академии – не исключение. Более чем уверен, Гальбадия первым делом постарается взять их под контроль. Уже стало известно, что колдунья хочет использовать эту академию, как главную военную базу, а значит Гальбадия-Гарден первая в списке.
              Мартин выдержал паузу и, вздохнув, спроси:
              - Скволл, попрошу задать мне все возможные вопросы. Мое время более чем ограничено в связи с предстоящими… - Он замолчал.
              Командир группы извлек лист и быстро побежал по тексту.
              «Приказ… Делинг… генерал… детали… снайпер… УНИЧТОЖИТЬ» - вспыхнуло пред глазами последнее слово. Изучив всю содержащуюся в приказе информацию, Скволл просил:
              - В миссии решающая роль отводится снайперу. В моей группе такого нет.
              - Верно, - кивнул Мартин, внимательно следивший за командиром. – Это единственное, что вам следовало бы у меня спросить. Снайпер в вашу группу будет предоставлен моей академией. Думаю, помимо моего личного инструктажа, он слышал все, что здесь говорилось. – Мастер снова повернулся в сторону холмика и позвал: - Ирвин Киннеас, подойди к нам, ты ведь снайпер, а не шпион.
              - Что имеют определенное сходство… - тихо заметил голос из-за холма.
              Оттуда же донесся шорох, и над зеленеющей вершиной плавно возник повернувшийся спиной человек. Судя по приставшим к длинному светло-коричневому плащу травинкам, он не утруждал себя неудобной позой для подслушивания разговора. Поверх белого воротника по спине свисала светлая коса, голову покрывала лихо загнутая по краям черная шляпа. Парень легко вскинул на плечо черное ружье, более походящее на дробовик с внушительным барабаном, и задорно обернулся к сиидам. Открытое, совсем молодое лицо с обрамляющими его слегка вьющимися прядями волос, доходящими до скул, легкая улыбка выдавали в Ирвине охотника до женского общества и, весьма вероятно, объект многих этих же, женских, воздыханий. Во всяком случае, так казалось на первый взгляд.
              Спустившись с холма, парень, пародируя своего директора, заложил руки за спину и, слегка сутулясь, побрел вдоль сиидов. По росту он почти не уступал Сейферу, но был заметно стройнее и, казалось, не столь резок в речи. На груди подпрыгивал какой-то золотой амулет, висящий на довольно толстом шнурке вместе с несколькими черными шарами. Едва Ирвин прошел мимо Квистис, она сразу же уловила легкое магическое излучение вещицы, равно как и цепкий оценивающий взгляд голубых со смешинкой глаз.
              - На этом все, - объявил Мартин. – Провала быть не должно. От души надеюсь, что Сид Крамер знал, кому поручает задание… Вернее будет сказать, доверяет нашу Судьбу. Также хочется верить, что не ошибся и я…               Еще раз посмотрев на Риноа, директор с потемневшим лицом направился к машине и был незамедлительно «застрелен» Ирвином в спину из указательного пальца, что торчал из потертой беспалой перчатки.
              - Бах! – озвучил он выстрел. На столько громко, что бы Мастер этого не услышал.
              Тихо рокоча, машина укатила к зданию академии. Ирвин еще раз оглядел присутствующих и отошел в сторонку, словно он здесь случайное лицо и к происходящему не имеет ровным счетом никакого отношения.
              - Скволл, что там?.. – неуверенно спросила Сельфи. Хотя ни у кого не было сомнений в предстоящей миссии, надеяться хотелось до самого ответа командира.
              Скволл отвернулся. Тяжело ему было, неожиданно противно, хотя разумом он понимал: это единственно правильное решение академий… Когда речь шла о колдуньях, альтернативы быть не может. Колдунья – это совсем, совершенно и абсолютно не то же самое, что маг, то есть человек, овладевший могучими силами, пронизывающими мир, силами природы. Колдунья – это ужас, хаос и смерть.
              - Наше задание… - начал Скволл. – Даже не задание, а объединенный приказ академий Баламба и Гальбадии: уничтожить колдунью.
              - Спали меня дракон… - простонал Зелл. Риноа, глядевшая вслед желтой машине Мартина, наконец, обернулась. Она так и не поняла, что пытался сделать Мастер, что он хотел выведать и зачем. Но это определенно был именно он, как оказалось, человек более чем не простой, на месте директора не забывший навыки, отточенные, не за один десяток лет практики. Означало ли это, что и Сид Крамер под обличием мягкого невоенного человека мог скрывать нечто намного большее?..
              - По плану Киннеас, наш снайпер, сделает это с безопасного расстояния, - продолжал Скволл. – Мы же сопровождаем его до места и обеспечиваем поддержку. Если снайпер промахивается, или происходит что-то непредвиденное, в дело вступаем мы.
              - Маленькое уточнение, - вежливо заметил Ирвин. – Какой-то снайпер может и промахнуться, но только не я. Возможно, вам трудно будет это понять, но есть курок, есть мой палец, есть цель и мой глаз. Глаз видит цель. – Парень указал на свой глаз, затем на порхающую над холмом бабочку. - Палец жмет курок. – Черный ствол мгновенно протянулся в сторону холма. - И это приводит только к одному результату.
              Все замерли, переведя взгляд со стрелка на бабочку, но…
              - Вопрос в том, нужно ли это? – неожиданно сказал Ирвин и круто развернулся в сторону пустынных степей, окружающих академию. Грохнул выстрел, вдалеке зашепело и затрепетало в воздухе мелкое создание, отвратительная морда с красными щупальцами. Изрыгнув облако ядовитых испарений, оно скрылось из виду, может быть, сдохло.
              - И если это нужно, цель будет поражена, - подытожил Киннеас.
              Скволл ничего не ответил и только испепеляющее смерил взглядом гальбадианского снайпера. Зелл недовольно скрестил на груди руки.
              - С магией как? – поинтересовалась Квистис.
              - В норме, мисс…
              - Квистис.
              - Квистис, - многозначительно повторил Ирвин. – Помимо стандартного курса закончил спец-направление по ассистирующей магии корректировки траектории и еще кое-что, в моем деле весьма важное. Хранители стихии земли, Братья, некогда побежденные в могилы Безымянного короля, что за заливом на западе отсюда отсюда. Совместимость 70 процентов. Интересует еще что-нибудь, мисс Квисти? – Он нарочно не назвал последнюю букву и заулыбался. – Скажите, а я вас раньше нигде не видел?
              - Вполне возможно, - несколько холоднее, чем хотелось, ответила девушка. – До недавнего времени я являлась инструктором и неоднократно посещала вашу академию…
              - Уничтожить колдунью, - раздраженно повторил Скволл, разговор сразу затих. – Это наш приказ. Прямо сейчас мы направляемся в столицу Гальбадии, город Делинг. Там по указанному адресу встречаемся с неким генералом Карауэйем, человеком, связанным с гальбадианской академией, который посвятит нас во все подробности… - На секунду Скволл замолчал, едва сдержав слово «покушение». Хватит с них покушения на президента. - Операции. Давайте двигаться. Через 20 часов мы должны быть в Делинге. Ирвин, где здесь станция?
              - Точно там, за академией, командир.
              Скволл промолчал и, отбросив ганблэйд назад, зашагал в указанном направлении. Ирвин последовал за командой последним.

              Солнце, на пару часов показавшееся из-за гор, снова скрылось, и тень, еще более густая, чем прежде, легла на красную долину сумрачным покрывалом. Железнодорожная станция оказалась в километре от Гальбадия-Гардена. Когда сииды поднимались по выложенной крупным, аккуратно обработанным камнем лестнице на пирон, Скволл не удержался и задал Квистис вопрос, над которым размышлял по дороге.
              - Ты думаешь, выстрел Киннеаса окажется действенным против колдуньи?
              - Скволл, не знаю, - призналась девушка. – Мы не знаем всей ее силы, но вполне вероятно. Кроме того, Сид не стал бы поручать нам заведомо безнадежное задание. Мы с тобой уже убедились, что он весьма и весьма дальновиден в своих планах. Гораздо более дальновиден, чем может показаться.
              - Да уж… Остается задаваться вопросом, почему он сразу не поделился с нами своими прогнозами относительно Тимбера.
              - Ему виднее, Скволл.
              «Почему ей так нравится слепо следовать приказам, даже не задумываясь об их целях? Почему?.. Клянусь, Сид мне все расскажет. Если…»
              Если только он ещё вернется в свою академию. Второй раз с того момента, когда Скволл выбежал из приемной в стенах Гальбадия-Гардена, он пришел к этой мысли. Первый раз в пылу ярости он не задумался над словами «когда придет мой черед», сейчас же сииду совсем не понравилась такая яркая мысль о поражении и, как следствие, неминуемой смерти…
              Вагон сиидов был пуст. И, учитывая время каникул, напрашивалась мысль, что Мастер приложил к этому руку.
              Сельфи сразу юркнула в коридор, где располагались купе. Ирвин встал у двери и печально смотрел на свою академию до самой отправки поезда. Сейчас, в лучах Солнца она блистала так, что все присутствующие не смогли не приковать взгляды к этому зрелищу. Через пару минут Киннеас, ни слова ни говоря, скрылся за дверью в коридор. Оставшиеся задумчиво разбрелись по обширному тамбуру, а Зелл все так же недовольно глядел в сторону ушедшего снайпера.
              - Ой не нравится мне этот парень! – едва закрылась дверь, сказал Зелл. – Такие вот красавчики улыбаются, а потом бросают тебе в спину что-нибудь из ряда смертельного… Не верю я ему! Он всю дорогу клеился то к Сельфи, то к Риноа, то… Скволл, давай его не пустим в наше купе!
              На это Квистис тихо засмеялась. Уж очень по-детски выглядел сейчас Динч.
              «Вот только внутренних конфликтов еще не хватало», - подумал Скволл, которому Ирвин тоже не слишком понравился, но о чем то большем не было и речи, просто не понравился.
              - Не время сейчас выказывать недовольство, Зелл, - сказал он тихо. – Смирись и улыбайся. У тебя это хорошо получается.
              Повисла неприятная пауза. Зелл не мог решить обидеться ему или нет, но добродушие взяло верх.
              - Как скажешь, командир…
              Скволл махнул рукой и направился в купе, дабы как следует все обдумать. Впереди много часов пути, и, возможно, даже удастся поспать.
              - Сельфи, нам Судьбой предназначено быть вместе! – донесся тихий, вкрадчивый голос Ирвина. Он стоял рядом с Тильмит, облокотившись на подоконник неподалеку от двери в купе. – Ты ведь чувствуешь то же самое?
              - Да… - задумчиво протянула девушка. Казалось, она даже не замечает своего собеседника.
              - О, я слышу, ты вздыхаешь. Я понимаю, это вздох любви!
              - Нет! – тут уж Сельфи оторвалась от заоконных пейзажей. – Какой еще любви!?
              В тот момент Ирвин заметил Скволла, уничтожающе на него смотрящего. В ответ последовала только очаровательная улыбка.
              - Прошу прощения, - вежливо сказал Киннеас, проходя мимо командира по узкому проходу, и вернулся в тамбур.
              - Все нормально? – спросил Скволл.
              - Конечно, - улыбнулась девушка.
              - А с этим, Киннеасом как?
              - Да без проблем! Все хорошо, Скволл. Спасибо. – Она снова улыбнулась, но уже как-то печально. - Сердце вот колотится, как после нашего бегства из Доллета. Волнуюсь, наверное…
              - Может, тебе стоит поспать. Силы нам понадобятся. – Скволл вышел в тамбур, где, как оказалось, Ирвин уже пытался разыграть что-то подобное с Риноа. Леонхарт стиснул зубы: эти выходки пора было кончать. Но Квистис успела первой.
              - Ирвин Киннеас, - почти закричала она, - в нашей миссии ты играешь главную роль, потому попрошу вести себя подобающим образом! Как сиид, а не как пьяный солдат в кабаке!
              Очень медленно улыбка потускнела на лице парня. Не совсем угасла, но потеряла радость и очарование.
              - Вам меня не понять, - тихо сказал он. – Снайперы – одиночки по натуре, они вынуждены ими становиться. Мы годами работаем над собой, отливаем пулю из самих себя. Мы останавливаем собственные сердца ради точности легчайшего прикосновения к курку, учимся глушить эмоции. – Парень отвернулся так, что стал виден только его профиль. – Но стоит только на какое-то время, на мгновение попытаться стать… Знаете, это ведь не легко. Конечно же, я прошу прощения, если обидел чьи-то хрупкие чувства…
              Зелл с размаху вогнал кулак с железный пол, изрядно тряхнув вагон и, бормоча что-то про «расплавленные и отлитые в пулю мозги» ушел в купе. Скволл подождал, пока скроются остальные, и подошел к Ирвину. Какое-то время командир молчал, перерабатывая то, что хотел сказать минуту назад.
              - До завершения задания просто отлей себя в пулю, как ты там учился. А после Делинга, когда закончится наша совместная работа, можешь становиться, кем захочешь. Это всё.
              Уже возле двери снайпер окликнул командира:
              - Скволл, а тебе не бывает одиноко, тебе не хочется хотя бы изредка почувствовать себя не сиидом?
              Тот остановился.
              - Мне кажется, ты тоже не слишком страдаешь от избытка друзей и общения. Не устал от этого? – продолжил Киннеас.
              - Привык.
              - Что, давно уже такой?
              Скволл обернулся.
              - Что тебе надо? – холодно спросил он.
              - Ничего особенного, - успокаивающе поднял руки Ирвин. – Просто хочу лучше узнать людей, с которыми довелось работать. Вы мне нравитесь. Все.
              Спокойно, мирно, очень… по-доброму прозвучали его слова. Раздражение мгновенно испарилось.
              - Я не знаю, каким был раньше, – признался Леонхарт и направился в купе.

              С юга быстро надвигалась могучая стена скал. Неприступные своды с одним лишь нешироким проёмом для рельсов отделяли долину Монтероза от остальной территории Гальбадии. Через несколько часов пути мрачное ущелье осталось позади, и красные равнины стали уступать место полям, покрытым жухлой травой и мелкими кустистыми деревцами. Здесь начинался самый благодатный в Гальбадии западный район. Солнце начало непривычно быстро клониться к горизонту, поскольку западная приокеанская территория славилась своей особенностью: день здесь был необычайно короток. Сам же столичный Делинг и прилегающие к нему территории и вовсе исконно пребывали в вечной ночи, им не были свойственны даже сумерки. И, тем не менее, город процветал.
              Вот уже больше часа Зелл, доставший откуда-то толстую колоду карт, изображающих мировой бестиарий, отчаянно резался с Сельфи. Вскоре после начала пятой партии к ним подсела Квистис.
              - Я играю с победителем.
              - Какие правила принимаем?..
              - Нет, только без стихий!
              - Боишься?
              - Переверну всю доску одним комбо! - доносились с их стороны приглушенные и какие-то заговорщиские реплики.
              Ирвин устроился в кресле у входа и, сдвинув шляпу на глаза, дремал. Или делал вид. Тихие переговоры картежников наводили на оптимистические мысли и будили в памяти что-то старое, минувшее. Ничего страшного, что он им не понравился, ведь видно, что они неплохие люди, просто не привыкшие к его манерам. Зато он при деле, движется на встречу неизвестному в компании ему подобных. Наконец-то он не один, прямо как когда-то давно, в оставшемся в прошлой жизни детстве, воспоминания о котором, к сожалению, уже далеко не так ярки. Сохранилось светлое, радостное чувство, уверенность в безграничности мира, в величии волшебства, что пронизывает этот мир. Уверенность, что он находился в самом прекрасном месте, хотя сейчас уже не может припомнить этого самого места. Он познавал первые истины жизни вместе с теми, чьи лица подернуты туманом, он любил их и по детской наивности верил, что так здорово будет всегда. А сейчас Ирвин надеялся, чтоб хотя бы то немногое, то светлое пятно с образами любимых людей, что осталось от детства, не исчезло окончательно, как однажды оборвалось безмятежное счастье.
              Риноа сидела у окна и отрешенно смотрела на меркнущие в близящейся ночи небольшие гальбадианские городки, разбросанные вдоль железнодорожных путей. Сейчас она осознала, что являет собой обузу для сиидов. Если раньше по праву нанимателя она могла требовать, что бы они взяли ее с собой, то после приказа Сида Крамера её пожелания вряд ли стоит принимать в расчет. И что она вообще добилась, подписывая контракт с академией Баламб? По ее ложным данным они провалили операцию с президентским поездом, по ее взбалмошному желанию состоялся безумный налет на телестанцию, и получается, что она же сгубила Сейфера. Бежала с ними в Гальбадию и продолжает, словно маленькая девочка за взрослыми, тащиться уже на задание академий. Если честно, то Риноа удивлялась, как Скволл до сих пор ничего не сказал ей по этому поводу?.. Она осторожно повернулась в его сторону и тут же поймала тяжелый взгляд командира, что замер на все время пути в углу дивана, подальше от Зелла и других.
              «Ну, вот и все», - безнадежно подумала девушка.
              Скволл еще некоторое время безотрывно смотрел на нее. Отчего-то вспомнился выпускной балл сиидов и она в своем белом платье, загадочно показывающая на окно в потолке.
              «Что это означало?» - чуть было не вырвалось у Леонхарта. Вместо этого прозвучало давно обдумываемое:
              - Так или иначе, мы продолжаем бороться за независимость Тимбера. – Разговоры со стороны картежников затихли. – Полагаю, мы совмещаем контракт с Лесными Совами с приказом академий?
              - Да… - неуверенно ответила Риноа.
              - В таком случае, ты пока остаешься с нами.
              Риноа тяжело выдохнула и кивнула, а, заметив, как из-за спины Скволла радостно машет Зелл, широко улыбнулась.
              - Спа… спасибо. Вы не представляете, что это значит для меня. – Риноа отвела глаза и потрепала замершего рядом Анжело. – Я ненавидела своего отца за то, что он запретил мне поступать в академию, но ничего не могла тогда поделать. Его власть была слишком сильна. А когда я все же нашла силы вырваться из-под его покровительства, было уже поздно… Сейчас я понимаю отца, его стремление оградить меня не только от академий, но и от всего мира.
              - Неужели?.. – Квистис сразу стала ясна причина этого.
              - Да, когда очень рано теряешь жену, то оставшийся после неё ребенок получает двойную порцию внимания, любви, переходящей в почти маниакальное стремление защитить. Отца нельзя за это винить, мне надо было сразу это понять.
              С другой стороны купе послышался глухой смешок. Ирвин поправил шляпу, не поднимая ее с лица, и значимо прокомментировал, выделяя каждое слово:
              - Винить! Отца! За сильную! Любовь!
              И все присутствующие поняли смысл этих слов. Все, кроме Риноа, которая попросту не знала, чего были лишены почти все здесь присутствующие, в том числе, как оказалось, и Ирвин Киннеас.
              На глубоко-черном гальбадианском небе ярко мерцала бесчисленная звездная армия. И, словно подражая ей, далеко-далеко впереди, за тьмой, мерцал миллионами разноцветных огней город вечной ночи. Поезд мчался в Делинг.

0

24

ГЛАВА 23
ИНСТРУКЦИИ КАРАУЭЯ
              Светящейся в ночи змеёй состав вполз в широкий тоннель под городом, не спеша, прогромыхал по шпалам и выкатил с сумрачное здание подземного вокзала в Делинге. Словно опасаясь чего-то, сиииды по одному вышли на пирон. Пассажиров было не много, и они, стараясь не выделяться, двинулись к эскалаторам. Узкие колонные уходили к невидимому потолку без единой люстры или хотя бы лампы, все прочие детали и даже стены оказались неразличимы. Единственным источником света здесь были окна состава, несколько фонарей, повешенных на колоннах, да нечастые сигнальные огни на ограждениях. Оно и понятно, ведь живущим в постоянной ночи жителям не слишком нужен свет, а о приезжих правление города заботилось ровно на это самое скудное освещение. Однако когда сииды перешли на второй эскалатор, поднимающийся непосредственно в город, источников света заметно прибавилось. Скволл заметил позади над небольшой вокзальной аркой механические часы: 11.47. Вот только чего? Припомнив часовой пояс Делинга и время пути из Гальбадия-Гардена, сиид удостоверился, что 11.47 дня.
              Эскалатор вынес приезжих на бульвар, сразу за которым раскинулась площадь, окруженная плотной стеной деревьев. Там, вдалеке, куда уходила одна из выходящих на площадь улиц, вознеслась роскошная арка, ярко подсвеченная прожекторами. Там же, где-то возле нее в небо светили разноцветные прожектора, некоторые из них проецировали какие-то символики на низкие ночные облака. Справа и слева от арки небо заслоняли огромные воздушные шары причудливых форм и расцветок. Вокзал не оправдал опасений: сам город оказался ярко освещенным, пожалуй, даже слишком для обычного времени.
              - Праздник у них что ли? – задался вопросом Зелл.
              Едва сииды прошли несколько шагов к площади, как Динч снова воскликнул:
              - Вот так дела! Сель, Скволл, вы узнаете всё это!
              Картина и правда была подозрительно знакомой для людей, впервые приехавших в город. Фонтан по центру площади, перекресток дорог, да и сама арка! Тогда она была не столь ярко освещена, деревьев было меньше... Но сииды тут были, они видели все это вместе с отрядом Лагуны Лоира тогда, в поезде, идущем в Тимбер!               - Да…, - отозвалась Сельфи. – Конечно, так и должно быть, но это всё равно поражает. Как знать, может те солдаты и сейчас где-то в городе? Если еще живы, конечно…
              Скволл вспомнил про столкновение троих гальбадианцев и спецотряда Эстара на широком выступе на скале. Будь они сиидами, а не рядовыми солдатами, победа непременно осталась ба за ними. А так, не исключен конец бравой троицы. Впрочем, какая ему, Скволлу, разница?
              - Идёмте, - сказал он. – Времени у нас нет.
              - Нам сюда, - осторожно заметила Риноа, указывая на то место на тротуаре, где, судя по всему, останавливались автобусы. Назвать его остановкой можно было с трудом: просто отсутствовало часть ограждение площади, и стоял человек в черном костюме и фуражке кондуктора. Скволл внимательно посмотрел на Риноа, впрочем, как и все присутствующие.
              - Я… Просто я слышала, как ты назвал фамилию Карауэйя. Это довольно известный в Делинге человек, и я знаю, где его дом.
              - А, - понимающе откликнулся Зелл. – Это всё объясняет.
              - Я же здесь родилась, - добавила девушка.
              Автобус оказался совсем небольшим, и пятеро сиидов и Риноа вместе с еще несколькими пассажирами заняли все места. Ловко развернувшись на площади, он помчался по не слишком широким, но буквально светящимся словно изнутри улицам. По обе стороны тянулись горящие, мигающие, движущиеся названия всевозможных заведений. Гостиницы, бары, кафе, банки, кинотеатры, снова гостиницы… Казалось, этому потоку не будет конца. Люди оживленно двигались во всех направлениях, переговаривались, смеялись, кричали, создавая неутихающий шум толпы. Изредка показывались группы солдат, но сейчас их было совсем мало по сравнению со сном, когда те будто бы заменяли всё население.
              - А здесь работала мама, - послышался тихий голос Риноа.
              Скволл посмотрел, куда кивнула девушка, и невольно расширил глаза.
              - Здесь!? – выкрикнул Зелл, привлекая внимание пассажиров, и без того подозрительно поглядывающих на молодёжь. – Но ведь это… Скволл, это ведь оно, да?
              Ответила Сельфи:
              - Немного изменилось оформление, но определенно тот самый ресторанчик из сна.
              - Кем, говоришь, она работала? – спросил Скволл. Возникшая догадка была вполне правдоподобной, но не менее удивительной.
              - Она играла там на рояле. А потом… Папа рассказывал, что она даже написала песню, не задолго до моего рождения. – Риноа тяжело вздохнула. – Вот только исполнила ее всего пару раз.
              Несколько минут никто не произносил ни слова. Ресторанчик давно скрылся из виду, автобус уже ехал по тихим улицам, освещенным только фонарями и окнами жилых домов, по большей части частных особняков.
              - Как я понимаю, последние слова Риноа имеют скрытое от меня значение, - вежливо заметил Ирвин и посмотрел на Квистис – она только пожала плечами.
              - Тресни мои кости! – прошипел, наконец, Зелл. – А её случайно не… Маму твою как звали?
              - Джулия Хартилли, - ответила девушка. – После того, что ты мне рассказал, Зелл, я понимаю вашу реакцию. Я думала над этим, но не могу понять, каким образом объяснить ваш сон.
              - Она все же написала эту песню, - мрачно произнес Скволл.
              Риноа поднялась и прошла к выходу. Следом подошел Скволл и позвал остальных. Пустынная тихая улица оказалась совсем такой же, по каким не раз гуляли сииды в своём родном Баламб-Сити. Такой знакомый поздний вечер, только за тысячи километров от дома. И если забыть, что время едва перевалило за полдень… Перейдя дорогу, они оказались у ворот большого старинного особняка с гальбадианскими флагами на стенах, подсвеченных с земли прожекторами. Судя по дому, аккуратному саду, генерал пользовался уважением и был весьма состоятельным человеком. Привратник, внимательно осмотрев сиидов, не произнося ни слова, протянул руку вдоль небольшого моста к крыльцу особняка. Он, конечно, был предупреждён о гостях и имел указания не задавать вопросов.
              - Я вот что думаю, - сказал Зелл. – Риноа, извини за вопрос, но твой отец случайно не... не тот, про кого я тебе рассказывал в лесу? – Они уже поднялись по ступеням и подошли к массивным дверям дома.
              - Вздор…, - пробормотал Скволл.
              - Ты имеешь в виду Лагуну? - грустно улыбнувшись, спросила девушка. – Нет, все куда проще… По отцовской линии я – Риноа Карауэй.

              Вот уже около получаса в просторном кабинете генерала Карауэйя висела тишина. Ирвин, усевшись за рабочий стол и закинув на него ноги, лениво водил взглядом по светло-зеленым стенам с белой выделкой, по розовым шторам, полкам, заставленным книгами и хрусталем, добротной старинной мебели, по Квистис, задумавшейся на одном из кресел… Первой не выдержала Риноа.
              - Да это невозможно! Заставлять столько ждать! Пойду найду его. – Она вскочила и стремительно направилась к двери, но через секунду вернулась обратно и добавила: - Только не оставляйте меня здесь…
              - А в чем дело? – спросил Скволл.
              - Да так… Это пожелание вашего нанимателя, если не возражаешь, - не слишком уверенно ответила девушка и скрылась за дверью.
              «Что ни час, то новые открытия, новые приказы... По всей видимости, у неё не все гладко в отношениях с отцом. Ладно, только бы это не помешало нам».
              - Ну и как вам это нравится? – воскликнул Зелл. – Лично мне всё напоминает какую-то заранее спланированную интригу.
              Но никто не успел ответить, в дверь резко вошел человек, усомниться в личности которого было невозможно. Черный военный камзол с нашивками гальбадианского генерала, властный несколько колючий взгляд черных глаз на аристократическом, покрытом не частыми, но глубокими морщинами лице говорили за себя: перед сиидами стоял хозяин дома.
              - Могу я спросить, где Риноа? Она пошла искать вас, - слегка поклонившись, спросил Скволл. До чего же схожи были их глаза! У генерала они оказались с необычно большими, почти во всю роговицу зрачками – особенность жителей Делинга, не видящих дневного света. Некогда насыщенно-черные, сейчас уже с проседью волосы он также передал девушке.
              - Кажется, вы не понимаете простых вещей, - медленно произнес генерал. – Она не прошла всех ваших тренировок, она не боец и может стать вам помехой, что совершенно недопустимо сейчас. Риноа не примет никакого участия в предстоящей операции.
              - Я понимаю, что как отец…, - начал Скволл, но Карауэй резко перебил его.
              - Отец!? Я даже не помню, когда она в последний раз так меня называла. Временами я сомневаюсь, было ли это вообще.
              - Выходит, что отец – генерал гальбадианской армии, - неожиданно высказал Зелл, - а дочь – член антиправительственной группировки! Это плохо, очень плохо… - Парень затих, едва генерал посмотрел в его сторону.
              - Это действительно проблема, но! – Карауэй выдержал паузу. – Это наша проблема, молодой человек. И никого кроме меня и моей дочери она не касается. У нас много гораздо более важных дел, ради которых вы сюда и прибыли. Так давайте ими и займёмся!
              «Ну нет, так не пойдёт, - подумал Скволл. – Так я буду вынужден пренебречь пожеланием нанимателя».
              - Я не знаю и не хочу знать о ваших семейных делах, - спокойно заметил Леонхарт, - но попрошу и вас не вмешиваться в мои приказы. Вам, как генералу, известно значение приказов. Риноа – наш наниматель, и её пожелание было не оставаться в этом доме.
              - А если я вмешаюсь? – не менее спокойно спросил генерал, безотрывно глядя на Скволла.
              «И что на это ответить?.. Я буду делать то, что должен».
              - Мы, сииды, будем выполнять приказ. – Парень почувствовал, как Квистис и Сельфи, стоящие позади, подступили на шаг.
              - Эй, господа! – умиротворяюще прозвучал голос Ирвина. – Мы здесь, чтобы прихлопнуть колдунью. – Генерал посмотрел на наглеца, взвалившего ноги на его стол, и Ирвин тут же оказался перед столом в стоячем положении. – Так давайте действовать, как сказал сам генерал!
              - Здравая мысль, - заметил Карауэй и направился к двери. – Я посвящу вас в детали плана. Поторопимся, пока не начал собираться народ… Следуйте за мной.
              Когда они покинули особняк и вышли на улицу, всё так же остающейся пустынной, генерал продолжил:
              - Эдея, колдунья, назначена послом Гальбадии. Многим понятно, что правильнее будет сказать «назначила себя послом», однако, президент уже не в силах что-либо изменить. Её власть слишком сильна над ним, жадным до власти…
              «Эдея… Какое необычное имя. Уж кому бы им называться, но только не тому существу…» - подумал Скволл.
              - …сегодня вечером будет праздноваться это событие. Церемония вступления в должность будет проведена в резиденции президента. Во время неё вы разделитесь на две группы и выйдете на заранее определённые позиции. Первая диверсионная группа проникнет внутрь арки и будет ждать. Вторая снайперская группа будет ожидать окончания церемонии рядом с резиденцией. Не надо пока вопросов, я все покажу на месте.               По вечно ночному Делингу сииды дошли до площади у невысокого, но красивого здания президентской резиденции, каждый угол которой освещался невидимыми лампами. Её территорию окружал высоченный забор толстых стальных прутьев. Далеко справа гордо высилась арка.
              - Вот здесь и будет стоять снайперская группа, - сказал генерал. До мощных ворот резиденции было около двадцати метров. – Когда завершится выступление президента и колдуньи, там, на сцене на крыше, тогда начнётся парад в честь Эдеи. Шествие, возглавляемое движущимся пьедесталом колдуньи, проследует из этих ворот и повернет налево. Вы стоите в толпе и не предпринимаете никаких действий до этих самых пор. Если снайперская группа чем-то привлечет внимание раньше и вызовет подозрения, то парад могут отменить. Когда ворота откроются, снайперская группа проникнет на территорию резиденции.
              - Это будет так легко сделать? – усомнился Скволл.
              - Можешь мне поверить, - нехорошо усмехнулся генерал. – После выступления колдуньи парад отвлечет внимание толпы и охраны, полностью отвлечет. Главное – подождать, пока шествие свернет с этой площади. Далее группа пробирается на крышу по припаркованному вблизи здания грузовику. Я позаботился, что бы его не разгружали какое-то время… В коридоре позади сцены в полу есть люк, он ведет в часовую башню. Видите? – Карауэй показал на возвышение над резиденцией, на котором светилось красным табло электронных часов. – Вы будите находиться где-то под ней. В башне найдёте специальную снайперскую винтовку. Ждите 20 часов.
              Генерал замолчал и внимательно оглядел окрестности. Потихоньку начинали собираться горожане.
              - Нам пора уходить. Пойдёмте к арке.
              Не спеша, он пошел по тротуару, заложив руки за спину. Сииды задержались, приглядываясь к незнакомой местности, и это неожиданно открыло перед ними интересное зрелище: едва генерал отошёл на несколько метров, как вместо него по тротуару уже прогуливался невысокий коренастый гражданский в серой шляпе. Человек обернулся, демонстрируя скучное лицо, и повторил:
              - Пойдёмте-пойдёмте.
              Стоило оторопевшим сиидам догнать его, как впереди снова шагал генерал.
              - Неужели вы думаете, что я буду разгуливать по Делингу с будущими государственными преступниками и не позабочусь о безопасности? Не отходите от меня далеко, и не придется снова удивляться. Потому и спешу убраться с улицы до существенного скопления народа. Не хотелось бы приближаться к кому-нибудь… Вечером это уже не будет так важно, но сейчас пока еще опасно.
              Когда своды могучей арки нависли над головами, Карауэй остановился у неприметной двери и обернулся к команде.
              - Во время парада шествие опишет круг по городу и вернётся на площадь перед резиденцией, затем свернет на улицу, по которой мы только что прошли, и проследует под аркой. В 20 часов ровно! В этот момент те из вас, кто будут внутри, активизируют механизм, в результате опустятся решётки с обеих сторон арки, блокируя колдунью. – Генерал развернулся к резиденции, что светилась в дальнем конце улицы. – Я говорил, что снайперская группа дожидается двадцати часов в часовой башне, поскольку ровно в это время её механизм поднимет над резиденцией площадку с голограммами этих идиотских клоунов. Вы окажетесь на ней, вы окажетесь над всеми преградами и вне поля зрения кого бы то ни было. У снайпера будет только один выстрел. И… Скажу прямо, мы не уверены, то это убьет Эдею.
              - Ну, хорошо, - отозвался Ирвин, - у меня есть два вопроса. Можно?
              Генерал молчал, и парень продолжил:
              - Во-первых, почему обязательно опускать решётки, поднимать панику, если можно всё сделать по-тихому? И, во-вторых, почему у меня только один выстрел? Конечно, мне его хватит, просто интересно почему?
              - Оба эти вопроса проистекают из неведения силы колдуньи. Вы поймете, что во время шествия она будет неуязвима, распространяя свое влияние на город. Вас, как сиидов, не должна затронуть её сила, или, во всяком случае, вы будите способны сопротивляться ей. Вот еще одна из причин, по которой Риноа не следует участвовать: она не защищена. А выстрел… - Снова печальная усмешка. – Если неудачей обернётся первый выстрел, другим и подавно ничего не светит. Вот и всё. Теперь остается только ждать вечера. Мне надо возвращаться в свой особняк; скоро здесь станет весьма людно. Около 18 часов устроим там последнее собрание.               Уже из-за плеча Карауэй сказал:
              - Не смею навязывать вам своё мнение, но лучше бы вам отсидеться в доме. Неприятности нам совершенно не нужны.
              Сииды поглядели друг на друга и по негласному согласию двинулись следом за неприметным человеком в серой шляпе.

              За время, проведенное в особняке, Риноа так и не появилась. Скволл возвращался к мыслям о её пожелании, но рациональность брала верх над правилами: Риноа совершенно не нужно находиться в гуще событий. И пусть она потом пишет жалобы в академию, сейчас важнее разобраться с колдуньей. Парень пытался понять, что он чувствует сейчас, сходно ли это с испытываемым перед экзаменом в Доллете? Тогда – волнение, легкий страх, желание доказать свои способности. Сейчас… Сейчас ничего этого не было. Все лишнее ушло, осталось там, на изуродованном пляже Люпин, где закончил свою погоню робот-паук. Так давно и столь недавно. Похоже, Скволл становится настоящим сиидом, хладнокровно идущим по пути к выполнению приказа. Слабая мысль о том, с кем предстоит встретиться, оплошай Ирвин Киннеас, растворилась на подступах к активной зоне сознания. Чудовищная птичья маска существа в телецентре Тимбера – галлюцинация, навеянная злым волшебством и ничего более.
              Генерал Карауэй вошел в кабинет ровно в 18.00 и с порога заговорил прямо по делу, глаза его горели азартом:
              - Что касается групп… Снайпер и командир составят снайперскую группу. Почему со стрелком пойдет именно командир? Это необходимо, если операция по каким-либо причинам провалится. – Он искоса посмотрел на Ирвина: тот весело помахал рукой, и генерал отвернулся. – Скволл, как лидер, должен будешь в открытую атаковать колдунью. Правда, в этом случае до неё еще предстоит добраться… И, Скволл, - генерал протянул руку и сжал плечо сиида, - Эдея должна умереть любой ценой, ибо последствия неудачи будут ужасны. И, в первую очередь, для вашей академии. Официально, Баламб не причастен к покушению на нашего президента, но не думайте, что все так уж хорошо на самом деле. Едва известия об этом дошли до нас, я был уверен, что тут не обошлось без моей дорогой тимберской дочери и Баламб-Гардена, и что теперь она непременно явится сюда вместе с сиидами. До поры всё будет тихо, но не более того.
              Генерал сжал кулаки, лицо его дернулось от нервной судороги.
              - Диверсионная группа, - полминуты спустя, обратился Карауэй к остальным, - вам следует ожидать нападения сразу после активизации решёток. Вырваться из арки будет сложно, но позиция там удобная, так что сдержать атаку сумеете. В крайнем случае, можно скрыться в канализационных тоннелях, но… Я бы не советовал. Лучше всего продержитесь до падения колдуньи. После сами увидите, что всё закончится.
              - Что вы имеете в виду? – спросила Квистис.
              - Вы думаете, господа сииды, что Гальбадия в последнее время проявляет агрессии по воле правительства во главе с президентом? В таком случае, вы, наверное, считаете меня изменником своей страны, но видит Судьба, нет большего её патриота, чем я. Я мог бы много вам поведать, но не время. Скажу только одно: Гальбадия со всеми её жителями, а в первую очередь военными, переходит под контроль колдуньи. Я считаю это величайшей бедой. Когда же не станет Эдеи, исчезнет и пагубное влияние её чар.
              - Всё ясно, - сухо сказал Скволл и обернулся к команде. – Квистис, тебе не привыкать, так что назначаю тебя лидером диверсионной группы.
              Зелл разочарованно вздохнул, но Леонхарт понимал, что из этой троицы пока только Квистис способна принять необходимые функции лидера. Девушка, улыбнувшись, ответила:
              - Конечно. – Однако к разочарованию в себе самой она уловила слабое возмущение, что инструктора, пусть и бывшего, назначает её же ученик, пусть и бывший…
              - Вот и отлично, - поддержал Карауэй. – Тогда выдвигаемся на позиции.
              Генерал сунул руку во внутренний карман и беззвучно зашевелил губами. На миг его фигура приняла облик другого человека.
              - У нас свои тайны, - ответил он немому вопросу сиидов и покинул кабинет. Скволл и Ирвин вышли следом.
              Зелл радостно потирал руки, не сводя глаз с нового командира.
              - Ну что, ребята, давайте сделаем всё, как надо, - сказала Квистис.
              - Следуем вашим приказам, инструктор! – поддержал Динч и показательно замаршировал к двери, едва не столкнувшись с вылетевшей оттуда Риноа. Залпом запыхавшаяся девушка выпалила:
              - Наконец-то я выбралась! Карауэй меня запер наверху! А что здесь было, Скволл где?
              - Извиняюсь, Риноа, но нам надо идти, объяснять некогда, – ответила Квистис. – Все роли распределены, и твоего участия нет.
              - Погодите! – словно не услышала девушка. – Взгляните на это.
              Риноа подняла золотой браслет с черным осунувшимся лицом с красными глазами на поверхности. Вещь явно магическая…
              - Браслет Одина! – радостно сообщила Риноа.
              - И… Что с ним делать? – спросила Сельфи.
              - Ну, по идее, он должен ослабить мощь колдуньи. Но его эффект не совсем известен… Я не до конца уверена, что его можно использовать в нашей миссии… - Кажется, она сама поняла, как глупо было сейчас вылезать с этим предложением.
              - Не зря он называется именем Одина. Сильная, наверное, штука…, - неуверенно произнес Зелл и покосился на командира.
              - Так что именно ты собираешься с ним делать? – медленно сказала Квистис тоном, не сулящим ничего хорошего. – Использовать против колдуньи! Но как? Когда?
              Квистис шагнула к Риноа, не сводя с неё презрительного взгляда.
              - Надо это обсудить…, - тихо ответила та.
              - Обсудить!? У нас нет на это времени! Скволл и Ирвин на пути к своей позиции. Нам следует быть там же, а не разгадывать тайны магической вещицы! Твоё стремление влезть в отряд вызвано только лишь желанием насолить заботливому и любящему отцу. Ты не можешь быть с нами, поскольку воспринимаешь происходящее, как игру! Может быть, Скволл и обязан прислушиваться к твоим прихотям, но не я. – И круто развернувшись, добавила: - Группа, уходим.
              Сельфи ушла сразу, Зелл еще немного постоял, виновато переминаясь с ноги на ногу, но не нашел, что сказать и выбежал следом за командиром. Риноа осталась одна. Она бессильно смотрела на оставшуюся открытой дверь. После слов Квистис азарт в душе сменился холодной пустотой, не хотелось ничего, просто опуститься на ковер и заплакать… Так она и сделала, разве что плакать не стала, а только прошептала:
              - Почему же как игру?.. Я понимаю, что происходит, и это не игра.
              Искусственно-праздничный вечер в Делинге вытащил на улицы едва ли не всех жителей. Дороги, ведущие к резиденции президента, перекрыли угрюмые солдаты, оставив для прохода только тротуары. Люди с каждой минутой стягивались к маршруту, по которому предполагалось следование парадного шествия колдуньи Эдеи. Но уже сейчас в них, делингийцах, прослеживалась странная особенность: большая их часть находилась словно в полусонном состоянии. Они разговаривали, но как-то приглушенно, двигались, но как-то неуклюже и медленно. На уверенно двигающуюся компанию никто не обращал внимания. Генерал, выбравший маршрутом неприметную тёмную аллею с маленькими фиолетовыми фонариками по обочинам, шел впереди, сзади метрах в пяти – Скволл с Ирвином, Квистис с остальными еще дальше.
              - Ирвин, - тихо сказал Скволл, - если мне придется нанести удар по колдунье, ты должен будешь последовать за мной. Понимаешь?
              - Спокойно, командир, я верно сделаю своё дело, - ответил снайпер, но не так бодро, как прежде. – А вообще, конечно, я никуда не денусь.
              Вскоре Киннеас спросил:
              - Скажи, ведь верно, что сииды не должны ставить под сомнение приказы, свою миссию?
              «Кое о чем я бы сам хотел узнать... Но ему сойдёт и это», - подумал Скволл и ответил:
              - Бывают моменты, когда ты противишься установленным правилам, хочешь поступить не так, как требует устав… Я думаю, это и есть проверка, можешь ли ты быть сиидом. У тебя какая-то проблема?
              Некоторое время Ирвин молчал, задумчиво рассматривая надвигающуюся арку.
              - Если бы ты точно знал, что твои враги – чистое зло, ты бы поневоле прилагал бы больше усилий для победы над ним, ведь так?
              «Истина и ложь – это не совсем то, что олицетворяем мы и наши враги. Это наши вынужденные позиции, иногда, наши взгляды на вещи…», - подумалось Леонхарту, и он ответил:
              - Да, но ты говоришь «чистое зло», а существует ли оно? Каждый прав со своей стороны. Мы только выбираем, на какую сторону встать. Это моя позиция, и потому я не знаю, как убедить себя в чистоте зла, с которым ты борешься.
              - Означает ли это, что колдунья по-своему права? Что она не является чистым злом? Понимаешь, я чего разговорился на эту тему… Странные мысли появились. Умом понимаю, что Эдею необходимо уничтожить, но что-то противится.
              - Это её чары, не обращай внимания. В 20 часов это пройдет, - заверил Скволл, игнорируя точно такое же сомнение в собственной душе. Была в этом имени своя неповторимая особенность, совершенно не нужная сейчас особенность…
              Под аркой у той самой неприметной двери генерал остановился и подождал Квистис.
              - По лестнице за этой дверью поднимитесь на второй уровень. Там и найдёте устройство для опущения решёток. Глядите через окошка на часы и на саму процессию. Как только пьедестал Эдеи въедет под арку – жмите. Учтите задержку в секунд пять.
              Квистис кивнула и, улыбнувшись Скволлу, отворила дверцу. Зелл хлопнул его по плечу и бодро сказал:
              - Увидимся после!
              Сельфи подмигнула и, помахав, притворила за собой дверь. Никто из многочисленных людей даже не посмотрел в их сторону, внимание всех было намертво приковано к зданию резиденции. Даже строй солдат стоял спиной к арке.
              «Ну что же, Квистис, увидимся…», - почти безнадежно подумал Скволл и пошел за генералом.
              Изрядно потрудившись, пробираясь сквозь толпу, они вышли к резиденции. Сцена с кафедрой и микрофоном на крыше еще пустовала, но Карауэй заметно нервничал.
              - Когда она начнёт речь, - быстро сказал генерал, - старайтесь не слушать. Ей необходимо добиться популярности в народе, и она сделает это. Будет тяжело, но не слушайте, сосредоточьтесь на деле. Все, я ухожу. Удачи, во имя Гальбадии.
              В мгновение он растворился среди пестрого народа. Светящиеся красный цифры на часах показывали 18:31.

              Квистис понимала, что глупо это делать сейчас. Да, глупо, но ведь ничего страшного не случится! Остановить Риноа было нужно, но не такой ценой. Все можно сделать иначе… А после этих её слов, девушка может выкинуть все, что угодно. Вплоть до того, что сунется со своим браслетом прямиком в гущу шествия и тем самым обрушит все планы.
              - Я совершила ошибку, - произнесла Квистис. – Непростительная в данном случае суровость… Она только помешает.
              - Чего? – не понял Зелл.
              - Мне необходимо это исправить…
              - А, ты про Риноа. Но ведь не сейчас!?
              - Именно, Зелл. Сейчас же. До 20 часов еще долго. Вы двое ждите меня здесь, я быстро.
              - Ждать? Ну уж нет, инструктор!
              - Квистис, разделяться нельзя. Раз ты этого хочешь, то мы идём с тобой, - отрезала Сельфи.

              - Выбралась. И как до сих пор не улизнула только? – Генерал Карауэй недовольно скрестил руки на груди. – Пойми, снаружи скоро воцарится хаос. Здесь ты будешь в безопасности, а сииды сделают своё дело и без тебя.
              - Ты только и печешься о моей безопасности, - прошептала Риноа, так и не поднявшись с пола, - но никогда не принимал в расчёт мои желания. – Риноа уже решила, вот только уйдет отец…
              - Ты…, - Карауэй не нашел, что ответить. Сколько было подобных разговоров, так ни к чему ни приведших. Он вышел из комнаты и легонько коснулся выступа на раме картины снаружи кабинета. – Вот и посиди…
              «Что!? – Риноа уловила слабые механические щелчки и мгновенно вскочила на ноги. Этот звук ей хорошо был знаком: все двери в доме отца имели скрытые запорные механизмы. – Ну уж нет! Не в этот раз!»
              Девушка выскочила из кабинета и юркнула в первый подвернувшийся коридор, вжимаясь в стену. Со стороны парадного входа доносился шум шагов. «Не возьмете! Не запрёте!» - повторялось в голове с маниакальной частотой. Едва шаги стихли, Риноа кинулась к дверям и исчезла в саду перед домом генерала.

              Кабинет пустовал.
              «Неужели опоздала?..» - едва подумала Квистис, как позади что-то громко щелкнуло, и следом грохнула захлопывающаяся дверь.
              - Эй! – Зелл отчаянно схватился за дверную ручку. – Что за дела!? Похоже, генерал снова хотел запереть Риноа, но…
              - Но попались мы, - закончила Квистис, ощущая, как мерзкий холодок ползет по спине. – Проклятье! – Злость мгновенно прогнала холод. – Эта девчонка хитрее, чем я думала! Сейчас она наверняка идёт на встречу к Эдее. Будь она с нами…
              «Нет! Некогда «если бы да кабы»! Скволл ждет твоих действий. Думай, инструктор, а ни то грош тебе цена!»
              - Отойдите от двери, - спокойно произнесла Квистис. Глаза её медленно закрылись, и через несколько секунд в них разлилось нестерпимое жжение. Сперва оно хлынуло из сознания, охватило мозг, прошло по глазным нервам и вырвалось наружу…
              Табло на часовой башне показывало 19.01.

0

25

ГЛАВА 24
ВОСХОЖДЕНИЕ КОЛДУНЬИ
              Её слова подействовали почти мгновенно.
              - Я Риноа Карауэй, дочь генерала Карауэйя. По совету отца я пришла выразить своё почтение госпоже Эдее. – В голосе ни ноты сомнения в собственных словах. Они простые солдаты, но не знать в лицо дочь генерала было бы из ряда неуважения к оному. Вот только, судя по глазам охранников, в тот момент они не думали ни о каком уважении, если вообще способны были думать хоть о чём-то…
              Через несколько секунд девушка уже шла по небольшой площади на территории резиденции президента Винзера Деллинга. Она не замечала, что у самого здания не оказалось охраны, что шаги её, частично гасимые толстым ковром на широкой мраморной лестнице, глухо отдавались в абсолютной тишине резиденции. Не слышала она и высоких речей президента, что уже начал восхвалять великую колдунью перед тысячами стекшихся сюда горожан, ликующе возносящих руки в ночное небо. Весь Делинг незаметно для людей погружался в единую эйфорию. Прислушайся Риноа к своим чувствам, забудь на миг о своём безумном желании доказать всем, а главное, самой себе, что отсутствие статуса сиида еще не говорит о непригодности к участию в опасных историях, она бы заметила изливающиеся потоки чар и, быть, может, даже задумалась, почему она не попадает под их действие.
              «Да, я не сиид, но и от меня может быть польза! Игра… Она сказала, что для меня это игра, но я покажу, что если и были игры, то все они исчезли… Вместе с Сейфером! Для них это только задание академий безо всякого личного мотива. Я знала его всего год… всего год, но, как видно, увидела в нём скрытое от остальных. Не хотите, что бы я действовала с вами, валяйте! У меня свои счеты».
              Пальцы крепко сжимали сталь браслета. Если колдунья только примет его, только оденет… Проклятье с ними, с последствиями, но не попытаться Риноа не может. Ноги сами несли её в нужном направлении по коридорам второго этажа. Она просто знала, что, минуя эту галерею, холл с двумя рядами колонн и свернув налево… Высокая дверь бесшумно отварилась, маня веющей изнутри подозрительной прохладой, но едва Риноа переступила порог, как прохлада сменилась порывом мимолетного жгучего холода. Позади едва слышно зарычал Анжело.
              «Тихо! Не иди за мной!» - мысленно приказала девушка.
              Большая круглая комната с высоким потолком освещалась тусклой лампой под массивным плафоном. Развешанные по кругу прозрачные тюли, словно невесомый туман, медленно раскачивались в воздухе, слегка искажая сидящую в центре фигуру. Изящные темно-фиолетовые плечи, пышный воротник, закрывающий шею, и причудливый головной убор поднимались над спинкой кресла; от неощутимого движения воздуха или потоков чар лениво развивались длинные иссиня-черный волосы. Они мерцали в слабом освещении.
              «Это она… Великие силы, это она!»
              Неожиданный страх разлился по сознанию, предательски задрожала рука с браслетом Одина, но ноги сделали первый шаг, губы разомкнулись.
              - Прошу простить меня… Я дочь генерала Карауэйя. Я пришла, что бы выразить вам величайшее почтение.
              Колдунья даже не дрогнула. Еще пара шагов, и девушка различила изогнутые рога на левой стороне головы, там же скручивалось подобие жёлтого с фиолетовыми полосами панциря гигантской улитки. Уши закрывали золотые диски, на которых тихо позвякивали длинные серьги. Платье столь плотно облегало плечи и руки, что больше походило на кожу. Страх усиливался. Начало казаться, что рога тоже не являются элементом одежды…
              - Мой отец и… У нас есть подарок для вас. Если вы не против… - Риноа подошла совсем близко к существу в кресле и заглянула через плечо: неестественно длинные, острые, как птичьи когти пальцы лежали на подлокотниках, вместо лица вперед и вниз выдавался кроваво-красный клюв. Звякнули колокольчики.
              «Да кто же ты такая?!» - только и успела в ужасе подумать Риноа.
              Белая вспышка хлестнула по глазам и словно перышко оторвала от пола. Свист в ушах, и удар оземь на какое-то время вышибает дыхание. Онемевшая рука с зажатым браслетом бешено трясется, и будто независимая часть тела взмывает в воздух, поднимая за собой прибывающую почти в беспамятстве девушку.
              «Будь ты проклята…», - то ли прошептала, то ли подумала Риноа.
              На сознание накатил хор далеких, страшных голосов, монотонно повторяющих неведомые слова. А может ей это только казалось. У двери, скуля, пятился Анжело, становясь всё труднее различимым, и когда он исчез окончательно, Риноа сдалась. Хор заменил мысли, белый свет заполнил глаза, тело обмякло и безвольно рухнуло на ровный пол. Браслет Одина бесполезной железкой со звоном отлетел прочь.
              «Теперь они готовы принять меня, как свою госпожу. Никчемное стадо».
              Всё её окаменевшее тело разом ожило. Волосы волнами поплыли по воздуху, стремительно втягиваясь под рогатый шлем, красный клюв вспыхнул и, разделившись надвое, скрылся в золотых дисках на ушах. Фиолетовые губы на миг разжались, а следом распахнулись нечеловеческие тёмно-жёлтые глаза, при одном взгляде в которые любой рухнул бы на колени. Словно из золотого мрамора лицо светилось колдовской силой, а идеально гладкие, как лед виски рассекались мерцающими молниями. Черные дуги бровей безмятежно приподнялись и вернулись на место. Легкий вздох – мимолётная человеческая тень на лице колдуньи Эдеи. Вряд ли в тот миг Мир имел существо, хоть сколько-нибудь более прекрасное в своей холодной, строгой и безукоризненной красоте.
              Грациозно Эдея поднялась с кресла и со звоном схлестнувшихся клинков раскинула за плечами веер золотых пик, к потолку взмыли невесомые подолы, будто туман ниспадающие с зубчатого веера. Руки её медленно и изящно опускались вдоль тела, обведённые фиолетовым глаза на мгновение закрылись, она снова вздохнула, стряхивая остатки колдовского транса. Завораживающе перезванивались невидимые колокольчики. А за её спиной безвольной куклой поднялась белая как зимняя Луна девушка, дерзнувшая опасно приблизится к колдунье.
              «Довольно стоять позади этого президентского ничтожества. Время моего выхода».
              Эдея шагнула вперёд, лёгким движением обращая массивные двери перед собой в колышущуюся водную поверхность. Круглая комната опустела, и девушка в черно-голубой одежде с поникшей головой нетвердой походкой двинулась следом.
              Льстиво улыбающийся Винзер Деллинг маленькими хлопочками аплодировал приближающейся к кафедре Эдее. Там внизу, за воротами резиденции кипело море обезумевшей толпы, заполнившей площадь и все прилагающие к ней улицы до самой арки и далее по всему маршруту предстоящего парадного шествия. Только два лица в толпе не светились болезненной радостью, эти двое не вскидывали от восторга руки и не шептали имя колдуньи, они ждали.

              - Великая ультима! - прошептал Ирвин. – Скволл, это она, это колдунья. – Дыхание парня сбилось. На миг в глазах блеснул маниакальный огонь, сменившийся отчаянием. – Извини, командир, очень сильные чары…               Но Скволл и сам с силой ударил себя по лицу, стараясь прогнать вязкий туман, окутывающий сознание.
              «Нельзя уничтожать такое прекрасное и великое, - твердил предательский шёпот. – Ты никогда этого не простишь себе! Не дай ему выстрелить! Не дай…»
              «Не стреляй! Или промахнись нарочно, а там будь, что будет, но только не попади в неё. – Ирвин закрыл глаза и едва не трясся от напряжения. – Ты не сможешь жить, если она исчезнет! Нет смысла в твоём существовании без неё!»
              «Пропади пропадом все приказы! Зачем тебе всё это, когда есть она? Она заменит тебе все твои желания и мечты, и ты обретёшь вечное счастье. Разве не этого ты всегда хотел? Служить ей – это всё, что тебе нужно! Отдайся, подчинись силе и…»
              Скволл не знал, справится ли с этим таким правильным голосом. Звуки мира меркли, затихали, отдалялись, и тем сильнее становилось влияние слов. И вот тогда, на грани утраты собственного «Я» сиид заметил ЕЁ. С ней он впервые в жизни танцевал на балу в академии, впервые так глубоко заглянул в чьи-то глаза, впервые понял, что для кого-то он может быть не пустым местом. Она же стала его первой миссией сиида. Она увидела что-то в его вечном враге, что-то, что заставило влюбиться в человека, хуже которого Свет не видел. И она… следовала за ним, шла за Скволлом до самого Делинга. Действительно ли причина этого в её отце, который не дал возможность воплотить в жизнь мечту детства, действительно ли всё это – игра озорной девчонки. Или…
              Холодная волна лавиной окатила всё тело. Освежающая, отрезвляющая, спасительная волна. Свобода мыслей, трезвость рассудка приятно заняли своё место. Скволл снова просмотрел на сцену: Риноа действительно стояла позади колдуньи, сейчас уже не выглядящей подобно какому-то высшему существу. Ирвин сжимал лицо ладонью и сквозь стиснутые, оскаленные зубы бормотал непонятные слова. Командир сместил холод в сознании от присутствия там Шивы в правую кисть, стянут перчатку и скрестил пальцы так, как учили выводить из состояния гипноза.
              - Ну, держись, снайпер, - предупредил Скволл и легонько стукнул скрещенными пальцами в висок, сразу под загнутые полы шляпы. Ирвин пошатнулся, но уже через пару секунд сконфуженно пробормотал:
              - Чайку горячего не будет?.. – И, едва взглянув на сцену, воскликнул: - Скволл, это же Риноа! Но как?.. Откуда?..
              - Хотел бы я знать, - только и смог ответить тот.

              Так и есть, толпа в её власти. Сейчас не имеет значения, что говорить: все её речи будут восприниматься как божественные слова.
              - Пустые жизни…, - с абсолютным отвращением произнесла Эдея. И эти слова понеслись по всему городу, проникая во все дома и сознания людей. Те, кто был рядом, восторженно взвыли, а те, кто еще был в состоянии мыслить самостоятельно, ужаснулись услышанному. Вот только последних было уже слишком мало. – Никчёмные твари. Если бы вы только видели себя со стороны, так, как вижу вас я, вы бы согласились сгинуть в небытие в ту же секунду.
              Эдея крепко держала под контролем умы собравшихся, постоянно подпитывая незримую паутину, накинутую почти на весь ночной город. Но даже для неё это было не просто. Колдунья бросала все силы на удержание шаткого нарушения равновесия между её влиянием и объединёнными стремлениями людей противиться подчинению.
              - Вы празднуете моё восхождение к власти! Меня! Ту, которую всегда боялись и ненавидели, а теперь приветствуете. Но ведь я – колдунья, чудовищное зло! Я – тиран, разрушающий сознания, уничтожающий вас сотнями, обращающий во прах государства! И что же теперь? Куда делось это чудовище, если вы так рады моему восхождению?
              Голос Эдеи безо всякого микрофона ревел громче грома, изливаясь с крыши резиденции. Горящие желтым огнём глаза впитывали энергию поклонения безумной толпы. Даже колдунья вряд ли могла сейчас полностью контролировать себя.
              - Я перед вами! – она широко раскинула руки, и белые подолы на золотом веере за плечами снова взмыли вверх. – Я – ваша новая повелительница, новая госпожа! Жестокая, неумолимая и вечная! Приход мой оповещает о наступлении новой эры!
              Президент, робко стоящий рядом, при словах «новая повелительница» неожиданно тряхнул головой и взглянул на Эдею отрезвленным взглядом.
              - Госпожа… Эдея! Я бы не советовал вам быть столь категоричным и резким в своих…
              Слова эти стоили Винзеру Деллингу больших усилий, равно как и тяжких последствий. В мгновение его окутало ядовито-жёлтое шипящее облако, живот пронзила резкая боль, быстро сменившаяся онемением всего тела. Уронив голову на грудь, президент затуманенным взглядом различил длинные фиолетовые пальцы, исходящие их собственного живота и поднимающие его в воздух.
              «Безвольное ничтожество!» - услышал он в голове и, взглянув в нечеловеческие глаза колдуньи, успел понять, какую ошибку он совершил, когда согласился принять Эдею у себя в резиденции. Обмякшее тело отлетело прочь и еще какое-то время подергивалось в желтых клубах.
              Бессменный президент Гальбадии сменился самым печальным образом.
              - А теперь насладитесь моим шествием, означающим переход всей власти в мои руки, во сласть ужаса! Вы будите жить только по моей воле, по моей воле вы будите умирать. Я создам для вас иную реальность и скажу, что будет всего лишь фантазией!
              Уже в коридоре резиденции Эдея остановилась, обратив успокаивающиеся мысли к девчонке, что покачивалась на ночном ветру на сцене.
              «А ты послужишь для жертвоприношения в мою честь, кто бы ты ни была, и как бы ты ни пробралась ко мне незамеченной».
              Колдунья вскинула руки и свела вместе длинные, острые пальцы и далеко позади, под самой крышей арки моргнула желтым глазом статуя гигантской ящерицы. Спокойно подождав, пока каменная крошка осыплется с зеленого чешуйчатого тела, рептилия кинулась вниз, галопом помчалась через толпу на зов оживившей её колдуньи. В десяти метрах сзади многометровыми скачками мчалась вторая ящерица. Валя людей, рептилии в мгновение достигли площади перед резиденцией и взмыли в небо, целясь в покачивающуюся девушку на крыше.
              Сознание вернулось к Риноа только для того, что бы заставить тело застыть от ужаса при виде летящих на неё оскаленных тварей.
              Оба сиида дернулись, но остались на позиции.
              - Проклятье! Что делать, Скволл!?
              Скволл до боли стиснул зубы и едва ли не прорычал:
              - Шествие еще не покинуло резиденцию, ворота закрыты. Поэтому мы ждём.
              Видит Судьба, он готов был послать в небытие всё и вся, но в тот миг что-то сдержало его. Может, осознание того, что девушке уже не помочь, а может другое…

              Ярко-красные потоки, бьющие из глаз Квистис, беспомощно разбивались о дверь кабинета генерала Карауэйя. Зелл в ярости долбил окно, но то даже не треснуло, не смотря на огненные шлейфы за руками парня. Попытки сломать стены так же не привели к успеху, а время всё шло.
              - Узнать бы, чем генерал заблокировал свой дом! – в отчаянии воскликнула Сельфи. – Квистис, а может Хранителем, а?
              - Ты сама знаешь, что это не поможет. Их силой дом не разрушишь…
              - Ну может всё-таки…
              - Нет! – отрезала лидер группы. – Давайте лучше обратимся к истории. Практика показывает, что в старинных домах наподобие этого всегда существуют скрытые механизмы…
              В этот миг где-то далеко послышались вопли тысяч голосов, среди которых прорезался один единственный, затмевающих всё. Было ли дело в магической защите дома генерала или в расстоянии, но слов разобрать не представлялось возможным. Да этого и не требовалось, что бы распознать голос колдуньи.
              - Жуть какая, - отреагировал Зелл.
              - Эдея начала выступление, значит, парад скоро начнётся. – В голосе Квистис мелькнула паническая нотка. – Так, силой отсюда не выбраться, давайте попробуем умом. Быстро, ищите любые необычные вещи, тыкайте во все дырки.
              Зелл кинулся к большому столу генерала и тут же залез под него, а Сельфи принялась полка за полкой перебирать все книги. Квистис подошла к стенному серванту с хрусталем.
              «Рюмки, рюмки… Ничего».
              Тогда она провела пальцами по рамкам картин: только пыль. Правее, из углубления в стене возле окна печально смотрела статуя, выставив вперед серые руки.
              «Ну, чего смотришь? Скажи мне что-нибудь…», - с горькой усмешкой подумала Квистис и непроизвольно перевела взгляд на руки статуи. Правая кисть была повернута вниз ребром ладони, пальцы чуть согнуты. Квистис улыбнулась каменному лицу и уже вслух сказала:
              - Спасибо.
              Обхватив в рукопожатии холодную кисть, девушка потянула её вниз. Сильнее, еще сильнее, пока что-то внутри стены не щелкнуло, вокруг серого плеча пробежала тонкая трещинка, а вся статуя вместе с постаментом уехала внутрь стены и вбок. Из черного провала почти в человеческий рост неприятно пахнуло затхлым холодным воздухом, но сейчас он показался сладчайшим ароматом, запахом призрачной свободы.
              - Сюда! – выкрикнула Квистис.
              - Да тут мы уже! – ответил Зелл прямо за её спиной.
              - Идём?
              - Но мы даже не знаем, куда ведет тоннель, - заметила Сельфи и тут же пожалела об этом.
              - Да ты что! – закричал Зелл. – Не торчать же нам в этой мышеловке, если есть прямой и явный выход!
              - Тогда за мной. – Квистис первой шагнула в темный проход.
              Старый, но довольно аккуратно прорубленный тоннель вывел на широкую железную лестницу внутри стен из крупного камня. Покрытые толстым слоем пыли, но, тем не менее, исправно горящие лампы давали сносное освещение. Команда огляделась. Сверху ступени упирались в замурованный проход, а пролётом ниже в люк уходила приставная лестница.
              - Сдаётся мне, ребята, мы угодили в канализацию, - заключил Зелл. – Что ж, это даже забавно. Представляю отчет для Сида: «Диверсионная группа, занявшая позицию в арке, неожиданно оказалась в канализации…»
              - Не знаю, кто готовил этот потайной выход, – отозвалась Квистис, - но он наверняка позаботился о том, чтобы выбраться наружу. Канализация непременно куда-то нас выведет. – Квистис посмотрела на часы и стиснула зубы. – У нас 35 минут, что бы быть в арке.
              Они сбежали к люку, и Зелл, вызвался первым сигануть вниз.
              - Ого! А у них тут вполне чисто! – вскоре донеслось из полумрака, откуда также слышалось журчание воды. – Спускайтесь!
              Просторный тоннель, освещенный всё теми же пыльными голубоватыми лампами, протянулся в обе стороны и плавно уходил во тьму. По четырёхметровому каналу в его центре нёслась вода. Пришлось бы решать, в какую сторону двигаться, если бы в метрах десяти с обеих сторон ни стояли толстые стальные решётки. Но совсем рядом через поток перекинулся мостик, на другой стороне которого шумно вращалось водяное колесо, движимое как течением, так и небольшим водопадом, изливающимся из перпендикулярного тоннеля.
              - Смотрите, - сказала Квистис, - верхний край колеса доходит до второго уровня канализации. Живей!
              Из темноты по ту сторону железных прутьев несло ледяным смрадом. Проходя вдоль их, Сельфи невольно вгляделась в черноту. Там будто бы что-то замелькало, еще более черное, чем тьма. Девушка на всякий случай отодвинулась от решётки, а когда по ту сторону вспыхнули подозрительно спаренные красные огоньки, Сельфи не выдержала.
              - Квистис, что… что там такое? – она старалась держать себя в руках. Одно дело, когда на тебя топает дракон, большой, страшный, но видимый и реальный, и совсем другое, когда вот так, непонятно что… Очень Сельфи не любила неопределённость.
              - А ты думала, что эти решётки здесь для красоты? Ничего-ничего, поспешим, может, ни во что и не ввяжемся. – Квистис вступила на лопасть колеса, и то с лёгкостью подняло её к началу тоннеля второго уровня, откуда лился водопад. – Такие, свободные от людей места не могут оставаться пустыми. Монстры Лунного Плача везде найдут себе логово.
              - И кто сюда залез? – поинтересовался Зелл, косясь на решётку.
              - Не думаю, что что-нибудь серьёзное. Но нам сейчас совсем не до малейших задержек, потому попрошу вести себя максимально тихо.
              Квистис не без труда открыла приржавевшую калитку, ведущую в новый тоннель. Скрип пронёсся далеко по подземным лабиринтам, и они откликнулись ни то многоголосым шёпотом, ни то шипением. И вместе с ним сверху сиидов достиг уже знакомый шум толпы, грянули многочисленные глухие залпы, от которых, казалось, вздрогнула сама земля.
              - Вот дрянь! – схватился за голову Зелл. – Да никак парад начался! – А вместе с ним шёпот в канализационных тоннелях стал отчётливее, смешиваясь с хриплым писком и другими многочисленными, не сулящими ничего хорошего звуками. Творящееся наверху изрядно беспокоило подземных обитателей.
              - Бежим! – страшным шёпотом воскликнула Квистис, едва замечая, как чёрная колышущаяся рука выползает из мрака за прутьями возле моста.

              В 19:35 над резиденцией один за другим загремели залпы салюта. Грозди серебряных комет озаряли ночное небо и медленно спускались на землю, туда, где в отворяющихся воротах стоял передвижной пьедестал колдуньи, с тихим гудением парящий над землёй. Со всех сторон его оплетали витые трубки, светящиеся голубым, в задней части и по бокам эффектного трона красовались пышные букеты огромных черных и белых перьев. Периметр самого пьедестала окружали скованные цепью маленькие фонари, а спереди по углам пытали две узорчатые огненные чаши. Еще две, поменьше, но вознесённые на шестах располагались по обе стороны от трона, и пламя их всполохами отражалось на величественном лице Эдеи, придавая и без того колдовскому облику насыщенно-золотое свечение.
              Ликующую толпу делингийцев предусмотрительно потеснили с площади и улиц к обочинам и выкатили ограждения. Сейчас возле ворот появилась первая фронтальная партия сопровождения колдуньи из восьми танцоров. Блестящие серебром, увешанные кольцами, они на миг замерли и со взрывом салюта синхронно закружили в диком танце. Пьедестал Эдеи поплыл следом, а за ним такая же восьмёрка танцоров замыкала шествие. Парад начался!
              Выезд Эдеи оповестили десятки разноцветных залпов со всех сторон площади, наполняя воздух пронзительным свистом, шипением и оглушительными хлопками. Сама колдунья, словно статуя, застыла на троне, взглядом абсолютной повелительницы обводя толпу, заставляя безотрывно смотреть только на неё одну. А по правую руку, в двух шагах второй статуей замер… Скволлу показалось, что это видение. Последний раз он видел их вместе, уходящими в колышущийся портал, и вот опять… И снова тот же самый победоносный взгляд, полный гордости и счастья. Горящие глаза надменно смотрят на беснующуюся толпу и словно говорят: «Смотрите же на меня! Видите, я добился своего! Я здесь! Только я!»
              Сейфер Алмази опустил вскинутый ганблэйд и, не спеша, провёл рукой по волосам. Его злобную ухмылку заслонила задняя часть пьедестала…
              - Скволл! – кто-то закричал рядом. – Скволл, идём же!
              Ирвин уже прорывался сквозь толпу прямиком к распахнутым воротам. Горожане, солдаты – все подались вслед удаляющемуся парадному шествию, на двух молодых людей никто не обращал внимания. Поднырнув под ограждениями, они выскочили на пустую дорогу и понеслись к зданию резиденции. На небольшой стоянке, как и говорил генерал, оказался полу разгруженный грузовик, почти вплотную прислонившийся к стене. Ящики в его кузове доходили до уровня второго этажа, где виднелась площадка.
              Киннеас первым с разбегу взлетел в кузов грузовика и, оставляя один за другим ящики, в несколько секунд забрался на площадку второго этажа. Скволл запрыгнул следом, и сииды побежали по широкому карнизу в сторону сцены, миновали огромные окна второго этажа и застучали ботинками по привинченной к стене лестнице. Через минуту они оба стояли на сцене, откуда несколько минут назад изливала потоки унизительных речей Эдея. Риноа здесь не было. Не оказалось и тех наполовину зелёных, наполовину серых тварей. Только тело президента с широко распахнутыми глазами подёргивалось в стороне. Как видно, колдунья его не убила, но настоящее положение Винзера Деллинга не сильно отличалось от смерти.
              - Что, опоздали!? – воскликнул Ирвин, затравленно озираясь.
              В этот момент Скволл обратил внимание на небрежно распахнутые двери позади сцены, краем глаза отмечая время на огромных часах: 19:42.
              - Двери! – выкрикнул Леонхарт, несколькими шагами покрывая расстояние до них.
              Вот он, коридор, о котором говорил генерал Карауэй. И вот он люк, прикрытый красным ковром. Им бы сейчас спокойно спуститься в него, занять позицию в часовой башне, но, хвала Судьбе, в круглой комнате впереди, куда выходил коридор, медленно двигались чешуйчатые тела вокруг неподвижной девушки в голубом. Поток кипящей крови ударил в голову, одна из дверей сорвалась с петель, едва не разломившись надвое, и сквозь мирный рык ящеров Скволл услышал грянувший словно залп вопль, свой собственный. За спиной щёлкнул затвор ружья снайпера.
              Странное дело, ожившие рептилии не трогали девушку. Словно загипнотизированные они ходили вокруг, протягивая к ней оскаленные морды и снова отдергивая их. Одну из них, с высунутым красным языком Скволл настиг почти вплотную к голове Риноа. В стороны брызнула каменная крошка, оставив на чешуйчатой шее глубокую борозду. Ящер отпрыгнул назад, выпуская из пасти дымящий поток лавы. Жирная раскалённая масса хлынула под ноги, но за полметра расступилась в стороны, обтекая вспыхнувшую розовую оболочку защитной сферы. Не сводя вытянутой руки с командира, умело накладывая защиту, Ирвин второй рукой разряжал обойму в подступающую вытянутую морду. Белые клыки с треском разлетались, серея и обращаясь в камень. Магия потоком выходила из руки, но чуть медленнее, чем, мотая головой, крался ящер. Жгучее тепло оставило плечо, тряхнуло локтевой сустав, высветила сквозь кожу сухожилия кисти… Не терять концентрации! Заклятие сорвалось с кончиков пальцев, Ирвин прогнулся назад, но трёхметровый хвост успел швырнуть его в стену. Две секунды, потраченные на создание защитной оболочки, в восприятии творящего растянулись, как это обычно бывает примерно в четыре раза. Со скрежетом ящер воткнулся пастью в то место, где только что лежал Ирвин, а тот, откатившись, вплотную разнёс твари левую глазницу. И снова только куски камней полетели в разные стороны, однако ящер замотал изувеченной головой, старясь поймать цель в поле зрения правого глаза.
              - Гони его сюда! – прокричал Скволл с другого конца комнаты. – Своди… Сводим их вместе! К центру!
              Рептилия шипела и яростно встречала лапами выпады ганблэйда, получая широкие выбоины в казалось бы мягкой плоти, теряя обращающиеся в камень пальцы с загнутыми когтями. Это сразу наводило на мысль об искусственной природе созданий, об их первоначально каменном состоянии и, следовательно, об отсутствии у оных жизненной энергии как таковой. Видимость жизни, но нежить по сути. Крошить эти каменные глыбы можно долго, куда дольше, чем отведено времени до 20:00. Было бы здесь много просторнее, земляные Хранители снайпера прикончили бы тварей мгновенно, но в этой комнате подойдёт только простая магия, противостоящая земле и, следовательно, камню.
              Скволл отскочил к центру комнаты и левой рукой схватил Риноа, одновременно высекая поток искр о ломающиеся клыки бросившегося за ним ящера. Широкое лезвие застряло в сведённых челюстях, но рептилия остановилась, терзая раскалившуюся от энергии хозяина сталь. Это дало сииду возможность покрепче схватить девушку левой рукой и, призвав силы Хранителя, рвануть ганблэйд к центру комнаты вместе с тварью. Рядом проскользнул Ирвин, огненным залпом высвободив меч из каменных тисков. Его изрядно обкрошенный ящер с выбитыми глазами разворачивался чуть дальше и, судорожно тряся головой, тянулся на звук выстрела. Обе ожившие статуи оказались бок о бок посреди круглой комнаты, где погружённая в транс сидела колдунья. В тот же миг Скволл прыгнул назад, чувствуя своё медленное движение, потерю веса Риноа и губительную высвобождающуюся силу. Всё движение потонуло в тяжелом, вязком воздухе, и только мысли продолжали работать как прежде. Обращение к нужной области сознания, концентрация на стихии земли, на вызове землетрясения, высвобождение и… вспышка зелёной ауры вокруг тела и неприятный удар в спину, оповещающий о возвращении скорости движения в нормальное русло.
              Ящеров с треском швырнуло друг к другу, пол под ними покрылся сеткой оранжевых трещин, и каждый фрагмент зашевелился, то уходя вниз, то выпрыгивая на полметра. Вся комната содрогнулась в низком гуле. Из трещин вырывались потоки света, они крушили мечущихся на месте тварей, откалывали каменеющие куски и расшвыривали по комнате. Скволлу пришлось отбить несколько валунов, летящих прямо в него. Ирвин загородился уцелевшей половиной двери и перезаряжал ружьё. По полу прокатилась последняя волна, и всё замерло в тишине. Не осталось ни трещин в полу, ни ящеров. Груда камней и оседающее облако пыли – вот всё, что от них осталось.
              Ирвин выглянул из-за двери и, улыбаясь, спросил:
              - Скажите, а ящерицы уже убежали?
              Скволл прислушался – резиденция была погружена в тишину. Тогда он склонился над Риноа.
              «Каким образом ящеры не тронули тебя? Каким образом ты здесь вообще оказалась?» - думал он, стягивая перчатку и занемевшими пальцами касаясь виска. Подействовало. Девушка едва не вскочила, тяжело дыша. В следующую секунду она опустилась на колени и закрыла лицо руками.
              - Я испугалась, - прошептала она. – Я вошла в комнату Эдеи, а потом… потом эти твари уже летят на меня. – Риноа схватила сиида за руку. – Никогда мне не было так страшно…
              - Теперь всё кончено, - холодно ответил Скволл, высвобождая руку.
              - Страх… он парализовал меня. А когда они ударили по мне, я…
              - Ты ведь привыкла к опасности. В чем же дело?
              - Да… Но я не смогла, Скволл. Я поняла, что одна ничего не могу! Как… как они не убили меня? И что с…
              - Держись рядом, - не оборачиваясь, бросил Скволл и с Ирвином направился к люку в коридоре.
              «Девчонка получила по заслугам. Надеюсь, это заставит её попридержать свои претензии на… А, провались оно всё!»
              Небольшая лесенка за люком спускалась в тёмный, низкий проход, выводящий прямо в часовую башню: круглую комнату с расположенными вдоль стен голографическими установками. Было видно, что эти установки вместе с полом комнаты при необходимости поднимаются наверх. Когда это свершится, придёт время выстрела. Здесь же прислонённая к стене стояла полутораметровая снайперская винтовка. Скволл никогда не видел таких и был удивлён её весьма внушительному весу.
              - Ирвин, это твоё.
              Снайпер молча кивнул и, осторожно приняв оружие, сразу ушёл на противоположный конец комнаты за возвышающийся посередине монумент в виде золотого лучистого полумесяца.
              «Нервничает, стрелок, - подумал Скволл. – Или концентрируется?.. Как это его: «Снайперы – одиночки по натуре. – Часы показывали 19:53. – Успели всё же, мы успели… Остаётся только ждать».
              Риноа отошла в сторону и присела на голографическую установку. На Скволла девушка старалась не смотреть.
              «Сейфер, так ты жив, проклятый герой! – вспомнил сиид фигуру рядом с колдуньей. – Не сомневаюсь, Риноа будет просто счастлива…»
              - Риноа, несколько минут назад, когда начался парад, на пьедестале рядом с Эдеей я видел Сейфера.
              «Я не позволю кому-нибудь разрушить мою мечту!» - в памяти девушки прозвучал знакомый голос.
              - Что же это значит? – она подняла глаза.
              - Кто знает. – Скволл прислонился к стене, закрывая уставшие глаза.
              «Теперь, когда он жив… Если я попытаюсь убить колдунью, встанет ли Сейфер на её защиту? – Ответ лежал на поверхности. – Проклятье… Конечно станет, непременно! А уж если это буду я… Вот он, путь сиида: вчера – какой-никакой, а союзник, сегодня – враг. Враг…
              Скволл не мог понять, что не так было сейчас в этом слове. Алмази, можно сказать, всегда был его врагом, отчего же сейчас оно звучит так непривычно… пугающе?
              «Сейфер, понимаешь ли ты, что теперь ты не просто самодовольный кретин, теперь ты настоящий враг. И если случится нам…»
              - Риноа, он на стороне колдуньи. Может так случиться, что я убью его.
              - Кого? О… - Она опустила голову. – Вы оба готовы сделать это, да?
              - Да, мы по разные стороны приказа, а наши отношения таковы, что сомневаться не приходится. Он не остановится.
              - Такой у нас мир… Может быть, он под властью Эдеи?.. Скволл, - она посмотрела прямо ему в глаза, и мысли сиида на миг остановились, - если только это будет возможно, не убивай его, во второй раз. И… не умирай сам.
              «Не умирай… Не умирай…», - эхом повторились её слова, потому Скволл не услышал, как Риноа тихо добавила:
              - Зачем Судьба устраивает такую проверку чувств?.. – Одинокая слеза медленно сползла по щеке и блеснула в полумраке.
              Скволл уже шёл к Ирвину, от которого теперь всё зависело. Всё дальнейшее определяется его выстрелом. Это было очевидной глупостью, ведь вместе с Сейфером его будет ждать Эдея, но Скволл уже почти хотел встречи, осознавал неприемлемость этого, но хотел. И всё же когда он увидел, как снайпера бьёт дрожь, внутри что-то неприятно оборвалось. Обхватив ружьё и низко спустив шляпу, Ирвин сидел на полу, периодически сотрясаясь, словно от судороги по всему телу. Сиид опустился рядом.
              - Командир, я… я не… не могу сделать это, - тихо прозвучало в круглой комнате башни, часы на которой показывали 19:58.
              Скволл провёл перчаткой по внезапно вспотевшему лицу.

0

26

ГЛАВА 25
20:00
              Чёрные тени догоняли. Десятки ярких красных глаз то появлялись, то исчезали в полумраке тоннеля позади. Шипящий смех смыкался со всех сторон. Стоит остановиться, и через несколько секунд твари захлестнули бы их, и даже если бы удалось отбиться, оказалось бы потрачено бесценной сейчас время. И потому бег стал единственным выходом. И не было здесь ничего постыдного, потому как альтернатива ставила под удар миссию сиидов. Всего несколько минут, и бывшая инструктор не сможет себе простить содеянного. Если в 20:00 решётки на арке не опустятся, она не сможет найти оправдания для себя самой, а это означало бы одно…
              Зелл одним-двумя ударами сшибал с петель двери в перегородках тоннелей, Сельфи с Квистис огнём старались задержать преследователей, но магия действовала далеко не так эффективно, как было необходимо, и с каждой задержкой тени приближались. Колышущиеся чёрные пальцы рвали огненную завесу словно ножи тряпку, и потому не встреться на пути лестница наверх, погоня настигла бы сиидов.
              - Зелл, наверх! – привычным командным тоном выкрикнула Квистис. Тоном, который она уже старалась изжить в себе.
              Не оборачиваясь, не задавая вопросов, не медля ни секунды, парень прыгнул на лестницу и почти моментально оказался возле люка под каменным полком. Квистис слышала, как позади громыхал металл под яростные крики, сама она закрыла глаза. Вызывать сокрытую внутреннюю силу не так просто и, сидя на диване и попивая чай, этого никогда не сделаешь. Сейчас же… Белые очертания её рук протянулись вперёд перед закрытыми глазами, тонкие образы пальцев заскользили по темноте, словно старались зацепиться за невидимое. И темнота стала неприятно густеть: взмах пальцев, и воздух стал водой, взмах – вязкий болотом, взмах – пальцы крепко вцепились в само пространство, откуда ползли десятки красный пар глаз. Квистис уже не понимала, смотрит ли она через веки или распахнула глаза, она просто потянула невидимое, сжимаемое руками вверх и рванула вниз, влево и вправо, и снова, и снова. Зелл, доламывая на редкость прочный люк, и Сельфи, замершая на лестнице чуть ниже его, обернулись на леденящий хор так похожих на человеческие голосов. Бывшая инструктор неподвижно стояла в тоннеле, у самого канала с водой посередине, а перед ней корчились преследующие их твари: огромные и совершенно плоские чёрные человеческие тени. Искажающееся пространство рвало их нелепые тела и швыряло в темноту тоннеля. Воздух во всём проходе дёргался и видимыми волнами рвался навстречу теням.
              - Квистис, отходим! – Зелл вышиб, наконец, люк и через Сельфи прыгнул в тоннель. Глянув на неё, парень едва ли не приказал:
              - Поднимайся! Я помогу ей отойти.
              На миг оскалившись, Сельфи скрылась в отверстии в потолке. Квистис медленно пятилась к лестнице, и Зеллу показалось, что её руки удерживает невидимая сила, не даёт отступить. Воздух продолжал скручиваться, искажая сам тоннель, вода в канале плескала во все стороны, и было непонятно, как только остаются невредимыми стены. Девушка терзала вязкое пространство, уже стараясь высвободить онемевшие руки, когда её схватили за плечи и выдернули из этой смеси реальности и энергетических образов.
              - Зелл, что…
              - На лестницу, инструктор, на лестницу!
              Динч толкнул девушку вперёд а сам развернулся и с безумной радость сказал:
              - А ну-ка попробуем! – Он с видимым усилием провёл по кругу рукой, и перед ним со звоном вспыхнули голубые скрещенные линии, начертившие голубой щит. В тот же миг в щит врезалась парящая тень, Зелл атаковал и почувствовал, как его кулак бьет по самой настоящей плоти. Еще несколько тварей кинулись на щит, прорываясь сквозь его тончайшую поверхность. Одна из рук хлестнула по спине, выбивая из лёгких воздух, но Динч уже перебирал руками по холодной влажной лестнице. Непривычно-яркий свет ударил по глазам. Следом из люка высунулась было плоская голова на овальных плечах, но пронзительно завыла и исчезла, так что Зелл шаркнул ногой по пустому месту.
              - А! Света боитесь! – злорадно закричал парень и взглянул на часы. Сердце упало. – Полминуты… - Он в ужасе взглянул на Квистис, но ты улыбалась.
              - А?..
              - Мы в арке, Зелл, мы в арке.
             
              - Прости, командир, не могу я, - страшным шёпотом отозвался Ирвин. - Дыхание прерывается. Как же так?.. Я пытаюсь показать, какой я крутой, смеюсь над вашей серьёзностью, а сейчас… не могу себя контролировать.
              Киннеас смотрел в никуда и часто вздрагивал, а Скволл просто не знал, как вывести его из этого ступора. Он бессильно сжимал кулаки, готовый разорвать снайпера голыми руками, понимая, что сила здесь не поможет и только навредит. Необходимо было придумать какой-то подход, но это казалось смешным. Скволл понимал, какой из него психолог, и едва комната вздрогнула, и пол поплыл наверх, парень сорвался:
              - Заткнись и стреляй! Ты совсем сдурел!? Я… - Скволл перевёл дух. – Отключи мысли. Слышишь? Отключи мысли и стреляй. Войди в состояние берсеркера!
              - Моя пуля… Колдунья… Я войду в историю. Я… я изменю историю Гальбадии. Даже всего мира, - казалось, Ирвин не слышит командира.
              - Хватит! – Они уже оказались под открытым небом, загудели и выбросили вверх полупрозрачных клоунов голографические установки, над которыми поднялся на постаменте золотой полумесяц, а часы чуть выше площадки показывали 20:00:08. Дыхание перехватило. Скволл посмотрел в сторону арки, оказалось, что шествие Эдеи еще только подходило к ней. Шанс по-прежнему оставался.
              - Да стреляй же, шляпа! – заорал Леонхарт. – Подумай, что ты сейчас делаешь! Ты и только ты проваливаешь всю операцию. Подумай, что станет с тобой после этого, что сотворит с тобой ваш директор…
              Он не договорил, он понял, что там, почти в километре от резиденции рухнули решётки арки.
             
              Толстые стальные прутья скользнули по краю пьедестала и с грохотом вогнались в покрытие дороги, со свода арки посыпалась пыль. Пьедестал врезался в преграду и качнулся, танцоры с криками бросились прочь, протискиваясь сквозь решётки с обеих сторон сооружения. Выход из транса оказался резким и болезненным. Эдея старалась удержать его, но концентрация рассеивалась, стремительно рвались запущенные в толпу нити подчинения.
              - Жалкие твари, - прошептала колдунья и поднялась. Этот мальчишка, Сейфер, что с таким рвением и практически без вмешательства в его сознание перешёл на её сторону, уже что-то кричал солдатам, которые сейчас выглядели какими-то потерянными.
              - Да в арку же! Изменники в арке! – кричал он. Заметив, что колдунья смотрит на него, Сейфер немного смутился и склонил голову. – Правильно ли я поступаю, госпожа? Может, мне стоит самому…
              - О нет, всё это не важно, мальчик мой. Оставайся здесь. И давай вместе встретим наших гостей.
              И в этот момент из толпы горожан, оттеснённой солдатами, донёсся первый возглас, возмущенный возглас:
              - Колдунья! Смотрите, да ведь это же колдунья!
- Мои люди сейчас блокированы в этой арке, – кричал Скволл, – а ты смеешь сидеть тут и ныть! Выстели! Промахнись, но только выстрели! Специально промахнись, но сделай этот проклятый выстрел! Промахнись, если тебе от этого будет легче, дай мне повод украсть твою славу! Просто выстрели, дай мне сигнал!
              - Сигнал?..
              - Да! Дай мне сигнал!
              - Просто выстрелить, - пробормотал Ирвин и, по-прежнему глядя в никуда, повернулся к арке, вскинул винтовку. Бешеный стук сердца раскачивал ствол и прежде, чем посмотреть в прицел, снайпер автоматически высвободил заклинание, лишая собственное тело подвижности. Скволлу показалось, что Киннеас обратился в камень и даже испугался, не использовал ли он на себе сперепугу окаменение, но решил не вмешиваться.
              Люди, люди, солдаты, пьедестал… В круг снайперского прицела Ирвин увидел колдунью. Было видно только часть тела, плечо и рогатую голову, но этого было достаточно. Уверенность возвращалась.
              «Промахнуться? Ну уж нет, теперь нет! Теперь ты моя. Моя!»
              Где-то глубоко внутри тихо билось сердце, кроме которого пропали все звуки. Крест смерти скользнул по её гладкому плечу, по пушистому воротнику, протиснулся между стрелами золотого веера за спиной и замер чуть ниже и правее изогнутого рога на левой стороне головы. Сердце остановилось, и палец чуть заметно дрогнул. Ирвин заметил, как с необычно большой огненной вспышкой вырвалась из ствола пуля, он даже успел прицепить к ней легчайшие чары, не позволяющие сбиться с траектории. Видел, как смертоносная оранжевая капсула над головами сотен людей устремилась к цели. А потом на фоне стремительно удаляющейся пули он увидел, как медленно оборачивается колдунья. Медленно, но быстрее, чем летит её смерть, очень медленно она вскидывает руку, но быстрее, чем та успевает настичь её. Горящая капсула разлетается огненными брызгами о голубой купол, выставленный Эдеей, и холодные оранжевые глаза колдуньи встречают взгляд снайпера через оптический прицел.
              Ирвин отстранил винтовку и замотал головой.
              - Как?.. Слишком быстро… Я промахнулся… Скволл, я…
              - Ты не промахнулся! – неожиданно воодушевлённо выкрикнул Скволл. – Только Эдея не так проста! Я начинаю понимать нашего Сида. Смотри!
              Толпа вновь ревела, но совершенно иначе. Сейчас она была недовольна, она была в ярости после последних исчезнувших час колдуньи, и ярость эта вылилась на солдат, принявшихся усердно затыкать самые громкие глотки. Среди бушующего моря людей блеснули щиты, отчаянно замелькали дубинки, кое-где вспышками проявилось даже магическое воздействие. Этого и лишь только этого добивался Сид Крамер, планируя действия сиидов. Всё неожиданно встало на свои места, какая-то тяжесть уже в который раз спала с души. До этого она всегда возвращалась, но Скволл надеялся, что на этот раз всё окажется иначе. Так оно и оказалось…
              - Ирвин, как сможешь, двигай за мной! – не оглядываясь, прокричал Скволл. – Риноа, выбор за тобой!
              Ганблэйд взмыл в ночной небо, и парень спрыгнул на сцену, что было силы оттолкнулся от её края и бросился вниз, прямо на головы делингийцев, которые уже заполонили площадку перед резиденцией. Покрытая гальбадианским шлемом голова с одним лишь виднеющимся оскаленным ртом встретила удар рукоятью меча, и солдата поглотила толпа, Скволл же, как мог лавируя между людьми, поспешил к светлому кабриолету неподалёку от распахнутых ворот. Машина рванула с места, выпустив струи белого дыма из-под колёс. И снова как мог, Скволл старался маневрировать между делингийцами, по большей части освободившими середину ведущей к арке дороги. Кто-то отпрыгивал, кто-то заваливался на капот, кто-то с глухим ударом отлетал в сторону: сииду сейчас было не до них, что значат эти жертвы в сравнении с его заданием!? Арка стремительно приближалась, она отражалась в полубезумных глазах парня, она стала единственной в мире. Быстрее!
Скволл опомнился в последнюю секунду и вдавил в пол тормоз, завернув руль влево. Машина непременно перевернулась бы, если бы не ударилась боком в толстые прутья решётки, за которым неоновыми трубками светил пьедестал Эдеи. В мгновение сиид оказался по ту сторону ограждения и вскочил на опустившееся к земле торжественное сооружение, в трех метрах от трона.
              Его ждали. Она и он. Две пары жгуче-холодных глаз. Колдунья, статуей застывшая на троне, и Сейфер Алмази, припавший на одно колено возле неё. Сейфер улыбался, если так можно было назвать его оскал. Изменилась не только улыбка, все его черты словно прошли обработку неведомым инструментом и превратили знакомое лицо в стилизованный портрет старого врага.
              Под этими взглядами сиид на миг растерялся, замешкал, но этого хватило, что бы Сейфер заговорил, и вот тогда оказалось уже поздно: Скволл как завороженный стал воспринимать каждое слово, переводя взгляд на Эдею. Вблизи она была еще более прекрасна. Она удостоила парня презрительной усмешкой и будто утратила интерес к происходящему.
              - Вот ведь как всё вышло, - по-приятельски говорил Алмази, водя пальцем по лезвию кросс-сворда. – Всегда мы ненавидели друг друга, всегда с тобой враждовали, и теперь вражда достигла своего апогея, как это ни печально. Видно, такая у нас Судьба, хотя это как-то… О, я вижу, ты меня презираешь, хочешь уничтожить, но поскольку всё, что было прежде, теперь потеряло всякое значение, я могу сказать, что никогда не желал твоей смерти.
              Спокойный тон и слова Сейфера никак не вязались с его страшным лицом, с его горящими подёрнутыми оранжевой пеленой зелёными глазами. Будь то другая ситуация, Скволла бы поразило сказанное. Даже сейчас внутри что-то дернулось, но глаза… Глаза врага говорили обратное.
              - Ты…, - хрипло выдавил Скволл. – Ты подался в услужение колдунье. Как же ты мог, с твоими-то…
              - Я – её страж! – перебил Сейфер. – Вспомни Доллет! Я сказал тогда, что когда-нибудь расскажу тебе о своей мечте. Это и есть мечта! Быть с ней. – Алмази медленно протянул руку в сторону Эдеи.
              - Какая чушь, - обронил Скволл.
- Чушь!? – Глаза Алмази блеснули. – Скволл, в отличие от тебя, я не могу жить просто потому, что родился. Я хочу жить потому, что у меня есть мечта! А ты можешь этим похвастаться? Ведь у тебя ничего и никого нет в жизни! Каждая минута нашего существования – это шанс всё изменить. Но посмотри на себя! Ты ни о чем не мечтаешь, ты, вечно одинокий, закрытый от всего в мире! Ты всегда один, и жизнь твоя не имеет смысла! И такой смеет называть чужую мечту чушью!? Я всегда хотел быть её стражем, - снова жест в сторону колдуньи, - верил в это, и я стал им! Ты ни во что не веришь, ничего не желаешь и ничего не добьешься. Я понял это вдесятеро сильнее теперь, когда получил желаемое.
              - Отойди прочь, предатель, не защищай чудовище, - только и смог ответить сиид.
              - Неблагодарная скотина, - страшно прошептал Сейфер. – Как же ты можешь… Ты пришёл убить её. ЕЁ! И после этого ты еще смеешь называть предателем меня!?
              - Что ты несёшь?
              Глаза Алмази расширились, утратив всяческую ярость. На миг на лице застыла абсолютная растерянность, смешанная с обидой.
              - Скволл, да как же…, - чужим голосом пробормотал парень. - Даже теперь ты?.. Ведь она… Эдея! Она…
              - Сейфер, - хлестнул по ушам голос колдуньи, и Алмази тут же замолчал, склонив голову. – Я знаю, что на молчание зачастую тратится много больше сил, нежели на болтовню…
              Скволл метнулся вперёд, ощущая неприятное сопротивление воздуха, что тормозил движение. Не успеть… Да и на что он надеется? На бездействие этого обезумевшего фанатика? Безо всяких усилий, спокойно, плавно и непоколебимо Алмази заслонил колдунью, сверкнув мечом возле самого лица Скволла. Тот едва успел отпрянуть.
              - Не разочаровывай меня. – Знакомый ледяной тон вернулся к Сейферу. – Это неразумно. Подумай, что ты можешь противопоставить ЕЙ!? – Он метнулся вперёд, мгновенно оттеснив Скволла на несколько метров. Первые горячие искры упали на пьедестал колдуньи.
              - Неужели ты думаешь, я позволю тебе сделать это? - прошипел Сейфер и медленно выставил вперёд кросс-сворд, медленно отвёл левую ногу назад и, застыв каменным изваянием, с улыбкой добавил: - А может быть, ты просто жаждешь реванша?
              - Я исполняю долг, - одними губами ответ сиид и обеими руками со скрипом сжал изогнутую рукоять меча. Через долю секунды лезвия столкнулись, да так, что дуэлянтов едва не сбило с ног. Вот оно, повторяется... Спустя столько времени, они опять глядят друг на друга поверх оружия, и поражаются изменениям в своём сопернике. Действительно ли они изменились, или просто обстоятельства диктуют свои поправки, ведь тогда всё больше походило на глупую детскую ссору, а сейчас, здесь, в сердце Гальбадии возле трона колдуньи Скволл ощущает жалящие мимолётные прикосновения стали, чувствует, что смерть не заставит себя ждать при малейшей ошибке. И не страх, не ненависть становятся ответом на безудержное наступление Сейфера, а странная обида. Детская…
              - Не дам разрушить мою мечту! – Скволл едва удерживает ганблэйд под косым взмахом кросс-сворда Алмази и вскидывает охваченную огнём руку… Секунда, две, три – полупрозрачное пламя угасает, так и не сорвавшись на цель.
              - Вот это да! – воскликнул Сейфер, невозмутимо глядя на исчезающее магическое свечение. – Даже сейчас ты думаешь о правилах! Не дури, я же уничтожу тебя. Ты не понимаешь!? Я больше не курсант, я твой враг, Скволл, враг, и я убью тебя!
              - Нет. У Баламба ты испугался, просто и открыто, я не хочу уподобляться тебе.
              Из груди Сейфера вырвался едва ли не звериный рык, Скволл же наоборот успокоился, старался забыть про все, сконцентрироваться только на движениях врага, на предугадывании его действий. Провались эта Эдея! В конце концов, где-то позади есть Риноа и Ирвин, а из арки, если им удастся, могут придти на помощь остальные. Могут… Для него, Скволла, на настоящий момент альтернативы нет: если случайная преграда мешает выполнить задание, преграда должна быть устранена: всё остальное после, Алмази должен умереть. Именно так, никак иначе, потому что он не отступит, что бы ни случилось, он будет драться за свою мечту, за свою Мечту.
              «А я – за свою миссию», - подумал Скволл.
              Алмази не останавливался ни на мгновение, не подпускал ни на шаг, но бьющая ярость одновременно ослабляла его. По большей части, мечи тупо схлёстывались, высекая снопы искр, и лишь изредка они совершали эффектные, но столь же безрезультатные движения. И вот она, ошибка! Сейфер в прыжке наотмашь рубит зелёной волной, которой обернулось его оружие, но волна легко скользит по широкому лезвию ганблэйда и только раскаляет воздух. Вместе с жаром лицо обдает каплями крови. Кажется, их целый поток. Стиснув зубы, Скволл размазал их перчаткой: совсем немного ярко-красной в свете факелов крови испарялось с кисти. Сейфер, зажав рукой грудь, дико улыбаясь, скалой протаранил сиида, сбил его с ног и рассёк пьедестал, едва парень успел откатиться. Кросс-сворд ударил с неба, с боку, с неба, не позволяя подняться. А потом сталь вошла в плечо, резко, безо всякого сопротивления, быть может потому Скволл не почувствовал боли, или его поглотил вид рассеченной шеи врага. Сейфер неуклюже и удивлённо повернул голову к погружённому в собственную шею ганблэйду, и его лицо отразилось в зеркальной поверхности.
              - Как мерзко-то… - Он отшатнулся и левой рукой зажал шею. От раны на груди уже почти ничего не осталось.
              «Такова жизнь», - подумалось Скволлу, и он снова выбросил меч вперёд. Не теряя удивленного выражения, Алмази парировал атаку и ботинком отшвырнул нападающего.
              - Сделай одолжение! – заорал Сейфер. – Или сдохни, или убей меня скорее!
              - Убирайся с дороги! – против воли сорвался сиид.
              - Или я, или ты! Я её страж, и ты не пройдёшь!
              - Проклятье! – Скволл дёрнулся к врагу, но что-то удержало его. – Ты же был с нами! Ты…
              - Никогда! – срываясь на хрип, перебил Алмази. – Никогда я не был с вами! Всем и всегда плевать на меня, потому и мне плевать на вас всех!
              - Ты не видел, как они вели себя, когда узнали о твоей судьбе! Ты не знаешь, что говорила Риноа! Они жалели тебя, понимаешь? Как бы ты ни относился к ним, каким бы гадом ни был, но ты был своим! А теперь…
              Боль от вибрации ударила по кистям рук, когда мечи снова встретились.
- Врёшь! – надрывающимся голосом выкрикивал он при каждом ударе. – Всем! Всегда!..
              Скволл парировал удар, пропустил обезумевшего врага мимо себя и рухнул на пьедестал. Его меч даже не задел Сейфера, зато тот невозможно быстро, что бы защититься оказался за спиной и использовал своё положение. В глазах и сознании потемнело, но тело действовало на автомате и выполнило необходимое. Шею обожгли искры от скрестившихся за спиной сиида мечей. Разворачиваясь из полусидячего положения, он почувствовал, что тело словно увязает, обманчиво медленно ломает сопротивление воздуха. Увидел, как скалится Алмази, бесполезно пытаясь предупредить удар, потому что защититься от такового можно только по счастливой случайности. Как только что Скволл ничего не успел сделать, так сейчас Сейфера оторвало от земли, швырнув прямо к трону колдуньи. Всплески силы очень часто решают исход битвы, и Алмази следовало отдать должное: он умел их контролировать куда лучше своего соперника. Ещё не коснувшись земли при падении, он уже вогнал лезвие в пьедестал и в тот же миг расплылся в своих очертаниях. Но раньше, чем полупрозрачное знакомое отражение врага успело покрыть несколько метров до Скволла, сиид обратился к магии. Успел. Размытый образ сразу же обрел прежний вид: Сейфер был в трёх шагах от него, прорываясь через пространство. Они оба оказались на равных, и вспыхнувший голубой щит с шипением принял вытянутое лезвие кросс-сворда и погасил удар. Его конец звонко и неуклюже стукнул во вскинутый меч сиида, и, скрежеща ганблэйдом вдоль изящного лезвия, Скволл дотянулся до нападающего. Алмази отпрянул. Его брови искривились, собирая глубокие морщины над переносицей, между до боли стиснутыми зубами побежала кровь, но губы растянулись в чудовищном подобии улыбки.
              - Ну попробуй сделать это, - послышался искаженный до неузнаваемости голос.
              Сиид поднял ганблэйд, но замер, столкнувшись взглядом с оранжевыми со слегка вытянутым зрачком глазами колдуньи, о которой он забыл. Эдея стояла в полуметре от Сейфера и держала его за плечо.
              - Дай мне закончить это. Прошу тебя, - сквозь зубы прошептал он.
              - Но ведь тогда мы лишим его возможности выполнить свою миссию. Я дам ему шанс.
              Скволл мотнул головой, сопротивляясь этому давящему, подчиняющему голосу, шедшему из почти нераскрывающихся губ.
              - Эдея…
              - Сейфер, - с едва уловимым нажимом сказала колдунья, и Алмази тут же отошёл к трону.
              - Ну, и что же ты станешь делать теперь, сиид? – В её голос постоянно вплетались звуки колокольчиков, от которых хотелось бежать прочь из самого Делинга.
              И действительно, пришла мысль, что делать теперь, когда она вот так стоит перед тобой, смотрит пробирающим до самой души взглядом и ждёт? Она на столько уверена в себе, что просто ждёт, не спешит что-либо предпринимать. Или она потому и ждёт, что боится сделать первый неосторожный шаг? Какая чушь… Жалкая попытка придать себе храбрости. Не сожжёт ли она его в миг, едва Скволл бросится вперёд? А вдруг… Да, вдруг она читает его мысли!? И Скволл сделал произвольный ход, не задумываясь о его уместности: бросил в Эдею первое, за что зацепилось сознание. Слишком поздно понял он свою ошибку. Опередить колдунью в магии… Какая глупость! И за все ошибки в деле сиида приходится платить сполна. Замедление времени ни коим образом не коснулось Эдеи, когда Скволл как мог быстро создавал заклинание. Ему даже удалось высвободить повышенную силу огня, но когда словно вода плескающееся пламя кругами хлынуло на цель, колдунья спокойно повела острыми пальцами, создавая перед собой фиолетовую полусферу. Сиид едва успел отвернуться, как его же собственный огонь окутал все тело. Физическая боль была не сильна, куда хуже пришлось духу – внутренней бестелесной сущности человека, на которую и воздействовала магия. Сквозь пелену боли донесся хохот Сейфера, а следом непонятно откуда здесь взявшийся собачий лай. Пламя отхлынуло, открывая картину того, как на Эдею бросается собака.
              - Анжело…, - глухо пробормотал Скволл. – Что!? – понял он смысл появления странного зверя.
              Колдунья слегка отступила, вытянула руку, готовясь вонзить пальцы в собаку, но Анжело беспрепятственно прошёл сквозь них и ослепительной волной ударил ей в грудь. Рядом со Скволлом на краю пьедестала показалась Риноа, карабкающаяся наверх.
              - Риноа, стой! – закричал сиид, замечая, как девушка отводит назад руку, охваченную свечением. – Отражение! У колдуньи…
              Но Эдею уже окружила вереница белёсых частиц, впившихся в неё и мгновенно разлетевшихся вместе с отражающим щитом. А Риноа, не обращая внимания на Скволла, уже бросила следующее заклинание, хотя за столь короткое время это было почти невозможно даже для сиида. Колдунья, отвернувшись, все же схватила собаку, которая от чего-то интересовала её больше прочих, и обращала дергающееся животное в бесформенное прозрачное облако, и когда черный завывающий торнадо накрыл её, Анжело рассыпался искрящимся прахом. Воспользовавшись этим, сиид схватил девушку и отшвырнул назад к краю пьедестала, благо Риноа едва держалась на ногах. Сейчас торнадо рассеется, и тогда он нападёт… Посмотрим, каковы колдуньи в ближнем бою. Скволл сомкнул вокруг себя защиту, хотя вряд ли бы она сильно сейчас помогла, и наклонился вперёд. Сейчас, сейчас…
              - Какого!?. – закричал парень, замечая, как прямо под ревущей, но таящей воронкой вспучивается поверхность пьедестала, оглушительно трескается, и больший её кусок вместе с появившейся Эдеей взмывает в ночное небо. Из зияющей дыры показались двое существ с огромными бычьими головами.
              «Стражи… Хранители Братья…» - подумал Скволл.
              - Киннеас! – вырвалось против воли.
              Ирвин действительно уже стоял позади и сосредоточенно целился куда-то в небо.
              - Проклятье! – пробормотал он. – Да где же она?
              Колдунья исчезла. Растаял и разлом, откуда показались было Стражи Ирвина, в клубах пыли возле трона, сгорбившись, сидел Алмази. Он закрыл глаза и водил рукой по шее. Плохо, очень плохо все это было.
              - Вот она какая, мощь сиидов, - раньше появления самой Эдеи прогремел её презрительный голос. Огонь факелов и чаш бешено затрепетал и словно по команде превратился в рассеивающийся дым. Неожиданно присевшая Риноа схватилась за голову и пронзительно закричала:
              - Отстань от меня! Убирайся… Скволл, уничтожь, убей колдунью!
              Ирвин пытался привести её в чувства, но девушка не отпускала головы и продолжала отчаянно кричать. Так отчаянно… Столько ужаса было в голосе, что не смотря ни на какую закалку, по спине пробежал холод. Скволл, выставив ганблэйд, судорожно оглядывался, готовясь к неожиданному удару.
              - Она зло! – сквозь слёзы повторяла Риноа. – Останови её!
              - Ирвин, приготовься, - прошептал Скволл, начиная чувствовать, как нечто пока что невидимое сгущается со всех сторон.
              - Всегда, - быстро ответил снайпер. – Вот только…
              Глаза сиидов непроизвольно расширились, когда стало видно, как тьма поглощает мир вокруг пьедестала. Она стирала дорогу, решётки, своды арки, гасило огни города и многочисленные вечные звёзды, подбиралось к самому краю, к самым ногам. Сейфера уже не было, не было ничего, кроме вытянутой поверхности пьедестала, некогда пылающих чаш и потухших факелов возле самого зловещего трона.
              Эдея стояла там, как и прежде, величественно и спокойно.
              - Ну, и что же вы станете делать теперь, сииды? – повторила она свой вопрос в нависшей тишине.
              Ирвин выстрели раньше, чем Скволл успел метнуться на колдунью. В бездну все фокусы! Теперь и им обоим было ясно, что имела в виду Риноа. Зло… И не надо было пытаться понять смысл этого. Просто враг? Цель миссии? Нет…
              Достигли ли выстрелы цели, снайпер так и не понял. Во всяком случае, колдунья не шелохнулась. Но на третьем нажатии на податливый курок палец остановился, кисть, а затем и все тело скрутило судорогой, движения остановились. Ирвин понял, что жгучий лёд сковал его, а в следующий миг из-под земли взметнулись ледяные глыбы, обратив погруженный во тьму пьедестал в белёсую пелену.
              Скволл видел, как в Эдею врезались горящие вытянутые заряды снайпера. Врезались и бесследно исчезли в обтягивающем фиолетовом платье. Сама колдунья безотрывно смотрела Леонхарту в глаза, и лишь только светящееся лезвие меча коснулось её, сиида отбросило до самого противоположного края, едва не скинув в густую темноту..
              «Встать! - приказал он трясущимся ногам. - Встать!»
              Нежно-голубое марево окутало стройное тело, повеяло морозом. Серебристая змейка спиралью поднялась вокруг ног к самой остропалой кисти и с хрустом обернулась вытягивающимися, растущими кристаллами льда. Колдунья Эдея махнула рукой…
              Риноа полулежала в метре от Скволла. Мотала головой и с ужасом глядела на него. «Вставай!» - последний раз приказал себе сиид, поднялся, и что-то ударило по ганблэйду, что-то треснуло, раскололось, выбило оружие из рук, врезалось в грудь. Оно пустило там корни и быстро побежало по венам.
              «Вперёд же… Впе… - И тогда он понял. Неуверенно, опасливо, он впустил это в свой разум, и разум принял, на миг скорчился от какого-то непонятного омерзения, проступившего на лице, но повиновался. А в мире исчезло всё, всё потеряло свою вздутую важность, свои возвышенные идеалы и запутанные мотивы. Осталось лишь то, что было перед глазами. - Вон она, прекрасная Эдея, стоит и смотрит на меня надменным взглядом. Прямо как Сейфер. Да, похоже, он и впрямь создан для неё… для неё. - Мысли петляли, словно лунная дорожка на игривой воде, и стремились унестись прочь из злополучного Делинга, прочь из проклятой Гальбадии, подальше, далеко, туда, где бескрайние поля вечно шепчутся мириадами цветов.
              Голова опустилась, и взгляд упал на кривой толстый кристалл чуть правее и выше солнечного сплетения. Холод от него уже завладел всем телом, и сознание медленно тонуло в его покое. А следом исчезал чужой город, враждебная страна, тянущиеся через океан линии железных дорог, таял Баламб-Гарден и Сид Крамер со своим приказом, трескались и рассыпались по букве бессмысленные законы академии. Вспыхивали и исчезали знакомые лица людей. Год за годом сгорало его пустое существование, пока где-то там на один единственный, но, казалось, чудеснейший в жизни миг ни соткалась из воспоминаний картина: песчаный пляж, тихие голубые волны, белый маяк на маленьком утёсе…
              «Сейфер. Эгоистичный идиот с чудовищным комплексом неполноценности, - удивительно беззлобно подумал парень. - Кажется, тебя можно поздравить. Великие Силы, как же всё нелепо…» - Но оно уже исчезло, всё меньше становилось мыслей.
              «А ведь это совсем не мучительно, только… тоскливо немного. Да, совсем немного. Но как хорошо, что я ничего не достиг в жизни, и ничего не теряю. Как хорошо, что ничего в ней не рушится и… И всё же немного, совсем чуть-чуть обидно».
              Скволлу показалось, что кто-то кричит, очень громко, но как-то приглушённо, далеко-далеко. Именно тогда над заполонёнными народом улицами и площадями Делинга нёсся отчаянный крик Риноа, он метнулся во все стороны и потонул в шуме города. Девушка в голубом видела, как сиид неуверенно отступает на шаг, нога скользит в чёрную пустоту, и его с застывшей тоской лицо медленно запрокидывается. А вот и она сама, тянет к нему руку, но уплывает куда-то вниз. Уплывает вниз замершая впереди Эдея со своим великолепным презрением к ничтожным людишкам, и вот оно, как прежде, ночное небо, полное звёзд, высокое и красивое. И нет там никакой страшной тьмы, нет свода арки. На его фоне снова возникает Риноа Хартилли, девушка с выпускного бала, и продолжает тянуть к нему руку, но… она все дальше.
              «Нет, - подумал сиид, - не успеет, не дотянется, а так хотелось бы… Хотя бы один раз… Может быть, она бы прогнала этот спокойный холод, может быть, мы… я… И всё-таки немного обидно».


КОНЕЦ ПЕРВОЙ ЧАСТИ

0

27

FINAL FANTASY STORY: Alternative 
 
От автора: Данный роман можно рассматривать как независимое продолжение замечательного произведения Final Fantasy Story от Pulse Irvine.
А можно и не рассматривать. Так или иначе, "Аlternative" начинается там, где FFS заканчивается, и продолжает сюжетную линию оригинальной Final Fantasy VIII.
 
 
 
 
Автор (главы 26-42) - Сергей "Demilich" Сенюк

Автор (главы 43-48) - Equilibrium Keeper

0

28

ГЛАВА 26
Загадочный сон: затишье перед бурей

Подперев щеку ладонью, Лагуна Лоир глядел в окно, изнывая от вынужденного безделья. Как, впрочем, и вчера, и позавчера, и, фактически, каждый день, проведенный им в Винхилле – маленьком тихом городишке, выросшем в дикоземье на юге родной Гальбадии. А ведь, без малого, уже год минул с того приснопамятного дня, как сражались они с солдатами Эстара в рудниках Сентры. Год... как потерял он дорогих друзей и оказался полностью отрезанным от мира.
      Тяжелые дождевые капли барабанили по стеклу, нисколько не способствуя улучшению и без того удрученного настроения Лагуны. Картины последних мгновений сражения ярко отпечатались в его памяти, и навряд ли когда-нибудь сотрутся благословенным забвением.
      ...Вот они на краю скалистого утеса... В сотнях футах внизу с ревом разбиваются о камни пенящиеся морские волны... Эстарцы идут в последнюю атаку, прекрасно сознавая, что враг изранен, слаб и, потому, расправиться с ним не составит ни малейшего труда... С тоской и горечью осознают этот факт и гальбадианцы... Эх, вот так, глупо заканчивается их земной путь, и остается лишь один исход... На глазах потрясенного Лагуны меч эстарца слитным движением рассекает горло добряка Варда, и бедолага, отступив на шаг, срывается и камнем падает вниз... Кирос, еле живой, обводит мутным, ничего не разумеющим взором атакующих; раны его слишком тяжелы и сознание, еле-еле теплящееся в теле, в любой момент может милосердно угаснуть... И Лагуна, забросив бесполезный автомат на плечо, хватает Сигала за плечи, толкает с обрыва, а в следующую секунду готовится прыгнуть и сам, в жадное, бездонное море... Пули настигают его в полете, пробивают броню, вонзаются в тело и стремительно приближающуюся водную гладь застилает кровавый туман...
      Лагуна потряс головой, отгоняя горькие воспоминания, неотступно преследующие его день за днем...
      Очнулся он уже здесь, в этой самой комнате. Тело, казалось, обратилось в сплошной сгусток боли, ватный туман наполнял голову. Но на фоне более чем премерзкого состояния светлым лучом выделялся прекрасный образ черноволосой девушки с огромными карими глазами, лучащимися нежностью и добротой.
      Райн. Милая, заботливая Райн... Месяцы, проведенные рядом с нею, свершили невозможное: девушка потеснила Джулию в его сердце. Факт, в котором Лагуна боялся признаться даже самому себе. Ведь это она выходила его, целых полгода просидела у кровати совершенно незнакомого ей человека, обнаруженного однажды утром на песчаном берегу у Винхилла. А когда Лагуна поднялся наконец на ноги, позволила ему остаться у себя в доме, и даже отвела комнату на втором этаже.
      Помимо них двоих, в доме поселилось еще одно очаровательное создание. Эллона – так звали эту милую девчушку. Элли...
      Пока Лагуна вынужденно прохлаждался, прикованный к койке, в мире вспыхнула и отгремела кровопролитная война. «Война с Колдуньями» - так успели окрестить ее историки. Опалил огонь ее и провинциальный Винхилл; однажды, глубокой ночью, сюда нагрянули солдаты Эстара, вступили в бой с расквартированном в городе гарнизоном гальбадианских солдат. В ту ночь родители Эллоны погибли, и Райн – сердобольная одинокая девушка, проживающая по-соседству, взяла малышку к себе.
      Так их стало трое. Поднявшись на ноги, Лагуна выпросил у командира гарнизона списанный автомат, добровольно приняв на себя роль «защитника города от монстров». Последние частенько заглядывали сюда, выползая из окрестных лесов, и ветеран, сведущий как в магии, так и в искусстве боя, пришелся как нельзя кстати. Лагуна любил совершать эти прогулки: закинув оружие на плечо, он браво расхаживал по окрестностям Винхилла, выискивая потенциальных нарушителей спокойствия. В чем-то он считал себя обязанным людям, которые спасли его и поставили на ноги, потому старался сделать жизни их настолько безопасными, насколько это возможно. Да и вообще – здесь он чувствовал себя своим, кому-то нужным. Новое, приятное ощущение.
      Летели месяцы, сливались в годы...

      На лестнице послышался топот маленьких ножек и в комнату влетела запыхавшаяся Эллона в своем неизменном голубеньком платьице. Лагуна оторвался от глубокомысленного созерцания дождя, улыбнулся. Пусть знал он эту живую, веселую девчонку всего год с небольшим, уже успел привязаться и полюбить.
      - Дядя Лагуна! – возбужденно защебетала она. – К тебе пришли!
      От изумления тот даже привстал с табурета. Вот так новость!
      - Что? Ко мне? – озадачился он. – Как хоть выглядит-то гость?
      - У него смешная одежда, - вполне содержательно объяснила малышка. – И сейчас он разговаривает с Райн.
      - В баре, что ли? – уточнил Лагуна. Именно там работала их хозяйка.
      - Угу! – закивала Элли. – Потому я и прибежала за тобой. Я хорошая, да?
      Лагуна вздохнул. Ну как объяснить этой неугомонной малышке, что порою улицы Винхилла опасны и днем? Гальбадианцы особо не утруждали себя патрулированием города, раз уж роль эту добровольно взял на себя Лоир, и проводили время, напиваясь в таверне или отсыпаясь дома. Ведь приказы их касались лишь оказания сопротивления солдатам Эстара, ежели те вновь нагрянут. До Винхилла долетали слухи, что, пусть война и затухала, эстарцы до сих пор рыщут по миру, похищая маленьких девочек с ярко выраженными способностями к магии. Наверняка колдунья Адель, правительница восточного государства, ищет себе наместницу... Лоир всерьез беспокоился за безопасность маленькой Элли, ведь наверняка тогда, два года назад, эстарцы приходили именно за ней.
      - Нет, не хорошая! - с напускной суровостью отвечал «дядя Лагуна», сдвинув брови к переносице. – Ты же знаешь, что гулять одной на улице опасно! Что если чудовище выскочит и утащит тебя в лес?
      Малышка расстроилась.
      - Но, ведь это соседний дом, - пролепетала она, глаза ее заблестели. – Со мной все хорошо будет.
      - Все равно это опасно! – отрезал Лагуна, решив довести воспитательный процесс до конца. – Чудовища будут охотиться именно за тобой, потому что ты хорошенькая маленькая девочка. Поймают тебя и выпьют всю кровь! И если случится что-нибудь подобное, дядя Лагуна сильно расстроится и будет плакать...
      Элли принялась всхлипывать, ясно представив себе подобную перспективу, но затем новая мысль пришла ей в голову и девочка улыбнулась сквозь слезы.
      - Со мной все равно ничего не случится! – заявила она. – Если меня украдут, я позвоню тебе, дядя Лагуна, и ты придешь, чтобы спасти меня.
      Смеясь, малышка понеслась вниз по лестнице, а несколько секунд спустя донесся звук хлопнувшей входной двери. Сняв с гвоздя на стене верный автомат и накинув джинсовую куртку, Лагуна поплелся следом. Да, воспитатель из него пока что никуда не годный...
      Решив больше не расстраивать дядю, Элли терпеливо дожидалась его на крыльце, но, лишь Лагуна вышел наружу, тут же бросилась к двери бара, следующего дома по улице.
      В этот утренний час бар пустовал. Лагуна вошел, огляделся. Любил он это место. Тепло, уютно. Лишь пяток круглых деревянных столиков да винные бочки, сложенные в углу. За барной стойкой, как всегда, Райн в своем неизменном белом мешковатом свитере и джинсах. Девушка не любила платья и юбки, предпочитая одежду практичную. Впрочем, она всегда умудрялась выглядеть мило.
      Райн улыбнулась Лагуне, кивком головы указала в угол комнаты, где за одним из столиков замер стройный мужчина в обтягивающем фигуру красном костюме. У ног незнакомца вертелась Элли, настороженно его разглядывая.
      - Кирос! – взревел Лагуна, бросаясь к товарищу. Они обнялись и замерли, не зная, с чего начинать разговор. Вроде бы и не виделись два года, и не знали – живы ли, нет...
      Эллона демонстративно засопела, ожидая объяснений. Как же так – ее, да игнорируют?.. Лагуна потрепал ее по волосам.
      - Это друг дяди Лагуны, - объяснил он. – Пусть он смешно вырядился, но на самом деле он хороший.
      Малышка заулыбалась; Кирос нахмурился, придирчиво оглядел себя с головы до ног.
      И они с Лагуной принялись наперебой рассказывать друг другу о случившемся за время, проведенное в разлуке, стремясь поведать как можно больше, страшась того, что столь чудесное воссоединение вдруг разом возьмет да прервется.
      - Я искал тебя все это время, как ушел из армии, - говорил Кирос. – Вообще-то без тебя стало довольно скучно...
      - Да ладно тебе, - весело отмахнулся Лагуна, обычная широкая улыбка озарила его лицо. – У меня здесь весьма... содержательная жизнь.
      Сигал бросил быстрый взгляд на Райн, протирающую барную стойку и усиленно делающую вид, что разговор мужчин ее нисколько не заботит.
      - Понимаю, что ты имеешь в виду.
      - Как там Вард? – внезапно посерьезнел Лагуна.
      Кирос грустно покачал головой.
      - Тоже покинул армию. Получил тогда страшную рану на шее, и голос так и не вернулся к нему. Нашел работу уборщиком в гальбадианской тюрьме.
      Лагуна медленно выдохнул. Больше всего боялся он услышать, что Вард Зарбак сложил голову в том страшном сражении с эстарцами. Пусть и не может представить он могучего друга с метлой и шваброй, осознание того, что жив тот и в безопасности, согревало душу.
      И еще один вопрос крутился у Лоира на языке. Задавать его, или не нужно... Но как же мучительно хочется услышать ответ! И, опасливо косясь на Райн, Лагуна перегнулся через столик и шепотом поинтересовался:
      - А Джулия? Что с ней?
      - Не знаю... – столь же тихо отвечал Кирос, но Райн, как оказалась, обладала поистине непревзойденным слухом, и тут же встрепенулась:
      - Джулия? Певица?
      Лагуна мысленно застонал, и, к вящему его ужасу, Кирос оживленно обратился к девушке, закивал.
      - Именно она! Наш Лагуна восхищался ей и частенько наведывался в ночной клуб.
      - Заткнись! – неожиданно для самого себя распалился Лагуна, густо покраснев. Сейчас он испытывал неодолимое желание Кироса придушить. – Что, если так!
      И Райн, и Кирос удивленно на него уставились. Лагуна сконфузился, пробормотал под нос что-то – вроде бы, извинения, - медленно опустился на место и угрюмо уставился в свой стакан с выпивкой. Райн же, обретя в незнакомце нового собеседника, была не прочь разузнать побольше о прошлом черноволосого красавца, ниспосланного ей судьбой.
      - Джулия пела в ночном клубе, да?
      - Нет, она не пела, - разъяснил Кирос. – Просто играла на пианино.
      Райн кивнула: они явно говорили об одной и той же девушке
      - Значит, затем она выпустила свою первую песню под названием «Твои глаза на мне», - уточнила она; эту чарующую мелодию часто крутили по радио в последние месяцы. Песня и в самом деле брала за душу, слезы на глаза наворачивались. И, в свете сообщенного Киросом, Райн начинала догадываться, кому певица дарила магию слов, магию сердца.
      Похоже, она не ошиблась: услышав произнесенное название, Лагуна даже в лице переменился.
      - К... как? – выдохнул он.
      - А ты разве не слышал? – невинно улыбнулась Райн.
      - Ты мне никогда не давала ее послушать, - буркнул Лагуна, отворачиваясь. Целый вихрь эмоций свирепствовал в душе его в этот момент, и он прилагал огромные усилия, дабы не дать ему вырваться наружу. Сейчас лучше всего не дергаться, а потом все обдумать да примириться с прошлым, отринутым и безвозвратно ушедшим.
      - Ну, я не думала, что песня в твоем вкусе, - нахмурилась Райн, наблюдая столь переменчивый настрой ее обычно неунывающего и жизнерадостного постояльца. – Она про любовь. И мне, кстати, очень нравится!
      - Слышал, она недавно замуж вышла, - промямлил Кирос, виновато косясь на скисшего товарища. Странное состояние последнего заметила и Элли; нахмурившись, девочка подошла поближе, погладила Дядю Лагуну по колену, дескать, все будет хорошо. Тот рассеянно улыбнулся, потрепал малышку по головке.
      - А, да! – воодушевленно закивала Райн. – За какого-то генерала. Вроде бы, Карауэя. Я в журнале читала, что ее настоящая любовь отправилась на войну и не вернулась. Генерал Карауэй оказался в нужном месте в нужное время, чтобы вывести ее из депрессии. Так они и познакомились, а солдата своего она не дождалась.
      Терпение Лагуны лопнуло.
      - Пусть так! – рявнул он, с грохотом отодвигая стул и вскакивая из-за стола. Эллона, встревоженно пискнув, отскочила в сторону. – И что с того?! Она счастлива, ну и ладно! Только это и имеет значение!
      И он, резко развернувшись на каблуках, направился к двери, пинком распахнул ее и выскочил из бара, разом оказавшись под ледяными струями дождя, несколько остудившими его безумный пыл. Чего он взбесился?.. Прошлое – в прошлом, а сейчас все по-другому: у него есть дом, семья... Но все-таки, отчего такая боль на сердце?.. Ведь перегорело, казалось, и не раздуть угли вновь...
      Кирос неслышно приблизился сзади, и два товарища двинулись по размытой дождем тропинке, въющейся через Винхилл. Ухоженные двухэтажные домики по обе стороны от дороги. Белые стены, увитые плющом. Аккуратные садики и клубы за низенькими деревянными заборчиками – цветы, вперемешку с сорняками. Прекрасный, тихий провинциальный городок... но – мертвый.
      - Вот оно как, - произнес Лагуна, широким жестом обводя окружающее их застывшее время. – Все, способные держать автомат в руках, были посланы правительством на войну. Остались лишь старики, дети, кошки с собаками да чокобо. И монстры повадились навещать беззащитный городок, жители которого немало сделали для меня. Так что, по большому счету, я должен отплатить за их доброту.
      Кирос кивнул, принимая позицию друга. А ведь тот изменился, сильно изменился. Стал более... взрослым, что ли? Ответственным?
      Послышалось негромкое жужжание, и навстречу двум путникам устремилась гигантская оса размером с доброго хряка. Отточенным движением Лагуна сорвал автомат с плеча, передернул затвор и разрядил обойму в приближающуюся тварь. Пули буквально разорвали насекомое на части, и те с хлюпаньем рухнули на землю, чтобы несколько секунд спустя просто исчезнуть.
      Кирос покачал головой, поразившись выражению мрачной сосредоточености на лице компаньона.
      - Скажи, Лагуна... - несколько неуверенно начал он. – А ты каждый день вот так бродишь по городу?
      Лоир молча кивнул, вновь вскидывая автомат на плечо.
      - Ты же собирался стать журналистом и объездить весь мир? – не сдавался Кирос. – Слышал ведь о газете «Тиберские маньяки»? Я переговорил давеча с главредом и он намекнул, что издавние будет весьма заинтересовано в материалах касательно путешествий по миру.
      - Здорово! – выпалил Лагуна, и, видя его загоревшиеся энтузиазмом глаза, Кирос на мгновение представил, что перед ним его старый друг, беззаботный и энергичный, готовый в одичночку выступить против целого мира. Но наваждение рассеялось, как дым, и лицо Лоира вновь обрело серьезное, сосредоточенное выражение.
      - Ну да... – добавил он, внимательно оглядываясь по сторонам в поисках возможной угрозы. – Но давай тут еще немного задержимся?
      Кирос несколько неверно истолковал порыв товарища.
      - Тебе нужно время, чтобы подсобрать материала? – поинтересовался он. – Винхилл – и впрямь весьма милый городок. Небось твоя первая статья будет как раз о нем?
      - Ни в коем случае, - отрезал Лагуна. – Ни за что на свете не буду делать Винхиллу рекламу. Не хватало еще, чтобы сюда туристов понаехало.
      ...В тот день они прикончили немало монстров, ошивавшихся на окраинах городка. Гигантских ос, порхавших на окрестных полях, где ветер играет колосьями спелой пшеницы. Слизких сороконожек, облюбовавших сырые подвалы старых, полуразвалившихся кирпичных зданий покинутых кварталов Винхилла.
      Вновь, как в старые добрые времена, когда меткий глаз Лагуны и нечеловеческая быстрота и четкость движений Кироса были гарантами их победы, их выживания. Рука об руку спускались они в темные, грязные, пропитанные запахом тлена чуланы, откуда доносилось утробное рычание хоронящихся сороконожек. Нет нужды прибегать к силам Хранителей – лишь добрая сталь катал да злые пули, кромсающие плоть.
      ...Когда Лагуна и Кирос закончили плановую зачистку и направились обратно по направлению к бару, уже вечерело. Дождь прекратился, и среди рваных облаков показался алый глаз заходящего солнца. Оба героя промокли, измотались и были чертовски голодны.
      Сквозь неплотно прикрытые оконные ставни сочился аромат, от которого рот наполнялся слюной, а желудок сводили сладкие судороги. Наверняка Райн хлопочет на кухне, а малышка Элли ей помогает. Как, впрочем, и всегда.
      Лагуна вознамерился было широко распахнуть дверь да с ходу доложить «командиру Райн» о сегодняшних достижениях, когда до него долетел голосок Эллоны.
      - Райн... А ты выйдешь замуж за Дядю Лагуну?
      Лоир замер на пороге, придержал за плечо спешащего отужинать Кироса, приложил палец к губам. Тот непонимающе передернул плечами, но остановился, прислушался.
      - Замуж?! – в голосе Райн слышалась насмешка. – Этого парня прибило к берегу и он ревел, как дитя малое... Волей-неволей, пришлось его выходить... А его манера говорить... Уж не знаю, насколько серьезны его разглагольствования о журналистике. Пытаешься с ним серьезно поговорить, он тут же меняет тему. И вообще, он храпит и разговаривает во сне!..
      Лагуна, покраснев, топтался на крыльце; вообще-то ожидал он от Райн несколько иных слов, но... Женщина сильная и независимая, зачем он ей такой вообще нужен?.. Кирос же прилагал чудовищные волевые усилия, сдерживая готовый вырваться наружу смех. Нет, положительно, услышанное стоило малость отложенного ужина.
      - Но ведь он хороший! – не сдавалась Элли. – И он очень-очень мне нравится! Райн, Дядя Лагуна и Элли должны быть вместе! Всегда-всегда!
      - Но, знаешь... – задумчиво продолжала Райн, - я думаю, он действительно мечтает объездить весь мир. Жизнь в нашем маленьком тихом городке – это не для него... И это так меня злит!
      Последовала пауза, в течение которой Элли старалась осмыслить услышанное. Ровно как и сам Лагуна; нахмурившись, он почесал затылок, бросил вопросительный взгляд на Кироса, но тот лишь пожал плечами: тебе, дескать, виднее.
      - Значит, тебе он не нравится? – категорично сделала вывод Эллона.
      Райн звонко рассмеялась.
      - Да нет же, я люблю его так же, как и ты!
      Лагуна резко отдернул руку от двери, будто обжегшись, отошел на пару шагов. Украденные слова впечатались в сознание. «Люблю его так же, как и ты»... «Люблю»...
      - Иногда я боюсь... – прошептал Лагуна, обращаясь к первым звездам, уже показавшимся на небосклоне. – Боюсь однажды проснуться где-нибудь в другом месте... И никогда не увидеть Эллону... Райн... Что со мной происходит?.. Я чувствую... А что я чувствую?..
      Наблюдая за метаниями друга, Кирос прекрасно понимал, как душу того разрывают противоречивые устремления, эмоции. Всепоглощающая тяга к путешествиям... и новообретенная любовь к покою и семье... Да, он изменился, и сильно, но места своего в жизни так и не обрел. Права Райн, не про него провинциальный Винхилл, тем более в свете все растущей напряженности в мире...
      А в кустах стрекотали цикады, и зажигались уличные фонари, и огоньки звезд ярко сияли с чистого, безоблачного неба. И великое спокойствие обволакивало душу, и даже осознание того, что все это – лишь затишье перед грядущей бурей, отходило на второй план.

0

29

ГЛАВА 27
В заключении

Зелл пробудился.
      Над головой нависал унылый серый потолок тюремной камеры... тот самый, который он имел сомнительное удовольствие только что лицезреть во сне. Точнее – видении. Донельзя однообразном, и не было в нем ни жизнерадостного Лагуны, ни смертоносного Кироса. Лишь Вард, снедаемый смертельной скукой и пустотой своего нынешнего существования.
      Зелл потряс головой, пытаясь собраться с мыслями, огляделся по сторонам. Кроме него, в камере находились еще трое – Квистис, Сельфи и Риноа. Те, кто участвовал в злополучной попытке покушения на колдунью и переворота в Гальбадии.
      И когда оная с треском провалилась, пути к стратегическому отступлению разом оказались отрезаны; в крошечную каморку во вратах, где схоронилась диверсионная группа, хлынули гальбадианские солдаты. Понимая, что сопротивление многократно превосходящим силам противника приведет к неминуемому летальному исходу, трио сиидов приняло решение сложить оружие.
      Довольно бесцеремонно их выволокли наружу, втолкнули в фургон и, после нескольких часов тряски по дикоземью Гальбадии, доставили в знаменитую Пустынную Тюрьму.
      С тех пор минуло несколько дней, проведенных в полном неведении о ситуации во внешнем мире. Тяжелая дверь распахнулась лишь раз, когда в камеру втолкнули Риноа. Девушка, бледная, как смерть, вяло кивнула товарищам и, кусая губы, проследовала к железной койке в углу, где и расположилась.
      Проникшись атмосферой общей подавленности, Риноа упорно молчала, отвернувшись к стенке; иногда тихонько плакала.
      Услышав вслипывания, Зелл смятенно вскинулся, неуверенно поднялся на ноги, но почуствовал на своем плече ладонь Сельфи, а Квистис, взглянув ему прямо в глаза, отрицательно покачала головой: со своими терзаниями и внутренними демонами мисс Хартилли должна справиться сама.
      Судьба Скволла и Ирвина, ровно как и генерала Карауэя, оставалась политзаключенным неведома, а тюремные охранники, неусыпно дежурившие в коридоре, не считали необходимым их информировать.
      Для Зелла же вынужденное бездействие было хуже любой, самой изощренной пытки, и неожиданно сморивший его загадочный сон оказался столь же серым и нудным, как окружающая действительность. Вард метет пол... Вард чистит стенные панели... Вард топает по бесконечным закругляющимся коридорам... Скукота смертная!..
      - С возвращением, Зелл! – улыбнулась Сельфи, как только он вынырнул из объятий сна, и магия, ниспославшая видение, развеялась. – И как там наш Лагуна?
      - Вот уж не знаю! – буркнул Зелл в ответ. – Не видел. Мне Вард снился, и только. Насколько я помню, Лагуна и его команда отправились в руины Сентра и попали в переплет... Что бы там ни случилось, Вард остался один. Он работает в каком-то заведении, похожем на тюрьму. И скука просто снедает его! Он бы все на свете отдал, лишь бы снова сражаться под началом Лагуны!
      Квистис и Сельфи переглянулись. «Ну что это за таинственные видения?» - говорили их взгляды. – «Кто, и зачем являет нам эти картины прошлого?»
      Риноа приподнялась на локте на своей койке; черные волосы растрепаны, под глазами – темные круги.
      - Говоришь, Вард работает уборщиком в какой-то тюрьме? – переспросила она.
      - Да, так, - кивнул Зелл.
      - И он – гальбадианец? – продолжала Риноа.
      - Ну да, солдатом был, - Зелл положительно не понимал, куда гнет Хартилли.
      - А что, во сне ты ничего знакомого не видел? – хитровато прищурилась девушка, обводя рукой камеру.
      Зелл нахмурился: ну что за околесицу она несет?!. Рассеянным взглядом обвел он серые стены камеры, небольшие тусклые лампочки, вмонтированные по периметру потолка... Понимание было сродни удару молотом; в крайней возбуждении Зелл вскочил на ноги.
      - Слушайте, все! – заорал он, яростно размахивая руками. – Мы в той самой тюрьме, где работает Вард! Я видел! Он бродил по точно таким же камерам!
      Риноа кивнула, соглашаясь:
      - Это тюрьма для политических заключенных. Неудивительно, что мы оказались именно здесь. Мы напали на колдунью, выступили против президента. По закону Гальбадии, всем нам грозит смертный приговор...
      В глазах компаньонов плеснулось отчаяние. Неужто конец неминуем?.. Жаль, конечно, они-то и жизни еще не видали... И все-таки? Скволл и Ирвин, быть может, уже мертвы, а Эдея избрала следующей целью для своего удара родной Баламб-Гарден... Что в этом мире способно противостоять могуществу снедаемой алчностью колдуньи?..
      Сиидам оставалось только одно – ждать.

       Липкие, тягучие нити сновидения упорно цеплялись за тлеющий огонек сознания. Но, постепенно, картины сумеречного Винхилла отступили, поглощенные темной пеленой, и лишь один вопрос остался в хаосе бесконечной вселенной: «Где я?»
      Скволл Леонхарт разлепил глаза; голова, казалось, забита ватой, чувства притупились. «Да где же я?» Каморка два на три метра, койка да отхожее место в углу. Что с ним произошло?..
      Наглая ухмылка Сейфера, ледяная игла, пронзающая тело насквозь... Падение с высокой платформы и последний, отчаянный взгляд Риноа, обращенный на него... А затем – тьма и боль, погасившая сознание. В милосердном забытьи проступили образы Лагуны и Кироса, которые Скволл списал на предсмертное видение, последнюю агонию.
      Леонхарт осторожно коснулся пальцами предплечья... Раны не было и следа, хотя, по самым скромным прикидкам, там должна была зиять сквозная дыра с два кулака размером. Но ведь боль от иглы, разрывающей плоть и сокрушающей кости, жива в его сознании... Неужто морок? Может, и не было всего этого вовсе?..
      С тяжким стоном Скволл обхватил голову руками, и в этот момент каморка его ощутима сотряслась, завибрировала.
      Внутренняя структура Пустынной Тюрьмы представляла собой огромный многоярусный колодец, на каждом из уровней которого располагалось множество ячеек-камер. Механические манипуляторы, оперирующие в центральной шахте, легко извлекали камеры из ниш, перемещали их между уровнями; довольно удобная система трансфера заключенных, да и меры безопасности соблюдены. Неудивительно, что Пустынная Тюрьма Гальбадии считалась самой надежной и неприступной в мире.
      Вот и сейчас, один из манипуляторов выдернул одиночную камеру из ниши и устремился вверх, где заключенного дожидалась его немезида.

       Громкий металлический лязг, эхом разнесшийся по коридорам, совпал со скрипом открывающейся двери. Настороженно, сииды и Риноа созерцали трех охранников, вошедших к ним в камеру. Двое замерли по обе стороны от дверного проема, со значением опустив руки на рукояти пистолетов, третий – смуглый тип с тоненькой полоской усиков над верхней губой и неприятными жестокими глазами – приблизился к пленникам.
      - Приятеля вашего пытают, - осклабился он, кивком указав на дверь.
      Зелл рывком поднялся на ноги.
      - Что?! О ком ты?!
      Глаза тюремщика угрожающе сузились; выхватив резиновую дубинку, он изо всех сил ударил зарвавшегося юнца в живот. Всхрипнув, тот упал на колени, а тюремщик принялся методично избивать его ногами, напоминая, что здесь лишь он смеет задавать вопросы. Квистис, Сельфи и Риноа оставалось лишь беспомощно наблюдать за происходящим; охранники надежно держали их на прицеле.
      - Ах да, чуть не забыл, - тюремщик сделал вид, что лишь сейчас заметил девушек. – Риноа с вами?
      - Я – Риноа, - отвечала Хартилли.
      - Со мной, - повелительно махнул ей тюремщик, и Риноа покорно вышла из камеры. Тюремщик, напоследок еще раз пнув Зелла под ребра, последовал за ней; последними камеру покинули двое охранников.

      Девчонки бегом бросились к Зеллу, распростертому за забрызганном кровью полу; Сельфи пропела целительное заклинание.
      И вновь им оставалось лишь ждать. Нет ничего более поганого, чем осознание собственного бессилия хоть как-то повлиять на ситуацию.

      Движение и раскачивание камеры резко прекратилось; Скволл, не удержавшись на ногах, свалился на колени, и в этот момент дверь отошла в сторону, явив образ великолепного Сейфера. Высокомерная ухмылка, казалось, навсегда приклеилась к его лицу.
      Нагнувшись, он ухватил еле живого Сколла за волосы, рванул вверх, откровенно наслаждаясь превосходством. Теперь они по разные стороны баррикад, и ограничения, налагаемые ранее, сметены безвозвратно.
      - Как же ты жалок! – презрительно прошипел Сейфер, и с силой впечатал парня в стену камеры. Тот не предпринял даже попытки сопротивления, так был слаб. Туман в голове упорно не желал рассеиваться.
      - Взять его! – бросил Сейфер, обернувшись через плечо, и в камеру послушно вбежали два диковинных создания, похожих на рыжих львят, только прямоходящих, подхватили Леонхарта под руки и поволокли прочь, по коридорам, вверх по какой-то лестнице.
      Сейфер неотступно шагал позади, и, когда зверушки дотащили парня до нужной комнаты, пинками отогнал их, и лично закрепил запястья пленника в наручниках у металлической решетки. В таком удовольствии Алмази отказать себе просто не мог. Вот только равнодушный взгляд Скволла несколько портил ему настроение. По сценарию, сейчас в нем должен плескаться ужас, осознание полнейшей беспомощности и неизбежной кончины. Но... ничего этого не было.
      А ведь лишь вид интерьера этой комнатушки, расположенной на одном из верхних ярусов Пустынной Тюрьмы, бывало, лишал отваги самых доблестных и твердолобых, и они, как на духу, выпаливали все то, что от них хотели услышать. Целый набор колюще-режущих предметов, непонятного назначения механизмы (о значении которых заключенные могли только догадываться, и догадки эти порой оказывались куда страшнее их реального предназначения) и решетка для пропускания до ней весьма болезненных разрядов электрического тока. Тюремщик, приписанный к пыточной камере, был мастером своего дела, но сегодня случай особый, и Сейферу было поручено лично провести допрос столь опасного пленника.
      Широким жестом он снял кросс-сворд с пояса, медленно обвел им комнату, указал на ухмыляющегося тюремщика.
      - Думаю, ты представляешь, что сейчас произойдет, - без тени улыбки обратился Алмази к Скволлу.
      Тот молчал; безмолствовал и Сейфер.
      - ...Что тебе нужно? – сдался наконец Скволл. Запястья выворачивали наизнанку кольца наручников, голова продолжала пульсировать болью.
      - Скажи мне, в чем суть сиидов, - тихо проговорил Сейфер, и со значением добавил. – Эдея желает знать.
      В первую секунду Скволл было подумал, что ослышался. Что за идиотский вопрос?.. Кому, как не Сейферу, лучше знать об этом? Отряд наемников из Баламб-Гардена, только и всего. Наверное...
      - А ты что, сам не знаешь? – нахмурился Скволл.
      Примерно этой реакции Алмази и ожидал. Никто и не говорил ему, что будет легко.
      - Я не член СииД, - распаляясь, отвечал он. – Когда тебя принимали в ряды сиидов, наверняка сообщили что-то такое... Какой-то секрет!
      - Нет, ничего такого, - через силу улыбнулся Скволл. – Да даже если бы и было, все равно бы не сказал.
      Сейфер задумчиво кивнул, соглашаясь, отступил на шаг. «Значит, все равно бы не сказал?.. Посмотрим, как сейчас запоешь...»
      Подняв руку над головой, он громко щелкнул пальцами, и тюремщик дернул за рычаг, замыкая цель и пропуская электричество через решетку... Тело Скволла выгнулось дугой, с губ непроизвольно сорвался мучительный стон. Казалось, пытка длится вечно, и когда спустя несколько секунд все закончилось, Леонхарт обмяк, не в силах опуститься на пол и провалиться в забытье. Сознание едва теплилось в его разуме, но наглая рожа Сейфера продолжала маячить перед глазами.
      - Не будешь говорить ты, заговорят другие, - резонно заметил тот. – Инструктор, или эта подружка из Трабии, или даже наш придурок, размахивающий кулаками... Да он и трех секунд не продержится!
      - Они... – прохрипел Сколл, скрипя зубами в бессильной ярости, - они все здесь?!.
      - А то как же! – хохотнул Сейфер, весьма довольный тем, что удалось наконец пробить несокрушимую ранее броню этого волка-одиночки. – Но так как я испытываю к тебе особые чувства, решил поболтать с тобой первым. Кстати, я очень надеялся, что ты окажешься ТАМ, Скволл. Ну... и как я выглядел в момент моего триумфа? Исполнилась ведь моя детская мечта! Я стал рыцарем колдуньи!
      Сейфер... Холодный, эгоистичный маньяк. Да неужто воплощение твоего детского комплекса стоит тех жизней, которые наверняка окажутся принесены в жертву амбицозным замыслам колдуньи?
      Губы Леонхарта зашевелились, и Сейфер наклонился к нему, не смея надеяться на то, что воля противника сокрушена, и сейчас он как на духу выпалит все, что хочет узнать от него Эдея. Но услышал лишь одно слово.
      - Придурок!
      Сознание оставило Леонхарта, и тюремщик, замерший у пульта управления системами пыточной камеры, всерьез перепугался, увидев, как глаза посланца колдуньи становятся совершенно дикими, а лицо наливается кровью.
      - Да что ты говоришь?! – загрохотал Сейфер. – Думаешь, вырубился, и все, конец?! Нет, сейчас ты должен орать, как истово меня ненавидишь! Вот она – история о злом наемнике, бросающем вызов рыцарю колдуньи... Но все еще только начинается, Скволл! Не разочаровывай меня, не стоит!
      Приблизившись к опешившему тюремщику, Алмази оттолкнул его в сторону и резко дернул за рычаг, вновь активируя пыточную решетку. Тело Скволла билось в наручниках, ярко-синие разряды пронзали его, и Сейферу казалось, что прекрасней картины он еще не видел в этой жизни.

      - Ничего не получается! – Сельфи бросила отчаянный взгляд на Квистис, рассеянно провела рукой по волосам Зелла. Стеная, тот тщетно пытался принять сидячее положение, но острая боль в паху мешала это сделать.
      - Наверное, у них здесь поле, препятствующее использованию магии, - резонно заметила Квистис.
      Скорее всего, так оно и было. Даже такое простейшее заклятие, как «исцеление», не оказало на избитого Зелла ни малейшего эффекта. Да и присутствие Хранителя в разуме, ранее – столь яркое и отчетливое, теперь ощущалось еле заметной искоркой где-то в уголке сознания, до которой не дотянуться.
      Дверь в камеру распахнулась, пропуская рыжего львенка, бредущего на задних лапках, а в передних осторожно сжимающего поднос с весьма подозрительного вида едой. Что ж, тюремщики приняли вполне разумное решение о том, что пленников следует хоть иногда кормить, и на том им спасибо.
      Мумбы – так назывались представители этого немногочисленного народца, вспомнил Зелл. В недавном видении о Варде он уже наблюдал подобных созданий, выполнявших в Пустынной Тюрьме всякую черную работу.
      Тот рыжик, что принес им еду, неуклюже споткнулся и растянулся на полу; отчасти Зелл был благодарен судьбе за то, что завтракать не придется, хотя неизвестно, что лучше: мучительная смерть от голода, или скорая – от той зловонной бурды, которой их хотели попотчевать.
      - Ах ты гад!
      В камеру влетел уже знакомый смуглый тюремщик, с ходу ударил несчастного львенка ногой, выхватил дубинку, широко размахнулся... Только шанса нанести удар ему не представилось: запястье охранника надеждно, словно тисками, сдавили усиленные металлическими пластинами перчатки Зелла. Глаза парня оказались вровень с лицом тюремщика, и тот внезапно осознал свою беспомощность, как и то, что сейчас избитый им молодой человек вполне может вернуть должок. Однако тот не предпринимал и попытки атаковать, просто глядел, пронзительно и с презрением, и от этого становилось еще больше не по себе.
      Охранник вырвал руку, отступил на шаг, со стыдом сознавая, что этот странный парень, если бы хотел, вполне мог сломать ему запястье. Но ничего, сейчас он вернется, и они еще узнают, какого это – унижать всесильных охранников Пустынной Тюрьмы. Они еще узнают...

      Подобное постоянство откровенно угнетало. Вновь придя в себя, Скволл обнаружил, что в окружающей его обстановке ничего не изменилось: он все так же висит на решетке, Сейфер расхаживает по комнатке, делая пробные выпады кросс-свордом в сторону воображаемого противника, а тюремщик колдует над пультом управления. И - боль, гложущая тело, разрывающая сознание...
      - Привет, Скволл, - дружески махнул рукой Сейфер, однако глаза его оставались холодны и жестоки. – Что ж, давай продолжим. Так в чем, говоришь, суть сиидов? И почему они бросили вызов волшебнице?
      Скволл ухмыльнулся бы, не будь он столь слаб и измучен. Так вот оно что: Эдея всерьез полагает, что создание отряда сиидов направлено исключительно на борьбу с нею и подобными. Ну почему все мало-мальски амбициозные диктаторы искусственно раздувают собственную значимость?.. Или... Скволл задумался: а в самом деле, что предшествовало созданию их спецотряда? Ведь, удовольствовавшись расхожим «официальным» мнением о его исключительно вольнонаемничьей природе под эгидой Баламб-Гардена, он сам никогда не задумывался о том, что истоки могут скрываться куда глубже...
      Прежде, чем Скволл успел придумать достойный ответ для своего мучителя, двери, ведущие в пыточную камеру, отворились, и в помещение шагнул солдат в форме майора гальбадианской армии.
      - Сэр Сейфер! – лихо козырнул он. – Ракеты нацелены на академию и готовы к запуску!
      - Замечательно! – прошипел Сейфер, растягивая губы в садистской ухмылке. Кивком головы отпустив майора, Алмази вновь обернулся к Скволлу, и пояснил на тот случай, если его твердолобый пленник еще не понял сам.
      - Баламб-Гарден будет уничтожен по обвинению в подготовке сиидов, посмевших напасть на колдунью.
      Округлившиеся глаза Скволла и выражение полнейшего шока на лице его вызвали ликование в душе Сейфера; именно таким он всегда желал увидеть непробиваемого Леонхарта.
      - Да, жаль, конечно, - не слишком успешно изобразил он сожаление. – Я ведь тоже там вырос. Но приказ есть приказ, а Эдея хочет, чтобы академия была уничтожена.
      - Н-нет... – выдохнул Скволл в полном отчании.
      - Да! - кивнул Сейфер, откровенно наслаждаясь моментом. – А когда Баламб-Гарден останется лишь на страницах истории, начнется охота на сиидов. Я буду гончим псом Эдеи и перегрызу глотки всем вам! Будет весело, так что не умирай пока, Скволл.
      Приказав тюремщику продолжать допрос, Сейфер развернулся и прошествовал к выходу из камеры. Охранник не придумал ничего лучше, чем вновь пустить электричество по решетке, с интересом наблюдая, как несчастная жертва дергается из стороны в сторону, подобно тряпичной кукле. Довольно скоро Скволл вновь потерял сознание от нестерпимой боли, и тюремщик, кликнув двух рыжих мумб, чтобы приглядели за пленником, отправился перекусить.
      Львята осторожно приблизились. Один из них понюхал ногу пленника и встревоженно обернулся к сородичу.
      - Лагуна?! – прорычал он.

0

30

ГЛАВА 28
Побег

- Нет, определенно нужно что-то делать! – возвестила Квистис. Еще полчаса в этой камере, и она точно сойдет с ума от поглощающих душу тревог и осознания безысходности. Тем более теперь, когда скотина-тюремщик, уведший с собой Риноа, намекнул на пытки, которым подвергается их товарищ, Скволл или Ирвин – какая разница?..
      Зелл саркастически фыркнул:
      - А что, появился какой-то план?
      - Ну, раз мы не можем полагаться на магию, то должны вернуть свое оружие, - заметила Квистис, и, прежде, чем Зелл успел ехидно поздравить ее с этим безусловно мудрым и своевременным заявлением, девушка кивком головы указала на его руки. – Твое-то – при тебе!
      Зелл скосил глаза на черные перчатки и мысленно обругал себя последними словами. Нет, оно-то понятно: стрессовая ситуация, жестокое избиение, но все-таки: каким идиотом нужно быть, чтобы просто взять и забыть об очевидном. Наверное, Сейфер все-таки отчасти прав: Зеллу бы только кулаками махать, а мыслительные процессы лучше оставить тому же Скволлу. У него это лучше получается.
      - Ну, я пошел! – поднялся Зелл на ноги. – Вы все – растянитесь на полу!
      Девчонки сделали, как он просил, замерев в нелепых позах. Вслед за ними на пол плюхнулся и злосчастный мумба, которого охранник так и оставил в камере. Выждав несколько секунд и убедившись в достаточной правдоподобности искусственно созданной картины, Зелл забарабанил кулаками в дверь.
      - Охранник! Охранник! – надрываясь, орал он. – На помощь! Откройте!
      Дверь распахнулась, в проеме маячила ненавистная фигура смуглого охранника; в руках – неизменная дубинка, желание пустить которую в ход отчетливо отражалось на лице.
      - В чем дело? – на всякий случай бросил тюремщик, и Зелл, старательно изображая отчаяние, залопотал:
      - Девушки внезапно потеряли сознание! Может, их змея укусила?
      - Чего? – озадачился охранник, ступил в камеру, чтобы разглядеть занятную картину получше, и в этот момент Зелл нанес удар. Кулак его с хрустом впечатался в лицо смуглянчика, во все стороны брызнула кровь. От тонкого носа осталось одно название, на месте передних зубов зияла аккуратная дыра. Тюремщик попытался взвыть, но следующий удар в висок отправил его в черноту небытия.
      Зелл, довольный своей диверсией, оглянулся на соратниц, которые уже успели «прийти в себя». Да, пусть не очень умно он придумал, но это сработало.
      - Ладно, давай! – махнула рукой ему Сельфи. – В конце концов, ты же видел во сне Варда и должен знать, как тут все устроено?
      Зелл неуверенно кивнул: вроде бы должен. Он выглянул в коридор: никого, как и следовало ожидать. Мумба заурчал, потянул его за рукав, указывая лапкой куда-то в сторону. Создание нетерпеливо приплясывало на месте, будто зовя за собой.
      Зелл выскользнул в коридор, осторожно двинулся вдоль стены мимо десятков камер, подобных той, в которой они очутились. Лишь мерный гул каких-то систем нарушал тишину, но нигде – ни души; лишь забавный львенок сосредоточенно топал впереди, указывая путь. Неужто знал он, где хранится отобранное у сиидов оружие, и теперь целенаправленно ведет его к цели? Все может быть: на мумб люди внимания не обращали вовсе, считая их совершенно неразумными тварями, а, между тем, они все примечали...

      Он остановился у одной из приоткрытых дверей, из-за которой слышались приглушенные голоса. Мумба указал Зеллу лапкой на проем, утвердительно кивнул и тихонько рыкнул. Парень приблизился, заглянул внутрь.
      Два рядовых солдата гильбадианской армии с интересом вертели в руках оружие – ИХ оружие. «Никак ганблэйд!» - с вожделением протянул первый, разглядывая меч Леонхарта со всех сторон. Он даже осмелился сделать несколько пробных выпадов.
      Второй не отвечал, будучи слишком занят изучением нунчак Сельфи. Наверняка солдатикам в новинку экзотический арсенал сиидов Баламба, потому и стараются налюбоваться до прихода начальства.
      Зелл прошествовал в комнату, но охранники не обратили на него ни малейшего внимания, слишком занятые, чтобы отвлекаться по пустякам. Приблизившись почти вплотную, Динч громко прокашлялся:
      - Привет! А я тут мимо проходил, дай, думаю, вещички заберу!
      Солдаты подскочили на месте от неожиданности, один из них даже успел обернуться на половину корпуса, прежде, чем тяжелый удар Зелла проломал его шлем и череп. Тело, закованное в синюю броню, с лязгом рухнуло на металлический пол, и сразу же начало бледнеть, растворяться.
      Впрочем, внимание Зелла уже занимал второй рядовой, который, отбросив бесполезные нунчаки в сторону, сорвал с плеча автомат, доведенным до автоматизма движением передернул затвор. Однако шанса выстрелить ему так и не представилось: Зелл, мастерски совершив подсечку, сбил его с ног, после чего подскочил на шаг и нанес страшный удар в горло.
      Схватка заняла не более нескольких секунд. Мумба, все это время испуганно пялящийся из коридора, притопал в комнату, с интересом загляделся на исчезающие в воздухе трупы. Зелл же, не мудрствуя лукаво и поздравив себя с успешным завершением возложенной на него миссии, просто сгреб все оружие в охапку и отправился восвояси.
      ...В отведенной им камере столь любимого всеми тюремщика не оказалось; придя в себя, тот обвел мутным взором двух девушек, с насмешкой глядящих на него, затем оглянулся на распахнутую настежь дверь и нетвердой походой бросился наутек, забыв даже подобрать с пола оброненную дубинку. Сииды не стали его удерживать: пусть идет. Ведь, если все пойдет так, как задумано, здесь очень скоро станет жарковато.
      Не успел Зелл вернуться и пафосно вручить подругам их же оружие, как в коридоре послышались шаги и голоса.
      - В этой камере? – рубанул грубый бас.
      - Да, в этой, - шепеляво и несколько заискивающе отвечал знакомый голос человека, недавно лишившегося нескольких передних зубов. – Пожалуйста, научите их уму-разуму!
      - Заткнись! – проревел бас, и в дверном проеме камеры сиидов замаячили три фигуры – дружище-тюремщик и два солдата-гальбадианца: рядовой и офицер, лица скрыты за шлемами.
      - Вот они! – ткнул пальцем тюремщик. – Лейтенант Биггс, рядовой Ведж.
      И исчез, от греха подальше. Биггс глухо зарычал, припомнив Доллет и, надо сказать, воспоминания его не относились к разряду приятных. Ведь именно эти ребята послужили причиной того, что его разжаловали из майора в простые лейтенанты. В лейтенанты! С переводом из ударного отряда спецназначения в гарнизон, приписанный к охране Пустынной Тюрьмы! И где же, позвольте спросить, справедливость?
      - Конечно, избивать безоружных пленников нехорошо, однако для вас я сделаю исключение, - с трудом сдерживая ярость, Биггс шагнул в камеру. Ведж тенью следовал за ним.
      Вот только лучезарные улыбки всех троих заключенных, предположительно должных трястись от страха, вызывали у вояк некоторое недоумение. В своем ли они уме?
      Мило потупив глазки, Квистис извлекла из-за пояса хлыст. Глаза гальбадианцев изумленно расширились, но шанса обнажить собственное оружие мисс Трип им не представила, сознавая, что, в отсутствие магии и помощи Хранителей, любое полученное сиидами ранение может оказаться фатальным, что приведет у неминуемого провалу. Хлыст звонко щелкнул, ударяя точно в визор шлема Веджа. Оглушенный, тот вылетел в коридор, шмякнулся о противоположную стену и затих.
      Зелл вырвал ручной пулемет из рук Биггса, отбросил в сторону, и серией отработанных ударов отправил незадачливого лейтенанта в нокаут.
      Путь свободен. Трио сиидов и рыжий мумба выскочили в коридор. Куда теперь? Львенок, как и прежде, вновь вызвался выступить проводником, жестами и мимикой призывая ребят следовать за ним. И те бросились вверх по лестнице, пронзающей ярусы гигантского колодца. Первый, второй... вот уж и третий уровень, до мелочей сходный с предыдущими, остался позади, и близка их цель, ибо, перевесившись через край ограды центральной шахты, уже можно разглядеть серый, металлический потолок. Но, бросив взор вниз, во тьму шахты, увидишь лишь десятки однообразных, округлых ярусов, и сотни камер, где томятся пленники, открыто выступившие против диктата власти Гальбадии и, как следствие, угодившие сюда.
      Гробовую тишину разорвал яростный вой сирены, и в ту же секунду пустующее, казалось, сооружение, наполнилось жизнью, внезапно пробудившейся. Затопали тяжелые солдатские сапоги: военные прочесывали ярус за ярусом в поисках бежавших пленников, а следом за ними тяжело ступали огромные тяжеловесные роботы, в обычное время исполнявшие роль грузчиков. Хрипло каркая, в центральную шахту устремились птицеобразные монстры о четыре крыла каждый, прикормленные тюремными заправилами и теперь выпущенные на свободу, на поиски вкусных и сочных людишек, дерзнувших пойти наперекор режиму и жесткому распорядку Пустынной Тюрьмы.
      Но – нет худа без добра. В связи с введенным чрезвычайным положением энергетическое поле, блокирующее магические потоки, оказалось снято, и сииды не замедлили применить вернувшиеся под контроль силы против превосходящих сил противника. Непрестанное завывание сирен разорвал громовой рык Ифрита, и шквал огня прокатился по одному из верхних ярусов, обращая в пепел незадачливых гальбадианцев, дерзнувших заступить дорогу бойцам элитного отряда военной академии Баламб.
      Те вояки, у которых хватило ума не вступать раньше времени в открытую конфронтацию, теперь, сокрывшись за металлическими дверьми пустующих камер, истошно вопили во вмонтированные в шлемы микрофоны, призывая подкрепления, и, желательно, бездумных монстров или же роботов – тех, по ком не будут горевать жены да детишки. Воистину, подобный хаос в мирной рутине будней приписанного к тюрьме гарнизона разразился впервые.

      Ведомые мумбой, сииды добрались до «комнаты для допросов», куда не замедлили ворваться без лишних раздумий. Вот только внутри не оказалось ни одного охранника, зато обнаружился целый выводок рыжиков. Сгрудившись вокруг лежащего на полу Скволла, малыши тихонько рычали: «Лагуна», «Лагуна».
      - Лагуна?! – изумился мумба, приведший сиидов в пыточную.
      - Лагуна! – утвердительно закивали сородичи, и рыжик протиснулся вперед, чтобы рассмотреть получше.
      Впрочем, у самих сиидов на этот счет были несколько иные соображения. Наказав Зеллу и Сельфи оставаться у входной двери и следить за единственным ведущим в комнату коридорам, Квистис решительно устремилась к распростертому Леонхарту и, растолкав недовольно зарычавших мумб, опустилась на колени.

      Скволл дышал неровно, прерывисто; жизнь едва теплилась в истерзанном теле, которое самоотверженные мумбы умудрились снять с решетки, где его оставил отчаявшийся получить от пленника хоть какую-нибудь информацию тюремщик.
      - Сейчас, дорогой... – прошелестела Квистис, и, возложив ладони парню на грудь, прошептала исцеляющие заклятия. Изумрудные потоки энергии устремились в тело Леонхарта, вновь наполняя его жизненной силой. Квистис не останавливалась, даже когда перед глазами заплясали черные точки, продолжая щедро отдавать целительную энергию... до тех пор, пока Скволл сам не приподнялся на локте и не тронул ее легонько за плечо.
      Квистис вздрогнула, очнувшись. На миг глаза их встретились, и лицо Сколла, столь сосредоточенное и серьезное, на миг тронула слабая улыбка.
      - Спасибо! – шепнул он, и Квистис судорожно кивнула, вскочила на ноги и отвернулась, чтобы никто не заметил предательской влаги, заблестевшей в уголках глаз.
      - Держи, мужик! – Зелл с порога бросил Скволлу лезвие ганблэйда и то, прокувыркавшись в воздухе, мягко легло рукоятью в стремительно выброшенную вверх руку Леохнарта.
      Что делать, как убраться отсюда? Бежать нужно немедленно и изыскать способ предупредить родную академию о грозящей ей смертельной опасности. Ступени лестницы вились мимо пыточной камеры, устремляясь на верхние ярусы, однако сииды справедливо рассудили, что в подавляющем большинстве зданий и башен, подобной этой, выход расположен у подножья. Вот только как попасть туда, если коридоры тюрьмы наводнили подавляющие силы противника, и шансы выжить, спускаясь по лестнице с яруса на ярус, практически равны нулю?
      Задумчивый взгляд Квистис остановился на небольшой одиночной камере, тихонько покачивающейся над бездной центрального колодца и надежно удерживаемой манипулятором.
      - А это что?
      - Да камера, в которой меня сюда привезли, - махнув рукой, отвечал Скволл.
      Квистис с сомнением оглядела подозрительную конструкцию, но Зелл внезапно оживился.
      - Вспомнил! – подскочил он от волнения. – Мы можем перемещать этот манипулятор из центра управления на этом же ярусе! Вард такое проделывал! Но... кто-то должен остаться в центре, а остальные заберутся в камеру и отправятся вниз...
      Он запнулся и нервно сглотнул, когда подошедшие с обоих сторон Квистис и Сельфи одобряюще похлопали его по плечам. Поняв невысказанный намек, Зелл обреченно кивнул:
      - Я, что ли?.. Ну, ладно... Давайте-ка внутрь...
      Зелл бегом бросился в центр управления, к счастью, пустующий. Память услужливо подсказала последовательность действий, необходимых для того, чтобы заставить механизм двигаться. Чудеса, однако, эти видения... Откуда только берутся?..
      Крепко зажатая в тисках манипулятора, одиночная камера – сейчас уже совсем не «одиночная», благо разместилась в ней троица сиидов – устремилась вниз, на дно шахты. Ярусы тюрьмы пролетали мимо, охранники ошарашенно провожали камеру глазами, а синие крылатые чудовища, кружащие в колодце, высматривая добычу, с возмущенным клекотом разлетались в стороны, дабы не быть раздавленными низвергающейся сверху конструкцией.
      Движение прекратилось и автоматическая дверь камеры распахнулась. Сииды стремительно выскочили наружу, держа оружие наготове, однако, к вящему удивлению их, какой бы то ни было «комитет по встрече» напрочь отсутствовал. Похоже, они все-таки достигли дна и теперь стояли в небольшом, грязном и сыром коридорчике, слабо освещаемом всего лишь парочкой тусклых ламп. В дальнем конце его виднелась невзрачная серая дверь. Неужто выход?.. Все может быть...
      С опаской Скволл приблизился, внимательно оглядел проем на случай ловушек, приложил ухо, прислушиваясь, однако с той стороны не доносилось ни звука. Пожав плечами, Леонхарт нажал на панель, открывающую дверь... и еле успел отскочить в сторону, уворачиваясь от хлынувшего внутрь песка.
      - Мы что это, под землей? – оторопело выдавил он. Компаньонки его пришли к аналогичному выводу и тяжело вздохнули, представив, во что им обойдется подъем по лестнице на верхние ярусы и тщательное обследование их на предмет выхода из этой проклятой структуры. Да еще и Зелл, оставшийся в одиночестве где-то наверху... Как им вообще могла в головы прийти столь глупейшая идея – разделить силы, находясь в лоовище противника?
      Впрочем, сделанного не воротишь, и мешкать не следует. Закинув ганблэйд на плечо, Скволл бегом устремился к лестнице, ведущей прочь из этого полутемного подвальчика, благо помимо гортанных окликов и зловещего клекота эхо донесло треск далеких автоматных очередей. «Зелл? Риноа?» - на миг душою овладела слепая паника.

      Проклиная все на свете Зелл несся вниз по лестнице, перепрыгивая сразу через три ступеньки. Вот ведь вляпался! Друзья где-то далеко внизу, быть может, уже и снаружи, а он все еще в этом чертовом колодце, окруженный доброй сотней индивидов, каждый из которых с огромным удовольствием отправит его к праотцам. Пару незадачливых птах, заприметивших беглеца и издавших радостное карканье, Зелл сбил наскоро наколдованными ледяными иглами, отправив в свободное падение в центральную шахту.
      Зелл бежал, не останавливаясь, стремясь как можно скорее добраться донизу и сознавая, сколь глупо и невыполнимо сие стремление. Кровь сочилась из множества ран, оставленных мечами солдат гарнизона, и не было тех драгоценных секунд, когда можно остановиться, перевести дыхание и заняться самоисцелением. Правда, в заклинаниях восстанавливающей сферы Зелл не особо преуспел; куда лучше ему давалась магия атакующая. «Что ж, будет о чем сожалеть перед смертью», - не преминул заметить язвительный внутренний голосок.
      Позади еще один ярус, и три солдата в ярко-синих доспехах, дерзнувшие заступить путь Зеллу Динчу, валятся, как подкошенные, очертания их бледнеют. Да, он убивает; жизнерадостный весельчак обращается жестоким убийцей, ведь на кону стоит столь много жизней, дорогих ему. Здесь не до моральных терзаний, они не помогут, лишь отвлекут.
      Свистит пуля, пронзает навылет плечо; Зелла отбрасывает чуть назад. Рыча, он пытается восстановить равновесие, однако падает, а в следующую секунду перед глазами вырастают две ноги – знакомые бронированные наколенники – и голову раскалывает резкая боль, когда безликий солдат, сокрывший лицо за тонированным визором, наносит сииду яростный удар прикладом автомата в висок. Слышится звук передернутого затвора... голова Зелла бьется о пол, тело немеет...
      С глухим стуком рядом валится сам гальбадианец, шлем слетает с головы, на лице – выражение безмерного удивления. Последний вздох – и тело бледнеет, растворяется и вовсе исчезает, не оставляя и следа.
      У Зелла не остается сил, чтобы удивиться неожиданному спасению. Закрыть глаза и отдохнуть, заснуть. А проснуться в родной казарме в Баламбе, с радостью осознав, что все произошедшее – просто сон, дурной сон.
      Но и этом ему отказано. Не здесь, не сейчас. В тело вливаются новые силы, уставшие глаза широко распахиваются...
      Над Динчем склонился Скволл. Дышит тяжело, на лице – бисеринки пота. Небось, бежал изо всех сил и успел-таки в самый критический момент, когда жизнь товарища висела на волоске.
      - Скволл!!! – заорал Зелл, вскакивая и бросаясь не успевшему отшатнуться Леонхарту на шею. – Спасибо, друууууг!
      С трудом Скволл оторвал слишком уж признательного соратника от себя, поморщился. Ну почему тот не может сохранять спокойствие и сосредоточенность в критической ситуации? Ему лишь бы дурака валять... А ведь бой еще далеко не окончен. Пусть сейчас на этом ярусе никого, однако ситуация может измениться в любой момент.
      На лестнице показались Квистис и Сельфи.
      - Они за нами! – бросила Трип, указывая вниз.
      Скволл кивнул, принимая информацию. Враги внизу, враги вверху... А кто говорил, что будет легко? Уверенности в том, что они выберутся отсюда целыми и невредимыми, по-прежнему не было, а когда вновь заговорили автоматы, стало и того меньше. Сииды укрылись за невысоким бортиком, ограждающим огромную шахту, а пули разрывали пространство, не давая не то что высунуть голову, пошевелиться даже. Где уж тут говорить об ответном магическом ударе, если противники рассредоточились по всему ярусу, взяли их в кольцо и сейчас методично поливают огнем.
      Внезапно огонь поутих, затем возобновился вновь, однако пули избрали иную цель, нежели загнанные в угол наемники. К очередям примешались громкие одиночные выстрелы, и за каждым из них автоматы гальбадианцев стихали, стихали...
      Скволл, сделав знак остальным оставаться на местах и не дергаться, рискнул чуть приподняться. Глаза его обшарили тюремный ярус, отмечая начавшие бледнеть трупы охранников, затем метнулись на лестницу, ведущую наверх. По ней чинно и неторопливо, поигрывая верным, чуть дымящемся дробовиком, спускался Ирвин Киннеас в своей неизменной шляпе с загнутыми вверх краями. За спиной его маячила стройная фигурка Риноа.
      Леонхарт поднялся в полный рост, махнул рукой в знак приветствия.

      - Скволл!!! – вырвалось у Риноа, и столько неприкрытой радости и облегчения было в ее голосе, что даже невозмутимому Леонхарту стало как-то не по себе. Поняла это и сама девушка, потупилась. «Ну что за глупый порыв!»
      - Риноа, рада, что с тобой все в порядке, - улыбнулась Квистис.
      - Еще бы! – с напускной бравадой хмыкнул Ирвин. – Я же ее охраняю, все-таки!
      - Ну и что это значит? – недобро прищурился Зелл.
      Ирвин внезапно заинтересовался полом у своих ног и принялся сосредоточенно его разглядывать.
      - Мой отец надавил кое на какие рычаги в армейском командовании, - с горечью отвечала за него Риноа. – Он приказал выпустить меня. И этот, - она указала на совсем уж сникшего Ирвина, - пришел и забрал меня. Только меня! Зная, что вас всех арестовали! Ужасно, да?!
      Последнюю фразу она произнесла со столь непередаваемым отвращением на лице, что даже сам Киннеас перепугался.
      - Ой, ладно, ладно, - замахал он руками. – Я же уже извинился! Потому и отправился на помощь нашим ребятам!
      - Лишь после того, как я хорошенько тебя оцарапала! – зло прошипела Риноа, и Ирвин поперхнулся ответной репликой, сочтя за благо просто промолчать.
      Вновь послышался топот сапог по металлическому настилу. Откуда последует атака на этот раз? Нужно уходить; стоя на месте, они представляют собой просто идеальную мишень.
      - Кстати, дверь у основания этого здания засыпана песком, - сообщил Скволл Зеллу, и тот горестно всплеснул руками. Стоило стараться!
      - Конечно, засыпана, - обернулся к ним Ирвин. – Тюрьма-то под землей находится! И вообще, она...
      - Вот они! – рявнул грубый голос, и на лестнице возник офицер, сопровождаемый несколькими охранниками, вооруженными снайперскими винтовками. – Беглецы!
      Выстрелив несколько раз в сторону гальбадианцев, Ирвин вынудил тех укрыться на нижних ступенях лестницы.
      - Скволл! – бросил он товарищу, ни на мгновение не выпуская площадку, откуда вновь могли появиться противники, из прицела. – Бегите наверх, я прикрою! Выход там, уж поверьте!
      - Думаю, что знаю, где именно! – закусив губу, кивнула Риноа.

      И вновь кажущееся бесконечным восхождение по округлым ярусам, вновь – сонм солдат и тюремных охранников, боевых и неуклюжих рабочих роботов. Донельзя уставшие, измученные сииды использовали весь свой магический арсенал, понимая, что это – последний рывок, и на следующий сил уже не хватит.
      Воздух разрывали молнии Куизакотла и ледяные бури Шивы, яростное пламя Ифрита обращало в пепел незадачливых вояк; Анжело, мелькавший на периферии зрения, набрасывался сзади на притаившихся в ожидании снайперов, вгрызался им в глотки. Однако многие пули находили свои цели, вгрызаясь в тела отчаянных беглецов, разрывая внутренние органы. Захлебываясь болью, те останавливались, и тогда их товарищи шептали целительные заклятия, отдавая свои последние силы, испытывая чудовищную ментальную усталость и опустошение.
      Ирвин Киннеас неотрывно следовал за ними по пятам, прикрывая тыл, не давая подавляющим силам преследователей приблизиться и уверенно удерживая их на расстоянии лестничного пролета. Впрочем, несколько пуль задели и его: на светло-коричневом плаще отчетливо расплывались кровавые пятна.

      Позади осталась пыточная камера; у дверей все так же топчутся мумбы, машут мохнатыми лапками, рычат, желая удачи. И почему они столь уверенно называли Скволла «Лагуной»?.. Нет времени выяснять, да и не важно это сейчас...
      А ступени пролетают под ногами – вверх, вверх! Залы, отведенные под оборудование, управляющее множеством систем механизированной тюрьмы, а за ними... яркий проблеск солнечного света.
      В лицо ударил горячий, неподвижный воздух пустыни. Еле держась на ногах, сииды выбежали на открытую площадку, остановились, созерцая безбрежное море желтого песка, пронизанного лишь одиночными фигурами высоких понурых кактусов. Но что самое неприятное – с таким трудом обнаруженный ими «выход» находился в доброй полумиле от поверхности земли.
      Скволл выступил вперед, перегнулся через край платформы, стараясь охватить взглядом внешнюю структуры Пустынной Тюрьмы. А она, признаться, впечатляла. То, что изнутри казалось гигантской шахтой со множеством ярусов, снаружи предстало огромным буром. И, более того, в отдалении располагались еще два аналогичных! Подобно исполинским ногам попирали они пустынные пески, постепенно сходясь в верхней части и образуя площадку, на которой и замерли сейчас пораженные сииды.
      - Странно, - прошептала Риноа, опасливо косясь вниз. – Мне казалось, это место выглядело несколько по-другому, когда нас сюда привезли.
      С высоты, на которой они оказались, можно было разглядеть без малого половину Гальбадии. Внизу, милях в трех, пустыню черной змейкой рассекала железная дорога и, чуть извиваясь, уползала на север, к ночному Делингу, едва заметному в горячем мареве неподвижного воздуха. На западном горизонте виднелось матово-черное строение, средоточие военной мощи Гальбадии. «Военная база», - так называли этот засекреченный объект. О том, что здесь хранятся боеголовки, способные достичь любой точки этой планеты, известно было всем, уж правительство об этом позаботилось. В конце концов, страх – лучший гарант мира... и безоговорочного подчинения.
      Взобравшись на платформу, Ирвин, пальнув пару раз для порядка во тьму лестничного проема, устремился к расположенной у стены консоли, принялся колдовать над клавишами.
      Чудовищная структура сотряслась, и неожиданно все три бура пришли в движение, со скрежетом ввинчиваясь в землю. Целые тучи песчаной пыли взметнулись ввысь, вынудив сиидов отступить с открытой платформы... А когда все закончилось и воздух вновь обрел свою обычную неподвижность, оказалось, что буры, содержащие в себе целый социум из политических заключенных и их тюремщиков, погребены глубоко под землей, а площадка, на которой расположились измотанные до предела ребята, наоборот, замерла ровно на уровне оной.
      Свобода! Впереди простирались бескрайние просторы выжженной палящим солнцем пустыни, но даже они показались сиидам прекраснейшим зрелищем, виденным ими в жизни.
      Ирвин широким шагом направился к небольшому ангарчику по соседству, в тенях которого отчетливо прослеживались контуры серого армейского броневичка. Что ж, удача определенно благоволит к ним сегодня – даже транспорт отыскался. Не придется мерять шагами мили и мили пустыни, тем более, в их нынешнем состоянии это довольно проблематично.
      Киннеас взобрался на водительское сидение, остальные разместились в кузове, довольно просторном. Ведь, как никак, данная модель машины предназначена для переброски небольших ударных отрядов на место назначения. Мотор довольно заурчал, броневик сорвался с места и, поднимая тучи песка, двинулся прочь, оставляя далеко позади все ужасы мрачной Пустынной Тюрьмы.
      Удалившись на несколько миль, и, по-видимому, сочтя себя в относительной безопасности, Ирвин остановил машину в тени одинокой скалы, вдымающейся из песков, подобно обвиняющему персту. Сииды спешились: заключение в закрытом кузове, где даже окон не оказалось, производило не самое лучшее впечатление. Такое чувство, будто разменяли одну камеру на другую.
      Впрочем, расслабляться не приходилось, тем более, что и тюрьма, и военная база все еще находились в зоне видимости. Наверняка колдунье уже доложено о побеге столь важных пленников, которых она вправе расценить за личных врагов. Но что же предпримет Эдея, непредсказуемая и загадочная?..
      Ирвин уже успел передать товарищам слова генерала Карауэя: колдунья собирается приказать нанести ракетные удары по академиям в Баламбе и Трабии. Последняя новость повергла Сельфи в крайний шок. Обычно неунывающая девчонка побледнела как полотно.
      - Мы должны помешать этому! – как на духу, выпалила она. – Должны остановить ракеты! Ведь я сама из Трабия-Гардена, обучалась там столько лет, а теперь моя родная академия в такой опасности!
      Скволл легонько сжал плечо Сельфи, призывая к молчанию. Та кивнула, с мольбой взглянула на него, лидера их отряда. Вновь последний со всей ответственностью ощутил, что от него ждут окончательного решения, мудрого и справедливого.
      - Все, что мы можем сейчас сделать, это как можно скорее вернуться в Баламб и предупредить кадетов и персонал о готовящейся атаке, - изрек Скволл. – Потому предлагаю разбиться на группы. Одна направится на военную базу и попробует воспрепятствовать запуску ракет, другая – прямиком в Баламб-Гарден.
      Он запнулся, разом потеряв дар речи. Сииды могли лишь беспомощно наблюдать, как в синее небо над далекой военной базой взметнулись белые росчерки и, медленно набирая высоту, устремились за горизонт.
      - Я... – прошептал Ирвин. – Генерал говорил, что сперва удар будет нанесен по Трабии, а уж затем по Баламбу.
      - Трабия... – дрожащим голосом выдавила Сельфи; слезы катились по ее щекам. – Я не смогла... Но ведь все же будет хорошо, да? Они промахнутся, да?..
      Зелл выступил вперед, прижал девушку к груди, и та, обняв его за плечи, разразилась громкими рыданиями.

      Они прощались. Скволл, Квистис и Риноа возвращались в Баламб-Гарден. Как лидер отряда сиидов, Леонхарт обязан был доложить Сиду Крамеру о неудаче, постигшей их в исполнении возложенной миссии. Сельфи же наотрез отказалась покидать Гальбадию, пока не рассчитается с обнаглевшими вояками за уничтожение академии Трабии. Зелл тут же вызвался сопровождать ее, да и Ирвин был не против: отправляться за пределы территории страны снайпер не стремился.
      Искренне пожелав друг другу удачи, они расстались. Скволл повел свою команду к железнодорожной станции, расположенной неподалеку от Пустынной Тюрьмы. Им бы только до академии Гальбадии добраться, а уж оттуда – прямая дорога в Тимбер и, на морском экспрессе, в Баламб. Время сейчас решает все, и если колдунья сумеет добиться своего и уничтожить ненавистные акдемии – она получит полную и безоговорочную власть над миром. И, ежели таковое случится, о дальнейшей судьбе оного думать почему-то не хотелось.

0


Вы здесь » Final Fantasy-VIII » Библиотека для участников » FF-VIII - Ирвин Пульс